Медитативный ретрит Кэнто подошел к концу. Был вечер, темнота уже закрасила черным маленькие окна зала. Кэнто открыл одно из них, и прохладный воздух ласково коснулся моего лица. Я огляделся. Повсюду – улыбки и расслабленные лица. Все двигались медленно, словно мы оказались внутри общего, коллективного сна.

Перед тем как уйти, мы выстроились в очередь к плетеной корзине для пожертвований. Кэнто ни о каких взносах не просил, но мы все понимали, что то, чем он занимается в этом храме посреди леса, требует средств. К тому же, если вспомнить, сколько может стоить один сеанс медитации на Западе, нам казалось более чем естественным заплатить за те драгоценные наставления, которыми он с нами поделился.

По очереди мы опускали в корзину свои тайские баты. Кэнто стоял за высоким деревянным столиком, сложив руки у пояса. Во всем его облике чувствовалось достоинство: он благодарил нас каждого по отдельности, не говоря ни слова, лишь слегка наклоняя голову в легком поклоне. В зале царила тишина, в которой было что-то священное. Передо мной стоял высокий, очень худой парень с длинными светлыми волосами до плеч. Я заметил его чуть раньше, когда мы закончили медитировать – у него были голубые, до робости застенчивые глаза.

Когда дошла его очередь, он быстро вытащил из кармана льняных брюк несколько свернутых купюр и опустил их в корзину для пожертвований. Это были не баты, а евро. Несколько сотен. Казалось, он просто взял все, что имел с собой, и отдал.

– Стой, – сказал Кэнто, когда парень уже собирался ускользнуть.

Тот застыл, немного испуганный.

– Я не могу принять это пожертвование, – сказал Кэнто. Он пытался поймать его взгляд, но глаза парня все время ускользали.

– Потому что в евро? – робко спросил тот. Всем, и ему самому, было ясно, что дело не в этом.

– Я не могу принять такое пожертвование, – повторил Кэнто. Он взял плетеную корзину и протянул ее парню.

Тот отвел взгляд, смутившись, но не подошел ближе.

– Вы так много дали мне сегодня вечером, – тихо произнес он. – Возьмите. Это мое пожертвование.

Кэнто оставался неподвижен, все так же держа корзину на весу.

– Лучшее пожертвование, которое ты можешь мне сделать, – это быть хорошим человеком. Ты выйдешь в мир и станешь человеком с добрым сердцем?

Парень покраснел, поднял глаза, потом снова отвел их.

– Да. Но все равно возьмите деньги. Они нужны этому прекрасному храму. Они нужнее вам, чем мне.

Кэнто опустил корзину. Он долго молчал – столько, сколько посчитал нужным. Мы в это время стояли полукругом перед ними, внимательно следя за происходящим.

Наконец Кэнто рассказал историю, которую я годы спустя прочел в сборнике «101 история дзен»:

– На севере Японии жил один уважаемый мастер дзен. Люди в тех краях очень его любили. Настолько, что однажды один богатейший купец, проезжая мимо, позавидовал этому. И решил навестить мастера. Когда он предстал перед ним, то уронил к его ногам мешок, полный золотых монет. Мастер дзен не шелохнулся. Тогда человек сказал: «Возможно, вы просто не отдаете себе отчета в том, какую сумму я вам жертвую».

Мастер дзен промолчал, купец не унимался: «Здесь пятьсот золотых монет! Это не какое-то обычное пожертвование. На них можно полностью обновить весь храм».

И снова ответом было молчание. Тогда человек вспылил: «Я ожидал хотя бы простое спасибо!»

Мастер дзен заговорил: «Для чистого сердца отдавать – это самая большая радость. Так что благодарить должен ты – меня».

Кэнто снова поднял корзину для пожертвований.

– Сегодня вечером вы дали мне возможность что-то подарить вам. Это мне следовало бы благодарить вас. Я не могу принять это пожертвование.

Парень на несколько секунд задумался, не зная, как поступить. Потом подошел к Кэнто и снова взял в руки свои деньги. Кэнто кивнул и улыбнулся. Парень застыл, словно раздумывая, повертел купюры в руках, а затем снова положил их в корзину для пожертвований:

– Если счастье в том, чтобы отдавать, а вы мне это запрещаете, вы лишаете меня возможности быть счастливым. Зачем вы так поступаете?

Кэнто несколько секунд внимательно смотрел на него, а потом рассмеялся.

Что же на самом деле такое «карма»?

