Я падал. Не летел, не парил, а именно падал. С каждой секундой всё быстрее и быстрее. Встречный ветер крутил меня как тряпичную куклу. Он трепал одежду, хлестал по лицу, забивал дыхание. Я пытался сориентироваться, понять, где верх, где низ, но всё было тщетно. Мир превратился в размытое, хаотичное месиво из красок и звуков. Оставалось только ждать.

Однако ждать пришлось недолго. Не успел я опомнится, как меня поглотили бурные потоки ледяной воды. Холод пронзил тело, сковал каждое движение, вытеснил остатки воздуха из лёгких. Я барахтался, пытался сопротивляться, но течение было слишком сильным. Оно играючи швыряло меня из стороны в сторону, словно щепку.

Вода ломала мои кости, выворачивала суставы, рвала кожу подводными камнями. Лишь благодаря навыку регенерации я ещё оставался цел. Иначе река уже давно бы выплюнула меня, превратив в большой кусок фарша. В конце концов, так она и поступила.

Когда я уже отчаялся выбраться на сушу, словно насмехаясь надо мной, бурный поток воды устремился вниз, а меня выкинуло на дно небольшой пещеры. Больно ударившись об каменный пол, я, наконец, смог вдохнуть полной грудью.

Боль пронзила всё тело, отзываясь эхом в каждой клетке. Регенерация работала на пределе, латая рваные раны и сращивая переломы. Я лежал, обессиленный, на холодном камне, чувствуя, как дрожат мышцы. В голове пульсировала тупая боль, смешиваясь с гулом от пережитого.

— Бэл, ты как? – спросил голос у меня в голове.

— Бывало и лучше! – произнёс я, как только смог избавить свой организм от остатков воды.

С трудом поднявшись на четвереньки, я огляделся. Пещера оказалась небольшой, с низким сводом и влажными стенами, поросшие склизким мхом. В полумраке едва угадывались очертания каменных глыб и узкий проход, ведущий вглубь. Откуда-то сверху сочилась вода, с тихим звоном падая вниз. А за спиной с оглушительным рёвом нёсся водопад, срываясь в бездонный колодец.

Анализ.

Регенерация успешно завершена.

Доложила система, а потом добавила.

"Ваш уровень развития шесть."

"Сила:47/60"

"Интуиция: 38/60"

"Ловкость: 40/60"

"Мана: 40/60"

"Здоровье: 15%"

Для полного восстановления очков здоровья рекомендуется продолжительный отдых, не менее трёх часов.

Чёрт бы побрал эту систему! Три часа отдыха для полного восстановления здоровья? Покой нам только снится, но, кажется, она права. Едва я попытался встать, как меня скрутила дикая слабость.

— Бэл, может, тебе и правда немного отдохнуть? – прозвучал жалобный голос Аники.

— Может, – прохрипел я, снова растягиваясь на холодном и чертовски неудобном полу.

Стоило только прикрыть глаза, как меня тут же засосало в вязкую пучину полудрёмы. Не то сон, не то бред, — в голове замелькали обрывки последних событий. Я снова чувствовал ледяной ветер, пронизывающий до костей, вкус крови на губах и острую боль в плече. Даже сквозь сон я продолжал испытывать боль.

Образы наслаивались друг на друга. Хмурое лицо Барсы, всегда сосредоточенное и серьёзное, сменилось на злорадную ухмылку Менхельского. В голове всплыла картина: Менхельский, стоя́щий над поверженным Барсой, его лицо искажено торжествующей ненавистью. Он что-то говорит, но я не могу разобрать слов. Только вижу, как он поднимает руку, готовясь нанести последний удар.

Я резко открываю глаза. Сердце колотится как бешеное. Холодный пот покрывает тело. Вокруг темно. Только слабый свет проникает сквозь узкий проход. Ещё две минуты даю себе, чтобы окончательно стряхнуть себя остатки сна, и заодно осторожно проверяю тело на дееспособность.

Боль притупилась, превратившись в терпимое неудобство. Пытаюсь встать, и с удивлением понимаю, что меня уже не шатает из стороны в сторону. Зрение вернулось в норму, позволяя различать детали в полумраке пещеры, а рука до сих пор сжимает кинжал Бесконечности. Вновь всплыла панель состояния, демонстрируя прогресс восстановления. До идеала было ещё далеко, но цифра пятьдесят три уже добавляла оптимизма.

— Аника, – позвал я энграмму, убирая кинжал за пазуху, – ты знаешь где мы?

— Мы недалеко от канализационного канала Альтвэра, – тот же ответил голос.

— И как ты это определила? – уточнил я, постепенно двигаясь на свет через проход.

— Система, я подключилась к ней, как только она стала в пределах досягаемости. Я ведь и говорить могу только через неё. – добавила девушка.

