***

Некто без имени.

А парень-то оказался не прост!

Я-то, наивный, полагал, что он просто целитель, тенью скользящий за младшей дочерью герцога Адамадова, а он, оказывается, первоклассный мечник! Значит, неспроста он кружит возле этих девчонок. Скорее всего, он нечто вроде телохранителя. Впрочем, если поразмыслить, возле принцессы вообще не увидишь случайных лиц. Взять хотя бы двух девиц, поступивших на факультет рыцарей. Сразу видно - обученные мечницы… как, собственно, и те две горничные, что неотступно следуют за принцессой и герцогиней. Ко всему прочему, где-то поблизости всегда маячит пятерка бойцов из рода Русс, готовых в мгновение ока прикрыть принцессу. В общем, банальное нападение в лоб – сразу провальный вариант. Да и не боец я, чтобы бросаться с клинком на принцессу, окруженную такой непробиваемой стеной. Нужен план изящнее, тоньше. А пока остается лишь наблюдать и ждать, выискивая брешь в этой броне.

***

Артем.

Думаете, кто-то вдруг помудрел и решил оставить меня в покое? Как бы не так!

Едва рассеялся дым от второй дуэли, как из тени выполз третий "рыцарь справедливости", сжимая в руке в качестве вызова очередную перчатку. Но на этот раз я, не церемонясь, отправил его прямиком в пешее эротическое путешествие, добавив ледяным тоном, что мой лимит на глупые дуэли на сегодня исчерпан.

Последнюю фразу я, разумеется, приправил щедрой порцией насмешки и ядовитой иронии. Оппонент попытался было разразиться тирадой в духе вчерашнего героя, обвиняя меня в трусости. Но его тут же подняли на смех те, кто был свидетелем моих утренних баталий. Кое-кто даже встал на мою защиту, заявив, что я абсолютно прав и одной дуэли в день более чем достаточно.

Посрамленный и униженный, он поспешил ретироваться, буркнув на прощание, что будет ждать меня завтра на той же площадке, где я утром уже расправился с его приятелем.

Итак, установив непреложный закон – одна дуэль в день и не больше – я благополучно отправился на следующее занятие, в спортивный зал под чутким руководством госпожи Ольги, которая как оказалась была наставницей у курса всех девушек-рыцарей, включая целителей, которым я относился. Ну а Ника и Юнной, как прошедшие отбор у наставника Нортона, сами выбирали у кого им тренироваться. Зачет в конце года им и так был гарантирован.

И вот мы все выстроились в зале для тренировок.

Я скромно так занял место в заднем ряду, но как оказалась это меня не спасло.

– Темочка, мальчик мой!.. – ласково начала… теперь уже, наставница Ольга.

Я вздохнул, ощущая терпкий привкус неминуемой беды в её словах. Не зря же она выудила из глубин памяти моё уменьшительное имя.

– …Чего это ты там затаился, слившись с убранством зала? Обделил нас своим драгоценным вниманием, выйди же вперёд, герой! – прощебетала «тётушка».

Я обречённо вздохнул и, повинуясь, шагнул навстречу своей участи.

– Ну вот, так-то лучше! – Ольга одарила меня фальшиво-елейной улыбкой.

По залу прокатился тихий ропот смешков…

Кто-то улыбался открыто, с любопытством…

Кто-то взирал с растерянным удивлением, не понимая, что разворачивается перед их глазами.

– А теперь слушаем только меня! – неожиданно рявкнула Ольга, словно хлыстом полоснула, и смешки мгновенно смолкли, а улыбки увяли.

– Мне совершенно нечему учить этого мальчика, чей боевой потенциал превосходит даже мой, – произнесла она, обводя всех испытующим взглядом. Тут же послышались удивленные восклицания.

– И да, я не оговорилась… - продолжила наставницы молодых рыцарей и магов. – Артём здесь для того, чтобы помогать мне обучать вас. Так что с этого момента на моих занятиях можете называть его наставником или сенсеем… Вопросы?

В ответ повисла тишина, столь плотная, что казалось, её можно потрогать.

– Ну, тогда начнём наше занятие.

