Вот же блин, – пронеслось в голове раздосадованная мысль. – Детский сад на выезде! Я его даже не задел.

– Там, – небрежно кивнул я в сторону коридора. – Кажется, видел туалет… Можешь там отмыть свою честь… А у меня нет времени на эту клоунаду. – С этими словами я сделал шаг вперед. По уставу Академии, я имел полное право отказаться от вызова. Вопрос только в том, что обычно так никто не поступал. Именно поэтому за спиной повисла тишина, которая лопнула лишь через две секунды:

– Сударь, у вас не только нет чести, так вы еще и трус!

Дешевая провокация. На меня подобная ерунда не действовала. Я бы ушел, демонстративно проигнорировав идиота, но тут в коридоре возникла матушка.

– Что за шум? – ледяным тоном вопросила она. Выслушав сбивчивый пересказ событий, она наградила меня суровым взглядом. – Артем, ты, конечно, можешь игнорировать эти ребяческие выходки. Но ты Русс… а Руссы отвечают на любой вызов. Даже на самый идиотский… Закончи это поскорее. – С этими словами она двинулась дальше по коридору.

Я вздохнул и, обернувшись к зачинщику, процедил:

– Ну что, пойдем?

Похоже, мое презрение лишь подлило масла в огонь. Лицо противника покрылось багровыми пятнами ярости. Кажется, он готов был броситься на меня прямо сейчас. Но правила Академии дозволяли поединки лишь на специальных площадках и в присутствии преподавателя или сотрудника охраны.

И вот, мы двигались к одной из таких площадок. Разумеется, вся честная компания, ставшая свидетелем нашей перепалки, увязалась за нами. На площадке постоянно дежурил кто-нибудь из охраны и целителей-практикантов. Молодой охранник, выслушав суть конфликта, лишь кивнул в сторону огороженной территории и громко огласил правила:

– Запрещается наносить смертельные удары или добивать поверженного! Использование магии строго воспрещено! Я оставляю за собой право остановить поединок в любой момент!

Выслушав наставления, мы ступили на площадку и заняли позиции друг напротив друга.

Мой противник с пафосным щелчком извлек клинок из ножен и замер в эффектной, но совершенно бестолковой стойке. Я последовал его примеру, но никаких театральных поз принимать не стал.

– Бой! – скомандовал охранник, и "оскорбленный дворянин" кинулся в атаку.

Боже мой! – потрясенно подумал я. – Что это за убожество?! И ЭТО ЧМО еще надеется меня победить?

Проще говоря, мой противник был совершенно лишен каких-либо боевых навыков и знал фехтование нахватавшись азов по верхам. В основном он просто размахивал клинком, словно дубиной.

Первый выпад он совершил с грацией пьяного матроса, размахивая клинком так, будто пытался срубить дерево. Я легко уклонился, позволив лезвию просвистеть в дюйме от моего лица. Второй удар был столь же нелеп, и я снова без труда ушел с линии атаки. Стало даже немного скучно и в голову снова закралась мысль:

Какого лешего я вообще здесь забыл?

Решив покончить с этим цирком побыстрее, я перешел в наступление. Мой собственный клинок описывал короткие, точные дуги, словно змея, готовая к смертельному броску. Я не целился нанести ему серьезные увечья, лишь слегка "пощекотать" его самолюбие. Первый удар пришелся по запястью, выбив клинок из его ослабевшей руки. Оружие с лязгом упало на деревянную площадку и улетела за ограждение.

Мой противник ошарашенно уставился на свою пустую ладонь, словно, не веря в произошедшее. Затем его взгляд метнулся на меня, полный злобы и, кажется, даже немного страха. Он попытался что-то сказать, но я не дал ему шанса.

Легким движением ноги я поддел его под колено, и он рухнул на землю, как подкошенный. Мой клинок у горла, окончательно охладил его пыл.

– Закончим на этом? – равнодушно спросил я, глядя сверху вниз на поверженного противника. Его лицо исказила гримаса ярости и унижения. Он что-то пробормотал сквозь зубы, но я не стал дожидаться ответа. Просто убрал клинок и направился к выходу с арены, оставив его лежать в пыли, переживать не только физическое, но и моральное поражение.