Ну да! А я удивлялся, с чего вдруг Аника заговорила? Значит, система в Ирэби всё-таки есть, только работает она исключительно в Альтвэре.

— Канализационный канал Альтвэра... Отлично, – пробормотал я, пролезая в узкий проход. Он оказался не таким уж и узким, скорее просто низким. Пришлось немного пригнуться, чтобы не задеть головой шершавый потолок.

— Отлично? Это ты зря! – отозвалась Аника. – Канализация Альтвэра – это рассадник всякой мерзости. Там могут быть и мутанты, и крысы размером с собаку, и вообще... не самое приятное место для прогулок.

— Спасибо, что предупредила, – буркнул я, стараясь не думать о крысах размером с собаку. Впрочем, после встречи с Менхельским и падения в этот колодец, крысы меня пугали меньше всего.

Проход вывел меня в небольшую пещеру, освещённую тусклым светом, проникающим через отверстие в потолке. В воздухе висела сырость, смесь гнили и чего-то неописуемо мерзкого. Отчётливо пахло плесенью. По дну тоннеля, едва журча, текла мутная жижа. Валялись какие-то обломки, куски бетона и ржавые трубы. Типичная канализация, в общем.

— Попробуй, отсканировать местность, – попросил я.

Через мгновение на ментальном экране появилась карта местности. Судя по ней, мы находились в самом сердце канализационной системы Альтвэра. Вокруг простирались километры туннелей и коллекторов.

Я внимательно вгляделся в карту, пытаясь найти кристалл, поддерживающий связь с миром Зеро-орбис. Взгляд скользил по лабиринту серых линий, обозначающих туннели. Аника молчала, давая мне сосредоточиться. Я знал, что она тоже ищет, прочёсывая данные системы в фоновом режиме. Кристалл должен быть где-то поблизости. Вопрос лишь в том, насколько поблизости это "поблизости".

Вспомнил случай в Нэвире, когда мы с монахами уничтожили подобный кристалл. Тогда он был спрятан глубоко под землёй, в укреплённом бункере. Если кристалл здесь спрятан также тщательно, то поиски могут затянуться надолго. А времени у нас, как всегда, в обрез.

— Аника, уточни параметры поиска, – попросил я, не отрывая взгляда от карты. – Ищи аномалии в электромагнитном поле, всплески энергии, что-нибудь, что не вписывается в общую картину. И приоритет – глубокие подземные структуры, бункеры, шахты.

Карта слегка изменилась, подсвечивая несколько потенциальных точек. Все они находились на приличном расстоянии друг от друга, и до каждой нужно было добираться по этим туннелям.

— Что скажешь? – спросил я.

— Одна из точек, – ответила Аника после короткой паузы, – демонстрирует странную энергетическую сигнатуру. Она находится примерно в полутора километрах к юго-востоку от нас. Сигнал слабый, но стабильный.

— Сможешь проложить маршрут? – спросил я, уже предвкушая долгую прогулку по канализации.

Передо мной появилась знакомая зелёная линия, прокладывающая путь через лабиринт туннелей. Маршрут был извилистым и явно избегал используемые помещения, предпочитая узкие, заброшенные проходы.

— Аника, будь начеку. Если увидишь крысу размером с собаку, сразу предупреждай, – слегка подтрунивая над ней, с улыбкой произнёс я, делая первый шаг в тёмный туннель.

⃰ ⃰ ⃰

— Уходим, – скомандовал Рафф, чувствуя, как вокруг начинает сгущаться морозный воздух.

— Но там Бэл! – указывая в сторону Альтвэра, где уже вовсю кипела схватка с Урсами, произнесла Гертруда.

— Гера, – твёрдо ответил ей монах, – Ты точно уверена, что он там?

Девушка слегка замялась, сопротивляясь собственным чувствам. Она была готова броситься хоть в огненное пекло, лишь бы оказаться там, где Бэл. Вот только Рафф был прав. Перед ними упала лишь головная часть самолёта, а хвост грохнулся где-то за рекой. И теперь даже издалека было видно, как догорают последние обломки.

Кажется, покажи ей бездыханное тело Бэливера, она всё равно не поверит в его смерть. Она знала, что шансы ничтожны, но принять это было выше её сил.

— Гера, послушай, – он положил руку ей на плечо, чувствуя, как она вся напряглась. – Там Урсы и, судя по всему, их там немало. Мы не сможем помочь Бэлу, если сами попадём в засаду. А если продолжим стоять здесь, то Урсы доберутся и до нас.

