Уже на следующий день после разговора в ресторане за мной на крепком, свежем внедорожнике серого цвета приехал Игнат Владимирович. Придирчиво осмотрев наш дом и моё обмундирование, он велел садиться в машину, кивнул Всеславу, и мы отправились за город.

— Сразу скажу, — тронувшись, произнёс слегка раздражённый мужчина, — сегодня первый и последний раз, когда я тебя забираю и куда-то везу. Запоминай дорогу — и чтобы завтра к полдевятому был на учебной базе как штык. Всё понятно?

Тон командира мне откровенно не понравился.

«Сразу показывает кто здесь главный? Пытается задавить возрастом и авторитетом? Чтобы слишком много возомнивший о себе малец с непонятным происхождением помалкивал и не привлекал лишнего внимания? Нет. Такого мне не нужно. Дам палец — так руку по локоть отгрызут. Ещё и покрикивать через какое-то время начнут. Проходил уже такое. Так что зря Владимирович это затеял. Обращаться с собой подобным образом я не позволю», — подумал я и произнёс:

— Я не просил вас забирать меня из дома и везти на базу. А тем более делать это лично. Оставьте раздражение и досаду для тех, кто отдал вам приказ.

Щека командира дёрнулась. Он остановился у ближайшей обочины, повернулся ко мне и чуть нависнув своим немалым ростом, произнёс:

— Значит, слушай сюда, Федя. Я тебе не брат, не друг и уж тем более не мамочка! Я командир отряда истребителей нежити! Я занимаюсь этим делом вот уже около тридцати лет и заработал авторитет потом и кровью! Так что засунь свой характер куда подальше! Если я говорю «прыгать» — значит, прыгай! Если говорю «притвориться деревом» — ты это делаешь! Если говорю закрыть рот, то ты его захлопываешь, молчишь и не лезешь под руку. А не нравится — так можешь быть свободен! Я не заставлял тебя соглашаться на предложение руководителя секции и вступать в отряд!

— Я не нуждаюсь в таких родственниках, а тем более в мамочке. Приказы ваши, как командира, выполнять буду, парней в проклятых землях прикрывать — тоже. Можете не сомневаться. Да и учиться обещаю со старанием, — произнёс я и после небольшой паузы добавил: — Но и позволять на себе срываться я тоже никому не дам. Не нравится подчинённый? Его силы и возраст? Решайте вопрос с руководителем секции. Напомню, что вы вчера тоже присутствовали в ресторане и могли высказаться против, однако этого не сделали. Вот и не вымещайте на мне раздражение.

— Детский сад, — ответил Игнат Владимирович и повернувшись к рулю, продолжил движение. — Слово ему не скажи — десять обратно прилетит! Об этом я и говорил!

— Какой есть, — сказал я. — А что касается возраста, так у вас подмастерье лишь на несколько лет старше. Не понимаю причины недовольства.

— Потому что парни молчат, словно воды в рот набрали, и выполняют все приказы командира бегом, — произнёс мужчина и ухмыльнулся. — Ладно. Проехали. Будем считать, что первую притирку прошли. Всё же мне тоже нелегко. Столь молодых подчинённых у меня ещё не было. Даже не знаю, что делать во время похода: то ли отрядом командовать, то ли тебя охранять. Ведь за тебя мне Захар Дмитриевич голову оторвёт.

— Не слишком-то вы меня в первую нашу встречу прикрывали, — напомнил ему я. — Надеюсь, что и в будущем столь серьёзная охрана мне не понадобится.

— Посмотрим, — пожал плечами мужчина и бросил на меня хищный взгляд. — Всё зависит от твоей выносливости и не придётся ли кому-то из нас тащить тебя на своей спине. Если не ошибаюсь, ты обычно далеко в проклятые земли не заходил. Так ведь?

— Не заходил, — признался я.

— Тогда наши тренировки будут тебе особенно полезны, — заметил Игнат Владимирович, и мне послышалась в его словах толика предвкушения.

«Ну понятно. Решили устроить для молодого изматывающую тренировку, чтобы показать ему его место и чтобы он меньше пререкался с командиром, — понял я. — Известный приём. Интересно, что они мне приготовили и будут ли в этом принимать участие и другие ходоки?»

