Глава 6.

Слав. (текущее время)

Сначала, крошечные паучки, возникшие словно из ниоткуда, повергли меня в мимолетный ужас. Да и как не испугаться, когда их внезапно оказалось так много, что они, казалось, заполонили собой все пространство, не оставив даже места для шага. Но тут воспоминание пронзило сознание, словно луч света, и я понял, что это за пауки и кому они служат. Мгновенно возопив, я предостерег всех от резких движений и проявления агрессии. К счастью, среди разведчиков не было излишне нервных и несдержанных. Такие долго в наших рядах не задерживаются – естественный отбор безжалостен. Именно они уходят первыми – или погибают.

Так же стремительно, как и появились, пауки рассеялись по подземному лабиринту. В мгновение ока только одинокий крохотный разведчик остался сидеть у меня на плече. Я не стал его сбрасывать… напротив, осторожно протянув руку, я коснулся его панциря, ласково погладив. Паучок терпеливо снес мою "ласку", а я перевел взгляд на остальных и пояснил:

– Это пауки-разведчики! – сообщил я тем, кто еще не знал. – Артем предупреждал, что они могут скоро появиться.

– И откуда они? – с удивлением спросил полуэльф, разглядывая паучка, удобно устроившегося на моем плече.

Новичку простительно многого не знать. Поэтому мое пояснение предназначалось и для него, и… для вампиров, внимательно прислушивающихся к нашему разговору.

– Это пауки-разведчики из подземелья под Блистательным городом. С тамошней главой арахнидов у нас сложились довольно неплохие отношения. Артем попросил жену капитана Рона встретиться с нею и передать той его просьбу. Он предвидел, что они могут нам здесь понадобиться. И, как видите, – я обвел жестом множество разветвлений туннеля перед нами, – он оказался прав… Так что подождем здесь, пока паучки не обследуют эти туннели для нас...

Полуэльф кивнул, впитывая информацию, а вампиры обменялись быстрыми взглядами, в которых читалось нечто похожее на любопытство и, возможно, даже уважение. Сотрудничество с арахнидами было нетривиальным решением, и, судя по всему, весьма эффективным.

Мы прождали около часа, сидя в относительной тишине. Лишь изредка кто-то тихо переговаривался или шелестела одежда. Напряжение, висевшее в воздухе с момента появления пауков, постепенно рассеялось. Крохотный разведчик все еще сидел у меня на плече, словно приклеенный. Время от времени он подергивал лапками, передавая, видимо, какие-то сигналы своим невидимым соратникам.

Но все рано или поздно заканчивается… Так вот, наконец-то закончилось и наше затянувшееся ожидание.

***

Артем.

Первые сутки обороны выдержали натиск адской орды, отбивая волну за волной – восемь яростных попыток сломить нашу твердыню. Но демоны, словно неумолимый поток, пусть и частично, но прорвали оборону. Третью стену мы оставили, отступив за четвертую, где, восстановив древний механизм управления мостом, сумели надолго задержать врага у самых подступов.

Мы готовились к очередному штурму из подземелий, ждали его в темных лабиринтах под крепостью. Но зловещая тишина так и не была нарушена грохотом демонических полчищ. Не то чтобы мы жаждали новой схватки, но необъяснимая задержка настораживала. Почему враг не воспользовался обходным маневром?

Вести от усиленных отрядов разведки сообщали лишь о разрозненных группах гоблинов, которых находили и уничтожали то тут, то там. Но ни намека на демонов, ни даже на зловещих дроу. Последних я боялся больше всего. Вампиры шептали, что они – повелители подземной войны, чувствуют себя в темных туннелях как дома и владеют тактикой, отточенной веками. Лишь два подтвержденных столкновения с дроу, и с тех пор – тишина.

Всю ночь я метался по крепости, словно тень.

Участвовал в совещаниях под руководством графа Камского, возглавившего оборону, помогал раненым, руководил их эвакуацией в тыл – в госпиталь, что матушка перенесла из Варанска на территорию старого замка у гор. Место было выбрано не случайно: древние каменные стены и крепкие врата делали его неприступным. Независимо от внешних обстоятельств, замок имел свой источник воды, который не иссякал, даже если демоны прорвут оборону Ромашки, его защита была проще защиты города. Эвакуировать же больных, раненых и немощных в одночасье – задача почти невозможная. Поэтому матушка Зина и развернула полевой госпиталь именно там, где кучка ополченцев могла бы удерживать рубеж до прихода имперских войск.

