Должен признать, я давно подметил, как сильно мастера волнует судьба его творений, то, в чьих руках окажется выкованное им оружие. Видимо, тому были веские причины, о которых я не решался спрашивать.

– Спасибо, мастер! – поблагодарил я. – Как только встану на ноги, оплачу ваш труд.

– Забудь, – отмахнулся он. – Считай, ты уже расплатился, спасая столько народу… там, – он неопределенно махнул рукой. – До меня дошли вести о твоих подвигах… Многие поговаривают, что ты как минимум заслужил высшую награду империи… Имперского Орла на доспех, да еще и в короне!

– Как-нибудь переживу, – отмахнулся я, не восприняв его слова всерьез.

– Ладно, выздоравливай, – мастер-дворф поднялся и направился к выходу. – Но помни! – он обернулся на пороге. – Мой запрет появляться в моей мастерской остается в силе, – и, погрозив пальцем, ушел.

Я же глянул в сторону своего оружия и хмуро произнес:

– Такую игрушку мне принесли, а я даже коснуться её не могу… не то чтобы попробовать её в деле… И все-таки, этот дворф, та ещё садюга. – в сердцах буркнул я.

Не успел я насладиться одиночеством, как ко мне заглянула Крис…

***

Суккуб Тоша.

Я возвращался в «Небесный город»…

И должен признать, время, проведенное здесь, смягчило мое мнение о людях. Сердце ликовало оттого, что мои изломанные крылья вновь обрели прежнюю силу. За это чудо я был всецело обязан молодой суккубе Мине и целительнице Зинарии. Именно Мина вдохнула жизнь в то, что казалось безнадежно утраченным – восстановила костную структуру левого крыла. Пусть теперь оно и отливало легкой прозрачностью, частично стало кристаллическим, это не омрачало моей радости. Главное – крыло повиновалось мне. А целительница Зинария сотворила настоящее волшебство, полностью исцелив правое крыло. Я был безмерно благодарен им, обеим.

Потеря же мелких крылышек на голове нисколько не огорчила. Глядя в зеркало на свой обновленный облик, я пришел к выводу, что так даже лучше. Все равно пользы от них было немного.

А вот отношения с дочерью… Мы искренне старались узнать друг друга, найти точки соприкосновения. Но Крис – не наивная девочка, а взрослая, самостоятельная женщина, познавшая горечь жизни. Я был потрясен, узнав о том, как с ней обошлась родная мать. Как можно быть настолько бесчувственной, чтобы продать собственного ребенка в рабство?!

Мы с Крис делали все возможное, чтобы сблизиться, и, казалось, между нами установилась хрупкая, но драгоценная связь. Глядя на ее округлившийся живот, я торжественно пообещал навещать ее как можно чаще и стать самым лучшим дедом на свете.

Крис же пообещала навестить меня в «Небесном городе».

– Возьму Нику за шкирку и заставлю ее отвести меня туда, – заявила она.

Ника лишь презрительно фыркнула, словно говоря: Посмотрим, как у тебя это получится.

– Я-то отведу, – ехидно заметила она. – Вот только пустит ли тебя туда Хранительница. Без ее разрешения, как я поняла, никто не может войти в этот город.

– Я сам попрошу Хранительницу, – поспешил заверить я. – Не думаю, что она будет против.

Ника же равнодушно пожала плечами.

– Ну, мое дело, предупредить, – сказала она, отворачиваясь. В последние дни девочка вела себя нервно, и, как я понял, все дело было в Артеме. Хотя я слышал, что он восстанавливается с невероятной скоростью и скоро будет совсем здоров.

Не понимаю я все-таки этих людей… Что у них на уме! – мысленно вздохнул я.

– Береги себя, Тоши, – прошептала Белл на прощание, нежно приобняв и на мгновение прижав к себе. – И возвращайся, когда сердце позовёт. А я уж позабочусь, чтобы здесь тебя ждали только с добром.

– Спасибо, – искренне ответил я, поймав её взгляд. Как-то незаметно для себя я перестал видеть в ней госпожу, а лишь добрую подругу.

– Удачи, пап, – тихо проговорила Крис, залившись лёгким румянцем.