Пока мы ехали, я запоминал путь до выезда из Камневска, ворота, через которые нужно покидать город, а также дорогу, по которой мы отправились на учебную базу, расположенную где-то в лесу. А Игнат Владимирович вновь напомнил мне стандартный график походов в проклятые земли бойцов секции, который обговаривали вчера, и рассказал об ожидающих меня занятиях.

— Первым делом перекусим на базе, и ты отправишься на магический полигон, к наставнику. Он изучит твои заклинания, предложит, как их можно улучшить, и выяснит, чем может тебе помочь. Думаю, в этом деле вы без меня разберётесь, хотя первое время я поприсутствую. Хочу ещё раз посмотреть, на что ты способен. Чтобы иметь лучшее представление. После окончания индивидуального занятия направишься на общую тренировку с отрядом — они как раз вернутся со стрельб, и начнётся нормальная работа для всех с холодным оружием. Имей ввиду, что маг тоже должен быть способен защитить себя с помощью клинка. Ну а следом, если ты ещё сможешь двигаться, будет тренировка на выносливость — после этой фразы тон командира посуровел — Но будь уверен в одном: если тебе не удастся выдержать наш темп, то, несмотря на все приказы Захара Дмитриевича и хоть кого угодно, в проклятые земли мы вместе не пойдём. Я просто не позволю себе взять не поспевающего за отрядом человека, который будет мешать быстрому продвижению и тем подставит всех под удар.

— Справедливо, — согласился я, осознавая, что после недавних больших потерь командиры будут ещё трепетнее относиться к жизням подчинённых бойцов, и добавил: — Вот только я представлял себе жизнь обычных ходоков несколько по-другому. Походы в проклятые земли, убийство нежити и сбор добычи, сдача ингредиентов, отдых, а затем всё по кругу! А у вас тут какая-то муштра и постоянные занятия, словно попал в какой-то армейский учебный центр.

Игнат Владимирович усмехнулся:

— На самом деле ты недалеко ушёл от истины. Многие истребители из простых действительно существуют в похожем распорядке. А некоторые из них даже доживают до преклонного возраста. Вот только серьёзные люди, особенно в нашей ассоциации, понимают, что это путь в никуда. Лишь получив профессиональную подготовку и пролив ведро пота на тренировках, боец имеет возможность выжить и воспользоваться плодами своей победы. Наша цель — именно в этом. Никто не уничтожает нежить только лишь потому, что она грозит всему человечеству. Этим пусть другие занимаются. Боярские роды, к примеру.

Пропустив насмешку в словах командира, я был вынужден признать.

— Здравая позиция.

Вскоре мы доехали до нужного места и вид из окна мне откровенно не понравился. Тренировочная база, по моему мнению, выглядела не очень презентабельно. Прилегающая территория заросла травой, высокий бетонный забор покрылся мхом и зеленью, старый асфальт потрескался во многих местах, а пропускной пункт и откатные ворота уже давно нуждались в покраске. Внутри всё выглядело тоже не очень ухоженно. Земля была в высокой, сухой траве покрытой опавшей листвой, а также множеством сухих веток.

Пейзаж изменился лишь при приближении к центру базы, где всё было выкошено и вычищено и где разместились несколько больших зданий со следами давнего ремонта, а также вместительная парковка.

«А база-то не так плоха, как я о ней подумал. Скрывают её истинное состояние от посторонних? Но почему? Маскировка от загребущих лап каких-нибудь родов? Или просто чтобы не вызывать лишнюю зависть у властей? Хм. А может быть, сразу два варианта одновременно».

— Здесь у нас казармы, которые могут быть заполнены ходоками и членами их семей в случае непредвиденных ситуаций, — начал знакомство с объектом командир после того, как мы вышли из автомобиля. — Под ними располагается большая столовая, где можно в любое время много, вкусно и полезно подкрепиться. Дальше идут административное здание, хозпостройки, закрытые тренировочные площадки и спортзалы, бани, прачечная и кто его знает, что ещё. В общем, здесь есть всё необходимое для нормальных занятий.

