– Николь, – тихо позвал меня до боли знакомый голос. – Николь, ты в порядке?

– Кристофер? – прохрипела я.

– Да, это я, – торопливо ответил Кристофер. – Как ты?

Я открыла глаза и сразу же поморщилась от сильной боли в районе затылка. В голове, словно на быстрой перемотке, пронеслись воспоминания случившегося. Кристофер лежал на полу в луже крови, Ханна, удар по голове.

– Где мисс… где Ханна? – спросила я, пытаясь оглядеться. Вокруг было так темно, я даже Кристофера не видела, хотя, судя по голосу, он сидел рядом.

– Где-то в доме, – ответил Кристофер. – Как твоя голова?

– Болит немного, но, думаю, я в порядке. А ты как? Тебя ведь тоже ударили.

– Со мной все хорошо, не волнуйся, – успокоил меня Кристофер.

Я хотела подойти к Кристоферу, чтобы убедиться самой, но что-то мне помешало. Дернув руками, я почувствовала впившийся в запястья металл. Похоже, меня пристегнули наручниками к трубе. Я уже начала немного привыкать к темноте и могла разглядеть силуэт Кристофера и немного комнату, в которой мы сидели. Это была какая-то кладовка, или даже подвал, судя по легкому запаху затхлости. Посмотрев на Кристофера, я заметила, что он также был пристегнут наручниками к трубе. Мы сидели в паре метров друг от друга, не имея возможности приблизиться.

– Что вообще происходит?! – не выдержала я, начиная паниковать. – Что с Ханной? Я ничего не понимаю.

– Я сам ничего не знаю, Николь, – произнес Кристофер устало. – Видимо, они вырубили нас и притащили сюда. Когда я очнулся, увидел тебя без сознания. К нам никто не приходил. Ты очнулась вскоре после меня.

Я хотела задать Кристоферу еще вопрос, но поняла, что это бесполезно. Ведь он сам ничего не знал. Нам оставалось только ждать, когда кто-нибудь зайдет нас проведать.

– Николь, – в голосе Кристофера отчетливо слышался страх. – Пообещай мне, чтобы с нами не случилось, позаботься о своей безопасности в первую очередь. Не делай того, что сделала в прошлый раз.

Я молча смотрела на Кристофера, не в силах дать ответ. Конечно, я осознавала, в какой опасной ситуации мы оказались. Неизвестно, что с нами будет, но ничего хорошего ждать не приходилось. А как только Кристофер сказал эти слова, в голове сразу всплыл мой ночной кошмар.

– Нет, – твердо произнесла я. – Даже не проси меня об этом. Я знаю, как тебе было плохо, когда я пострадала. Но ты же не думаешь, что я спокойно буду стоять и смотреть, как тебе делают больно? Нет, я попытаюсь спасти тебя, даже ценой своей жизни. Ведь и ты думаешь о том же самом!

Черт возьми, да что это такое?! Я же не героиня какого-то чертового боевика! В таком случае, почему со мной происходила вся эта чушь?

– Твою мать, Николь! – выругался Кристофер, с силой пиная стену. – Просто не лезь, хорошо? Что бы ни случилось…

– Я уже сказала нет, Кристофер! – мне тоже пришлось повысить голос, чтобы он услышал меня. – Больше мы об этом говорить не будем. Лучше давай подумаем, как нам выбраться отсюда.

Кристофер какое-то время зло смотрел на меня, но потом все же сдался. И правильно. Он все равно не выбил бы из меня это обещание.

– Никак. Или ты владеешь техникой вскрывания наручников при помощи скрепки? Даже в таком случае у меня нет с собой ни одной скрепки.

Мне было нечего на это сказать. Все же иного выхода не было, оставалось просто ждать. К счастью, долго ждать нам не пришлось. Уже через несколько минут на лестнице послышались звуки шагов. А затем перед нами появилась Ханна.

