Глава 23.

Артем.

Мы очутились в тесной коморке, откуда щербатая дверь, словно беззубый рот, зияла проходом в неизвестность. То ли мы нечаянно пошумели, то ли у кого-то за дверью слух оказался на диво чутким, но звон перерубленной цепи не остался незамеченным. В щели показалось встревоженное лицо. Бывалый пройдоха, матерый жук – он мигом оценил ситуацию и заорал во всю глотку:

– Атас! Шухер! – и попытался захлопнуть дверь перед самым нашим носом. Но мой верный самострел, мой старый друг-пистолет, не подвел. Я всадил в горлопана остаток магазина, избавив его от дальнейших телодвижений. Тор же, словно юркая рыбка, метнулся в проем, и уже через мгновение до меня донесся яростный звон скрещенных клинков. Я замешкался лишь на миг, меняя опустевший пистолет на заряженный, проклиная себя за то, что не пополнил запас магазинов – сейчас они были бы как нельзя кстати.

Когда я добрался до Тора, он уже вовсю молотил мечом, отбиваясь от двоих молодчиков, а у его ног валялся поверженный враг с пробитой насквозь грудью. Я тут же разрядил два патрона, а Тор хладнокровно завершил дело, заколов обоих.

Мы оказались в узком коридоре, по обе стороны которого теснились двери, ведущие в неведомые, скрытые от нас помещения. В конце коридора виднелась лестница, уходящая вверх, возможно, к другому выходу из этого проклятого места.

Неожиданно одна из боковых дверей распахнулась, и в нас полетел огненный шар. Учитывая тесноту коридора, увернуться было практически невозможно. Но я и не собирался. Рванув Тора назад, я приготовился принять огненный удар на себя. Вернее, приготовился бы, если бы он, черт возьми, не испарился в каких-то десяти сантиметрах от меня!

Нужно ли напоминать, что я обладаю антимагией, что чары для меня – пустой звук? Маг, запустивший в меня огненный плевок, явно не ожидал такого эффекта и на мгновение застыл в изумлении. Этого мгновения мне хватило, чтобы прострелить ему грудь. Бедняга от изумления даже не успел выставить защитный барьер… или просто не смог. Как бы там ни было, от него я избавился.

И тут же распахнулись еще две двери, и на нас с двух сторон бросились четверо любителей помахать сталью. Как я уже говорил, коридор был узким, и больше двоих за раз к нам подойти не могли. Я уже хотел прикончить этих… этих храбрецов остатками патронов, когда распахнулась самая дальняя дверь, и появилась уже знакомая эльфийка. Она тут же бросилась к лестнице. А следом за ней – какой-то молодой человек с чуть заостренными ушами.

Я вскинул пистолет и выстрелил им вслед, целясь в эльфийку. Но в этот момент полуэльф шагнул в сторону и заслонил ее своим телом, приняв на себя пулю, предназначенную ей.

И нет, он не пал… Мой выстрел, скорее отчаянная попытка остановить беглянку, а не смертельный приговор, угодил тому несчастному, прошу простить мой грубый слог и плохой французский, в мягкое место… то бишь, прямо в задницу. Зверский вопль прорезал воздух. Он потерял равновесие и, цепляясь за жизнь, ухватился за эльфийку, преграждая ей путь к свободе.

– Отпусти, ничтожество! – процедила эльфийка сквозь зубы.

– Мама, не бросай меня! – взвыл тот в ответ. Но материнское сердце не дрогнуло. Ледяным касанием она коснулась его лба, высвобождая разряд, заставивший тело содрогнуться в конвульсиях, а пальцы разжаться.

– Вот она, материнская… «нежность» во плоти, – пробормотал я, вкладывая в слова всю горечь и сарказм. Мой выстрел в эльфийку на этот раз встретил непробиваемую стену магического барьера. Остроухая взглянула на меня, испепеляя ненавистью, и простерла руку. Молния, сорвавшаяся с кончиков ее пальцев, словно разъяренный змей, растаяла в воздухе, не достигнув цели.

– Что, не получается? – усмехнулся я, видя ее досаду. – Сдавайся, по-хорошему, – предложил я, зная, что мирное решение маловероятно.