Правильное действие связано с кармой, но в буддизме это лишь заключительная часть процесса, который начинается в мысли и становится словом. Лишь в самом конце появляется собственно действие, которое почти никогда не идет вразрез с тем, что ему предшествовало. Поэтому, если у нас есть правильное намерение (или правильная мысль) и правильная речь, очень вероятно, что и наше действие будет правильным. И наоборот.

О том, как создавать позитивную карму, мы уже говорили, пусть и косвенно. Сначала взращивается правильное намерение или правильная мысль, а затем произносится правильное слово. Правильное действие движется по тем же рельсам: оно не разделяет и не передает страдание ни нам, ни другим. В нем нет места ни гневу, ни насилию, ни злости. Правильное действие – с любовью, всегда и при любых обстоятельствах отказываясь от легкого соблазна ненависти. Это осознание, что все, что мы делаем, буквально все, в первую очередь отражается на нас самих. В этом и есть карма: то, что ты делаешь, формирует то, кем ты являешься.

Многим людям такой взгляд совсем не нравится. Более того, они находят его раздражающим. Это хорошо видно, если почитать комментарии под любым постом в соцсетях, где упоминается карма. Чаще всего там звучит одна и та же мысль: «Кармы не существует, или она не работает, потому что я столько сделал для других, всегда вел себя правильно, а взамен никогда ничего не получил. Люди неблагодарны, а жизнь только и делает, что бьет меня!»

Такое мнение почти неизбежно для тех, кто вырос в культуре, основанной на вере в личного Бога, который создал Вселенную, наблюдает за нами, судит и награждает или наказывает за наши поступки. Не так важно, верим мы сейчас в это или нет. Нас все равно воспитали в представлении, что награда за наши усилия должна прийти извне – от других людей, от общества или от Бога. Вознаграждение за наши действия воспринимается как некий подарок, который кто-то или что-то нам «должно» вручить.

Начнем с того, что очень часто люди, которые говорят, будто никогда не получали от жизни ничего хорошего, просто не осознают, насколько им повезло. Быть здоровым, иметь образование, проводить время в кругу друзей, ни разу не ложиться спать голодным и каждую ночь засыпать в теплой постели – все это давно считается само собой разумеющимся. Но все же у тебя это есть, а у кого-то, живущего в нескольких тысячах километров от твоего дома, этого нет – и, может быть, он при этом даже более умиротворен, чем ты.

Самая распространенная тенденция, особенно в нашем обществе потребления и вечной конкуренции, – постоянно сосредотачиваться только на том, чего нам не хватает, что идет не так, как мы хотим, на негативных сторонах. В сущности, именно так и работает дуккха – хроническая неудовлетворенность.

Стоит добавить еще одно. Мы склонны думать исключительно о том, что получаем, и очень редко трезво анализируем то, что отдаем. Кто-то считает, что заслуживает хорошей кармы только потому, что проводит время с пожилыми родителями. Но из чего состоит это время? В нем есть присутствие, любовь и сострадание – или там лишь телефон в руках и оглушающая тишина? То же самое касается тех, кто уверяет, что «сделал все» для своих детей и был вознагражден лишь неблагодарностью, или тех, кто жалуется на мнимое неуважение со стороны коллег и друзей.

Действие, как уже было сказано, не имеет никакого смысла, если его не сопровождает правильное намерение. Если в мыслях есть скрытый расчет, можно искренне верить, что спасаешь мир, но карма все равно окажется отрицательной. Только чистое намерение ведет к правильному действию и к положительной карме.

Теперь допустим, что человек, который жалуется на то, что получил от жизни гораздо меньше, чем отдал, действительно прав. Представим женщину, которую предал партнер, высмеяли подруги, унизили коллеги. Она всегда относилась ко всем с уважением и добротой, а теперь чувствует себя одинокой, хрупкой, покинутой. У нее как будто есть все основания утверждать, что карма не сработала. Она не делала ничего дурного, а в ответ получила лишь страдание. Она продолжает вести себя хорошо, продолжает дарить любовь, ожидая момента, когда Вселенная, наконец, подарит ей то, что она «заслужила». Но этот момент так и не наступает.

С буддийской точки зрения у этой женщины есть одна, но очень важная проблема: все, что она делает, она делает ради того, чтобы что-то получить взамен. Она полностью отдает себя мужчинам, которых встречает, надеясь, что они ответят ей тем же поглощающим чувством. И каждый раз разочаровывается. Старается быть другом для всех, надеясь, что все станут ее друзьями. И снова разочаровывается. Добра с коллегами в надежде, что те ответят хотя бы каплей доброты. И опять разочарование.