– О, вы наконец-то очнулись! – обрадованно воскликнула она, словно мы не в подвале в наручниках сидели, а собрались на бранч в уютном ресторанчике. – А я уж решила, что парни слишком сильно вас приложили.

– Ханна, что ты делаешь? – спросил Кристофер, все еще не веря, что это его старая подруга.

– Ооо, Крис, милый, – приторно произнесла Ханна. – Ты совсем скоро все узнаешь.

– Так рейдерский захват – ваших рук дело? – насколько бы сильно я ни была удивлена ее появлением, но несложно было сложить одно с другим.

Ханна перевела взгляд на меня, и ее лицо вдруг резко изменилось. Улыбка скривилась, превратившись в презрительную усмешку, а глаза сверкнули холодным блеском.

– Скажи своей шлюшке заткнуться, Крис, – не скрывая яда в голосе, произнесла Ханна. – Иначе мои мальчики хорошенько попортят ей личико. А может, я даже разрешу им поиграться с ней. Думаю, после этого ее дырка потеряет для тебя всякий интерес.

От ее слов меня пробила дрожь. Что все это значило? В офисе Ханна всегда была дружелюбна и мила со мной. Никогда не разговаривала холодно и не проявляла высокомерия. Она ведь и в больнице меня навестила. Так что же сейчас с ней творилось?

– Если они хоть пальцем прикоснутся к ней… – начал было Кристофер, но Ханна тут же перебила его.

– Что ты сделаешь, малыш? Ты крепко пристегнут к трубе. Я могу бить девку, сколько мне вздумается, а ты будешь просто молча наблюдать.

– Ханна, хватит! – закричал Кристофер не выдержав. Ему было намного тяжелее принять тот факт, что Ханна оказалась совсем другой. – Просто скажи, что тебе нужно? И отпусти Николь. Что бы тебе ни понадобилось, она здесь ни при чём.

– Милый Крис, ты многого не знаешь, – протянула Ханна, облокотившись о стену. – Эта девчонка как раз таки очень даже причем.

Я совершенно ничего не понимала. Отношение Ханны ко мне так резко поменялось, и с Кристофером она вела себя слишком странно. Ханна сама на себя не была непохожа, словно в нее кто-то вселился.

Взглянув на часы, Ханна что-то удовлетворенно хмыкнула, а затем взяла в руки телефон.

– Как продвигается? – спросила она, как только на том конце ответили. – Отлично, все идет по плану. Держите меня в курсе.

Сбросив вызов, Ханна довольно улыбнулась. Взяв стул, стоящий у противоположной от нас стены, она села, перекинув ногу на ногу.

– Что ж, у меня вдруг появилась пара свободных минут, и я решила немного с тобой побеседовать.

Ханна говорила только с Кристофером, намеренно меня игнорируя. Я хотела было возмутиться, но вспомнила ее грубые слова и передумала. Кто знал, что в голове у этой женщины?

– Так что именно тебя интересует? – спросила Ханна, разглядывая свои наманикюренные ногти. – Обещаю честно ответить на любой твой вопрос.

– Что ты здесь делаешь? – тут же спросил Кристофер, не теряя времени даром.

– Я приехала за тобой, Крис, – с улыбкой ответила Ханна, переводя на него внимательный взгляд. – Разве ты сам не понял? Только не говори мне, что не знал о моих к тебе чувствах.

– О каких еще чувствах, Ханна? – удивился Кристофер. – Мы ведь всегда были друзьями. Я ничего не скрывал от тебя, да и ты сама говорила, что давно влюблена в какого-то мужчину.

– Мой глупый Крис, – хмыкнула Ханна. – Так ведь я всегда говорила о тебе. А ты даже не догадывался. Кто бы мог подумать, что ты окажешься таким невнимательным?

– Что тебе от меня нужно? – глухо произнес Кристофер. Он был так растерян и так потрясен, а я совершенно ничего не могла сделать.

– Я хочу, чтобы ты был моим. Разве тебе непонятно?

