В конечном счёте я потерялся во времени. Да и себя утратил. Или обрёл, как посмотреть. Если в первую неделю меня ещё волновало, сколько дней прошло, то потом я настолько погрузился в процесс, что такие концепции отошли на очень дальний план.

Мудрец по-прежнему со мной не разговаривал. Я даже не уверен, что он меня учил. Возможно, он просто жил, действовал, как обычно, заставляя меня перенимать его искусство.

Я упомянул неделю, потому что столько моему телу потребовалось, чтобы адаптироваться к новым нагрузкам. Я научился ходить подобно зверю. Перестали болеть ступни, икры и бедра. Спина тоже смирилась с нагрузками. Ночные переходы помогли обострить чувства до предела. Не обходилось и без ранений. Используя только один Дар Охоты, я оказался слишком беззащитен перед большинством опасностей.

Зато это неимоверно мотивировало. После того как змея чуть не вцепилась мне в лицо, я стал уделять особое внимание малейшим шорохам. А после того, как уже другая змея, куда более крупная, чуть не задушила ночью, стал спать особо чутко.

Во время охоты, если зверь замечал меня раньше, это лишало преимущества, за что часто приходилось расплачиваться ранами — это мотивировало научиться быть незаметным, слиться с лесом или тем местом, где мы шли. Потребность подкрасться незаметно в свою очередь требовала научиться ходить бесшумно и изучать повадки врага. Понимание, что зверь способен вцепиться и подрать меня, буквально заставило освоить искусство одного удара, выбирая самые уязвимые точки.

Я бы со всем этим не справился. В обычном состоянии уж точно.

Но моё состояние не было обычным. Рядом находился живой пример того, как надо. Я настолько за счёт метки настроился на Мудреца, что подмечал малейшие детали его искусства.

Спали мы где придётся. Мудрец тоже иногда засыпал, но его чуткость не знала пределов. Питались тем, что добыли. Охотник вполне себе ел жареное мясо. А ещё был не прочь навернуть ягод или искупаться в чистой речке. За гигиеной и снаряжением он вообще особо тщательно следил. И меня заставлял. Наказывая за непорядок или исходящую от меня вонь.

Возможно, в рассказе это все выглядит как лёгкое путешествие. Прогулялся по лесу, стал сильнее, и всё.

Это было далеко не так.

Редко какой день обходился без смертельного риска. Мне постоянно приходилось ставить свою жизнь на кон. Каждый день мы проходили десятки километров. Забирались так далеко, что ландшафт успевал измениться. Каких только тварей мы не встречали по пути. Большинство было на ранге адепта. Нередко встречались и владетели.

Пустота, Власть, Битва, Охота, Плетельщики.

Отчасти я держался из-за того, что поглощал чужие Дары. Это взбадривало организм, заряжало его с избытком. За счёт этого каждый день я выматывался донельзя. Собственно, мы останавливались только тогда, когда число моих ошибок заметно вырастало от усталости и наказания уже не помогали это исправить.

Случиться это могло и поздней ночью, а то и вовсе под утро. Смешно, но моим важнейшим открытием стало понимание, что к ошибкам ведут лишние действия. И что правильное действие отнимает столько же сил, сколько и неправильное. Революционная мысль, когда малейшая ошибка способна привести к смерти.

Не знаю, через сколько дней состоялся первый разговор. Когда Мудрец заговорил, я не сразу понял, что происходит. Это мигом выбило из состояния зверя. Чужая речь грубо вернула меня в человека.

— Испытание, — сказал Мудрец на моём языке. — Завтра тебя ждёт испытание.

Его голос совсем не подходил телу. Ничего угрожающего и подавляющего. Даже ничего безумного, как у Мудреца Творца, или величественного, как у Мудреца Власти. Это был сухой, приглушённый голос.

— Какое испытание? — спросил я, не узнав собственный голос.

Хриплый, ломкий, давно позабытый.

— Ты должен стать сильнее. Охота. Сильный зверь. Или ты его, или он тебя.

Я уставился на Мудреца, переваривая услышанное. Стать сильнее? Это он про ранг владетеля в Охоте? Я уже достиг пика ранга адепта. Дар светился, обещал вот-вот перейти на следующий уровень. Получается, теперь нужна инициация.

Понятно. От меня требуется выследить и убить сильного зверя.

— Почему ты меня учишь? — спросил я.

Мудрец задумался. Нахмурился.

