Глава 43. Просто получай удовольствие

Дверь за советником закрылась. Мы остались одни — я, король и тот сонный, одурманенный фэйри, который все еще держал меня за руку, словно не понимая, что происходит. Два тела, погруженных в беспробудный сон, вообще не в счет.

Король усмехнулся, глядя на меня с пьяным, голодным любопытством.

— Ну что, Амелия, — сказал он, проведя пальцем по моей щеке, — теперь ты только моя. И я хочу насладиться тобой в полной мере.

Он потянул вниз рукава-воланы моего шифонового платья, положил руки мне на плечи, и я почувствовала, как его прохладные ладони скользят по моей коже.

Я замерла. Внутри все кричало: «Беги! Ударь! Сделай что-нибудь!» Но во мне также сидело упрямство. Я должна была играть. До самого конца. Что бы ни случилось, не выдать себя, не испортить все, иначе мне отсюда живой не уйти. А еще это проклятое послание!

— Ваше Величество… — начала я, стараясь, чтобы голос звучал тихо и покорно, — можно мне… в уборную?

Король приподнял бровь, удивленный моей просьбой, и рассмеялся.

— В уборную? Прямо сейчас? Что за хитрости? — Он взял меня за подбородок и приподнял мое лицо, заставляя смотреть ему в глаза. — Ты действительно думаешь, что я отпущу тебя, Амелия?

Он наклонился ко мне, и я снова почувствовала запах вина и чужого тела. Его руки легли мне на бедро, скользнули выше, и я вздрогнула, стараясь не показать отвращения.

— Я… я не хочу вас огорчать, — бормотала я, выдавливая слова через силу, — но я правда очень волнуюсь. Если бы я могла…

— Ты не в том положении, чтобы что-либо просить, — сказал он низким голосом, и я почувствовала, как его дыхание касается моего уха. — Ты здесь, чтобы доставлять мне удовольствие.

Король приподнял меня и посадил к себе на колени. Я закрыла глаза, чувствуя, как его руки скользят по моему телу, а пальцы молодого фэйри уже тянут завязки моего платья на спине. Я пыталась не думать о происходящем, а сосредоточиться на послании и на том, как его достать.

— Прошу, Ваше Величество, — шептала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более жалобно. — Я сразу вернусь…

— Не будем затягивать, — сказал он с усмешкой, и я почувствовала, как его рука скользнула под подол платья.

Я сглотнула. Мне нужно было придумать план. Как вырваться, не вызвав подозрений?

— Если вы позволите мне хотя бы на несколько минут… — упорно продолжала я, но король не дал мне договорить.

— Хватит, Амелия, — резко сказал он, и я почувствовала, как меняется его настроение. — Я устал от твоих отговорок. Ты здесь, чтобы развлекать меня, а не искать поводы уйти.

Он прижал меня к себе, его руки оказались на моей талии, а его дыхание опалило шею. Я зажмурилась и попыталась думать о Талроне — о его голосе, прикосновениях, о том, что он сказал перед моим уходом.

Я знала, что должна выдержать, но каждая секунда этого унижения казалась вечностью.

— Мне… — начала я, но слова застряли у меня в горле.

Король не стал ждать моего ответа. Он отстранился, взял со стола кубок и протянул мне с таким суровым взглядом, что я поняла — отказ будет стоить мне слишком дорого. Я взяла кубок и сделала глоток сладкого, густого, почти приторного вина. Оно обожгло горло, и я почувствовала, как по телу разливается тепло.

Что ж, возможно, это даже пойдет мне на пользу и придаст храбрости.

— Вот так, — сказал король, довольно улыбаясь. — Теперь ты больше похожа на гостью. Остался лишь один маленький штрих.

Он взял со столика яблоко — золотое, сочное, с каплями влаги на гладкой кожице. Я узнала его, узнала этот запах и вспомнила, что оно делает. Надеюсь, Талрон наделил меня достаточно сильным даром, чтобы я могла сопротивляться.