Остановившись неподалёку от входа в столовую, со стороны которой доносились весьма аппетитные запахи, Игнат Владимирович посмотрел на часы и, едва заметно поморщившись, уточнил:

— Так что насчёт перекуса? Идём?

— Нет, я поел дома, — отказался я.

— Точно? — переспросил он. — Потом ещё нескоро попадёшь в столовую.

— Да, — успокоил его я. — Давайте лучше проследуем к наставнику магии.

Искомый человек обнаружился на укреплённом, окружённом свежеподнятым земляным валом полигоне — примерно тех же пропорций, что я видел на других сооружениях подобного типа.

Сразу возле входа располагался крепкий, добротный навес и несколько лавок. На одной из них сидел невысокий рыжеватый мужчина лет сорока, который окинул меня заинтересованным взглядом.

— Фёдор Деев! Наша новая знаменитость! — воскликнул он, поднимаясь с места и протягивая мне руку. — Очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — ответил я, отвечая на рукопожатие. Мужчина поспешил поздороваться с Игнатом Владимировичем, а затем вновь повернулся ко мне.

— Меня зовут Платон Игоревич, но ты можешь называть меня просто Платоном. Надеюсь, я ещё не столь дряхл, чтобы ко мне обращались как к какому-то старику. Да, Игнат Владимирович? — спросил маг и сам рассмеялся своей немудрёной шутке. — Ну да ладно. С этим определились, переходим к следующему вопросу. Руководство сектора решило, что я могу подтянуть тебя в боевой магии. Поэтому хочешь ты или нет, но в будние дни, если не отправитесь в поход в составе отряда, ты должен быть здесь уже в девять часов утра. Всё ясно?

— Да, — ответил я.

— Смотри, Платон, учи нашего мага добросовестно, — подал голос Игнат Владимирович, решив подколоть коллегу. — Если ему что-то не понравится, то Фёдор имеет право пожаловаться Ратмиру. А у того, ты знаешь, рука весьма тяжёлая.

— Ничего страшного. Уверен, что смогу дать ученику нужные знания.

— В таком случае я на время вас покину, — произнёс командир и добавил: — Платон, после занятия прошу отвезти его на мою учебную площадку. Мне будет не до этого.

— Без проблем, — кивнул маг и, дождавшись, когда Владимирович уйдёт, уже более серьёзным тоном произнёс: — Ну а теперь, Федя, покажи, что ты умеешь. Мне уже ребята все уши прожужжали о твоём подвиге.

— Да ладно, бросьте, — усмехнулся я. — Ничего такого не совершал. Просто оказался в нужное время в нужном месте и немного помог вашим.

— Немного? — переспросил Платон. — Не скромничай. Мне рассказали, как ты залил целое поле огнём и остановил одну из самых опасных волн. Если бы не это, думаю, мало кто из наших сумел бы вырваться и вернуться домой. Погибших точно было бы гораздо больше восьми. Поэтому — огромное тебе спасибо. И будь уверен — я сделаю всё, чтобы тебе помочь.

Высказав благодарности и заверения в своей искренней дружбе, Платон поставил меня на огневой рубеж, взял в руки массивную рацию, планшет для записей, секундомер и, удобно устроившись за небольшим столом, произнёс:

— Для начала ты продемонстрируешь мне свои заклинания, атакуя поднятые мишени. Затем мы проверим эффективность каждого из них по отдельности: силу и площадь поражения, процент контроля заклинания и его рассеивания на разной дистанции, точность, рефлексы и многие другие показатели. Насколько твоих сил хватит, ну а потом я найду чем тебя занять.

«М-да, тренировка у мага выглядит совсем не так, как я ожидал», — пронеслось в голове, а Платон тем временем скомандовал в рацию:

— Атака с места по неподвижной мишени.

По его команде на дистанции в пятьдесят метров поднялись четыре толстые железные пластины с красной точкой в центре.

— Двигайся вдоль огневого рубежа, останавливайся точно перед мишенью и атакуй. Если будешь бросать заклинания из одной точки, данные будут неполными — дистанция полёта хоть и незначительно, но увеличится — пояснил свои требования Платон.

Смутно вспомнив правила стрельбы в тире, пошутил:

— С предохранителя снимать нужно?

— Нет. И даже докладывать о готовности не надо, — хохотнул оценивший юмор Платон. — Действуй.