Не удержавшись, я шагнул к ней, заключил в объятия и прошептал на ушко:

– И ты береги себя, моя малышка!

Затем резко отстранился, коснулся рукой мерцающего портала, который тут же расцвёл энергией от моего прикосновения, и перенаправил его в «зал порталов».

– Буду ждать вас в гости! – крикнул я, махнув рукой, и шагнул в светящуюся арку, чтобы через мгновение оказаться в огромном зале, где выстроились в ряд десятки портальных врат. В этот момент центральный портал вспыхнул ярче прежнего, и из него вышла госпожа Хранительница. Она внимательно окинула меня взглядом и, удовлетворённо кивнув, произнесла:

– Выглядишь просто превосходно! Добро пожаловать домой!

– Я ДОМА! – просто и счастливо ответил я.

***

Крис.

Отец ушел, и меня, как это ни странно звучало, учитывая нашу наше недолгое знакомство, накрыла легкая волна грусти. И все же, хотелось еще немного побыть рядом с ним, почувствовать хоть какое-то родство.

Постояв немного у затянувшегося портала, наша небольшая компания – я, Рон, Ника, мама Белла – двинулась в сторону дома, в то место, что стало для нас прибежищем. Молчание повисло в воздухе, словно слова растеряли свою ценность. Мама Белла погрузилась в глубокую задумчивость, словно решала непосильную задачу. Ника же, с того самого момента, как Артем пришел в себя, начала со всем старанием избегала его и даже отказывалась говорить на эту тему с кем-либо. Из-за этого она тоже, как бы замкнулась в себе и большую часть времени прибывала не в настроение.

Так, в полном молчание, мы, минуя город Арахнидов, приблизились к порталу, ведущему в подземелья замка Восточный Предел. Но тут Ника остановилась, наотрез отказавшись идти дальше. Я вздохнула, глядя на младшую сестру моей лучшей подруги, и не удержалась от упрека:

– Долго еще собираешься бегать от него? Ведешь себя как ребенок, честное слово. – и хоть имени Артема не было произнесено вслух, всем было ясно о ком я говорю.

– Может быть, – хмуро ответила Ника, избегая моего взгляда. – Но я пока не готова его видеть. – С этими словами она повернулась и направилась обратно в город Арахнидов. Вслед ей властно прогремел голос мамы Беллы:

– Чтобы к вечеру была дома!

– Хорошо! – отозвалась Ника, не оборачиваясь. – Обязательно буду…

Затем мы шагнули в портал и оказались в нашем подземелье, откуда, не мешкая, поднялись в замок. Двор заметно опустел, лишь замковая стража усердно тренировалась, не обращая внимания на посторонних.

– Я провожу тебя до комнаты, – сказал Рон, нежно беря меня под руку. – Тебе нужен отдых.

– Нет, – неожиданно запротестовала я. – Сначала я хочу поговорить с Артемом.

– Может, отложим этот разговор до завтра? – с надеждой спросил Рон, но, увидев мое решительное лицо, вздохнул: – Хорошо, пойдем к нему.

На лестнице мы столкнулись с мастером Нордом, спускавшимся вниз.

– Вы были у Артема? – спросила я. – Как он себя чувствует?

– Нормально, – пробурчал вечно недовольный дворф в своей обычной ворчливой манере и не останавливаясь прошел мимо. А мы продолжили свой путь.

В комнату друга Рона я вошла одна, попросив мужа не мешать нашему разговору.

Артем, словно закованный в кокон из глины, лежал на деревянном топчане рядом с кроватью. Под головой – лишь тонкая подушка. В его взгляде читалось недовольство, словно разговор с дворфом оставил неприятный осадок.

– Привет, как ты? – спросила я, внимательно рассматривая его изменившуюся внешность. Впрочем, такие перемены никого особо не удивили – обычное дело после длительного магического исцеления. Со временем все должно прийти в норму, особенно цвет волос и глаз. Они обязательно должны потемнеть.

– Словно статуя, – проворчал парень. – Только и могу, что лежать, как изваяние. А где Ника? – неожиданно спросил он.

– Она почему-то не горит желанием тебя видеть, – честно ответила я. – Видимо, из-за чего-то так сильно на тебя обиделась.