То, что нам, западным людям, особенно трудно понять, – карма не похожа на Бога из многих религий. Это не судья, который делит людей на «хороших» и «плохих». Очень распространенное на Западе представление о карме как о некой космической мести или, в лучшем случае, как о принципе «получаешь то, что отдаешь» – ошибочно. Карма – это не то, что ты получаешь, потому что она не является «результатом» поступка. Карма – это буквально сам поступок. Карма – это то, что ты даешь. И внутри этого действия уже заключены и награда, и наказание, потому что реальность недвойственна: если между тобой и мной нет разделения, все, что ты делаешь со мной, ты делаешь себе, а все, что я делаю с тобой, я делаю себе.

Поэтому не жди от других ничего. Учись быть самодостаточным и делать добро не затем, чтобы получить добро взамен, а потому, что добро идет на пользу всем, в том числе и тебе.

Именно по этой причине о своей карме судят не по тому, как ты себя чувствуешь, а по тому, что ты делаешь. Для буддистов счастье – это не когда с тобой случается что-то хорошее, а когда ты сам становишься причиной чего-то хорошего. Добро не возвращается к тебе извне, оно уже содержится в самом твоем действии. А будет ли этот поступок замечен, вознагражден или приумножен во внешнем мире – не имеет никакого значения. Будда взращивает в себе отсутствие «я», а не эго, и потому действует бескорыстно. Такому человеку легче быть счастливым – вместо того чтобы чего-то ждать от других, он сам создает в мире что-то позитивное для всех.

Сила буддийского учения именно в этой смене перспективы, которая нам, западным людям, кажется такой трудной. Важно не то, что с нами происходит снаружи, а то, что мы переживаем внутри. Причиняющий зло страдает не потому, что когда-нибудь кто-то его накажет, а потому, что уже сейчас наказывает себя сам.

Вы когда-нибудь всматривались в глаза самых жестоких тиранов в истории? Они полны боли. Это люди, которые уничтожили тысячи или миллионы других и жили погруженными в страхи и паранойю, тревогу и депрессию. Отгороженные от всех, запертые в замках или бункерах, они оказываются не способны радоваться чуду жизни. И в конце очень часто они умирают страшной смертью – убитые, покончившие с собой или в чудовищном одиночестве. Они уходят из мира с ощущением бескрайней опустошенности и отчаяния. Будда сказал бы, что таких людей не нужно наказывать кому-то еще, они уже сделали это сами. В этом и есть карма: ты – то, что ты делаешь.

В меньшей, конечно, степени, чем диктаторы, нечто похожее переживают и те, кто изменяет своим партнерам и со временем оказывается разъеденным чувством вины и сожалениями. Или просто внутренней пустотой, которую они годами пытаются заглушить, гоняясь за многочисленными связями. Счастливы ли они? Присмотритесь: конечно же, нет. Это глубоко неудовлетворенные люди, не способные ценить то, что имеют. Они сеют вокруг себя боль и отчаяние, пытаясь чередовать длинные периоды несчастья с редкими вспышками удовольствия. Это дуккха, возведенная в высшую степень.

Будда сказал: «Ржавчина выступает из самого железа и покрывает его, пока не разъест до конца; так и твои дурные поступки разъедают тебе душу».

А теперь подумайте о других людях – спокойных, любящих, добрых, воспитанных. О тех пожилых, которые, прожив с одним человеком всю жизнь, все равно не воспринимают его как нечто само собой разумеющееся. О тех, кто умеет прощать, отпускать, сохранять спокойствие и не поддаваться на провокацию. О тех, кто остается добрым даже по отношению к тем, кто, казалось бы, этого не заслуживает.

Вот это будды. Это по-настоящему счастливые люди – потому что тот, кто творит подлинное добро, не нуждается в том, чтобы чего-то ждать взамен. Он отпустил эго и его жажду признания, похвалы и одобрения. Ему хорошо уже потому, что он делает добро. Точка. Все, что с ним происходит снаружи (болезни, несчастья, предательства и так далее), лишь в самой малой степени касается его кармы – она остается позитивной всегда и при любых обстоятельствах.

Гораздо важнее не само действие, а намерение. Правильный поступок ради того, чтобы что-то получить взамен, не приведет к хорошей карме. Это не будет правильным действием. Правильное действие – быть хорошим человеком и не выставлять это напоказ.

Действовать бескорыстно, чтобы дарить свет Вселенной в любой ситуации. Даже когда на тебя никто не смотрит, даже когда ты знаешь, что твой поступок не будет оценен.

Как говорил мастер Кэнто, подлинное счастье – не то, которое ты получаешь, а то, которое даришь. И если ты стараешься действовать с любовью – всегда и при любых обстоятельствах, – в мыслях не остается смятения, а в сердце страдания.