— Только у меня в арсенале лишь два боевых заклинания, — сразу предупредил его я. — Третье — щит.

— Ну и хорошо. Теперь я вижу, что ты живой человек, — вновь хохотнул наставник. — А то если бы ты владел ещё несколькими заклинаниями, мне бы можно было пойти утопиться от зависти. В твоём возрасте и два отработанных боевых конструкта — редкость! Так что действуй. Сначала одним атакуй первые мишени, затем вторым — следующие.

Так я и сделал. Отправил «огненные шары», а потом пару «воздушных серпов», не забывая, конечно же, про смену позиций.

— Нет, ты всё же уникум! — воскликнул наставник, когда закончил записывать показания в планшет. — Как тебе удалось добиться столь чистого и сбалансированного заклинания? Ты либо тренировался с самого младенчества, либо обладаешь невероятным талантом в магии. Хотя, может, это твои заклинания слишком хороши? Нет, вряд ли. Даже на их отработку понадобилось бы очень много времени.

— Думаю, здесь сыграли роль сразу несколько факторов, — уклончиво ответил я. — А вообще, в последнее время у меня произошёл некий скачок в умениях. Несколько месяцев я только и делаю, что тренирую эти заклинания.

— Это заметно, — хмыкнул Платон и, вновь поднеся рацию к лицу, скомандовал: — инвентарь убрать. Атака по неподвижной мишени на дистанции двадцать пять, пятьдесят, семьдесят пять и сто метров. Включить анализатор.

По его команде атакованные мной ранее толстые куски магического железа опустились в землю, и им на замену появились четыре других — на дистанциях, указанных магом.

— Сейчас проверим, насколько плотна структура твоих заклинаний и на какой дальности они ещё сохраняют свою убойную силу. Начнём с «огненных шаров».

После того как я отстрелял по всем мишеням разными конструктами, а Платон сделал свои записи, мы стали проверять мою реакцию и точность при появлении внезапно поднимающихся мишеней и маг неожиданно спросил:

— А правда, что ты один ходил в проклятые земли?

— И не раз, — согласился я и, сделав вид, что оговорился, добавил: — У нас считают, что только так можно выковать сильный характер и вырастить настоящего мага.

Платон уже привычно хмыкнул, но по его следующим словам я понял, что «вброс» достиг цели.

— Твои родные совсем не берегут столь одарённого мага, — произнёс он, надеясь, что я ещё раз оговорюсь и раскрою больше подробностей. — Мало кто в столь юные годы может не только пройти инициацию и освоить заклинания, но и не побоится их использовать.

— Это не так, — возразил я. — В простых семьях, конечно же, инициацию проходят лишь по окончании девяти классов школы. А вот в боярских родах ситуация иная. Их пробуждают на несколько лет раньше. Знаю пару парней, которые отправились в лицей магии уже подготовленными одарёнными.

«И пусть этих людей я помню по ещё не наступившему будущему — это ничего не меняет», — подумал я, а Платон тем временем обдумал мои слова и, после ещё нескольких упражнений, попросил показать, что я умею ещё.

— Только лишь «щит», — пожав плечами, напомнил ему я.

— Ну вот сейчас и проверим, насколько он у тебя хорош, — заявил Платон, указывая на ближайшую мишень. — Подойди и навесь защиту на неё, а я попробую пробить.

Сначала наставник использовал простейшие заклинания, и на пятом ударе защита ожидаемо рассыпалась.

— Не так плохо, — признал он, как минимум четыре серьёзных удара она сдержит. — А если использовать что-то посерьёзней? Заклинания среднего уровня силы?

Я вновь сформировал «щит», и на этот раз Платон добился успеха уже на втором ударе, использовав при этом, к слову, «усиленный огненный шар».

— Понравилось? — заметил он мой взгляд. — Специально для тебя и демонстрировал. Это одно из четырёх известных мне заклинаний подобной мощи. Подумал, что оно должно тебя заинтересовать и станет отличным дополнением к твоим обычным огненным заклинаниям. Всё же у них есть похожие элементы.

