За эти годы, беседуя со многими буддистами и читая разные книги о буддизме, я слышал и читал историю о Сиддхартхе Гаутаме десятки раз – и каждый раз с вариациями. Это было захватывающе. Как будто читаешь один и тот же роман, но написанный десятками разных авторов.

Так я понял, что, несмотря на различия в деталях, существуют неизменные элементы – основные опоры, на которых держится все буддийское учение.

Самая важная из них – страдание существует.

Будь ты богатейшим принцем или безработным, не знающим, как оплатить счета, студентом престижного университета или матерью троих детей, красивой девушкой, вызывающей всеобщее восхищение, или недавно вышедшим на пенсию. Онкологическим больным, олимпийским чемпионом или писателем-путешественником – нет ни единого шанса избежать того, что Будда назвал первой истиной: страдание есть.

Разумеется, есть разные степени страдания. В одних случаях это физическая боль, в других чисто душевное беспокойство. Но оно всегда есть.

Отрицать его существование – значит обманывать себя, жить в иллюзии и искать утешение в удовольствиях, все более сильных, но неизбежно заканчивающихся, оставляя внутри невосполнимую пустоту.

Первое, к чему призывает буддизм, – начать отсюда. Это часто выбивает из колеи тех, кто впервые сталкивается с этой философией. На Западе буддизм обычно ассоциируется с непоколебимым оптимизмом, с позитивом любой ценой – тем, что сегодня назвали бы «токсичным позитивом», – но все это не имеет ничего общего с первоначальным учением Будды.

Означает ли это, что буддизм – пессимистская философия? Вовсе нет. Как объясняет Валпола Рахула в своей классической работе «Учение Будды», буддизм «глубоко чужд мрачному, печальному, самообвиняющему и тревожному настроению», потому что именно оно мешает познанию истины.

Истина – вот еще один краеугольный камень. Буддизм не пессимистичен и не оптимистичен. Он реалистичен. И реализм здесь не вопрос стоицизма, а необходимость. Если не знаешь, как обстоят дела на самом деле, – невозможно их понять, изменить, исправить. Если не знаешь свою боль, если не примешь ее как отправную точку, ты никогда ее не преодолеешь. И по-настоящему счастлив не станешь.

Это как никогда актуально. За последние годы благодаря блогу и социальным сетям я получил тысячи сообщений от людей, называющих себя неудовлетворенными и мечтающих изменить свою жизнь. И все же объединяет их всех не несчастье, ведь у него бесконечно много лиц (иногда весьма оригинальных), а именно растерянность. Люди становятся несчастными из-за того, что не знают, кто они такие, чего хотят, что им нужно изменить, что для них правильно, по какому пути идти, за что стоит бороться, а что отпустить.

Будда сказал: «Без осознанности ты глупец, злейший враг самому себе: действуешь неумело, вслепую, и в итоге собираешь горькие плоды».

Жесткие слова. Но сказаны они затем, чтобы нас встряхнуть. Это призыв смотреть в лицо реальности, не обманываясь насчет того, какой бы нам хотелось ее видеть, ведь самообман неизбежно ведет к поиску выхода – либо в удовольствии, либо в лишении удовольствия.

На самом деле мы не хотим признать, что страдаем, и предпочитаем отвлекать ум все более сильными переживаниями. И вот уже кто-то бросается в крайности, еду, секс, материальные вещи, внешний блеск. А другие, наоборот, отказываются от еды, секса, материальных вещей, внешней мишуры. Одни хотят быть счастливыми всегда, другие делают несчастье образом жизни.

Но все мы без исключения хотим одного: чувствовать себя хорошо. Быть в покое. Быть счастливыми.

Но что же дают нам такие крайности?

Тот, кто имеет слишком много, никогда не бывает доволен. Тот, кто имеет слишком мало, – никогда не бывает счастлив.

И вот перед нами еще одна ключевая идея. Срединный Путь – хребет всей буддийской философии.

