***

Ника…

Всё моё естество было против этой идеи, которая неожиданно понравилась всем «мифриловым». И только услышанное от Артёма о жестокой судьбе двух молодых людей, которые только что вступили в брак, заставило меня отказаться от спора и согласиться с предложенным братом жестоким планом. Но и брат меня сильно удивил. Если честно, не ожидала от него такого… И наблюдая за тем, как остальные выковыривают камни маны из портальных арок, я, оглянувшись на брата, напрямую его спросила:

— Ты знал, что гоблины сделали с женихом и невестой?

Тот поначалу просто пожал плечами. Но почему-то на этот раз привычный жест брата вызвал во мне раздражение.

— Хватит изображать из себя немого, — нахмурилась я. — Отвечай нормально.

— Я видел обглоданные человеческие кости на той стоянке, что мы разгромили, — помолчав, всё же нормально ответил мне Руди. — И такое я видел слишком часто… на многих стоянках гоблинов, что мы находили. Человечина для них — деликатес.

Сказал и замолчал, а я молча отошла от него. Всё внутри меня бурлило. Мой разум буквально разрывало от противоречий. С одной стороны, я всё ещё была против такого, а с другой… наказание должно быть соразмерным с прегрешением. Такую фразу я как-то услышала из уст отца, когда тот выносил приговор насильнику и убийце малолетней девочки. Того потом казнили, посадив на кол. На самой казне я, разумеется, не присутствовала, но слышала, как между собой это обсуждали служанки: то, как тот кричал и корёжился в предсмертных агониях.

Стоило только вспомнить об отце, как он тут как тут, сам появляется из туннеля в сопровождении Крис, которая, взглядом найдя мужа, тут же тому кивнула.

Надо признать, не ожидала увидеть его здесь так быстро.

— Что здесь происходит? — наблюдая непонятную ему суету, требовательно произнёс отец. А когда тому объяснили суть происходящего, он только кивнул, соглашаясь с решением. — Хорошо! — После чего, подойдя к одной из арок, долго ту разглядывал. — Как всё, оказывается, было просто… — пробормотал он с горечью. — Если бы мы только раньше о таком догадались.

Закончив выковыривать камни маны, мы начали покидать туннель. Стал вопрос о том, как его заблокировать и разрушать. Настолько сильных магов земли, способных сдвинуть стены прохода, в наших краях не было. А тех, кто был на такое способен, не было. Поэтому оставался только один вариант, а именно: подорвать свод туннеля и обрушить скалу. Поначалу было решено использовать заклинание подрыва, что массово использовали шахтёры, когда прокладывали свои туннели. Благо это отсроченное заклинание было настолько простым, что им владел почти каждый маг среднего уровня. Естественно, я тоже им владела. Но меня к этому делу не допустили, сказав, что это опасно. Это и вправду было опасным действием, ведь задержка после накладывания заклинания взрыва на определённый объект составляла всего от двух до четырёх минут. И за это время нужно было успеть убежать от места подрыва, чтобы самому не попасть под завал.

Заклинание на туннель, в том месте где начиналась лестница, накладывали двое магов из свиты отца. Они оба относились к категории средних магов, но, как я уже сказала, отсроченное заклинание подрыва было довольно простым.

Все, кроме этих двух магов, покинули туннель и стали ждать снаружи.

Прошло где-то минут двадцать, когда внезапно внутри туннеля раздался сильный сдвоенный взрыв, а мгновением позже оттуда вырвалось облако пыли. А вот магов… их не было. Не успели мы подумать, что произошло что-то плохое, как из туннеля, кашляя и отплёвываясь, появились они, державшиеся друг за друга.

Спустя какое-то время после того, как улеглась поднятая пыль, несколько человек со всеми предосторожностями вернулись в туннель, чтобы оценить результаты взрыва. И они были вполне впечатляющими. Туннель метров на двадцать был целиком завален без возможности пройти по нему дальше. Но остальная часть туннеля сохранилась в удовлетворительном состоянии.

Немного посовещавшись с остальными, отец решил повторить взрыв, и спустя какое-то время оба мага снова вернулись в туннель.

Прошло ещё минут двадцать, и оба мага-спринтера выскочили оттуда за мгновение до взрыва.

А вот третий взрыв на входе в туннель делала уже я.

После моего подрыва обрушился весь вход, намертво заблокировав туннель. Теперь уже можно было быть уверенным, что из него больше никто не появится.

Я думала, что на этом теперь всё и закончится, но, как оказалось, я ошиблась.

Отец распорядился, чтобы на скале организовали круглосуточный и постоянный пост, чтобы сверху было видно, что творится в замке Рох. И если вдруг снова появятся гоблины, нужно быть уверенным, что те оттуда никуда не денутся, и, разумеется, об их появление тут же следует доложить в Восточный Предел. Отец не был намерен оставлять это дело на самотёк. И только после того, как все необходимые распоряжения были отданы, мы направились к дому. Но из-за того, что дело уже было под вечер, заночевать мы остались в той несчастной деревне, где полным ходом шла подготовка к похоронам.