— Именно этого я и хотел, когда просил наставника, — заверил его я. — В последнем бою у меня была слишком слабая позиция против рыцарей смерти и здоровенных гулей. Они огромны и достаточно сильны для моих стандартных начальных заклинаний. Приходилось потрудиться и извернуться, чтобы выйти победителем. Так что мне бы хотелось иметь оружие помощнее.

Платон самодовольно усмехнулся:

— Видишь, насколько крутой наставник тебе достался? Я всё просчитал, когда поговорил с парнями. Понял, что тебе понравится и даже взял с собой обучающую шкатулку. Надеюсь, знаешь, что это такое?

«Ещё одна проверка от руководства секции, чтобы понять, насколько богат наш боярский род — ведь подобные вещи весьма дороги и редки», — подумал я и ответил утвердительно:

— Даже пользоваться умею.

— Ну тогда с обучения новому заклинанию мы и начнём. Надеюсь, тебе хватит пары месяцев, чтобы научиться его создавать?

— Не знаю, — признался я. — Нужно сначала хотя бы посмотреть на него.

— На самом деле у тебя должно получиться неплохо, — заведя меня под навес, усадив за стол и поставив на стол небольшую шкатулку, произнёс Платон. — У всех «огненных шаров» есть одинаковые элементы. Следует только понять закономерности.

Сосредоточившись на воспоминаниях Меченого, я положил пальцы на крышку шкатулки и подал в неё немного магической энергии. В тот же миг крышка слабо засветилась, и над ней появилась небольшая трёхмерная проекция заклинания, которое было невероятно сложным в освоении и лишь отдалённо напоминало мой почти базовый «огненный шар».

Разведя пальцы, лежащие на крышке, в стороны, я заставил проекцию увеличиться в размерах, а затем, покрутив шкатулку на столе, внимательно осмотрел её со всех сторон, достаточно легко вычленяя знакомые руны.

«Хм, если память Меченого не врёт, то я вижу перед собой стандартное шаблонное заклинание „среднего огненного шара“. Достаточно сильное, чтобы пробить щиты опасных противников, но не избавленное от множества ошибок. Помнится, нечто подобное ему преподавали в лицее, вот только результата, ввиду его слабых сил, удалось добиться лишь после оптимизации и формирования, по сути, нового заклинания на основе элементов базового. Полагаю, что подобным придётся заняться и здесь, чтобы не выбрасывать часть энергии в никуда. Например, на обогрев пролетаемого пространства».

Отметив, что я освоился в управлении шкатулкой, Платон произнёс:

— Я пока оставлю тебя на некоторое время, чтобы обработать данные с мишеней и понять, что именно нам с тобой нужно тренировать на следующих занятиях. А ты начинай изучение заклинаний. Вижу, работать с подобной магической техникой тебе не в новинку.

— А как же ценный совет от наставника? — уточнил я, пытаясь понять, с чего же начать.

— Советую начать с центра заклинания — руны огня — затем определить основу и двигаться от неё, запоминая все эти жуткие переплетения. Лично я так и учил.

«А что, остальные руны ты не видишь?» — подумал я, но свою мысль озвучивать не стал.

Платон ушёл, а я принялся вспоминать, из чего состоит мой обычный «огненный шар», чтобы найти аналогию между ними. В центре него, как и в заклинании средней силы, располагалась руна огня, которая была заключена в каркас силовых линий, оканчивающихся другими рунами, связанными уже между собой в определённом порядке, чтобы усилить друг друга. Были среди них руна формы — сворачивающая бушующий огонь в шар и не позволяющая ему выплеснуть энергию за свои пределы раньше времени; ветра — усиливающая составляющую огненного заклинания и увеличивающая скорость его полёта; имелось несколько рун составляющих энергетический блок, не позволяющий конструкту распасться в краткий миг его существования. Ну и многое другое, о чём я, прежде, не сильно желал задумываться. Теперь, видимо, придётся, ведь в заклинании «среднего огненного шара» обнаружилось сразу три энергетических блока.

Час пролетел почти незаметно. Я только разогнался, как появился Платон, который забрал весьма дорогую вещь, спрятав её в чемоданчик и пригласил меня прокатиться на его машине.

— Отвезу тебя на учебную площадку твоего отряда, а то Игнат меня порвёт. Он может.