— Попробуй, — сказал король, поднося яблоко к моим губам. — Оно помогает расслабиться и забыть о страхах.

Я послушно открыла рот и откусила. Сладкий сок разлился по языку, и я почувствовала, как мир становится мягче, как предметы теряют резкость. Я знала, что это яблоко должно было взять меня под контроль, но оно лишь слегка коснулось моего сознания и отступило.

Все-таки работает… Я с облегчением вздохнула, а потом заставила себя расплыться в дурацкой улыбке. Так ведь я должна была себя вести?

Король наблюдал за мной, ожидая, пока я растворюсь в эйфории. Но я не растворилась. Лишь делала вид, будто плыву по течению и готова на все, но внутри оставалась собой.

Он наклонился ко мне, и его руки снова легли на мое тело, скользнули по плечам, по груди. Я позволила ему. Прикрыла глаза, сделала вид, что наслаждаюсь, но в голове крутилась одна мысль: послание. Я должна передать послание.

Он стянул платье, и я почувствовала, как прохладный воздух касается кожи. Его пальцы скользили по животу, по бедрам. Изображать удовольствие, когда хотелось просто бежать и плакать, было для меня ужасной пыткой.

Когда он отвлекся, чтобы взять еще один кубок, я поняла: сейчас или никогда. Я дернула за тонкую золотистую тесемочку, отбросив весь стыд и смущение. Потому что сейчас они мне ни капельки не помогали. Но я продолжала изображать легкое сумасшествие, по-дурацки улыбаясь.

— Мне кажется, это ваше, — пробормотала я, когда король повернулся ко мне, и протянула заветный цилиндр на раскрытой ладони.

Король замер. На его лице мелькнуло удивление, а потом — жадность. Он схватил цилиндр, открыл его, извлек крошечный кусочек пергамента и пробежал по нему взглядом. Его брови чуть приподнялись.

— Ах, — тихо сказал он. — Вот как.

Он нахмурился, сунул послание в карман, а потом приказал пьяному юноше-фэйри:

— Продолжай. Пусть она стонет громче.

И тот снова приник ко мне, осыпая мою кожу влажными поцелуями. Я застонала — нарочно громко и бесстыдно. Ведь я должна была играть эту чертову роль!

Мое тело, расслабленное сладким вином, отзывалось, но мне самой было неприятно. Я хотела вырваться из чужих рук, перестать чувствовать удовольствие. Король сел на край кровати, оторвал из книги небольшой клочок бумаги и начал что-то писать, не обращая на нас внимания.

Потом он вернулся к нам, оттолкнул парня и приказал ему лечь спать. Фэйри подчинился моментально, свалился лицом в подушку и засопел.

— Ты хорошо справляешься, Амелия, — шепнул мне на ухо король, и я почувствовала, как его дыхание касается моей шеи. — Похоже, Талрон вернулся в игру. Я рад, что ты прислушалась ко мне и убедила этого упрямого мальчишку наделить тебя сопротивляемостью.

Я невольно дернулась, отстранилась и уставилась на него в полном непонимании, чем сразу выдала себя. Что он такое сказал? Откуда он знал, что я убеждала Талрона? И когда я успела прислушаться к нему?

И тут я вспомнила день, когда меня похитили, а потом снова вернули. Именно после разговора с неизвестным в плаще я стала просить Талрона о сопротивляемости магии.

— Вы… тогда это были вы? — прошептала я.

— Тс-с, не будем отвлекаться, — произнес король, и в его голосе послышалась усмешка. — Я должен сделать вид, что получил то, что хотел. Расслабься, Амелия, и просто получай удовольствие.

Его руки скользнули ниже, туда, где я меньше всего ждала прикосновений. Черт, кажется, мне предстояло передать послание обратно! Я почувствовала, как по телу пробегает дрожь — смесь отвращения и запретного сладкого тепла. Я зажмурилась и позволила себе просто чувствовать.

Это было унизительно, неправильно. Но это было частью игры.