Обратно я несся, словно угорелый, не смея оглянуться. Задержусь хоть на миг – девчонки взбесятся.

В спешке едва не сбил с ног наставника Ботко, который, оказывается, тоже был зрителем моего поединка. Пробормотав извинения, я рванул дальше, но, как ни торопился, на место встречи все равно опоздал, и был встречен ледяным взглядом Ники.

– Ну и где тебя носило? – процедила она сквозь зубы.

– Да так… – Я пожал плечами, сначала хотел увильнуть, но решил, что скрывать бессмысленно, и выдал честно: – Небольшая задержка вышла.

– Матушка задержала? – предположила Ника.

– Да нет, какой-то дурень, честь запачкал, видите ли, и решил дуэлью её отмыть… Нашел, блин, мыло. – Я недовольно проворчал.

– И ты его убил? – В глазах Ники вспыхнул хищный огонек.

– Фу, какая ты нехорошая, – Я укоризненно посмотрел на неё. – С чего мне убивать придурка, который меч в руках держать не умеет?

– Хм… странно, – протянула Юнна. – Может, мне разобраться с этим… придурком?

– Зачем? – удивился я. – Вряд ли он полезет ко мне снова. – Я пожал плечами. – А полезет – значит, урок не пошел впрок.

– Тогда ты его точно убьешь! – уверенно и зловещи, заявила Ника.

– Ну и в кого ты такая кровожадная? – Я снова скривился. – Вот так хорошие девочки и превращаются в чудовищ. – Скорбно произнес я.

– За чудовище ответишь! – мрачно пообещала она.

– Обязательно, – согласился я. – Сегодня на тренировке по фехтованию будет шанс расквитаться.

– Сомнительный шанс, – тут же скривилась Ника.

– Какой есть, – развел я руками.

Мы вернулись в наш новый дом, и я, едва успев переодеться, выскочил на улицу с клинком и любимой секирой в руках. Только здесь, на тренировке, я мог позволить себе всласть помахать этой прекрасной убийцей демонов.

В самый разгар появилась Ника с сестрою.

– Я готова! – заявила моя подопечная.

– Хорошо, – я отложил секиру и взялся за меч. – Начинаем…

Тренировка началась с разминки. Ника, как и всегда, была полна решимости доказать мне что не зря тренировалась все эти годы. В ее движениях чувствовалась не только сила, но и грация, отточенная годами наших совместных тренировок.

Юнна, пока только наблюдала за нами, не спешив присоединятся. Я не возражал против зрителя и не настаивал на том, чтобы и она взяла в руки меч. Пусть понаблюдает.

Когда мы перешли к фехтованию, Ника набросилась на меня с яростью львицы, защищающей своих детенышей. Она атаковала без передышки, заставляя меня постоянно отступать. Ее клинок сверкал в воздухе, словно молния, но довольно легко парировал все её удары и выпады.

Юнна все так же оставалась безучастной зрительницей, хотя её взгляд внимательно следил за нами обоими. Она наблюдала за нашим поединком, анализируя наши движения и выискивая слабые места.

Постепенно я начал менять свою тактику, переходя от уклонения от ее атак, но и переходить в контратаки. При этом я дрался не в половину, а где-то в четверть своей силы. Наши клинки сталкивались с оглушительным звоном, искры летели во все стороны. Со стороны могло показаться, что наш поединок длится целую вечность, но на самом деле прошло всего несколько минут.

В какой-то момент я сделал неуловимый финт мечом и выбить клинок из рук Ники. Она осталась стоять, ошарашенно глядя на свое оружие, лежащее на земле. Я воспользовался ее замешательством и приставил свой клинок к ее горлу.

– Закончим на этом? – спросил я, с усмешкой глядя на ее лицо. Ника лишь злобно сверкнула глазами, но ничего не ответила. Я убрал клинок и отступил, давая ей передышку.

– Как всегда увлекаясь атакой, ты забываешь про оборону. – нравоучительно произнес я. – Но в целом неплохо!

– Теперь я! – неожиданно произнесла Юнна и шагнув к нам, извлекла свой клинок.

– Хорошо! – кивнул я. – Нападай.