Раненых было много, слишком много. Госпиталь уже принял не менее полутысячи страждущих. Не хватало целителей и лекарей, и матушка привлекала горожан, готовых помочь. Но даже так, всю ночь персонал был занят оказанием неотложной помощи.

Под утро прибыл первый отряд подкрепления из соседнего города, собранный в ответ на весть о вторжении. Четыре сотни душ под командованием седовласого ветерана. Он признался, что, отправляясь в путь, не надеялся застать здесь хоть кого-то в живых. Он шел перехватить передовые отряды демонов и задержать их на подступах к своему родному городу. Но беженцы несли с собой весть о том, что городское ополчение и студенты магической академии сумели остановить врага в горах. Эта надежда заставила ветерана гнать свой отряд всю ночь к крепости.

Граф Камский лично обнял ветерана, благодаря за решимость и смелость. Старик даже расплакался, как ребенок, от услышанный в свой адрес сердечной благодарности.

Прибытие пополнения позволило обессиленным бойцам хоть немного отдохнуть и набраться сил.

А с первыми лучами солнца к крепости подоспели два элитных кавалерийских полка под командованием генерала Адамадова, который тут же принял командование обороной. Все защитники выдохнули с облегчением, уверенные в том, что теперь не только удержат крепость, но и отбросят врага.

Меня же, вместе с ранеными, отправили в госпитальный лагерь, где я поступил в полное распоряжение моей матушки.

В госпитале царил хаос, но это был организованный хаос. Матушка, словно генерал на поле боя, руководила всем и вся. Она успевала и утешить раненого солдата, и отдать четкие указания хирургам, и сама собственноручно перевязать самые сложные раны. Я видел ее усталость, глубокие морщины, прорезавшиеся за эту ночь, но в ее глазах горел огонь, огонь надежды и решимости. Она встретила меня крепкими объятиями и мгновенно определила на самый тяжелый участок – к тяжелораненым, где особенно не хватало рук.

Я помогал, чем мог – исцелял, менял повязки, проводил операции, помогая медикам-хирургам. Каждый из них – герой, каждый отдал частичку себя служению своему делу. В их глазах читался страх, боль, но и непоколебимая вера. Вера в победу, вера в то, что их жертва не напрасна.

Пока мы были заняты исцелением ран и душ, на дороге, ближе к полуденному часу, показался первый, наспех сколоченный отряд местного герцога, некогда отвечавшего за безопасность земель Ромашки и Варанска. Пехотинцы, стараясь держать строй, прошли мимо замшелых стен старого замка, направляясь к крепости. Организованность их, однако, обманчива – сплошь новобранцы, юнцы в поношенных доспехах, словно с чужого плеча.

Часом позже мимо потянулось нечто совсем иное – сброд, при виде которого любой сразу понимал: ополчение. И те, без лишних слов, устремились к крепости.

О появлении этих пеших формирований госпиталю донесли дозорные у ворот, дабы приободрить измученных солдат. Ведь прибытие подкреплений означало, что кошмар прорыва демонов отступает. И пусть Ромашка еще ждала полноценной защиты, уже можно было вздохнуть с облегчением, почувствовать, как в сердца прокрадывается надежда.

Вскоре из Варанска прибыло несколько телег с припасами. Возчики принесли добрую весть: жители, бежавшие утром в страхе, возвращаются в свои дома. В городе воцарилось подобие спокойствия, настолько, что даже лавки и рынок вновь открылись. Несмотря на почти полное отсутствие стражи, в Варанске царил порядок и удивительно приподнятое настроение.

Разгрузив провизию, варанцы забрали из замка тех, кто искал здесь убежища от демонического нашествия, и отправились восвояси. И в это время на дороге показался конный отряд, облаченный в добротные доспехи. Но больше всего, когда я вышел из ворот перевести дух, поразила не экипировка, а их расслабленность. Ехали не спеша, словно на увеселительной прогулке. Не хватало только шута и развеселых девиц. Казалось, ничто не омрачало их безмятежность, даже смех срывался с уст.