Но, как ни странно, Артем даже обрадовался моим словам.

– Отлично! Пусть еще с недельку дуется…

Я, честно говоря, удивилась такой реакции и, тут он сам пояснил:

– Не хочу, чтобы она меня таким видела.

Я лишь вздохнула.

– Вы оба ведете себя как… дети, – констатировала я. – Может, пора уже перейти на новый уровень отношений?

– Ни в коем случае, – тут же отрезал Артем и было видно, что его это предложение, буквально, испугало. – Все должно оставаться, как есть. Я ее телохранитель, и не более.

Я снова вздохнула, но спорить не стала. Сменила тему:

– Мы сегодня отца проводили. Он вернулся домой.

– Вот как, – спокойно произнес Артем. – И как там Тоши?

– Значит, ты с самого начала знал или догадывался, что Тоши – мой биологический отец, – констатировала я, глядя на парня, который и не думал отрицать. – Почему сразу мне об этом не сказал?

– Ты ведь умная женщина и сама понимаешь, почему я промолчал, – ответил Артем скрипучим голосом.

Да, я понимала. Могла с ходу назвать несколько причин, но хотела услышать именно от него. И я ему так и сказала. В ответ – кривая усмешка.

– Ну хорошо… тогда начну по порядку, – начал он отвечать на мой вопрос. – Первая причина… учитывая твое отношение к родителям… стала бы ты меня вообще слушать? Да и как я должен был сообщить тебе эту новость? Крис, я тут по подземелью гулял и случайно твоего папашу встретил… Не хочешь с ним познакомиться? Вторая причина – не до этого в тот момент было… У нас битва на носу… так что некогда мне было становиться семейным психотерапевтом. И нет, я не планировал это скрывать вечно. Хотел эту тему обсудить с госпожой Белл, но не нашел времени. Сама помнишь, как мы с Роном были загружены обязанностями последние несколько месяцев.

Я кивнула. Его слова совпадали с моими мыслями.

– Так как… – снова спросил Артем. – Удалось тебе поладить с отцом?

– Можно сказать, и так, – сказала я. – Как встанешь на ноги, отведи меня к нему, – попросила я.

– Во всем этом, – с иронией произнес Артем, – есть одна существенная деталь… Если встану…

– Госпожа Зинария обещала поставить тебя на ноги в течение месяца, – серьезно глядя на парня, сказала я. – А если она что-то пообещала, то выполнит.

– Прямо легче на душе стало, – пробормотал Артем и на этот раз он не иронизировал, а был предельно серьезным.

– Отдыхай, – сказала я и направилась к выходу, но, вспомнив еще кое о чем, задержалась и вернулась.

– Рон сказал, что на твоей родине принято новорожденному ребенку выбирать так называемых крестных родителей, – сказала я.

– Ну да, есть такая традиция, – удивленно глянув на меня, подтвердил Артем.

– Тогда я хочу, чтобы ты с Никой стали крестными моему будущему ребенку, – заявила я, повергнув парня в шок.

– А почему я, а не Адель, как твоя близкая подруга? – осторожно спросил он.

– Ну, потому что я так решила, и Рон со мной согласился, – снова шокировала я парня своим ответом.

– Ну да, – пробормотал он. – Логично… Как я сам не догадался… – и теперь сарказма в его голосе было столько, хоть отбавляй.

– Так ты согласен? – поторопила я его с ответом.

– А что ответила Ника? – осторожно уточнил он.

– Она сказала, что если ты не против, то и она возражать не станет, – совершенно честно ответила я.

– Охрененный подход, – и не поймешь, он так прикалывается или еще не отошел от шока. – Ладно, я согласен! – и вот он ответ с небольшой добавкой: – Еще никогда не доводилось быть крестным.

Глава 12_ Князь и герой.

Артем.

Время, словно вороватый кот, проскользнуло незаметно.

Как и обещала матушка Зина, ровно через семь дней начался обряд освобождения из моего глиняного заточения. Лекари, словно ювелиры, вооружившись миниатюрными молоточками, дюйм за дюймом, откалывали окаменевшую глиняную броню, являя миру мою новую кожу, сияющую чистотой, как младенческая плоть. Сутки, с перерывами на вздохи и перекуры, длилась эта кропотливая работа.