– Зачем тебе это?! – Крис сорвался на крик. – Я всегда относился к тебе, лишь как к сестре. К тому же я и Николь…

– Ооо, это маленькое недоразумение мы легко решим, – рассмеялась Ханна, не дав Кристоферу договорить. – Но, кажется, ты действительно ничего не понимаешь. Тогда я расскажу тебе чуть более подробно. Хм, с чего бы начать? – Ханна сделала вид, что задумалась. Затем она перевела взгляд на Кристофера, глубоко вздохнула и заговорила: – Наверное, стоит начать с самого детства. Меня всегда очень любили. Будучи единственным ребенком в богатой семье, у меня было все, чего бы я ни пожелала. Мои родители действительно обожали меня, буквально сдували с меня пылинки. Но внезапно мама умерла, и мы с отцом остались совсем одни. Тогда я еще не могла осознать, что значит смерть, но уже понимала, что мамы больше с нами не будет. А значит, наша жизнь безвозвратно изменится.

Ханна говорила холодно, словно не о себе рассказывала, а о ком-то постороннем. Чем дольше длился ее рассказ, тем больше я осознавала, насколько у Ханны не все дома.

После смерти матери Ханны ее отец стал еще больше заботиться о дочери. Ханна стала его центром вселенной. Он много раз говорил Ханне, что именно она – единственное, ради чего он жил.

– Шли годы, и мы хорошо жили вдвоем, – продолжала Ханна. – Я была счастлива и думала, что отец тоже. Какого же было мое удивление, когда он привел домой женщину. Разве ему было недостаточно меня одной? Разве он не говорил, что живет в этом мире только ради меня? Лжец! – впервые с начала своего рассказа Ханна проявила эмоции. Пугало то, что этой эмоцией была неприкрытая ненависть. – Эта женщина была моложе отца, и не нужно было быть гением, чтобы понять, что она обычная охотница. Я видела, какие взгляды она кидала в мою сторону, словно я всего лишь препятствие на ее пути к богатой жизни. Но отец ничего не замечал. Когда я сказала ему, что не хочу видеть эту женщину у нас дома, отец впервые меня не послушал. Как бы сильно я ни плакала и не умоляла его, эту женщину отец так и не прогнал, – Ханна вдруг резко поднялась и заходила по подвалу, явно охваченная эмоциями: – Тогда я поступила иначе. Зная, что отец сидит в своем кабинете, я решила действовать хитрее. Я позвала эту женщину в гостиную. Сказала, что хочу перед ней извиниться. Кончено, она ничего не подозревала. Я начала бить себя по щекам и громко плакать. Я умоляла ее остановиться. Вы бы только видели глаза той дурочки, боже! – Ханна рассмеялась, и от ее смеха у меня мурашки по коже поползли. – Отец выскочил из кабинета и подошел к нам. Эта женщина была так напугана. Она пыталась все объяснить отцу. Но одного взгляда на меня – заплаканную и с покрасневшими щеками – ему было достаточно. Мне даже ничего говорить не пришлось, отец тут же выгнал эту женщину из нашего дома. Она, конечно, пыталась оправдаться, но разве можно было поспорить с собственными глазами? Да и кто в здравом уме поверит в то, что маленькая девочка сама себя отхлестала по щекам?

Я не могла поверить в услышанное. Сколько тогда лет было Ханне? Разве мог ребенок мыслить настолько холодно и расчетливо?

– Но я недолго радовалась своей победе, – тем временем продолжала Ханна: – Вскоре после той женщины, отец притащил в дом другую. И сколько бы раз я ни избавлялась от них, он все равно находил новых. Я была уверена, что рано или поздно отец сдастся, пока однажды он не привел в дом очередную потаскуху. Он сказал, что теперь она его новая жена и моя новая мама. Отец рассказывал мне про их спонтанную любовь и желание пожениться. Мне тогда было пятнадцать лет. Не успела я опомниться, как отец, не без помощи этой потаскухи, отправил меня в Англию в частный интернат, – Ханна вдруг остановилась, взглянув перед собой. Я видела, какими пустыми были ее глаза, и это вызывало ужас. – Он все-таки выбрал не меня.