— Не помню… — изрёк он. — Стань сильнее. Или убью, — сказал он.

И ушёл.

Моя метка исчезла. Я перестал его ощущать. Спала и его метка. Я был свободен.

Скажу лишь то, что мысль сбежать мне в голову пришла далеко не сразу. Как и в принципе какие-то мысли.

Я просто принял как должное, что впереди ждёт испытание. Надо с этим разобраться, а там, глядишь, отпустят.

***

Я знал, откуда мы пришли. В той стороне сильных, подходящих хищников не находилось. Мудрец точных указаний не дал, а значит, либо меня ждёт что-то впереди, либо подходящую тварь нужно будет отыскать самому.

Справедливы оказались оба варианта.

Отдохнув, я отправился в путь. Вскоре нашёл первый след крупной твари. Дальше эти следы стали попадаться куда чаще. Следы мощных лап, борозды от когтей, оставленные на деревьях, запах мочи и кучи дерьма.

Зверь был крупный. Он считал себя королём этой территории и не постеснялся пометить здесь каждый угол.

Мне пришлось приложить всё своё мастерство, чтобы подобраться к его логову. Хищника я увидел в первый раз издалека. Тварь чем-то напоминала льва. Огромная, с мощной гривой светлой шерсти, большой мордой. Размеры такие, что меня перекусит — и не заметит.

Дар с такого расстояния я не был способен разглядеть, но почему-то не сомневался. Минимум владетель Охоты.

В последние дни я столько разных существ повидал, подмечая их повадки, что сейчас отчётливо понял: шансы околонулевые.

Масса тела слишком большая. Наличие Дара наделяет сверхъестественными способностями. Подкрадываться на одном умении слишком опасно. Любая перемена ветра, и мой запах учуют. Это от обычных тварей ещё спрятаться можно, а вот от таких…

Вокруг камня, на котором спала тварь, валялось множество погрызенных костей. Значит, основное логово находится здесь же. Возможно, есть и другие твари, поменьше. По крайней мере, по пути сюда я встречал самые разные следы.

Много шерсти, наверняка крайне прочная шкура.

Убить такую кинжалом? Только если она меня проглотит.

Сказал бы, что Мудрец пошутил, но подозреваю, в этом и заключается суть испытания. Убить жертву, которая сильнее тебя. Есть вариант использовать другие Дары, но всерьёз я его не рассматривал. Чувствовал — тогда потеряется весь смысл.

Охота и только Охота.

Тварь зашевелилась, поднялась и потянулась. Я поспешил отойти назад.

Нужно подготовиться.

***

Следующие сутки прошли для меня крайне напряжённо.

Я ушёл обратно и постарался подделать свой запах. В этом заключалось тайное мастерство Охотников. Запах нужен, не только чтобы девушек кадрить, но и чтобы скрыть следы своего присутствия. Правда, у меня не было никаких гарантий, что сработает.

Повезло, что тварь проголодалась и ушла охотиться. В противоположную от меня сторону. Я смог подобраться к её логову, всё там внимательно осмотреть и ещё лучше доработать запах. После чего направился по следу за этим львом-мутантом.

Когда шла, тварь и правда выглядела огромной. Выше меня. Весу в ней… Да боюсь представить сколько.

Как и ожидалось, дар был Охоты. Средний ранг владетеля или около того.

По лесу лев ходил бесшумно. Если бы все эти дни я не тренировался следить за Мудрецом, точно бы упустил.

А так шёл по следу, держался на приличном расстоянии, контролировал каждый свой шаг, был готов драпать в случае ошибки.

Моя цель поймала себе жирную добычу. Какую-то разновидность буйвола. Поймала не у себя на территории, а сильно дальше. Часть туши прямо на месте сожрала, за чем я понаблюдал, задумавшись о яде. Часть лев обратно потащил. Возвращались уже в темноте, и путешествие следом показало, что моя маскировка работает.

Нападать пока не стал. Слишком вымотался за этот день. Поэтому отошёл на большое расстояние да обустроил себе место для ночлега. Охота начнётся завтра.

***

Атаковал я на следующие сутки, ночью.

Тварь была прожорливой. Потребила вчерашнюю тушу да снова на охоту вышла. Я же вернулся на её лежбище и спрятался среди камней. Залез в одну из щелей, где и затаился. Место выбрал не просто так. Рядом валялись остатки вчерашней туши, источая сильный запах.

