Артем…

Вечером нас удостоила своим визитом сама Хранительница.

Ее взгляд скользнул по мне, и в голосе прозвучал легкий укор:

– Мальчик, я была бы весьма признательна, если бы ты не раздавал имена домовым направо и налево…

– Прошу прощения, – тут же с виноватым видом пробормотал я. – Я не знал, что существует запрет на это.

– Дитя мое, – вздохнула сестра Шутницы и снова глянула на меня с легким снисхождением, как взрослый смотрит на распаявшегося ребенка, – имя домовому может дать лишь тот, к чьему очагу он приставлен, кто готов взять на себя ответственность не только за пользование их помощью, но и за решение их проблем, когда потребуется. Ты же покинешь нас завтра, а домовые, нареченные тобой, останутся здесь в томительном ожидании.

Я вновь, с повинной, склонил голову перед этой женщиной, некогда бывшей богиней.

– Я искренне прошу прощения, – совершенно искренни повторил я. – Мне неведомы были эти тонкости, и впредь я буду более осмотрительным.

– Вот и славно! – ее лицо озарила ласковая улыбка. – Вообще-то, тех двоих проказников я уже отчитала за их беспечность, да и остальных предостерегла от подобных вольностей. Но что сделано, то сделано… Придется им теперь носить имена.

После чего она тут же обратилась к Милану:

– Ну, как вам здесь, волчата? Понравилось здесь, в Небесном городе?

Серебряный волк напрягся, и в его глазах промелькнула настороженность.

– Здесь очень хорошо… – осторожно начал он. – Чувствуется безопасность и покой…

– Так оставайтесь… – неожиданно… хотя, какое там неожиданно! Я с самого начала предвидел это предложение. В конце концов, я слышал их разговор с сестрой в том «зале порталов».

– …тебе и твоим волчицам здесь будет гораздо лучше и безопаснее, – продолжала она, после короткой паузы. – Чужакам сюда пути нет. Так что, даже если ты решишь отлучиться, девочки останутся в полной безопасности.

Милан бросил взгляд на притихших волчиц. Я видел, как он колеблется, не в силах принять решение. Хранительница заметила его смятение:

– Я не настаиваю на немедленном ответе. И принуждать не стану, – мягко произнесла она. – Подумай до утра…

Неожиданно заговорила Ника:

– Возможно, это не такая уж и плохая идея… – задумчиво произнесла она. – Будь у меня такая возможность, я бы, наверное, и сама захотела здесь поселиться! Здесь и правда умиротворенно и спокойно… Да и оборотням, вроде тебя, Милан, все же будет лучше здесь, чем среди людей… даже под защитой моего отца, герцога.

Серебряный волк серьезно кивнул и тихо произнес:

– Мы подумаем до утра, – и обнял обеих девочек за плечи.

– Подумайте, – еще раз кивнула Хранительница и снова посмотрела на меня. – Я хочу вас кое с кем познакомить…

Глава 4. Возвращение.

Арахнид обыкновенный… экземпляр номер один, – промелькнуло у меня в голове при виде гостя, который из скромности или осторожности не решился войти в дом и терпеливо поджидал меня на улице.

В сравнении с Эмми, нашей очаровательной арахнидкой, этот гость казался почти человеком. По крайней мере, его лицо сохранило больше человеческих черт. В остальном – тот же хитиновый панцирь и защитные пластины, покрывающие тело. Но чувствовалась в нем такая же разумность и воспитанность.

– Добрый вечер! – вежливо поприветствовал он меня. – Тоши сказал, что вы знаете, где я могу найти моих разумных сородичей…

– В зале порталов есть арка, ведущая в подземелье под номером семь, – спокойно ответил я. – Там вы и найдете свой народ. – Не видел смысла скрывать эту информацию.

Гошан нахмурился.

– Я был там, – с недоверием произнес он, бросая на меня подозрительный взгляд. – Но город затоплен ядовитой зеленой слизью.