В ответ она метнула огненный шар… но не в меня, а в потолок над моей головой. В ее безумии была своя логика. Обвал едва не похоронил меня под тоннами обломков. Чудом успев отскочить к стене, я избежал неминуемой гибели. Сквозь клубящуюся пыль я едва успел заметить, как она кинулась к выходу на лестницу. Подняв пистолет, словно продолжение руки, я выпустил последние две пули в ее направлении и… увидел, как она оседает на пол, сломленная и побежденная.

Тор же, словно вихрь, расправился с остатками банды, которые и вчетвером не представляли для него ни малейшей угрозы.

Тишина обрушилась внезапно, как крышка гроба. Больше ни злобных выкриков, ни плещущейся магии, ни жаждущих крови лиц. Но я не расслаблялся. "Страж переулка" клялся, что их двадцать, а передо мной, если считать эту эльфийку и ее обугленного отпрыска, всего тринадцать трупов. Значит, семеро затаились в тенях, выжидая момент, или же этот "страж" безнадежен в арифметике. Не обнажая клинка, я поднял трофейный меч с пола, настороженно ощупывая взглядом каждый темный угол, каждый подозрительный предмет, и двинулся к телу эльфийки, которую так удачно настигла мой крайний выстрел.

Как ни странно, никто не спешил мне отомстить. Тор вышагивал следом, прикрывая мой тыл, словно верный пес.

Первая остановка – у обгорелого тела отпрыска той самой эльфийки. Дымок вился над ним призрачной змеей, вырываясь из полуоткрытого рта, обугленных ноздрей и ушей. "Любящая мамочка" постаралась на славу, прожарив его изнутри до хрустящей корочки.

– Боже, храни меня от такой материнской любви, – пробормотал я с дрожью в голосе.

– И не говори! – отозвался Тор, мрачно глядя на обугленный комок.

А вот эльфийка… неожиданно оказалась жива. Когда я перевернул ее тело пинком, она приоткрыла глаза, и в них плескалась такая концентрированная ненависть, что, казалось, могла воспламенить воздух.

– Проклинаю тебя! – прошипела она, впиваясь в меня взглядом, полным яда, и… испустила последний вздох. Тонкая струйка крови потекла из уголка ее губ, словно последняя капля злобы.

– Крис меня убьет, когда узнает, – пробормотал я, предчувствуя грядущую бурю. Тор отступил на шаг, глядя на меня как-то странно, задумчиво.

– Если бы только она!

– Это ты на что намекаешь? – Я подозрительно прищурился.

– Да ты просто не понимаешь, что она только что сделала, – сказал он, качая головой. – Она наслала на тебя предсмертное проклятие эльфов.

– И что теперь? Удача от меня отвернется?

– Как бы тебе это сказать… она повесила на тебя метку. Ее видит каждый эльф, каждый полукровка. Эта метка вопит на каждом углу: убейте его, он – убийца эльфов!

– Только это? – выдохнул я с облегчением, так как ожидал чего-то большего и ужасного.

– Тебе этого мало? – Тор удивленно вскинул брови, продолжая изучать меня взглядом.

– Я не знаю, что там она наколдовала, но если эту хрень видят только ушастые и их помеси, я как-нибудь это переживу, – отрезал я, стараясь казаться уверенным.

Мысль о мести эльфов не терзала меня. Слишком мало их осталось в Империи, чтобы всерьез опасаться их призрачной тени.

– Осмотримся, – предложил Тор.

И мы, оставив бездыханное тело остроухой, принялись осторожно обследовать каждую комнату в этом зловещем месте. Всего их было шесть.

Та, из которой так опрометчиво выскочила эльфийка, походила на конференц-зал. Напротив – роскошные апартаменты, спальня, достойная вельможи. Еще три служили казармами для "быков" – телохранителей, бойцов, братков… называйте их как угодно. А в последней комнате мы и обнаружили свою находку – избитого до полусмерти и грубо связанного городского стражника.

– Кто вы? – прохрипел он разбитыми губами, настороженно глядя на нас. Звуки схватки донеслись и до него, а теперь он пытался понять, кто мы такие – спасители или новые мучители. Вместо ответа Тор извлек из-под одежды золотой медальон и предъявил его стражнику.