Сиддхартха имел все. Потом – ничего. Сначала он утопал в самых неуемных удовольствиях, потом добровольно погрузился в суровые лишения. Но в обоих случаях не находит того, что ищет, не чувствует покоя, не получает настоящего удовлетворения.

Просветление приходит только в тот момент, когда он отказывается от крайностей и выбирает Срединный Путь.

Буддизм предлагает сменить перспективу. Вместо того, чтобы стремиться к счастью, следует стремиться к удовлетворенности – способности спокойно удерживать свои желания в пределах, без внутренней борьбы.

Это и есть конец страдания, внутренняя тишина, которая может оказаться даже важнее, чем само счастье.

Это путь мудрых и просветленных – тех, кто постиг истинный смысл жизни.

Еще один элемент, присутствующий в истории Сиддхартхи Гаутамы, – ключевой принцип буддийской практики – сострадание.

Оно воплощено в девушке, которая подает Сиддхартхе рис, сваренный на молоке.

Она – олицетворение добра, живущего в каждом из нас. Это чистота сердца, побуждающая действовать во благо других, не попадая в ловушку размышлений. Ее поступок – настоящий акт неповиновения. Ведь она приближается к духовному учителю, к аскету, окруженному учениками и фанатиками, и предлагает ему еду, прекрасно зная, что он отказался от всех земных удовольствий. Девушка рискует быть публично униженной за такой «кощунственный» поступок. Но не боится, потому что она уже будда – и действует без колебаний, чтобы впустить в мир доброту и исцеление. Тот, кто исполнен сострадания и делает добро, ничего не боится. Даже смерти.

В перипетиях жизни Сиддхартхи не могла не появиться медитация. Он медитировал долгие годы – но делал это неправильно, пытался убежать от реальности и боли. Именно это и делают многие до сих пор, садясь на медитационный коврик и стараясь не думать.

Что лежит в основе такого подхода? Желание аннулировать реальность, оттолкнуть страдание подальше от сознания. Но если эти мысли есть – их нужно прожить, а не стирать. Прежде всего – правда.

Именно в этом моменте происходит перелом. Сиддхартха понимает, что настоящая медитация – это не изоляция, а полное, бесстрашное соединение со всем, что существует, как внутри, так и снаружи.

Чтобы этого достичь, необходимо столкнуться и принять все, абсолютно все: даже самые глубокие раны, даже самые большие страхи.

Медитация – это тотальное, безусловное принятие. Только тогда возможна НИРВАНА – момент, когда рушится иллюзия разделенности и раскрывается высшая истина. Все связано, все – Единое.

С этой осознанностью медитация становится не попыткой «не думать», которую так жаждут западные люди, а настоящим инструментом, чтобы познать себя и жизнь, обуздать импульсы, стать хозяином ума. И чтобы преодолеть физическую боль.

Это и есть ключ к прекращению страданий.

И, наконец, не-привязанность. Сиддхартха считал, что практиковал ее в годы аскезы, но то было лишь холодное отчуждение. Истинная не-привязанность – это не безразличие, не отказ от близких или приятных сторон жизни. Это осознание – ничто нам не принадлежит, и мы сами не принадлежим никому и ничему, потому что все сущее непостоянно. Все непрерывно меняется. Все мимолетно.

Исходя из этого возможно лишь принять мудрое отношение к миру. Именно потому, что невозможна привязанность к чему-то, что по-настоящему не является нашим, мы наконец-то можем полностью оценить все, что есть в нашей жизни, и проживать это с осознанностью.

Когда Сиддхартха достигает этого понимания, он становится свободным. Свободным от страха, свободным от гнева, свободным от страдания. Освобожденный от этого груза – того самого, что и сегодня, спустя две с половиной тысячи лет отравляет наши дни и крадет у нас драгоценное время. Пробужденный остается лишь с чистой и глубочайшей любовью – к себе, к другим и ко всей Вселенной.

Такова природа Будды: состояние радости и вселенской любви. Такова жизнь, которую действительно стоит прожить.