– Не весь, – возразил я. – Только его нижние уровни… Верхний город и туннели, соединяющие верх с низом, до недавнего времени находились под контролем пауков, возглавляемых арахнидкой Эмми. – пояснил я, сложившуюся ситуацию. – Мы смогли договориться между собою, и сейчас она со своим народом готовится к переселению в нижний город, который мы очищаем от слизи. Большая часть той части города, что занимала слизь уже приведена в порядок, и поэтому пауки, постепенно, уже начали перебираться на новое место.

– Неужели люди и арахниды смогли договориться? – Гошан все еще не верил своим ушам.

– Ну… – я пожал плечами. – Не сразу, но общий язык найти удалось. К слову, до встречи с Эмми мы и не подозревали о существовании разумных арахнидов. А разумные существа всегда смогут найти общий язык, пусть и не сразу.

– Похоже, я был слишком низкого мнения о людях, – задумчиво произнес Гошан. – Мои суждения о вашей расе основаны на печальном опыте… Я был свидетелем того, как одна длинноухая человечка натравила вооруженных людей на Тоши, отплатив черной неблагодарностью за свое спасение.

– В твоем отношении к людям есть доля правды, – спокойно согласился я. – К сожалению, на одного порядочного человека приходится десяток мерзавцев. Так что… – Я запнулся, осознав смысл сказанного. – Постой… Ты сказал "длинноухая человечка"?

– Да… – подтвердил он и тут же извинился. – Прошу прощения, я не знаю, как у вас, людей, называют самок.

– Нет-нет… все верно, – странная мысль промелькнула у меня в голове, но озвучивать ее я не спешил. Сначала нужно все обдумать, прежде чем предпринимать какие-либо действия. – По-другому эту тварь и не назовешь… Но что ты планируешь делать? Зачем так ищешь своих разумных сородичей?

– Глупый вопрос, – арахнид удивленно посмотрел на меня. – Я хочу убедиться, что я не один такой… И, конечно, если получится, уговорю их перебраться сюда. Но буду рад уже и тому, что знаю: где-то рядом есть кто-то из моего народа.

– В таком случае, желаю вам удачи, – сказал я и, развернувшись, вошел в дом. Честно говоря, говорить нам больше было не о чем. Да и Гошан не пытался меня остановить.

***

День выдался столь утомительным, что я поспешил укрыться в объятиях Морфея. Благо, здешние кровати были на диво чудесны и удобны. Комната, пусть и вдвое меньше покоев в замке герцога Адамадова, пришлась мне по душе. В просторных залах я всегда чувствовал себя неуютно, а тесные окна каменной клетки навевали тоску. Здесь же окна, распахнутые до самого пола, вели на широкий балкон, и я, не раздумывая, оставил их открытыми, наслаждаясь ласковыми прикосновениями ночного ветерка.

Едва сон начал смыкать мои веки, в дверь робко постучали. На пороге возникла Ника, закутанная в махровый халат, запахнутый на груди так плотно, что не оставалось и намека на соблазн.

– Что случилось? – спросил я, не поворачиваясь. – Почему не спишь? Завтра ведь возвращаемся…

Благо, мне нечего было стесняться: хоть и не в доспехах, но и не нагишом – в специальном комбинезоне, который обычно надевал под броню.

– Тём, можно я с тобой посплю? – огорошила меня девушка.

– Что? – опешил я. – И как ты себе это представляешь? Тебя не смущает, что ты – женщина, а я – мужчина?

– Кого я меньше всего опасаюсь, так это тебя! – заявила она. – Мне одной неуютно, и я не могу заснуть. – И тут же взмолилась: – У тебя кровать большая. Я с краю лягу и тебя совершенно не потревожу. Честно-честно!

Я вздохнул и, глядя в ее умоляющие глаза, сдвинулся к самому краю, отвернувшись к ней спиной.