В любой момент всё могло пойти не так. Сильно не так. Но и вариантов получше, без применения других Дарой, я придумать не смог.

Яму с кольями выкопать? Смешно. Нет, в теории можно, но это попробуй скрыть, а потом попробуй заманить, а потом надейся, что получится причинить монстру вред. Обычные деревянные колья ему точно ничего не сделают. Разве что меч использовать… Но тогда и всё остальное подключать надо. Что обесценивает идею с ловушкой. Придумать что-то ещё против столь массивной туши я не смог. В ядах познания не было. Накормить чем-то… Это что-то из разряда детских сказок, когда глупый зверь съел подсунутое лакомство и сдох. Опять же, учитывая его размеры, придётся ведро яда сварить, который пересилит регенерацию.

По правде говоря, хороших вариантов у меня не было.

Пришлось рискнуть. С той поправкой, что в любой момент я мог переключиться на другие Дары, свалить и дать совсем другой бой.

После ухода Мудреца трансовое состояние постепенно улетучилось, и я снова стал задумываться о происходящем. Ушло оно не полностью, что-то я сохранил. И даже смог настроиться, пока сидел в засаде.

Иногда у зверей не защищён живот. Иногда, наоборот, прикрыт особо хорошо.

В моём же случае вышло…

Зверя я услышал заранее. Он тихо и довольно порыкивал. Судя по звукам, шуршанию и глухому удару, а потом и чавканью, снова кого-то притащил.

Всё произошло быстро. Как оно обычно и бывает. Подгадав момент, я выскользнул из своего укрытия. Получилось удачно, вышел сбоку от твари.

Выбрался, подобрался, приготовился напасть. Зверь что-то почуял, вскочил. Что мне и было нужно. Размеры у него такие, что я спокойно проскользнул на скорости под тушу. Он начал разворачиваться, я двигался за ним.

В один миг мы закрутились. В тот же момент я попытался ударить кинжалом. Лезвие врезалось в шерсть, пошло дальше, едва распарывая её. Я продолжил смещаться, зверь — крутиться, лезвие идти вперёд. Тварь отреагировала неожиданно — подпрыгнула. Да высоко, на лету изворачиваясь в мою сторону. Я тоже прыгнул следом, вложился в удар.

Мелькнуло львиное хозяйство. Мелькнул кинжал, добравшись до единственного открытого участка. Плоть разрезало, я понадеялся достать до артерии. Возможно, что и достал. Зверь извернулся, выпустил шерсть. Та удлинилась, но это сыграло с ним злую шутку. Кинжал-то в плоть вошёл, там и застрял.

А дальше эта туша рухнула на меня, погребла под собой, придавила. Что создало дополнительный удар по кинжалу, который вошёл глубже. Оружие выпустил, меня смяло, и я уже было собирался уйти в Тень, как сдавило ещё сильнее…

Зверь обиженно зарычал и снова вверх взметнулся. Левую руку сжало, чуть не расплющило. Я крутанулся по земле, едва разминулся с этой махиной и успел вскочить в тот момент, когда лев замахнулся лапой, чтобы ударить. Ушёл кувырком, когти успели распороть одежду и кожу. Удар придал ускорения, и я улетел с камней, упал на землю, прокатился.

Здесь бы мне и сложить голову, но тварь закружилась, повизгивая.

Я же вскочил на ноги и бросился бежать. Вслед донёсся яростный вой. Я добрался до деревьев, начал вилять между них. Слышал, как за мной гонятся.

«Какой же херней я занимаюсь!» — мелькнула мысль.

Я добавил Власть вторым Даром. Затея сработать чисто исчезла, словно и не было. Ускорился, подсобил себе. Чувствуя, что зверь совсем рядом, взбежал прямо по стволу дерева, толкая себя Властью.

Взлетел буквально. Оказавшись на высоте, развернулся и отставил руку в сторону.

Тварь дерево просто разнесла. Раздался треск, полетели во все стороны щепки. Верхняя часть ствола вместе с кроной начала заваливаться. В мою руку скользнул меч, я начал падать вниз.

Чего лев и ждал, раззявив пасть.

Хер тебе, кастрат недоделанный!

Мой удар оказался быстрее, чем его клыки. Зверь потянулся вверх, а я изогнулся, поддержал себя Властью и ударил.

Силу меча не выпустил, но клинок и так тяжёл был и необычайно остёр.