– Императорские телохранители! – в глазах стражника промелькнула надежда. Он, похоже, и меня принял за одного из них, и я не стал его разубеждать. – Но что императорские телохранители забыли в этом… клоповнике?

– Случайно забрели, – пробормотал я. – Заметили субъекта, находящегося в имперском розыске, и, преследуя его, вышли сюда. А ты-то сам как здесь оказался, красавец?

– В переулке дали по голове, – неохотно ответил он. – Очнулся уже здесь…

Развязав его, мне пришлось потратить добрых десять минут, чтобы с помощью магии исцеления вернуть бедняге хоть подобие человеческого облика. А били его, надо признать, умело и со всем старанием – чтобы сильно не покалечить, но чтобы было достаточно больно.

– И что теперь? – спросил я Тора, невольно признавая его главенство в сложившейся ситуации.

– По идее, сюда нужно вызвать городскую стражу, – произнес Тор после короткого раздумья. – Пусть они разбираются. Наша задача – дать показания и не мешать им. – Он на мгновение задумался. – Хотя… по-хорошему, нас здесь вообще не должно было быть. – Бросив быстрый взгляд на стражника, он добавил: – Если понадобятся наши показания, обращайтесь через начальника городской стражи напрямую к главе императорской стражи, под чьим началом мы фактически находимся.

И вот, сам того не желая, я снова был зачислен в ряды имперских телохранителей. Стражник не стал спорить с Тором. Очевидно, принадлежность того к самой элите империи давала ему право на подобные заявления.

– Лучше воспользуйтесь задним выходом, – посоветовал я стражнику, протягивая ему трофейный клинок. – Мы там зачистили переулки.

Тот молча кивнул и скрылся.

– Нам тоже пора уходить, – сказал Тор.

– Ты уверен, что не стоит дождаться стражи и объяснить им все? – с сомнением спросил я.

– По идее, так и нужно было бы поступить… Но, – Тор испытующе посмотрел на меня. – Ты все же не императорский телохранитель. А более опытный офицер городской стражи может это понять. И тогда у него будет полное право тебя задержать. К тому же, среди городской стражи хватает полуэльфов, и кто-нибудь из них может почувствовать оставленную на тебе "черную метку". Не могу предсказать их реакцию, поэтому тебе лучше избежать близкого знакомства с местной стражей. Давай, я провожу тебя до Академии, а потом…

В этот момент мертвое тело эльфийки дернулось и неестественно выгнулось дугой…

***

Тор.

Меня сковал леденящий ужас. По-настоящему сковал, когда я увидел, как мертвая эльфийка вдруг ожила.

– Ублюдки! – вырвался неестественно скрипучий вопль из её горла, а движения напоминали сломанную марионетку, дерганые и резкие. – Вы осквернили такое тело! Уничтожу!

Нет, это был кошмар наяву, к которому я явно не был готов.

Я покосился на Артема, ища хоть какое-то понимание, но на его лице застыл такой же шок и ошеломление. Однако, не теряя ни секунды, он бросился вперед и, прижав ожившую ушастую коленом к полу, начал исцелять её тело целиком. Сначала я не мог понять, что он делает, но от его действий "труп" забился в конвульсиях, выгибаясь и издавая жуткие, утробные стоны. А потом изо рта эльфийки полезло нечто отвратительное… меня передёрнуло от одного вида этого мерзкого червя.

– Дерьмо! – зло выругался Артем. – Я так и знал!

– Что это? – прохрипел я, чувствуя, как по спине пробегает дрожь.

– Это ТА тварь, что управляет "пустыми"! Правда, я впервые встречаю паразита, настолько сросшегося с телом, что внешне и по поведению его не отличить от обычного живого… – он запнулся и поправился. – эльфа!

Червь полностью покинул мертвое тело эльфийки и тут же попытался удрать. Но Артем с силой отшвырнул тварь ногой к стене, а затем занес над ней свой клинок.

– Нет! – заорал я. – Он нужен живым!

Артем заколебался. И в этот момент червь, оскалив свою пасть, ощетинившуюся острыми зубами, словно раскрывающаяся пружина, бросился на парня. Инстинктивно Артем ударил клинком, но в последний миг успел повернуть его плашмя, снова отбросив тварь к стене. Я рванулся вперед и схватил червя за шею, пытаясь удержать его.