– Ладно, ложись, коли пришла…

Она не заставила себя упрашивать и тут же нырнула под одеяло. Поворочавшись немного, затихла. Я искренне сомневался, что смогу заснуть в таком соседстве, но не прошло и десяти минут, как и сам провалился в сон… и, надо признать, выспался на славу!

***

Артем…

Утро внесло свои коррективы… Нет, голышом в одной постели мы не оказались. Просто во сне Ника придвинулась ближе, и ее голова оказалась у меня на плече, а её губы, практически касались моей шее.

К счастью, я проснулся первым и, быстро сориентировавшись, осторожно отстранился от девушки, а затем и вовсе покинул постель. Немного подумав, я подхватил свою секиру и направился на кухню готовить завтрак. Но там меня уже опередил Милан, который снова жарил мясо, нарезанное крупными ломтями.

Правда, пообщаться мы не успели: тут же появилась Хранительница, явившаяся с неожиданным подарком.

– Госпожа Хранительница, – приветствовал я ее вежливым поклоном.

– Ага, смотрю, ты у нас ранняя пташка… тем лучше, – сказала она и положила на стол браслет… если не ошибаюсь – наручи. Они состояли из двух металлических половинок, украшенных вязью, замысловатыми завитушками, в которых лишь наметанный глаз мог различить магические руны.

– Что это? – Я не спешил прикасаться к вещице, хотя и внимательно ее разглядывал, пытаясь понять истинное предназначение.

– А на что это похоже? – усмехнулась Хранительница.

– На какую-то подозрительную магическую хрень, – честно ответил я.

В ответ сестра Шутницы звонко рассмеялась.

– Это и есть магическая хрень! Но я очень надеюсь, что она будет тебе полезна, – заметила она.

– И в чем ее… полезность? – уточнил я, решившись взять наручи в руки.

Легкие, почти невесомые, – тут же отметил я, покачивая их на ладони. – Интересно, что за метал?

– Как ты уже понял, эти наручи только выглядят просто, – начала Хранительница. – На самом деле, их предназначение – мгновенно менять снаряжение… то есть, говоря простым языком, одну одежду на другую. Например, мгновенная смена доспехов на обычную одежду. – Она указала на два символа: один располагался ближе к запястью, другой – ближе к локтю. – Посылаешь в один из символов немного своей маны, и происходит мгновенная замена одного на другое. Данные наручи могут хранить два комплекта одежды. Каждый символ отвечает за свой комплект… – Она коснулась сначала верхнего, а потом нижнего символа. – И неважно, на что менять… на обычную одежду или на полные рыцарские доспехи, со всем вооружением.

– Удобно! – вынужден был признать я.

– Еще как удобно, – согласилась женщина. – Берешь?

– Но за что мне такой дар? – подозрительно глянул я на нее. – Чем я его заслужил?

– Можно сказать, я избавляюсь от старья… мне он не нужен! – искренне улыбнулась она, но я ей совершенно не поверил.

– И много у вас такого старья? – осведомился я.

– Хватает… – И снова эта улыбка и честный-пречестный взгляд.

– У меня такое чувство, что я снова разговариваю с вашей сестрой, которая с таким же взглядом пытается меня… обвести вокруг пальца.

Хранительница рассмеялась.

– Она это любит! Ну ладно… – Она посерьезнела. – Я действительно думаю, что тебе он нужнее, чем просто валяться и пылиться на полке… И заметь, никакого скрытого подтекста в моих действиях нет.

Я решился.

– Хорошо, забираю… Спасибо!

И снова Хранительница рассмеялась – звонко и беззаботно.

– Такое чувство, что мне сделали одолжение! – пояснила она причину своего смеха.

– Простите, если прозвучало грубо, – сразу извинился я, не желая конфликта с сестрой Шутницы.

Осторожно примерив наручи, я защелкнул обе половинки, которые тут же стали как литые, даже шов пропал. Я напрягся и вопросительно глянул на Хранительницу.