И тут они заметили меня. В целительской одежде, я вряд ли казался похожим на новоиспеченного владельца этих земель. Да и будь на мне хоть самые дорогие доспехи – кто я такой для них? Но именно мой наряд привлек их внимание.

– Эй, лекарь! – развязно крикнул один из всадников. – Я в дороге задницу натер, полечи-ка мне ее!

Стоявшие рядом со мной воины напряглись.

– Хлеб за пузом не бегает, – с ледяным спокойствием ответил я, жестом останавливая своих бойцов, охранявших вход. – А если задницу натер, то полезно будет для твоих телес пешочком пройтись.

– Да как ты смеешь!? – возмутился другой всадник. – Ты хоть знаешь, кто перед тобой? Сын герцога…

– Да мне плевать, чей он сын, – резко перебил я его. – Я даже перед самой Императрицей не кланяюсь… а уж тем более слушать тут крики какого-то павлина.

Про Императрицу я не соврал. Теща и вправду запретила мне склонять перед ней голову, сказав, что лести ей и так хватает.

Я продолжил, не давая им опомниться:

– Эти земли, насколько мне известно, более не принадлежат вашему герцогу. И вы, господа, похоже, в своей прогулке свернули не туда. Советую развернуться и ехать обратно.

– Да как ты смеешь! – Снова за старое. – Мы здесь, чтобы защитить эти земли от вторжения демонов!

– Как пафосно, – я даже поморщился. – Вот только, господа, судя по вашей скорости, вы не особо торопились. Генерал Адамадов с двумя кавалерийскими полками успел раньше вас. А ведь путь от графства Лиран до этих мест гораздо длиннее, чем от столицы вашего герцогства… Так что советую развернуться и проваливать отсюда. – снова я предложил им этот вариант.

Всадники замерли. Мой уверенный и твердый тон явно их смутил. Да и охрана у ворот недвусмысленно перехватила новейшие кассетные арбалеты, бросая на чужаков вызывающие и недобрые взгляды.

– Это не тебе решать! – процедил тот, кто натер задницу в седле, и пришпорил коня, повел свой отряд дальше по дороге.

– Господин? – тихо, с вопросительной интонацией произнес один из руссов, охранявших ворота.

– Все нормально… пусть едут. – Я махнул рукой на этих придурков и вернулся в госпиталь.

***

Ника.

Отец сердечно поблагодарил защитников Ромашки и, не теряя ни секунды, принял командование на себя. Первым делом измученных бойцов сменили свежие силы, те, что он привел с собой. Меня и Юнну тоже отправили в разбитый лагерь за пятой стеной, чтобы мы могли перевести дух. Я, конечно, предпочла бы быть рядом с мужем… за все это время нам так и не удалось остаться наедине. Но он наверняка поглощен делами, и надеяться на украденный час было наивно. Вместе с несколькими девушками-магами мы заняли большую палатку и, обессиленные, рухнули отдыхать.

Что до моих подруг-воительниц, Ками и Шери, то в недавних схватках с демонами им так и не удалось блеснуть доблестью. На передовую их, как и других девушек, не пустили, отчего те пребывали в мрачном расположении духа. А тут еще отец, как гром среди ясного неба, заявил, что молодым девицам не место в пекле битвы, и решительно отправил всех помогать раненым в импровизированном госпитале.

Ещё до обеда, они, кипя от негодования, собрались и двинулись по отцовскому указу. Но прежде случился инцидент – для одних потешный, для других не очень. К крепости подъехали всадники в сверкающих доспехах, представившиеся личной гвардией местного герцога. И, да, я охотно верила, что это и впрямь гвардейцы из личной гвардии герцога. Таких самоуверенных павлинов еще поискать надо. Они подкатили в самый неподходящий момент, когда девушки-воительницы, раздраженные до предела, готовились к отъезду. Естественно, при виде юных красавиц, приезжие распушили свои хвосты и пустились в галантные ухаживания. В результате, Шери и Ками размазали физиономии двум самым назойливым кавалерам. После чего, возглавив отряд девушек, покинули поле брани. Ну а «павлинов» отец расставил по четвертой стене.