Тетя Ольга обернулась ко мне с лукавой улыбкой.

– Ну, что, мой мальчики, покажешь нам как должен двигаться настоящий воин? – промурлыкала она, и я понял, что попал в хитроумно расставленную ловушку. Отступать было некуда, да и не хотелось. Пусть удивятся, пусть посмотрят, на что я способен.

– С удовольствием, – ответил я, стараясь придать голосу уверенность. Я вышел в центр зала и окинул взглядом собравшихся. В глазах читались любопытство и недоверие. Что ж, тем интереснее будет их удивить. Я выбрал из толпы самую робкую девушку и предложил ей атаковать меня. Она смутилась, покраснела, но все же вышла вперед.

– Не бойся, – успокоил я ее. – Просто представь, что я твой враг, и сделай все, чтобы победить. Она кивнула и сделала нерешительный выпад. Я легко уклонился и, воспользовавшись ее замешательством, молниеносно обезоружил ее. Зал ахнул. Я повторил этот прием еще несколько раз с разными учениками, демонстрируя каждый раз новые вариации и техники.

Вскоре недоверие в глазах сменилось восхищением. Даже самые скептически настроенные девушки-рыцари начали с интересом повторять мои движения. Ольга довольно улыбалась, наблюдая за происходящим.

– Вот видите, – с видом довольной кошки, произнесла она, – я же говорила, что у Темы есть, чему поучиться...

***

Наставник Нортон.

Я встретил госпожу Зинарию, когда сам был еще безусым сержантом в имперских войсках. Это произошло сразу после моей первой, по-настоящему кровавой схватки с демонами и первого же ранения. Тогда я впервые увидел, как госпожа Зинария, словно мрачный жнец, сортировала раненых, вынося приговор: кому жить, а кому умереть в грязи и муках. Помню, обуреваемый яростью и болью, я сорвался на крик, обрушив на нее поток бессмысленных обвинений. Она же, не удостоив меня ответом, лишь взглянула на лекаря за своей спиной и сухо приказала заняться мной.

Так и не нашел я в себе сил извиниться перед ней… до сих пор стыд скребет душу. Но именно тогда, в этом полевом аду, глядя на изможденных целителей, работавших на пределе человеческих возможностей, до меня дошло, как же я был слеп. Да, госпожа Зинария, возможно, и поступила жестоко с теми, кому отказала в помощи, но у нее попросту не было иного выхода. Если бы целители растратили свои силы на безнадежных, то, возможно, не спасли бы никого. Одно я понял тогда отчетливо: в таком случае жертв было бы гораздо больше… намного больше! А тех, кого отобрала госпожа Зинария, всех удалось вернуть с грани смерти. В конце концов, целители – не боги, и даже их чудеса ограничены запасом маны и человеческой выносливостью.

Но я тогда так и не решился тогда подойти и вымолить у неё прощение. Время было безвозвратно упущено. Лишь спустя годы, обретя звание капитана, я набрался смелости, но мои извинения встретили лишь стену равнодушия. С тех пор между нами висела незримая нить напряжения. Возможно, именно тогда во мне и зародился робкий страх перед этой женщиной. Как бы то ни было, она ни разу не упрекнула меня за тот случай в госпитале, словно вычеркнула его из памяти.

Сегодня, зайдя на занятия наставницы Ольги, я стал свидетелем необычной картины. Тот самый парень, прервавший бой в первый день, обучал юных дев-рыцарей хитроумному финту, гарантированно разоружающему противника. А наставница Ольга, чуть поодаль, занималась с молодыми лекарями и целителями, обучая их основам фехтования.

Несколько минут понаблюдав за столь нетрадиционным подходом, я признал его эффективность: внимание мудро разделено между опытными и совсем неоперившимися новичками. Моё присутствие, разумеется, не осталось незамеченным, и на меня начали бросать косые взгляды.

– Наставник Нортон, – окликнула меня Ольга. – Вы что-то хотели?

– Да, – твёрдо ответил я, входя в зал. – Не задержу вас надолго.