– Символ с другой стороны… Так же, как и с теми двумя, добавишь немного маны, и наручи раскроются.

Я кивнул и потянулся к верхнему, ближнему к локтю символу-руне, но слова женщины остановили меня.

– Не советую сейчас экспериментировать. Если, конечно, ты не желаешь остаться голышом.

Я остановился и убрал руку. Нет, предстать перед всеми голышом я не желал. Тем более, когда из-за двери с обеих сторон торчат любопытствующие мордашки серебровласых девочек-оборотней.

– И вот еще, – на стол передо мной легла цепочка с кулоном в виде символа-руны солнца. А рядом с ней – наручный браслет с таким же кулоном. – Это манонакопители, – пояснила она. – Они сами накапливают ману и отдают своим владельцам, когда она тем нужна. Уникальные артефакты, технология создания которых в этом мире считается забытой. – И вправду редкая и ценная вещица. – Объем маны в этих артефактах равен десяти единицам, – и это немало. – Подаришь своей подружке, – и вот мы добрались до сути. – Подаришь своей подружке… думаю, они ей будут полезны.

Тут я уже не стал ломаться, а благодарно склонил голову и снова произнес:

– Спасибо!

Я действительно подумал, что Нике такие накопители пригодятся.

Кстати, о нашей спящей красавице… Она появилась на кухне, когда мы вовсю поглощали нажаренное Миланом мясо, которое оказалось на удивление вкусным и хорошо приправленным специями. Особенно налегали на него близняшки и… Хранительница, которая самым наглым образом осталась с нами на завтрак. Мне даже захотелось с иронией поинтересоваться: а разве нормально богине есть человеческую пищу? Но, видя, как она уплетает за обе щеки, я благоразумно воздержался от глупостей.

И вот в этот момент на пороге появилась Ника… и слава богу, одетая не в тот халат, а в свою облегченную боевую броню.

– Доброе утро! – поприветствовал ее я, заметив, как та быстро отвела от меня свой взгляд.

Это ещё что за новость? – подумал я.

– А! – оглянулась на девушку Хранительница. – А вот и «спящая принцесса» пожаловала! Любишь же ты поспать, девочка!

Я на мгновение напрягся, услышав слово «принцесса», но тут же расслабился, сообразив, что это метафора или что-то в этом роде.

– Могла бы еще поспать! – довольно хихикнула сестра Шутницы. – За это время я бы съела все мясо… – И тут же переключилась на Милана. – Волчик, ты какое решение принял?

Оборотень быстро и как-то виновато, глянул на меня, а затем ответил:

– Мы все обдумали и решили принять ваше приглашение пожить здесь.

Этот ответ меня совершенно не удивил. Нечто подобное я инстинктивно и ожидал услышать от него, еще со вчерашнего вечера.

– Отлично! – спокойно сказала Хранительница. – Теперь здесь станет немного оживленнее! – И с усмешкой глянула на девочек. – Можете выбрать себе дом по вкусу.

– А этот нельзя? – как-то слишком робко поинтересовался оборотень.

– У этого дома, – немного загадочно ответила женщина, – уже есть хозяева… так что, пожалуй, нельзя. Но зато все остальные дома в этом городе совершенно свободны, так что у вас есть из чего выбирать… – И теперь она глянула на меня каким-то загадочным взглядом.

Да что они все на меня смотрят? Нашли крайнего… – с раздражением подумал я, поймав на себе смущенный взгляд Ники, которая молча уселась за стол и принялась доедать оставшееся мясо.

***

Ника…

Я была слегка смущена… Вернее, даже не слегка, а сильно смущена. Дело в том, что, когда Артем уходил, я уже не спала и отчетливо помнила, в каком положении проснулась. Воспоминания об этом заставляли кровь приливать к щекам при одном взгляде на него. Но Артем, похоже, совершенно не обратил на это внимания или просто не придал значения.

Как бы то ни было, к концу завтрака я успокоилась и даже успела испытать легкое разочарование: вкусного, хорошо прожаренного мяса оставили так мало, что я не наелась.

