Во время одной из наших последних встреч бангкокский монах задал мне вопрос:

– А счастье действительно так важно?

Я растерялся. Разве буддизм – это не философия счастливой жизни? В тот день я понял: не совсем. Для буддистов счастье – это мимолетное чувство. Оно приходит и уходит, сильно зависит от внешних обстоятельств. Если люди полагаются только на него, их будет постоянно бросать в непредсказуемые воды перемен. И вот тогда возникает постоянное чувство неудовлетворенности, тревоги, напряжения. Именно в таком состоянии живет большинство людей. Особенно тревога, ведь она практически неизбежна. Чтобы почувствовать себя хорошо, мы цепляемся за то, что происходит вовне. Но ведь внешние события никогда не находятся полностью под нашим контролем, а чаще всего вообще не поддаются ему. Как же не тревожиться, зная все это?

С буддийской точки зрения существует нечто гораздо более важное, чем счастье в его западном понимании. Это умиротворение (буддисты используют также слова «спокойствие», «тишина», «внутренний покой»). Это состояние ума, более устойчивое и продолжительное. И самое главное – оно зависит от нас самих и от того, насколько бережно мы ухаживаем за своим внутренним миром, поддерживая в нем порядок, здоровье и свет.

Разумеется, внешние события всегда будут оказывать влияние. Но, в отличие от счастья, умиротворение – это результат того, что мы воспринимаем происходящее, а не то, что с нами происходит. Не важно, как к нам относятся окружающие и что готовит нам мир – важно то, как мы сами относимся к людям и как взаимодействуем с миром. Именно из сочетания наших мыслей, слов и поступков (а все это, как мы позже увидим, и есть карма) рождается внутреннее спокойствие. Тогда как счастье почти всегда зависит от чего-то, что должно произойти. У него пассивная природа: мы будем счастливы, когда появится нужная работа, определенная сумма денег, определенный человек, предмет, ситуация.

А вот умиротворение активно по своей сути. Оно приходит, когда мы сами выбираем определенный образ жизни и взгляд на события. Это не состояние, к которому нужно стремиться, а то, которое следует осознанно выбрать и принять.

Даже на уровне языка эта тонкая, но важнейшая разница становится очевидной: нельзя быть умиротворенным из-за чего-то. Можно быть счастливым из-за чего-то – потому что счастье направлено наружу, на то, что случилось или еще не случилось. А умиротворение связано исключительно с нашим внутренним миром. Оно либо есть, либо его нет.

Счастье можно назвать эйфорией или сильной радостью. Это вспышка, вершина, тесно связанная с желанием. Не только потому, что мы ощущаем его, когда достигаем того, чего хотели, но и потому, что в моменты счастья нам хочется все больше. Воодушевленные, мы поднимаем планку, стремимся выше, даем себе и другим грандиозные обещания. Чувствуем себя непобедимыми, ведь в нас бурлят адреналин и дофамин.

В этом нет ничего плохого. Испытывать такое счастье, проживать мгновения подобной интенсивности важно. Но лучше ясно понимать: это именно мгновения. Будда со своей мудростью знает это: чувства сильные, но мимолетные. Если мы не готовы принять, что оно пройдет, есть риск оказаться в ловушке депрессии, вызванной неутолимым стремлением к счастью, которое не всегда достижимо. Но если принять его истинную природу, можно насладиться им полностью, без страха потери.

Лично я никогда не смотрел на счастье под таким углом. Напротив, счастье казалось образом жизни. С самого юного возраста я стремился быть счастливым как можно дольше. И довольно рано понял, что для этого нужно постоянно идти дальше: все более сильные впечатления, все более радикальные перемены, путешествия все длиннее и дальше.

Теперь я понимаю, что это была попытка, отчасти неосознанная, как можно дольше удержаться на гребне волны счастья.

Лихорадка денге и последующая госпитализация прервали волну, которая длилась уже несколько лет, с того момента, как началась жизнь на удаленке и в путешествиях. Когда этот поток остановился, пришли опустошение и растерянность. Состояние, знакомое почти каждому. В какой-то момент путь теряется, опоры исчезают, и все кажется бессмысленным.

Это не удивительно. С детства нам внушается идея искать благополучие вовне. И если говорить прямо – это правильно. Внешние обстоятельства действительно влияют на внутреннее состояние и на качество жизни. Даже Будда упоминал о внешнем счастье, давая вполне практические советы с точки зрения материального и финансового благополучия. Например, зарабатывать достаточно, чтобы избежать лишних тревог, заниматься любимым делом, строить отношения на уважении и заботе, создать пространство, в котором приятно жить. Поэтому вполне естественно стремиться к более достойному источнику дохода, к человеку, который будет нас любить и уважать, к здоровым привычкам и к месту, где можно почувствовать себя дома. Желание изменить жизнь к лучшему – это нормально.