Юнна, в отличие от Ники, не бросилась в атаку с яростью. Она двигалась плавно, словно танцуя, клинок в ее руке был продолжением ее тела. Ее атаки были не такими мощными, как у Ники, но более точными и расчетливыми. И все же, ей ещё было далеко до совершенства.

Наши клинки то и дело скрещивались, создавая мелодичный звон. Юнна не давала мне передышки, постоянно меняя тактику и угол атаки. Но как бы она не пыталась менять рисунок боя, я легко перестраивался вместе с нею. Как и с Никой, я вряд ли задействовали и треть своих возможностей и сильно сдерживался.

В какой-то момент я решил пора уже и заканчивать. Я сделал обманное движение и, воспользовавшись ее замешательством, нанес точный удар. Юнна едва успела увернуться, но клинок все же задел ее руку. Она вскрикнула от боли и отступила. Я остановился и опустил клинок.

– Прости, я не хотел тебя ранить, – сказал я, чувствуя вину.

Юнна посмотрела на свою руку, на которой проступила тонкая полоска крови, а затем на меня. В ее глазах не было злобы, лишь легкое удивление. – Ничего страшного, – ответила она, пожав плечами.

– Это всего лишь царапина. Спасибо за урок.

– Покажи руку, – потребовал я. И когда она протянула её ко мне, взял её одной ладонью, а сверху накрыл второй. А когда, меньше чем через десять секунд убрал ладонь, на месте пореза не было даже шрама.

– Так куда лучше! – удовлетворённо произнес я и Юнна кивнула.

– Теперь моя очередь, – неожиданно раздался другой женский голос и ко мне шагнула Ками, вооруженная уже двумя клинками.

Я оглянулся на Нику, и та без лишних слов перекинула мне свой клинок. В отличии от обеих принцесс, Ками была куда более опасной противницей, но и ей ещё ни разу не удалось у меня выиграть.

– Нападай! – разрешил я той.

Ками ринулась в бой с грацией и яростью одновременно. Два клинка в ее руках описывали невероятно быстрые фигуры, словно танцующие змеи, готовые ужалить в любой момент. Она атаковала с разных углов, стараясь застать меня врасплох, но я был готов. Я парировал ее удары, блокировал выпады, двигался словно тень, не давая ей возможности нанести решающий удар.

Ками была искусна – это, бесспорно. Ее техника владения двумя клинками была безупречна, но ей не хватало опыта, чутья, умения предвидеть действия противника. Я же видел все ее ходы наперед, словно читал открытую книгу. Моя защита была непробиваема, мои контратаки – молниеносны.

Я играл с ней, словно кошка с мышкой, давая ей надежду на победу, а затем разбивая ее вдребезги. Я знал, что она способна на большее… я видел, что она способна на большее. А значит я должен её подтолкнуть и вытащить ее на другой уровень. Резким движением я выбил один из ее клинков, а затем приставил свой к ее горлу.

– Сдаешься? – спросил я, глядя в ее глаза. В них читались ярость и разочарование, но не было страха.

– Никогда, – прошипела она, пытаясь вырваться.

Я убрал клинок и отступил.

– Тогда продолжаем, – сказал я, жестом приглашая ее к бою.

Ками подняла свой клинок и снова бросилась на меня. Бой продолжался до тех пор, пока она не выдохлась, пока не упала на колени, обессиленная и побежденная. Только тогда я остановился, понимая, что дальше продолжать смысла нет.

Оглянулся на Шери, скромно так стоящую в стороне.

– Ты тоже желаешь попробовать? – поинтересовался у неё.

­– Нет, пожалуй, сегодня просто потренируюсь… одна. – покачала та головой.

***

Юнна.

Что ни говори, а Артем засел в моей голове крепко. Он был не просто отличным мечником – виртуозом клинка, и та победа над наставником перестала казаться случайностью. Я и представить не могла, на что он способен! Каждый бой, каждую тренировку он вел по-разному, словно читал наши мысли, предугадывая удары. А после, разбирая поединок с каждой из нас, он препарировал ошибки, обнажал слабые стороны и филигранно оттачивал сильные.