Морду зверя смяло, я разрубил часть носа, переднюю часть. Брызнули зубы, башка ушла вниз, а я свалился сверху, прямо на загривок. Зверь взбрыкнул, его шерсть стала острой, но мало того, ещё и мою Власть разорвала. Поэтому я со всей дури рухнул на тварь, но тут же отлетел, когда та дёрнулась.

От этого руку чуть не вырвало. Летать с мечом было противопоказано. Я и не полетел. Не смог удержать оружие, его вырвало из руки. Сам влетел в листву, едва разминулся с веткой.

На землю не упал. Успел придержать себя Властью.

Лев бросился за мной. Я оттолкнулся, подлетел вверх. Он задрал морду, я едва разминулся с клыками. Ауры Битвы у него не было, но шерсть обладала схожими эффектами.

Перекинув точку фокусировки на ближайшую ветку, я подкинул себя дальше. А ту Власть, что была внизу, разорвало в клочья.

Лев пробежал дальше, развернулся. Я тоже развернулся в воздухе, спустился на землю.

Потерянный ранее меч провалился в Тень, и я отвёл руку, перехватил его вновь, спасибо Хомяку, который подсобил.

Лев зарычал, подобрался. Его фигура стремительно менялась. Шерсть уплотнилась, сам он как-то сжался, уменьшился в размерах, и мне это вовсе не понравилось. Адаптация под противника? Уменьшение массы, чтобы увеличить скорость?

От одного этого зрелища все сомнения по поводу использования остальных козырей отпали. Не та ситуация, чтобы рисковать.

Я подобрался, разум заострился. Возведённый запрет на использование остального слетел.

Зверь подобрался, и я атаковал его Властью. Сгустил, накинул точки фокусировки, продавил защиту шерсти, но эффекта не добился — только заставил тварь припасть, недовольно зашипеть. Тогда я ударил по земле. Поднял пласт, подкинул тварь. От отдачи ближайшие деревья лопнули, взорвались щепками. Лев прыгнул вперёд, его движение смазалось. Я же, наоборот, рассчитал идеально. Рывок вперёд, и меч врезался в тварь. На этот раз я выпустил часть собранной внутри силы. Мутировавшего льва откинуло, он кувыркнулся, приземлился на четыре лапы и метнулся ко мне.

Я отшагнул назад, провалился в Тень, скользнул в сторону. Когти зашли в измерение Тени, совсем близко. Вынырнул обратно, снова махнул мечом. Рывок, удар… Лезвие повторно врезалось в шкуру, но отскочило в сторону.

Да чтоб тебя…

Тварь развернулась быстрее ветра, клыки клацнули совсем рядом. Я успел подставить меч. Челюсть сомкнулась на металле, но не смогли навредить.

Небольшое усилие и… голову твари разнесло на части.

Тело замерло, постояло немного, фонтанируя кровью и медленно осело.

Кажется, задание я провалил. Ещё и накопленную в мече силу использовал.

И что теперь? Мудрец меня убьёт?

Что будет дальше, я не знал, но чужой Дар Охотника забрал. Пригодится.

Если выживу.

***

Никто убивать меня не пришёл.

Я выждал немного, появления Мудреца не заметил. Взялся за разделку туши. Шутка ли, у шкуры прочность столь хороша. Мой необычный учитель и этому внимание уделял. Разделывал он мастерски. Я учился, повторяя за ним. Добро он не забирал, оставлял мне. Я же передавал Хомяку, моему живому хранилищу.

В этот раз поступил так же.

Впервые за очень долгое время задумавшись, что делать. Дар Охотника на следующий уровень не перешёл. Тварь я завалил не совсем по правилам. Мудрец тоже не явился. Можно прямо сейчас отправиться домой, и это надо бы сделать. Только вот было у меня подозрение, что Охотник слов на ветер не бросает. Возможно, я всё же могу выполнить задание. Своим способом.

К чёрту ограничения. Чем Дары принципиально отличаются от оружия? Чем они отличаются от копья, лука, ловушки, яда? Это всё инструменты. Которые нужно приспособить для охоты.

Так что…

***

Моя догадка оказалась абсолютно верной.

Возможно, в этом и состоял урок. Слышал, что птенцов учат летать пинком под зад из гнезда. Мудрец оставил меня одного, и это был совсем другой опыт. Я отправился в путь, выискивая себе добычу. Если монстр был слаб, стремился убить его быстро и эффективно. Если силён, готовился, планировал, действовал точно.