– Твой отец тоже хотел быть счастливым, – вмешался Кристофер. – Разве это так плохо?

– Меня одной было достаточно для его счастья, – уверенно заявила Ханна, что еще больше наводило на мысль о ее сумасшествии. Она продолжила рассказ, даже не обратив внимания на Кристофера: – В Англии у меня начались проблемы с учителями. В конце концов, мне предписали посещать психотерапевта. Это стало последним гвоздем, который отец забил в собственный гроб. Ведь именно психотерапевт раскрыл мне правду на то, каким чудовищем был мой отец. Мои детские воспоминания были искажены восприятием ребенка. Но терапия помогла мне увидеть всю правду. Отец ненавидел маму. Он издевался над ней. Я не видела этого сама, но я помню, какой напуганной и бледной была моя мать. В конце концов, это он убил ее. Все для того, чтобы водить этих мерзких шлюх в наш дом. Когда отец приехал в Англию, навестить меня, я напрямую спросила об этом. Конечно, отец все отрицал. И правда, на что я надеялась? Какой преступник признается в своих злодеяниях? Конечно, он не сказал мне правду. Вместо этого он хотел упечь меня в психушку!

Ханна становилась все более эмоционально нестабильной, что пугало до чертиков. Ведь сейчас наши жизни были в ее руках.

– Мне пришлось отступить, – вновь сев на стул, продолжила Ханна. – Я не сдалась, но тогда я была еще слишком слаба, чтобы противостоять отцу. Мне нужно было усыпить его бдительность, чтобы напасть в самый подходящий момент. Нанести ему удар по самому больному месту. Я решила разрушить компанию отца – его главное детище. А для этого мне нужно было время. К счастью, если я ставлю перед собой цель, я всегда добиваюсь ее. С тобой, Крис, – Ханна посмотрела на Кристофера, и ее взгляд вдруг смягчился, – я была уже давно знакома, но мы никогда не дружили. Все изменилось, когда мы оба учились в университете. Мы начали общаться ближе, даже стали друзьями. Именно тогда я влюбилась в тебя. Ты всегда был ко мне добр. Заботился и оберегал. Я знала, что наши родители хотели, чтобы мы поженились. И я хотела того же. Ты стал моей новой целью. Благодаря тебе, я забыла о своей ненависти к отцу. Но ты относился ко мне только как к другу, как к сестре. Что мне оставалось делать? Я продолжала настаивать на нашей свадьбе, но тогда вмешался мой отец. Он сказал мне, что этому не бывать, что ты никогда не сможешь меня полюбить. Опять отец разрушил мои планы. Это стало последней каплей в чаше моего терпения, – Ханна поднялась со стула, подошла к Кристоферу и села перед ним на корточки, заглядывая в лицо: – Ты всегда был умным, Крис. Я знала, что тебя обдурить будет сложнее всего, хотя на деле все оказалось куда проще. Пока я рушила жизнь своего отца, ты гонялся за несуществующими захватчиками. Всего-то стоило тебя немного отвлечь. Ты так легко клюнул на эту уловку. Жаль, что все вышло из-под контроля. Ты стал слишком рьяно копать. Это начало становиться опасным. Ты ведь мог узнать истинный ход вещей, узнать о моих планах. Да еще и эта девка замельтешила у меня под ногами.

Ханна перевела на меня озлобленный взгляд и добавила, не скрывая ненависти в голосе:

– Я так жалела, что тебе все же удалось выжить. Чертовы неумехи, даже пристрелить никого нормально не могут!

– Не смей ее трогать! – прошипел Кристофер, на что Ханна лишь усмехнулась.

– Кажется, я немного забылась, – поднявшись, она вернулась к стулу и вновь села, заняв уверенную расслабленную позу. – Когда я пришла в больницу, увидела стоящих у палаты агентов. Так, я и узнала, что ты, Крис, втянул во все это ФБР. Пришлось быстро менять план, – Ханна вдруг рассмеялась какой-то одной ей понятной шутке и продолжила: – Крис, Крис, Крис. Ты действительно столько карт мне спутал, но я не сержусь на тебя. Все же, мои чувства к тебе еще не угасли.