Взгляды Второй Принцессы и её новой подруги, дочери знаменитого генерала, были красноречивее всяких слов: в них отчетливо читалась неприязнь. Но я, полный решимости исправить свою ошибку, шагнул вперед и склонил голову перед обеими девушками.

– Приношу свои искренние извинения за инцидент в первый день учебы. Мой поступок был опрометчивым и недостойным звания наставника. Я не прошу прощения и готов понести заслуженное наказание.

Воцарилась мертвая тишина.

– Это всё, – произнес я, разворачиваясь, чтобы уйти. В этой тишине я успел сделать лишь шаг, когда услышал голос… голос того парня.

– Наставник Нортон…

Ах, да, – с запоздалым осознанием вспомнил я. – Перед ним тоже следовало извиниться.

– Наставник Нортон, – повторил молодой человек. – Не согласитесь ли вы на тренировочный бой?

Я удивленно взглянул на него. Он был совершенно серьезен.

– А почему бы и нет, – вслух произнес он. – Мне даже самому интересно скрестить с вами клинки. Госпожа Ольга отзывалась о вас как об одном из лучших бойцов, с которым ей доводилось сражаться.

Артем улыбнулся спокойной и мягкой улыбкой.

– Госпожа Ольга меня переоценивает… – скромно ответил он без тени зазнайства.

– Хм! – заинтересованно хмыкнула моя коллега по цеху. – Это будет интересно! Я только за!.. А ну как освободите нам центр! – тут же принялась командовать она, раздвигая своих подопечных учеников. – Всем смотреть внимательно! Вряд ли вы когда-нибудь ещё сможете увидеть бой между признанными мастерами фехтования.

Любопытство читалось на лицах юных воительниц и лекарей. Вторая Принцесса, кажется, даже забыла про свою неприязнь и с интересом наблюдала за происходящим. Дочь генерала, наоборот, оставалась холодна и отстраненна, но и она, безусловно, ждала начала поединка.

– Хочу предупредить, – сказал я. – Я не стану сдерживаться.

– Я и не прошу об этом, наставник Нортон, – ответил он, вынимая из ножен свой меч. Клинок засверкал в лучах полуденного солнца, проникавших в зал через высокие окна. Я последовал его примеру, обнажив свой верный меч, прошедший со мной не одну сотню сражений.

По команде наставницы Ольги мы заняли позиции в центре зала. Тишина стала почти осязаемой, лишь изредка нарушаемая тихим шепотом учеников, обсуждавших наши шансы. Я внимательно изучал Артема, пытаясь разгадать его стратегию. В его движениях не было ни тени высокомерия или самонадеянности, лишь спокойная уверенность.

И вот, первый удар обрушился на меня словно гром среди ясного неба. Артем атаковал с такой скоростью что я едва успел парировать. Завязался стремительный поединок, в котором каждый удар, каждое движение были наполнены силой и мастерством. Я почувствовал, как пот стекает по моему лицу, как напрягаются мышцы в руках и ногах. Этот парень был действительно хорош. Более того, он и вправду был силен и, пожалуй, сильнее меня... Ольга совершенно не ошиблась в оценке его способностей. Но я, тот что прошел столько битв, не собирался так просто проигрывать. Назовите это упрямством, но именно им я и живу.

Я собрал всю свою волю в кулак, сконцентрировался и начал отвечать на его натиск. Мои удары стали более точными, более выверенными. Я использовал весь свой опыт, все знания, накопленные за долгие годы сражений. Мы словно танцевали смертельный танец, в котором каждое движение могло стать последним. Звук сталкивающихся клинков эхом отдавался в зале, создавая какофонию стали и напряжения.

Я видел в глазах Артема не только силу, но и уважение. Он не играл со мной, не пытался унизить или показать свое превосходство. Он просто сражался, отдавая всего себя, как и я. И в этом честном поединке мы оба становились лучше, сильнее, опытнее. Мои легкие горели, но я не сдавался. Я знал, что должен выдержать, должен показать этим молодым воинам, что такое настоящая стойкость.

Внезапно Артем изменил свою тактику. Его удары стали более обманчивыми, более коварными. Он пытался запутать меня, вывести из равновесия. Но я был готов к этому. В какой-то момент мне даже показалось, что я начинаю получать удовольствие от этой схватки.