Тренировка выдалась на славу. А после, в общей ванне (разумеется, без участия Артема), где даже вечно настороженная Шери оттаяла, мы с сестрой мы заснули в обнимку на огромной кровати. Перед сном мы, конечно же, немного пошептались, обсуждая… ну, вы понимаете, кого. Впрочем, об этих девичьих секретах я умолчу – неловко как-то.

Утро началось с подсмотренного представления. Проснувшись на полчаса раньше Ники, я замерла у окна, зачарованная зрелищем. Артем, словно кукловод, управлял секирой, и та, повинуясь его воле, порхала вокруг него, как бабочка. Забыв обо всем на свете, я любовалась этой смертоносной грацией, а в груди рождалось какое-то новое, щемящее чувство.

За пару минут до пробуждения сестры Артем закончил тренировку и скрылся в доме. А спустя полчаса вся наша девичья стайка спустилась к завтраку, приготовленному неутомимыми домовыми и горничными. Признаюсь, я очень быстро привыкала к такой жизни. Да что там, я мечтала о ней!

Ника весь завтрак подтрунивала над Артемом, а тот с непроницаемым видом сносил ее колкости. Казалось, это для них обычное дело. Когда же парень упомянул вчерашних аристократов, так настойчиво добивавшихся нашего с Никой внимания, та скривилась:

– Да вертела я их всех на бигуди! Остолопы без царя в голове и капли такта.

После завтрака мы, как обычно, отправились на занятия, и по дороге произошел еще один комичный инцидент. По крайней мере, Ника сочла его таковым.

Нам преградил дорогу какой-то юнец и, напыщенно выпятив грудь, бросил Артему вызов, мотивируя это вчерашним оскорблением его друга.

– Никак не уйметесь, – вздохнул Артем.

– Послушайте… – начала я, решив вмешаться, но сестра ухватила меня за руку и прошептала:

– Не лезь, мальчишки сами разберутся.

– Сударь, – заливался соловьем молодой аристократ. – Я требую немедленных публичных извинений или поединка!

– Извиняться мне не за что, так что, пожалуй, я выберу второй вариант, – задумчиво произнес Артем.

И вот мы снова на дуэльной площадке, вокруг которой уже собралась толпа зевак, жаждущих зрелища.

Артем, как всегда, был предельно спокоен, словно его не касалось волнение толпы. Он вообще вел себя так, словно происходящее его мало касалось. А выражение его лица, буквально, кричало: давайте уже все закончим по-быстрому.

Юнец же буквально трясся от праведного гнева и желания доказать свою доблесть. Поединок начался стремительно. Аристократ попытался ошеломить Артема градом ударов, но тот с легкостью парировал их один за другим, словно отбиваясь от назойливой мошкары. В его движениях чувствовалась уверенность, отточенность и какая-то хищная грация.

С первых движений видно, кто из этих двоих сильнее и более опытен. Я оглянулась на зрителей и среди них увидела двоих наставников. Того самого мастера клинка Нортона и растяпу Ботко.

В какой-то момент Артем позволил противнику нанести скользящий удар по руке, и тот, опьяненный успехом, бросился в атаку с удвоенной яростью. Это была его роковая ошибка. Артем, словно пантера, сделал молниеносный выпад, обезоружив противника и приставив острие клинка к его горлу. Толпа замерла в тишине.

– Думаю, этого достаточно, – произнес Артем, убирая клинок. – В следующий раз будьте сдержаннее в своих порывах.

Обезоруженный аристократ, красный от стыда и унижения, что-то пробормотал в ответ и поспешно ретировался, растворившись в толпе. Ника прыснула со смеху, а я почувствовала, как необъяснимая гордость за Артема наполнила меня. Он был невероятным, и это признавали все вокруг. Сама того не замечая, я все больше подпадала под его очарование.

Артем вернулся к нашей компании и неожиданно, никого не стесняясь, Ника, вдруг привстала на носки и легонько чмокнула парня в щечку.

– Ты как всегда неподражаем! – во всеуслышание, заявила она, беря его под руку. – Пойдем уже, а то на занятия можем опоздать. – потянула она его в сторону аудиторий.

Честно, в этот миг я даже испытала зависть. Вряд ли бы я такое поступок, у всех на глазах, решилась бы. А сестренке хоть бы хны, идет и улыбается. А в глазах откровенная гордость за того, кого считает своим парнем.