Старый староста погиб ещё на торжестве своей дочери, и поэтому всеми делами сейчас заправлял командир местного ополчения, который смог организовать хоть какое-то сопротивление гоблинам.

Отец до конца похорон решил остаться в деревне, а мы… А мы поутру отправились пешком назад в Восточный Предел. Правда, Артём тоже остался в деревне, чтобы какое-то время следить за состоянием выздоравливающих, об этом его лично попросил отец.

Интерлюдия.

Это произошло ровно через пятнадцать дней после того, как проходы в замок Рох из ущелья Роха были намертво заблокированы. Отряд бойцов, что был оставлен наблюдать за брошенным замком, вдруг заметил, как засветился один из четырёх порталов и как из него шагнули первые гоблины. Бойцы без лишней суеты потянулись к оружию и стали ждать. И вот когда на площади перед замком собралось уже не меньше сотни гоблинов, портал перестал святиться и погас. После чего гоблины не спеша направились к туннелю и стали один за другим исчезать в нём. Правда, очень скоро те с громким галдежом стали возвращаться назад, видимо, обнаружили, что туннель теперь перекрыт. Один из гоблинских шаманов направился к другому порталу, не к тому, через который те сюда попали, и… тут они увидели, или поняли, что порталами с этой стороны они теперь не смогут воспользоваться. Вот теперь гоблины засуетились и забегали по замку, явно не зная, как им теперь быть.

— Приготовились! — негромко произнёс командир отряда. — Наша цель — шаманы гоблинов! Остальных можете игнорировать, — сказал и прижал к плечу самый обычный арбалет с длинным болтом. Прицелившись, он первым спустил тетиву, точно поразив свою цель. А вслед за ним свои арбалеты разрядили и остальные бойцы.

В рядах гоблинов воцарилась настоящая паника. Те без толку метались, пока не додумались спрятаться в старых зданиях замка. И на какое-то время они оказались в полной безопасности от обстрелов со скал. Но только на какое-то время. Бойцам, в отличие от гоблинов, спешить было некуда, да и еды у них было в достатке.

Прошли сутки, вторые, и гоблины начали резать друг друга. Чтобы не умереть с голода, стали есть себе подобных. И первыми под нож попались, разумеется, самые слабые.

Через двадцать дней, когда от отряда гоблинов уцелело не больше десяти особей, портал снова открылся, и на территорию замка прибыли ещё гоблины. А дальше те, что прибыли до этого и которые по некоторым причинам прозевали приход в замок сородичей, бросились с ножами на тех, кто только что прибыл. Они успели порезать с десяток мелких гоблинов, прежде чем их самих порубили.

Очень скоро и вновь прибывшие поняли, в какую ловушку они попали, и история вскоре повторилась. Они тоже ради пропитания начали резать друг друга и на исходе месяца перебили большинство себе подобных. А тех, кто выжил, пострелял другой отряд, сменивший на посту первый.

К моменту, когда портал снова осветился голубоватым светом, в живых из двух отрядов гоблинов никого не осталось…

Появившийся третьим отряд гоблинов ещё не догадывался, что их ждала та же судьба.

А затем четвёртый… пятый… шестой… и так до одиннадцатого. После чего на долгое время, почти на три года, в этом замке больше не появлялся ни один гоблин. Но это, как говорится, уже другая история.

Глава 2. Возвращение в подземелье Блистательного города…

Артём…

Я вернулся Восточный Предел только через неделю. Где меня тут же ждала неожиданная новость. Из империи нам прислали в поддержку отряд слабоуровневых магов, где каждый владел одним-двумя боевыми заклинаниями. Но главным во всём этом было то, что отряд состоял из двадцати демоноидов. Основной проблемой было не то, что все они были наполовину демонами, а то, что они выросли в империи и с ранних лет столкнулись к предвзятому отношения к таким как они. Естественно, даже попав к нам, они оставались зажатыми и настороженными. Правда, тот факт, что одним из командиров отряда был демоноид, несколько тех успокаивал.

— И как получилось, что их вообще к нам направили? — спросил я Рона после того, как он сообщил мне данную новость.

— Их всех воспитывали в специальном имперском детском доме под патронажем самой императрицы. И хоть там они были под защитой правительницы, всё равно они с самого детства сталкивались с негативом в свой адрес. Поэтому они настроены настороженно, с недоверием ко всем людям. Им как бы общения не хватает. Они и сейчас не особо к нему стремятся, держатся обособленно, на расстоянии.

— Блин, — негромко выругался я. — Детский сад на выезде… Ну и зачем они нам такие нужны? У нас нет времени подтирать им сопли и что-то пытаться доказать. Нам скоро идти на ту сторону, проводить разведку. Там некогда будет за ними присматривать. Если допустим хоть одну ошибку и рассекретим своё присутствие — весь план пойдёт коту под хвост.