Гертруда молчала, опустив голову и чувствуя себя предательницей, бросающей друга в беде. Она всё понимала, но принять это было невыносимо трудно. Монах подождал немного, давая ей время прийти в себя. Затем твёрдым голосом, скомандовал:

— Собираемся. Двигаемся на юго-восток, от реки. Там у нас есть шанс уйти от Урсов.

Их немногочисленный отряд медленно двинулся в сторону, вдоль высокой стены, оставляя позади догорающие обломки самолёта. Гертруда шла последней, не отрывая взгляда от Альтвэра. В её глазах стояли слёзы. Где-то в глубине души, она всё ещё надеялась на чудо. На то, что Бэл жив, и они ещё встретятся.

Они шли уже несколько часов. Мороз крепчал, и усталость давала о себе знать. Рафф остановился и огляделся. Малой тоже встал как вкопанный, и показав длинные клыки, зарычал.

— Что там? – тихо спросил Йорк, идущий следом.

Рафф прищурился, пытаясь разглядеть что-то в надвигающихся сумерках. Ветер усилился, принося с собой колючие снежинки, которые больно хлестали по лицу. Малой не ошибался. Его звериное чутьё редко подводило.

— Урсы, – прошептал монах, не отрывая взгляд от темнеющей полосы леса впереди. – Много.

Он посмотрел на свой отряд. Усталые лица, потухшие глаза. Они и так вымотаны. Сражаться сейчас, в таком состоянии, было самоубийством.

— Сколько их? – озабоченно спросила Гертруда, подойдя ближе.

Рафф, присел на одно колено, внимательно вглядываясь в темноту. Его лицо оставалось непроницаемым, но было видно, как напряглись его плечи.

— Не меньше дюжины, – прохрипел Рафф поднимаясь. – И они идут прямо на нас.

Дюжина Урсов. Для такого небольшого отряда, как их, это было смертельно. Монах быстро соображал. Бежать дальше на юго-восток было бессмысленно. Урсы быстрее и выносливее. Они их настигнут. Нужно искать укрытие, место, где можно дать бой, имея хоть какое-то преимущество.

Взгляд Раффа упал на высокую стену, вдоль которой они шли. Она была сложена из огромных, обледенелых камней, и тянулась, казалось, до самого горизонта.

— К стене! – чуть слышно скомандовал он.

Отряд бросился к стене. На их счастье, они наткнулись на небольшую нишу, достаточно глубокую, чтобы укрыть нескольких человек. Они стояли плечом к плечу, готовые встретить врага. Монах видел, как Йорк достал свой лук, натягивая тетиву, а Гертруда вытащила короткий меч, больше похожий на длинный клинок, и его сталь блеснула в тусклом свете.

Вскоре из леса медленным шагом вынырнули первые Урсы. Огромные, с горящими злобой глазами, отливающие серебром в лунном свете. Йорк выпустил стрелу. Она попала в одного из Урсов, но, на его место тут же встал другой. Началась битва.

⃰ ⃰ ⃰

Стрелы свистели в воздухе, но Урсы, продолжали идти напролом, сметая всё на своём пути. Гертруда кружилась, вокруг нанося быстрые и точные удары. В воздухе замерцали множество серебристых кристаллов. Малой следовал за девушкой, прикрывая ей спину. Однако несмотря на старания гримби, один из Урсов всё-таки умудрился задеть Геру, сильным ударом отправив её к стене. Девушка упала, со стоном прижимая вывихнутое колено.

— Гера! – испуганно крикнул Йорк, выпуская ещё одну стрелу.

Он попал Урсу в глаз, и тот рассыпался мелкими осколками. Йорк отступил, прикрывая Геру.

Рафф понимал, что они не продержатся долго. Урсы были слишком многочисленны. Нужно было что-то предпринять. Но что? Они отчаянно отступали, а противник, всё шёл и шёл, невзирая на отчаянное сопротивление.

Неожиданно за спиной монаха стена ушла в сторону, обнажив темнеющий проход.

— За мной! – заорал он, не своим голосом, почувствовав надежду, – Всем сюда!

Он бросился к проходу, подхватив Гертруду, и та, прихрамывая, побежала следом. Йорк, выпустив последнюю стрелу, прикрывал их отход, а Малой, словно тень, метался между ними, огрызаясь на наседающих Урсов.

Проход оказался узким, едва позволяющим двум людям идти плечом к плечу. Стоило только последнему войти в него, как стена снова сдвинулась, отрезая их от Урсов. Могильный воздух ударил в лицо. Монах чувствовал, как влага оседает на его лице, превращаясь в мелкие льдинки. Стены прохода были гладкими и скользкими, словно отполированными.

Впереди слышался глухой, пульсирующий гул, словно биение огромного сердца. С каждым шагом он становился всё громче и отчётливее, вызывая неприятную дрожь.

— Где мы? – спросила девушка, стараясь не отставать от своих спутников.