Тут Хранительница попросила нас с Артемом показать символы, доставшиеся от Шутницы. Мы переглянулись и одновременно сняли перчатки, скрывавшие метку богини от посторонних глаз. Сестра Шутницы взяла наши ладони в свои, пристально вгляделась в метки и задумчиво покачала головой, произнеся нечто невнятное:

— Все ясно…

А затем крепче перехватила наши ладони.

— Не дергайтесь, — строго предупредила она. — Не хотите же вы, чтобы моя метка, ради которой вы здесь, легла криво и не на том месте?

Я напряглась. Кривая метка — последнее, чего бы я хотела.

Артем едва заметно усмехнулся. Он самого начала не очень поверил во всю эту кривизну, как он сам признался он мне позже.

— Разве от того, дергаемся мы или нет, зависит, как ляжет ваша метка, уважаемая?

— Нет, конечно, — с той же усмешкой ответила Хранительница и неожиданно отпустила наши руки. — Я закончила! — объявила она. — Теперь вы сможете пользоваться любым, даже неактивным порталом, переходя через него именно туда, куда хотите, вне зависимости от первоначального назначения арки или круга.

Я взглянула на запястье, и поначалу не заметила особых изменений. Лишь слегка повернув ладонь, увидела, как под меткой Шутницы промелькнул отблеск другой. Замерла и снова повернула… Снова блик. На этот раз мне удалось поймать момент и рассмотреть метку. Она напоминала многогранный бриллиант-яйцо. На каждой грани мерцал свой символ, но рассмотреть их детально не удавалось из-за мимолетности и крошечного размера.

Артем тоже пару мгновений изучал свою метку.

— То есть любым порталом? — уточнил он, пристально глядя на Хранительницу. — Даже тем, что ведет сюда?

— Какой шустрый мальчик! — погрозила ему пальчиком женщина. — Нет, именно сюда тебе путь заказан. А вот в «зал порталов» — пожалуйста. Там я посмотрю и решу, пускать кого-то сюда или нет… А всеми остальными порталами пользуйтесь на здоровье. Главное, чтобы маны хватило на подпитку, и чтобы портал не был необратимо разрушен.

— Спасибо! — Артем не стал задавать лишних вопросов и уточнил: — Госпожа, если вдруг приспичит… или захочется… можем ли мы вернуться сюда снова? Не прогоните?

— Приходите, конечно! — добродушно улыбнулась она. — Только рада буду развеять свою вечную скуку.

Затем в сопровождении Хранительницы и неожиданно появившегося Тоши мы отправились к порталу. Суккуб шел молча, держась на расстоянии. Учитывая, что с ним сотворили люди, это было понятно. Уже то, что он не бросался на нас, жаждя отомстить всему человечеству, говорило о его недюжинной выдержке и здравомыслии.

У портала сестра Шутницы просто взмахнула рукой, и тот активировался, засиял всеми цветами радуги.

— Вы уж аккуратнее там, деточки, — Хранительница даже обняла нас обоих, слегка прослезившись. — А ты береги себя! — серьезно посмотрела она на Артема.

— Обязательно, — так же серьезно кивнул тот в ответ, а я напряглась. Мне показалось, что в словах сестры Шутницы и в ответе Тёмы скрыт какой-то ускользающий от меня смысл. Я пристально взглянула на своего телохранителя, но он уже шагнул в портал и исчез. Я хотела было последовать за ним, но Хранительница вдруг придержала меня за руку.

— И ты будь осторожна, девочка, — тихо сказала она мне. — Помни, что герой не тот, кто бездумно рвется в бой, а тот, кто возвращается домой с победой и со всеми своими друзьями.

И снова окончательный смысл этих слов ускользал от меня. Много позже я часто вспоминала этот день и эту фразу, и не раз повторяла ее другим. Но пока что я лишь кивнула в ответ и поспешила за Артемом…