Желание разрядить весь магазин из «Гюрзы» в распластанную по стене мишень не было пустой блажью или панической реакцией. Капитан руководствовался исключительно сухой целесообразностью: если враг шевелится — добавь свинца. А «Черный плащ», впечатанный в каменную кладку ударом сапфира, вполне себе шевелился.

Вторая волна артефакта ударила с сухим, хлестким треском, напоминающим звук рвущегося стального троса. Воздух в спальне уплотнился. Ночного гостя снова вмазало в лепнину, выбив из легких сдавленное шипение, но сдаваться хрен с горы явно не собирался. Более того, его облегающие черные шмотки начали наливаться изнутри нездоровым, режущим глаз белым светом. Энергия струилась по волокнам ткани, образуя сложный геометрический узор. Местная магия работала на пределе, компенсируя урон и как бы прозрачно намекая: сейчас этот цирковой акробат отлипнет от стенки, отряхнется, и капитану устроят секир-башку, калёную кочергу в задницу и полный алаверды в ассортименте.

Убийца реально успел оторвать ладони от камня и даже встал на ноги. Белое свечение вокруг его фигурыстало ярче, превратившись в мерцающий кокон. И в эту самую секунду сапфир на тумбочке выдал третий, максимальный разряд.

Сизая искра внутри кристалла на мгновение вспыхнула еще ярче, перебивая белый свет. Магический таран обрушился на убийцу. Но в этот раз физика процесса пошла по другому сценарию. Ушастый успел выставить полноценный барьер, и энергия артефакта не расплющила его кости в крошку, а сработала по принципу бильярдного кия. Кокон барьера превратил ночного гостя в идеальный снаряд.

Хлопок, грохот и скрежет расколотого камня.

Убийца пробил стену спальни навылет. Просто ушел сквозь толстенную кладку, оставив после себя рваную вертикальную дыру, облако густой известковой пыли и осыпающиеся на пол куски мраморных вставок. Из соседнего помещения, куда улетел этот болид, донесся грохот ломающейся мебели и забористый, многоэтажный мат. Причем ругался летун так экспрессивно, что Корнев, благодаря вшитому в мозг переводчику Навигатора, разобрал каждый эпитет, касающийся его земной родословной.

— Ремонт губернатору влетит в копеечку, — меланхолично констатировал Алексей, не опуская пистолета и щурясь сквозь пылевую завесу.

Тяжелые дубовые двери спальни с треском распахнулись, едва не слетев с кованых петель. Первым в клубы пыли влетел один из кошаков гвардии Тиссы. Тот самый здоровенный бугай со шрамом через половину лица. Меч в его руках гудел от переполняющей лезвие силы, глаза горели хищным огнем. Кошак сделал ровно два шага к дыре в стене.

И тут же вылетел обратно в коридор.

Из пролома ударило закрученное спиралью воздушное плетение. Удар невидимого тарана пришелся кошаку точно в центр нагрудника. Гвардеец крякнул, пролетев спиной вперед метра три и с грохотом впечатался в противоположную стену коридора, роняя на пол бронзовые светильники.

Ночной гость, продолжая поливать окружающую действительность сложными деепричастными оборотами, шагнул обратно в многострадальное лежбище Алексея. Капитан так и продолжал сидеть на кровати. Сапфир на тумбочке ушел в цикл перезарядки, но барьер артефакта все еще прикрывал пространство вокруг кровати полупрозрачной пленкой. Теперь Корнев мог рассмотреть визитера во всех деталях.

Ошибиться было невозможно. Длинные заостренные уши, неестественно бледная, почти мраморная кожа, тонкие черты лица и максимально оборзевший, полный превосходства взгляд. Малоран. Его черный костюм был покрыт серой пылью, на скуле кровоточила ссадина, на лбу красовалась приличная шишка, но держался ушастый уверенно.

Ушастый стряхнул с плеча кусок штукатурки. В его правой руке материализовался тонкий, изогнутый клинок, лезвие которого сочилось зеленоватым ядом.

— Кончилась охрана? — издевательски, с ленцой в голосе спросил ушастый. Он сделал шаг к кровати, явно предвкушая легкую работу. Барьер сапфира для него препятствием не выглядел.

Алексей чуть склонил голову набок. Дуло «Гюрзы» смотрело ушастому точно в переносицу.

— А вот это ты зря, — искренне усмехнулся Корнев. — Кошки, они, знаешь ли, живучие.

Малоран непонимающе свел брови. И в следующее мгновение в спальню буквально с двух ног влетел хвостатый.

Гвардеец не стал тратить время на тактические перестроения. Он использовал косяк выбитой двери как трамплин, оттолкнулся от него и обрушился на малорана сверху вниз. Простейший, лишенный всякого изящества, но максимально заряженный массой удар. Тяжелый артефактный меч кошака, оставляя в воздухе раскаленный след, опустился на голову малорана.

Ушастый дернулся, инстинктивно вскидывая свободную руку. Вспыхнул его личный барьер, пытаясь погасить удар. Звук был такой, словно по наковальне ударили кузнечным молотом. Барьер ушастого лопнул, как мыльный пузырь, осыпавшись брызгами светлых искр. Тяжелое лезвие прошло дальше, метя точно в ключицу. От немедленного располовинивания до самого пояса эльфа спас только артефакт. Крошечный рунный камень на его шее взорвался, автоматом зажигая новый барьер прямо по броне. Меч кошака с гулом соскользнул по силовой пленке.