Используя все свои инструменты.

В какой-то степени я был ребёнком, которого выпустили во взрослую жизнь и который искал свой путь.

И с каждым шагом… каждый раз выслеживая и убивая… действуя скупо и эффективно, без лишних движений… я чувствовал, что Дар Охоты прогрессирует, развивается и перерождается в нечто новое.

Так и случилось. Не было какого-то особого боя. Я просто ощутил: началось. Нашёл уединённое место, погрузился в себя, так и просидел всю ночь, пока трансформация не закончилась.

Когда открыл глаза, увидел Мудреца. Он сидел в тени дерева, рядом. Молчаливый, неподвижный.

— Ты справился, — сказал он мне. — Теперь начнём настоящую учёбу.

Сказав это, он плавно поднялся. Поднялся и я. Ощутив, что тело перестроилось. Стало легче. Будто часть веса убрали. А ещё запахи… Сколько же их было вокруг. Звуки… Я до этого много чего слышал, а сейчас… Это было совершенно иным уровнем.

Мир открылся для меня по-новому.

По-новому открылось и моё тело. Мудрец словно знал, что со мной происходит. Без всякой Власти я прошёлся, легко крутанул сальто. Встал на руки. Потом на одну руку вес перенёс. На пару пальцев, легко балансируя. Оттолкнулся, перевернулся, разбежался и заскочил на дерево. Промчался по толстой ветке, идеально ощущая баланс, прыгнул, схватился руками за ветку соседнего дерева, улетел дальше.

Резвился, как дитя, изучая свои новые силы.

Опомнился, вернулся к Мудрецу.

— Ты больше не ребёнок, — бросил он недовольно. — Иди за мной.

И мы отправились в новый путь.

Кто же знал, какой враг мне впереди уготован.

***

В столовой за ужином сидели пятеро.

Солейна, Олег Васильевич, Морша и Труван Арканович со своей первой женой, Александрой.

Блюда подали. Дочь старалась не смотреть на родителей.

— Итак, — нарушил тишину Труван Арканович. — Сергей пропал.

— Это слишком смелое утверждение, — возразил Олег Васильевич.

— Да неужели, — фыркнул Милгард. — Где же он тогда? Почему не выйдет встретить родителей жены? — недовольно спросил мужчина, покосившись на притихшую дочь.

— Он занят делами, — ответила Солейна, не поднимая взгляда.

— Или…

— Дорогой, — прервала мужа Александра. — Солейна, с Сергеем ведь всё в порядке? — куда мягче спросила она.

— Да, — ответила Солейна твёрдо, подняв взгляд. — У него дальний рейд. Всё под контролем, не волнуйтесь.

— А я не за него волнуюсь, я за тебя беспокоюсь, — ответил Труван Арканович. — В последний раз Сергея видели больше двух недель назад.

Вопроса задано не было. Солейна тоже ничего не сказала. Всё так. Сергей ушёл больше двух недель назад. Говорил, максимум на три-четыре дня. Очевидно, что-то случилось.

— Думаю, не о чём волноваться, — сказал Разумович. — Сергей действительно задерживается, но причин для этого может быть великое множество, и не все из них ужасны. Быть может, это иррационально, так говорить, но, если мой сын что и умеет, так это выживать в самых неприятных ситуациях. Что доказывал десятки раз.

— Так значит, проблема всё же есть, — медленно кивнул Милгард. — Дочь, может, тебе…

— Я останусь здесь, — резко ответила Солейна. — Всё хорошо, пап. Не волнуйся. Сергей точно вернётся и ещё всех удивит.

Женщина говорила твёрдо, но абсолютной уверенности не испытывала. Такие вещи, как Грань, путешествия в другие миры… Это не то, что связано с безопасной прогулкой. Наоборот. Вне дома убить может тысяча вещей, да так, что и не заметишь.

Уставившись в тарелку, Солейна вдруг поняла, что аппетита нет и подкатывает тошнота.

— Дочь, с тобой всё в порядке? — забеспокоилась Александра. — Ты бледная.

— Ещё бы ей не быть бледной, — цокнул Милгард. — Рассказывайте. Куда ваш герой снова упёрся. Может, ему помочь как?

Вопрос повис в пустоте. Тошнота подступила совсем уж близко. Не выдержав, Солейна вскочила и побежала в туалет.