Затем последовала унизительная процедура омовения. Юные девы, словно невинные нимфы, омывали меня, не стесняясь отпускать игривые комментарии по поводу моих мужских достоинств. Казалось, их забавляла моя неловкость, и даже тихое рычание не могло унять их веселья. При этом они отметили, что там у меня все нормально и да и на вид, все изумительно!

Вот ведь стервы, которым только постибаться над бедным парнем…

Ночь покоя, словно дар богов, предшествовала новому испытанию. С первыми лучами солнца лекари вновь окружили меня, разминая, массируя, втирая целебные мази. Матушка Зина, наблюдая за их трудами, осталась довольна.

Два дня этих манипуляций, и вот, меня поставили на ноги. Двое здоровенных амбалов, словно гора с каждой стороны, поддерживали меня, пока я, шатаясь, вновь учился ходить. Измотанный до предела.

Лишь только закончилась моя неуверенная прогулка по комнате, меня усадили в кресло, даровав час кажущегося покоя. Ага, как бы не так! Едва я успел перевести дух, в мои покои ворвался сам герцог, устроив настоящий допрос. Лишь появление матушки Зины спасло меня от его назойливости. Её властным жестом герцог был выставлен за дверь с приказом не беспокоить меня до полного выздоровления.

Впрочем, и в предыдущие дни я не был обделен вниманием. Первая принцесса навещала меня трижды, осыпая вопросами. Но более всего, если отбросить её болезненный интерес ко всему необычному, её занимал затерянный подземный город, оставленный горными карликами, и до сих пор охраняемый каменными стражами. Видимо, Ника проболталась ей о нем. Не меньший интерес вызывал и Небесный город, обитель ушедших эльфов.

Руди и Ямир, старшие сыновья герцога, стали моими частыми гостями. Их визиты были простыми, дружескими, наполненными рассказами о замковой жизни. Руди даже поделился со мной ошеломляющей новостью – он решил жениться на графине Эрнест.

Как оказалось, сама Энда еще не была посвящена в планы будущего герцога. Руди просто запамятовал сделать официальное предложение. И когда ко мне пожаловали «Валькирии» во главе с синеволосой графиней, я, не подумав, поздравил её с грядущим замужеством, вызвав невообразимый переполох в женских рядах. Выяснилось, что заветного предложения еще не было. С трудом успокоив разбушевавшихся дев, я попросил их не совершать глупостей. Естественно, при следующей встрече с Руди, что произошла в тот же день, я повинился в своей оплошности. Тот лишь вздохнул, не выказав ни малейшего огорчения, и поспешил на поиски своей возлюбленной. Мне же оставалось лишь мысленно пожелать ему удачи. Впрочем, уже вечером они навестили меня вместе, сияющие от счастья.

Камай и Юди также почтили меня своим вниманием. Полковник тяжелой пехоты, получивший в бою несколько легких ранений, уже был в полном порядке. А его супруга, командир имперского корпуса магов, была необычайно тихой и покладистой. За всю беседу с её мужем она задала лишь один вопрос: «Что это было?»

Я решил не раскрывать ей всю правду. Но о своем даре поглощать вражескую магию и обращать её против противника, я рассказал. Признался, что попытался "погладить" заклинание бегемота, и она сама видела, что из этого вышло. Ведь именно её барьер на мгновение сдержал огненный шар демона.

И тут я узнал, что моя способность, о которой я только что поведал, давно известна в среде магов. Много поколений назад боги одаривали ею избранных смертных, выделяя их из толпы. Таких людей называли "отмеченные богами".

– Так значит, ты у нас отмеченный богиней-Шутницей! – задумчиво произнесла Юди. – Тогда все становится на свои места… Хотя, это поистине знаменательное событие, учитывая, как давно не появлялись в мире отмеченные, что о них уже начали забывать.

После теплых прощаний супруги покинули меня, чтобы вместе со своими отрядами отправиться к Восточному Пределу. Перед расставанием Юди чмокнула меня в щеку и поблагодарила за спасение.

За эти дни меня посетило множество людей. Лишь одной среди них не было… Ники. Она так и не пришла.