И такие перемены действительно приносят облегчение и радость. Именно это и я проделывал долгие годы. Покинул город, который тяготил, отказался от нестабильной работы и разрушительных связей. Все это стало источником настоящего, искреннего облегчения. Но есть одна ловушка: думать, что этого достаточно, чтобы быть счастливым всегда.

Буддизм научил меня: делать ставку исключительно на то, что находится вне себя – слишком большой риск, на который не стоит идти никому. Миллионы людей лишают себя жизни, потеряв работу, близкого человека или определенную ситуацию из прошлого. Эти трагедии можно было бы предотвратить, если бы с детства прививалось понимание того, что внешний мир хаотичен и непредсказуем.

Безусловно, внешние обстоятельства способны приносить радость. Но не менее важно помнить, что они постоянно меняются. Ничто не вечно. Можно потерять ту самую идеальную работу, которая дарила удовлетворение. Человек, который раньше любил безумно, теперь может безумно любить кого-то другого. Место, которое ощущалось как дом, может оказаться недоступным. А то, что раньше приносило ежедневную радость, может больше не вызывать никаких чувств.

Можно быть уверенным, что все устроено, все под контролем. А потом – внезапно случается пандемия. Одна страна вторгается в другую. Возникает экономический или энергетический кризис.

И тогда возникает вопрос: куда уходит счастье, когда мир вокруг рушится без предупреждения? Возможно, именно тогда оно раскрывается таким, каким всегда и было – хрупким. Чем-то, что следует ценить. Как закат, зная, что он вскоре закончится.

После первых разговоров с буддийским монахом в Бангкоке пришло время глубоких размышлений о сложившейся ситуации. До того момента у меня даже не возникало сомнений – смысл жизни заключался в том, чтобы построить идеальные внешние условия. Подходящая работа, подходящий партнер, подходящее место, подходящие обстоятельства – вот что казалось синонимом счастья.

Буддизм же помог взглянуть на все иначе. Корень внутреннего кризиса мог крыться как раз в самой цели. Может быть, пришло время перестать навязчиво гнаться за хрупкой и мимолетной внешней радостью. Посмотреть внутрь себя и начать взращивать умиротворение, которое для буддистов и есть подлинное счастье.

Умиротворение связано с покоем, ясностью и внутренним светом. Это состояние без смятения и суеты. Это полное присутствие и принятие.

Это как наслаждаться чашкой горячего чая, наблюдая и слушая дождь, и не желать, чтобы жизнь была иной.

Это как кот, спокойно и невозмутимо наблюдающий суетливый мир перед собой.

Умиротворение – состояние мудрых. Даже когда они чувствуют счастье или восторг, помнят, что и это пройдет. Это не означает отрицать радость – наоборот, они умеют ценить ее по-настоящему, но не цепляются за нее.

А когда приходит печаль – знают, что и она не вечна. Без паники. С терпением и доверием. С внутренней тишиной.

Главное отличие между западным пониманием счастья и буддийским умиротворением заключается в том, что первое связано с приобретением чего-то, чего нам сейчас не хватает. Счастье – это процесс накопления: чем больше приятных вещей, отношений и ситуаций мы собираем, тем ближе, как нам кажется, подходим к нему.

Но у многих создается ощущение, что этот момент так и не наступает. И мы ощущаем необходимость заполнить пустоту, созданную нашими желаниями, объектами этих же желаний. Если нам кажется, что для счастья не хватает нового смартфона, повышения на работе или конкретного человека, мы спешим заполучить это как можно скорее.

Наши дни часто проходят под властью этих навязчивых мыслей, а энергия направляется преимущественно на достижение этих целей.

В западном представлении счастье – это гора, на которую нужно взобраться. Все, к чему мы стремимся, находится где-то наверху, далеко, а порой и вовсе недостижимо. При таком подходе чувство фрустрации становится нормой – вершина далека, а усилий требуется слишком много.

Буддизм предлагает иную метафору. Счастье – или, точнее, умиротворение – это не восхождение, а раскопки. Все, что нам нужно, уже внутри. И наша задача – убрать слои накопленного за десятилетия, освободиться от тяжести, отпустить все лишнее, пока не предстанет свет, который все это время был с нами. Ничего не нужно добавлять – важно уметь отпускать.

Именно так и поступил Сиддхартха: он перестал стремиться к новым наслаждениям, как делал раньше. Прекратил бесконечные странствия по Индии. Его путь к просветлению начался с того момента, как он остановился. Когда начал копать внутрь себя.

В те дни в Бангкоке, вдохновленный историей Будды, я решил последовать его примеру. После многих лет странствий по миру в погоне за собственным представлением о счастье пришло время отправиться в самое трудное и важное путешествие из всех. Путешествие внутрь себя.