— Ты же сам вечно говоришь, что нам не хватает магических стрелков. И что нам нужны стрелки на дальние позиции, а то наши двустволки эффективны только в бою на ближнем расстоянии. И что нам этого недостаточно. Вот тебе и прислали стрелков, которые смогут пользоваться более мощными магическими самострелами и поражать демонов и их шестёрок на дальних подступах. Так вот, демоноиды по природе все имеют уровень внутренней маны не меньше третьего.

— Говорил. — От своих слов я отказываться не собирался. — Вот только у нас нет времени перевоспитывать их или что-то им доказывать. И знаешь, — оглянулся я на Рона, — я предпочту отправиться в подземелье с тем составом, что имеется на данный момент, чем брать с собой тех, в ком я не могу быть уверенным.

— Тогда что, отошлём их назад? — не стал спорить со мной Рон.

— Давай уже завтра решим, — глянув на потемневший вид из окна, сказал я, но тут же подумал: А какого чёрта откладывать на завтра то, что можно сделать и сейчас? К тому же это много времени не займёт.

— А где их разместили? — поинтересовался я у Рона.

— В восточной казарме, рядом с нашими, но в отдельном помещении.

Я оглянулся на парня за нашими спинами.

— Шат, строй всех новичков и наших на тренировочной площадке. Тебе пять минут времени, — приказал я.

— Слушаюсь! — И Русс убежал выполнять мой приказ.

— Ты что задумал? — глянул на меня мой друг.

— Закончить с этим делом и пойти нормально выспаться, — честно ответил ему я.

Через десять минут мы вышли на потемневший двор замка, где двумя разными группами построились мои бойцы и вновь прибывшие демоноиды. Начал я сразу, без дополнительных расшаркиваний и прелюдий:

— Значит так, — глядя только на вновь прибывших, начал я. — Мне нужны только бойцы, которым я могу доверить защищать мою спину. Обиженные мальчики из детского садика мне здесь не нужны. Некогда мне вам носики вытирать. Все вы знаете, для чего именно собирается наша команда. Мы должны стать щитом для высокоуровневых магов. На их плечи ляжет основной труд по уничтожению демонического портала. Все их жизни куда более ценные, чем моя или ваша. Я допускаю, что не только некоторым, но всем нам придётся там погибнуть. Но я сделал свой выбор, и многие из вас этот выбор также уже сделали. И поэтому я обращаюсь к тем, кто сомневается или не определился. Такие мне здесь не нужны. Завтра, кто окончательно определится, будет стоять здесь поутру, в едином строю. Всех остальных я бы попросил покинуть замок и не попадаться мне на глаза. Портал вон! — я указал на арку, ведущую в город. — Никто вас не станет останавливать или удерживать, но к утру вас здесь быть не должно. Но те, кто останутся… — хищно усмехнулся. — Можете орать от боли, проклинать меня, скулить и плакать, но только после тренировок, в свободное время. Я всё сказал! Разойтись! — И, развернувшись сам, пошёл прочь

— Сильно! — догнал меня Рон. — Но если хоть половина из них к утру останется, будет уже чудом.

— Да и бог с ними, — махнул я рукой. — Просто это будет означать, что они не готовы и не достойны…

— Мальчики, — неожиданно раздалось сбоку от нас. — А вы чего здесь устроили на ночь глядя?

Все как по команде оглянулись на госпожу Беллу, которая появилась на выходе из жилой части замка, уперев руки в бока.

— Артём… — как ни в чём не бывало, с укором произнесла госпожа-суккуб, при этом полностью игнорируя взгляды от группы недавно прибывших из центральной империи бойцов, которые вылупились на неё дикими глазами. Нет, за пару дней, что они уже были здесь, им довелось слышать от других, что в замке живёт самая настоящая суккуб, но вот так её увидеть они явно были не готовы.

— …Там тебя уже давно горячая ванна дожидается. Ты чего медлишь? Остынет ведь всё, скоро и будешь с дороги в холодной воде всю пыль смывать, — предупредила она меня. — Так и знай, в твоё отсутствие в твоих покоях была сделана генеральная уборка и заменено всё постельное белье, и грязного я тебя туда не пущу.

— Да, госпожа Белла, — совершенно покорно произнёс в ответ я. — Уже иду… и спасибо за ванну! Это как раз то, что мне сейчас необходимо.

— Вот и хорошо! — одобрительно кивнув, развернувшись, ушла.

— Пришла мама, — с лёгкой усмешкой произнёс Рон, — и испортила такую речь!

Я оглянулся назад.

— Возможно, наоборот, — тихо сказал я. — Её появления только и не хватало для пущего эффекта.

Рон тоже оглянулся.

А там молодые бойцы… те, что оказались посмелее, всё ещё косясь в сторону замка, о чём-то тихо расспрашивали ветеранов, и те так же тихо им отвечали.

— Ну вот, а кто-то мне говорил, что кому-то общения не хватает… — подытожил я и поспешил в замок. Уж кто-кто, но, если госпожа Белла пообещала меня, грязнулю, не пусть в собственную спальню, значит, так и будет.