Как долго длился наш поединок? Да, пожалуй, не более пяти минут. Но в момент, когда для меня стало ясно то, что я проигрываю, тот друг отступил назад и опустив свой клинок, тем самым остановил бой.

Я тот же сделал шаг назад и тоже опустил к полу свой клинок.

После чего мы синхронно, с уважением к друг другу поклонились.

– Это был замечательный бой! – честно и с чувством произнес я. – Давно я не испытывал такого удовлетворения! Буду если наши поединки станут на постоянной основе. – произнес я.

– Конечно! – произнес он мне. – Сочту за честь иметь возможность практиковаться с мастером подобно вам!

– А кто победил то? – робко спросил кто-то из зрителей, и я понял, что Артем специально остановил наш бой, так чтобы его финал остался непонятным.

Я снова с благодарностью во взгляде поклонился перед этим парнем и произнес:

– Перед тобою я так же должен извиниться за те мои обидные слова.

– Не стоит, - качнул тот головой. – Все нормально… Хотя, кое-что вы можете сделать… - и неожиданно предложил. – Как насчет того если мы повторим наш бой уже завтра, перед самым началом занятий?..

***

Артем.

То, что творилось в гостиной нашего дома, можно было описать одним словом: Ника взбрыкнула. Упрямство ее было непреклонно, как скала, о которую разбиваются волны. И все из-за моего предложения пригласить мастера Нортона для дополнительных тренировок.

– Нет! И точка! – запальчиво воскликнула Ника, метая взгляды, полные непримиримости. – Не нужен мне этот… этот козел в качестве наставника!

– Во-первых, он не козел, – с напускным спокойствием возразил я, стараясь смягчить ее пыл. – Он один из лучших мечников, и даже мне есть чему у него поучиться. Помнишь тот защитный финт, который он провернул в середине нашего боя?

Юнна, сидевшая рядом со мной на диване, согласно кивнула. В отличие от сестры, она сразу загорелась идеей поучиться у мастера Нортона. Ее завораживала отточенность его движений, и она мечтала довести тот самый защитный прием до совершенства.

Даже Шери и Ками признали его мастерство и выразили желание брать у него дополнительные уроки. Но Никой… словно коса нашла на камень.

– Поверь мне, – я попытался достучаться до ее сердца, – он отличный боец. Да и человек, в сущности, неплохой. Просто характер у бывшего вояки и ветерана сложный и вспыльчивый. Попробуй его понять.

Ника лишь фыркнула в ответ, демонстрируя, что мои доводы разбиваются о стену ее упрямства. Неожиданно меня поддержала матушка, которая до этого молча наблюдала за нашей перепалкой, так что я даже успел о ней забыть.

– Артем прав, – мягко произнесла она. – Не давай обиде застить разум.

– Они правы, сестра, – Юнна положила ладонь на плечо Ники, словно пытаясь примирить ее с неизбежным. Ника дернула плечом, протестуя против этого прикосновения, как раненый зверь, но сестра крепко держала ее, не отпуская.

– Хорошо, – слова сорвались с губ девушки мрачным, словно похоронный звон, шепотом. – Раз вы так говорите… – было видно, что до конца с подобным решением она была не согласна. Видимо сильно она разозлилась на наставника Нортона тогда и ещё не готова была его простить.

Не договорив, она резко вскочила с места и, не оглядываясь, стремительно взлетела по лестнице в свою комнату, и глухой стук двери яснее чем что-либо указал на то, что она была сильно раздражена.

– Вы её простите. – вздохнула Юнна. – Уверена она вскоре остынет и успокоится. – и добавила тише. – Я надеюсь на это.

– Успокоится, – уверенно сказал я, так как знал Нику уже много лет. – Немного подумает и успокоится... Она так-то девочка крайне разумная, – чуть подумав добавил я.

– А ты слишком хорошо знаешь мою сестру. – заметила на это Юнна. – Я заметила вы вообще очень хорошо между собою ладите...

– Ну да, – немного отстранённо, думая о своем согласился с нею я. – Ладим мы с нею и вправду замечательно…