– Найди, во что его запихнуть! – крикнул я. – Быстрее!

Тварь оказалась невероятно верткой и сильной. Она извивалась и, подобно змее, обвивалась вокруг моих рук, так что удержать её было почти невозможно. Червь сдавливал мои руки с такой силой, что, казалось, еще немного, и кости хрустнут.

Но тут Артем вернулся с огромной толстостенной стеклянной бутылью, оплетенной прочной веревкой, с широким горлышком, через которое можно было впихнуть червя. Вопрос был только в том, как засунуть эту тварь в бутыль. И снова Артем проявил смекалку и применил свою магию исцеления, от которой червь начал дергаться и сокращаться, слабеть и мгновенно ослабил хватку. Когда Артем направил то, что можно было назвать головой, прямо в горлышко бутылки, червь довольно легко "всосался" в неё. Я тут же захлопнул крышку.

– Сколько же всевозможных тварей встречается среди демонов, – выдохнул я, разглядывая следы на своей руке. Благо, Артем не прекращал исцеление даже когда червь был на мне, так что рука почти не болела.

– И такие твари сидят во всех "пустых"? – хмуро уточнил я.

– Конкретно такую я встретил впервые, – признался Артем. – Но… да… сидят.

– Гадство! – выругался я. Слухи о том, что "пустые" - это бывшие наши граждане, телами которых управляют демонические твари, доходили до меня и раньше. Но увидеть это вживую… как тут не выругаться.

– Что ты собираешься делать с этой тварью? – спросил Артем, глядя на бутыль.

И правда, что?

Я остановил Артема на инстинкте, не думая, что стану делать с этим червем потом. Так что его вопрос был очень кстати. Правда, ответ пришел довольно быстро.

– Мне нужно как можно скорее встретиться с Императрицей и показать ей это! – я указал на бутыль. – Проблема в том, что сейчас она в Небесном городе на переговорах с вампирами, и мне нужно, чтобы ты меня туда отвёл.

А учитывая, что я сам был больше чем на половину эльфом, особого желания встречаться с вампирами, я не имел, так сомневался, что моя маскировка сможет их обмануть. Но другого выхода я, просто, не видел. Императрица должна была как можно скорее получить информацию о том, что здесь только что произошло.

Артем молча кивнул, и мы поспешно ретировались, оставляя это место на усмотрение местных стражей. В душе я испытал мимолетное облегчение от того, что мы успели вовремя спровадить незадачливого стражника, избавив его от созерцания дальнейшей картины. Почему-то мне отчаянно не хотелось, чтобы тайна мертвой эльфийки стала достоянием общественности. Существуют вещи, которые ни при каких обстоятельствах не должны выплывать на поверхность.

– Ни слова об этом, – тихо предостерег я, указывая на запеленутую тряпкой бутыль. – Если доведется столкнуться со стражей, ни словом не обмолвись о паразите, вырвавшемся из тела… этой, – сказал я намекая на ту остроухую.

– Что ты задумал? – Артем насторожился.

– Скажем так… эльфы издавна стоят костью в горле имперской политике. Сейчас забрезжил шанс прижать их, обвинить в предательстве. Они, конечно же, будут все отрицать, валить вину на покойницу. Но, тем не менее, произошедшее позволит Императрице действовать куда жестче по отношению к тем эльфийским кланам, что назойливо вмешиваются в политику нашей родины, стремясь определять вектор развития Империи. Откровенное предательство и работа на демонов даст государыне существенный рычаг давления. Но если станет известно, что та, ушастая, была под контролем, ситуация может кардинально измениться… и из явных предателей они превратятся в жертв… Так что до решения Императрицы о том, что здесь случилось, лучше держать язык за зубами.

– Я тебя понял, – серьезно кивнул Артем. – Хорошо, о паразите – ни слова.

– Спасибо! – искренне поблагодарил я его.

До портала, ведущего в Академию, мы добрались без приключений. Но прежде чем шагнуть в мерцающую арку, Артем придержал меня за плечо и первым коснулся ладонью портала. И уже на выходе я понял, что нас забросило куда угодно, только не в Академию.