– Ты так и не объяснила, что ты здесь делаешь, – спросил Кристофер.

– Ты прав, – усмехнулась Ханна. – Дело в том, что вы видели то, чего видеть не должны были. Поэтому живыми вам отсюда не уйти, – она вновь уставилась на Кристофера и добавила: – Но тебя, Крис, я могу спасти. Если ты пойдешь со мной, то сегодня умрет только твоя подстилка.

– Не смей трогать ее! – воскликнул Кристофер. Он машинально дернулся вперед, но тут же зашипел от боли из-за врезавшихся в кожу наручников.

– Я уже сказала, что люблю тебя и хочу, чтобы ты был со мной, – не замечая и не слыша Кристофера, продолжила Ханна: – Мне плевать, нравлюсь я тебе или нет прямо сейчас, это все неважно. Я уверена, со временем ты сможешь полюбить меня. Так бы все и было, если бы не появился эта девка. В конце концов, все зависит только от тебя.

Ханна вопросительно уставилась на Кристофера, будто всерьез ждала, что он ей ответит. На протяжении всего ее рассказа я не могла поверить своим ушам. Это было таким нереальным – интриги, месть и даже чувства Ханны к Кристоферу.

– Ты сошла с ума, Ханна, – тихо произнес Кристофер. – У тебя действительно не все в порядке с головой. Твой отец убил твою мать? Что за чушь? Ведь твоя мама умерла от рака, это все знают. Твой отец несколько лет возил ее по всем лучшим клиникам, но так и не смог ее спасти. Он же чуть с ума от горя не сошел, когда она умерла!

– Тебе-то откуда это знать?! – завопила Ханна, вскакивая с места. – Наслушался бредней своего папаши и поверил им? Они все лгут, Крис!

– Что ты будешь делать со своим отцом, Ханна? – вдруг спросил Кристофер, переводя тему. – Что ты задумала? Если это не захват, то что?

– Ох, это так забавно! – звонко рассмеялась Ханна. Ее настроение менялось так стремительно, что я не успевала за ней следить. – Сегодня твои любимые федералы наткнутся на небольшой запас героина моего папочки. А еще они найдут тот же самый героин в крови его мертвой шлюшки. Папуля надолго сядет в тюрьму, откуда и будет наблюдать, как его любимую компанию разбирают на маленькие кусочки.

– Ты просто чокнутая, – выдохнул Кристофер с ужасом. – Как ты можешь… Стоп! – Кристофер резко поднял голову, уставившись на Ханну. – Что значит «мертвую»? Ты что, убила жену своего отца?

Я и сама не могла поверить в ее слова. Похищение, захват компании, подкинутые наркотики – еще куда не шло. Но убийство? Что же происходило в голове этой женщины, что она решилась пойти на убийство?

– Нет, Крис, это мой отец убил ее, – улыбка Ханны стала поистине устрашающей. – Он убил ее точно так же, как убил мою маму.

Создавалось впечатление, будто Ханна действительно верила своим словам. Но заботило меня сейчас совершенно другое. Ханна ясно дала понять, что убьет нас обоих, если Кристофер не пойдет с ней.

Как будто услышав мои мысли, Ханна вновь спросила Криса:

– Так что, дорогой? Ты уже решил? Идешь со мной или же сдохнешь вместе со своей девкой?

Сердце бешено заколотилось, ладони вспотели. Я уже знала, что скажет Кристофер, и лихорадочно пыталась придумать, как остановить его. Вот только в голову, как назло, ничего умного не приходило.

Я увидела, как губы Кристофера зашевелились, и приготовилась услышать его слова. Как вдруг на лестнице послышался шум, а затем кто-то крикнул:

– Ни с места, мисс Купер! Вы арестованы!