Контекст: Меня попросили сделать запись беседы с тенью, которая называет себя Редом, в надежде, что я смогу компенсировать потерю памяти, вызванную превращением Реда из самоподдерживающейся тени (иногда также называемой дикой тенью или Мраком, хотя негативные последствия последнего обозначения очевидны) в паразитическую связанную тень.

Личная предвзятость: Я дружу с Шарлоттой Холл, с которой связан Ред, и состою в более тесных отношениях [заметка для себя: ситуативные отношения? или другое, более научное определение?] с ее сестрой, Поузи Холл. Я не знал Реда до того, как он потерял память, хотя в курсе, что он жил под личиной Винсента и выдавал себя за человека.

Еще одна личная предвзятость [удалить?]: Я давно хотел поговорить с Мраком.

Также обратить внимание: он ужасен.

Малхар: Ты можешь в любой момент велеть мне прекратить задавать вопросы, и интервью тут же закончится.

Ред: Хорошо. Перестань задавать мне вопросы.

Малхар: Разве ты не хочешь вспомнить?

Ред: Что именно мне вспоминать? Как я называл себя Винсентом? Притворялся человеком и жил среди людей? Не уверен, что мне нужны такие воспоминания.

Малхар: Чего ты хочешь на самом деле?

Ред: Быть…

Малхар: Человеком?

Ред: Быть или не быть. Вот в чем вопрос. Или как там еще? Я мыслю, следовательно, я существую? И я тоже существую. Или, по крайней мере, думаю, что существую… вую… вафлю жую.

Малхар: Что означает подобная манера изъясняться?

Ред: Возможно, я просто не знаю, что уместно произносить вслух. Некоторые мои мысли следовало бы сковать цепями.

Малхар: Ну, это чересчур драматично.

Ред: Ты ведь именно так и думаешь, правда? Что было бы легче, если бы я оказался в цепях.

Малхар: Почему ты так говоришь?

Ред: Я вижу, что ты боишься.

Малхар: Конечно, боюсь. Я отдаю себе отчет в том, что не очень хорошо тебя знаю и что ты способен причинить мне боль, как прежде причинял ее другим людям. Ты сам признался. Но я решил доверять тебе.

Ред: По-твоему, это умно?

Малхар: Вот ты мне и скажи.

Ред: Я хотел быть человеком.

Малхар: Я удивлен. Минуту назад я думал, что ты считаешь иначе. На самом деле я подозревал, что ты издеваешься надо мной из-за подобного предположения.

Ред: Разве кто-то хочет быть дырявым? Полусотканным гобеленом? За нитку потяни и распустится? Чем-то, что, возможно, вообще не должно существовать. Я создан из кусков, которые оказались не нужны кому-то другому. Зачем мне хотеть быть таким, какой я есть?

Малхар: Ты в это веришь? Это все, что есть тень?

Ред: Тебе судить. Из нас двоих ты ученый.

Малхар: Вообще-то я этнограф.

Ред: А я существо, состоящее из дыр, и не знаю, кто такой этнограф.

Малхар: Предполагается, что мы будем говорить о тебе. О том, каким ты видишь мир. Не переживай, что не знаешь, кто такой этнограф – мои двоюродные братья и сестры вечно твердят мне, что это не настоящая работа. Даже моя родная мать постоянно забывает значение этого слова.

Ред: Я не представляю, как описать собственное видение мира. Мне не с чем сравнивать. Я мог бы сказать, что вижу его таким, какой он есть, но для этого я слишком много знаю. Например, кто говорил о тенях на стенах пещеры? Платон?

Малхар: Ты тревожное сочетание эрудиции и неуравновешенности.

Ред: О да. Я даже самого себя тревожу.