— Не знаю, — ответил Рафф, — Но это лучше, чем оставаться там.

Они шли все дальше и дальше в темноту. Внезапно впереди забрезжил свет, и вскоре они вышли в просторный зал. Здесь было тепло и сухо. Высокий потолок терялся в темноте, а стены были неестественно гладкими.

Именно отсюда исходил пульсирующий гул. Монах почувствовал, как его сердце забилось чаще. Что-то здесь было не так.

В центре зала возвышалась огромная колонна, словно выточенная из цельного куска обсидиана. Она пульсировала в такт гулу, испуская слабое, зеленоватое свечение. Вокруг колонны, на полу, были вырезаны сложные геометрические узоры, светящиеся тем же зловещим светом.

— Кажется, мы в безопасности, – проговорил Йорк, подойдя к Гертруде. Девушка застонала, облокотившись на его плечо, пытаясь вытянуть ногу.

— Я бы не был так уверен, – сказал Рафф, с сомнением поглядывая на колонну.

— Вывих, – не обратив внимания на слова монаха, констатировал Йорк, осматривая повреждение Геры. – Нужно вправить. Позволишь?

Девушка кивнула, стиснув зубы, готовясь к боли. Йорк, с ловкостью вправил колено. Гера вскрикнула, но тут же замолчала, прикусив губу.

— Спасибо, – прошептала она, – Уже лучше.

Малой, тем временем, обнюхивал пещеру, настороженно поводя ушами. Он явно чувствовал что-то неладное.

— Что такое, Малой? — спросил Рафф, заметив его беспокойство.

Гримби покачал головой и недовольно фыркнул, навострив рыжие уши.

Рафф никогда не видел ничего подобного. Это место казалось чуждым, неестественным, словно созданным не для людей. Он сделал шаг вперёд, но Малой зарычал громче, вцепившись зубами в его штанину. Монах остановился. Он доверял инстинктам гримби.

Внезапно узоры на полу начали мерцать ярче. Зелёное свечение усилилось, окутывая всё вокруг. Гул стал оглушительным, заставляя их зажать уши руками. Из колонны вырвался луч света, ударивший в потолок. В зале стало светло как днём. Они увидели, что потолок был испещрён такими же геометрическими узорами, как и пол. Луч света, отражаясь от них, создавал сложную сеть переплетающихся линий.

Рафф не понимал,что происходит, но знал, это ни к чему хорошему не приведёт.

— Нам нужно уходить! — крикнул он, — Сейчас же!

Малой, рыча, ринулся прочь, словно чувствуя приближающуюся опасность. Монах подхватил Геру под руку и потащил её следом за гримби. Йорк, не задавая вопросов, двинулся следом.

Они бежали не оглядываясь. Малой вёл их за собой, словно знал тут каждый уголок. Гул преследовал их, становясь всё громче и отчётливее. Рафф заметил, что стены прохода вибрируют ему в такт. Внезапно стены начали сужаться, словно стремились раздавить их.

— Быстрее! — крикнул Рафф, — Быстрее!

Они бежали изо всех сил. Монах почувствовал, как его плечи начинают задевать холодный камень. Впереди забрезжил свет. Ещё немного. Они почти добрались до выхода… Рафф поскользнулся на сколькой жиже появившуюся под ногами и покатился вперёд.

Стены сомкнулись, за их спинами с протяжным стоном. Гул прекратился. Монах открыл глаза. Он лежал на полу, в склизкой жиже. Гера и Йорк лежали рядом, ошарашенно оглядываясь по сторонам. Рафф поискал глазами гримби, но его нигде не было.

Он попытался встать, но его тело пронзила острая боль. Кажется, сломано ребро. Или два. Сквозь пелену боли монах услышал стон Йорка. Тот сидел, прижав руку к голове, и мотал ею, словно пытаясь что-то вытряхнуть из неё. Гера, с бледным лицом, ощупывала свои конечности, проверяя, всё ли на месте.

Рафф попытался сесть, но острая боль в боку заставила его замереть. Он огляделся по сторонам. Ещё одна пещера. Стены покрыты той же мерзкой слизью, что и пол. Казалось, свет исходил как раз от этой жижи.

Где-то в стороне послышались чьи-то шаги, и заливистый лай Малого.

— Бэл? – услышал монах голос Йорка. Видимо, парень окончательно сошёл с ума, после таких приключений. Однако Гертруда неожиданно засуетилась, пытаясь встать.

— Бэл! – радостно закричала девушка, и Рафф, наконец, увидел человека, стоящего на другом конце пещеры.

Малой, виляя хвостом, всё пытался облизать лицо человека, а тот слабо сопротивляясь зверю, старался удержаться на ногах.