Не знаю, что он им говорил, но после беседы их главарь выглядел как побитый пес. Когда же я, отдохнув четыре часа, вернулась на стену, сменив госпожу Арину, то обратила внимание на дрожащего сына герцога. Без лишних слов было видно, до чего ему здесь страшно. Но никто не смеялся над ним и не упрекал. Все делали вид, что не замечают его испуга. Да и если честно, видя этих самых демонов, что ощетинились на стене напротив нас… как-то совсем, было не до смеха.

А уже утром следующего дня… после ночи, полной тягостного напряжения и ожидания, к крепости подошел передовой отряд под личным командованием генерала Хойда Дориана. И сразу за ним прибывали все новые и новые войска… пока под стенами Ромашки не собралось более десяти тысяч бойцов.

И началась подготовка к предстоящему штурму третьей, второй и первой стен крепости. Ромашку пора было освобождать.

Отец, как опытный стратег, быстро оценил ситуацию и распределил силы. Он понимал, что демоны, захватившие большую часть крепости, будут сражаться отчаянно, и победа потребует не только численного превосходства, но и тщательной координации действий. Генерал Хойд Дориан, с которым отец провел немало времени, изучая карты и обсуждая планы, взял на себя командование основной ударной силой. Вместе они решили использовать тактику последовательного штурма, чтобы постепенно вытеснить демонов из занимаемых позиций.

Подготовка кипела полным ходом. Солдаты точили оружие, проверяли доспехи и получали последние наставления от командиров. Маги, в свою очередь, перебирали доступные им заклинания и готовили мощные заряды для прорыва вражеской обороны. Все понимали, что впереди их ждет тяжелое испытание, но никто не сомневался в победе. Ромашка должна быть освобождена, и они сделают все возможное, чтобы это произошло.

Но ещё до самого начала пришло внезапное сообщение из подземелья...

***

Слав.

Гоблин занес ржавый топор, но смерть его опередила. Я уклонился, и сталь клинка, рассекая воздух, отделила мерзкую голову от плеч. Оглядевшись, я увидел, что угрозы больше нет.

Отряд гоблинов оказался слишком мал, чтобы представлять серьезную опасность. За последние сутки мы отточили свое мастерство в истреблении подобных групп, коих расплодилось в этих лабиринтах немерено. Это была уже четвертая засада за день. Но найти место, брешь, через которую демоны и гоблины проникали в подземелье, по-прежнему пока нам не удавалось. И становилось очевидно, что это подземелье огромно и бесконечно… будь оно проклято.

– Вперед, – скомандовал я, указывая направление.

Спасибо паучкам. Без их незаметной помощи мы бы блуждали вечно. Множество туннелей обрывались тупиками, и лишь благодаря этих крохотных созданий мы избежали бесчисленных пустых ходов. Впрочем, и без тупиков оставалось множество развилок, требующих проверки. Здесь нам помогали следы врагов. Сомнительные ответвления, где не было протоптано, мы методично помечали, поверхностно исследовали и исключали из поисков. Так, составляя карту проходов, мы неуклонно продвигались к цели…

– Командир, – полуэльф привлек мое внимание, – воздух словно коснулся ледяным дыханием.

Я замер, обостряя чувства. И правда, духота словно отступила под натиском внезапной свежести.

– Всем внимание, – произнес я, окидывая взглядом товарищей. С этого момента мы двигались с удесятеренной осторожностью.

Как жаль, что паучки не могли общаться человеческой речью, лишь ментально транслировали свои смутные чувства, требующие расшифровки. Единственное, что мы знали о туннеле – он уходил вглубь, дальше, чем проникли наши разведчики.

Поэтому, когда впереди забрезжил яркий свет, настороженность наша достигла предела. Приблизившись, мы обнаружили огромную подземную полость, освещенную неземным ярким сиянием, и колоссальный ледяной ледник, источавший эту ощутимую прохладу.

Я уже готов был признать нашу ошибку, когда от паучка на плече пришло ментальное предупреждение, о том, что впереди кто-то есть. И этих "кто-то" было пугающе много.