Но магия не спасала от банальной инерции. Кошак, не теряя равновесия после удара, крутнулся на опорной ноге и выдал знатную подсечку по голени ночного гостя. Ушастый потерял опору, его тушка на долю секунды взмыла в воздух параллельно полу. И тут же получила чудовищной силы пинок сапогом прямо в грудину.

Малоран охнул, теряя дыхание. Его тело снова приобрело свойства баллистического снаряда. Ушастый улетел обратно в ту же самую соседнюю комнату. Только в этот раз траектория полета была горизонтальной. Его бронированная тушка пробила стену буквально по середине первого отверстия, выломав еще один кусок кладки.

Корнев с профессиональным интересом осмотрел результат. Два пролома пересеклись, оставив после себя почти что идеальный крестообразный проход в соседние апартаменты. Пыль в комнате стояла такая, что дышать приходилось через раз.

— Земля стекловатой, — философски припечатал капитан, опуская пистолет. В этом хаосе тратить патроны было бессмысленно.

Кошак не стал дожидаться, пока ушастый придет в себя после незапланированного полета сквозь несущие конструкции. Гвардеец коротко рявкнул себе за спину остальным подбежавшим, чтобы не мешали, перехватил меч поудобнее и бочком, чтобы не цепляться широкими плечами за торчащую арматуру и кирпичи, просочился в крестообразный пролом следом за малораном.

Что конкретно происходило в соседнем помещении, капитан не видел. Зато слышал отлично. Грохот стоял знатный, акустика помещения усиливала каждый звук. Трещало ломающееся дерево — видимо, в расход пошла антикварная мебель. Звенел металл, гудело от высвобождаемой силы пространство. Периодически в проеме мелькали тени, и было видно, как оба любителя контактного мордобоя с упоением запускают друг друга в стены, серьезно и безвозвратно меняя планировку гостевого крыла. С потолка в спальне Корнева непрерывно что-то сыпалось.

Алексей использовал эту паузу с максимальной пользой. Откинув одеяло, он быстро натянул форменные штаны и впрыгнул в берцы, затянув шнурки. Накинул поверх футболки броник, бегать с голой задницей во время огневого контакта — примета плохая, ведет к простуде и лишним дыркам в организме.

В очередной заход рукопашной дуэли стена содрогнулась от нового удара. Кошак, пробив собой еще один, на этот раз практически круглый проход в межкомнатной перегородке, кубарем вылетел обратно в спальню. Он прокатился по усыпанному крошкой мраморному полу и затормозил аккурат у ножек кровати капитана.

— Сильный, гад, — хрипло усмехнулся гвардеец. Он оперся на рукоять меча, тяжело поднялся на одно колено и сплюнул на пол вязкий сгусток крови вместе с выбитым зубом. — Юркий, как болотная змея.

В проеме снова нарисовался малоран. Эльф замер на границе света и тени, тяжело дыша. Его стильный черный костюм превратился в лохмотья, на бедре зияла резаная рана от меча гвардейца, но взгляд оставался цепким и злым. Ушастый явно соображал, что делать дальше: продолжать рубку с живучим котом или попытаться достать главную цель.

Думать ему оставалось недолго. В спальне, скользнув через выбитые двери коридора, уже нарисовались двое разведчиков из группы Лешего. Первым шел сержант, держа перед собой автомат. А вот вторым в комнату ввалился пулеметчик даже не пытался красться. Он шагнул в облако пыли, широко расставил ноги и повел стволом модернизированного «Печенега», выискивая цель. Металл пулемета тускло блеснул в свете уцелевшего магического светильника.

Где-то вдалеке, за пределами гостевого крыла, гулко бухнуло. Затем до ушей Корнева донеслось характерное, сухое татаканье нескольких автоматных очередей. Во дворце началась суета. Рация в подсумке Корнева ожила. Сквозь легкий статический треск пробился голос Лешего. На фоне слышался топот и крики на латыни.

— Барон, это Леший! У нас тут дискотека. В императорском крыле идет замес с ушастыми. Похоже, работает целая группа ликвидаторов. Преторианцы только что положили несколько тел прямо перед нами на центральной лестнице. Своих тоже потеряли. Мы держим наши двери…

Леший не успел договорить.

Малоран в проеме стены внезапно вскинул обе руки вверх. Пальцы ушастого сложились в сложный, ломаный жест. Его глаза полностью залило белым светом, стирая зрачки. Вокруг фигуры ушастого с треском заплясали мелкие, слепящие голубые молнии. Воздух мгновенно пропах озоном, как перед сильной грозой.

Волосы на руках Корнева встали дыбом. Капитан почувствовал, как по зубам прокатился кислый металлический привкус. Молнии вокруг убийцы слились в единый контур, а затем с громким, болезненным для ушей хлопком разошлись во все стороны плотной сферической волной.

Рация на груди Алексея резко заткнулась, издав предсмертный писк. Сапфир на тумбочке, до этого пульсирующий защитным полем, тревожно засверкал, пару раз мигнул красным и окончательно потух, словно из него вытащили батарейку. Силовая пленка вокруг кровати растаяла в воздухе.

Кошак-гвардеец, все еще стоящий на колене, грязно выругался.

— Мрази остроухие… — мрачно сообщил он, постучав пальцем по кожаному нагруднику. — Два из трех защитных артефактов на мне сдохли от этой волны. Выгорели в ноль. Клинок пока держится, но резерв упал наполовину.

Один из разведчиков, тот, что с автоматом, свободной рукой достал свою портативную рацию из кармана разгрузки. Щелкнул тумблером. Тишина…

— Кэп, электроника мертва, — напряженно доложил боец.

Ушастый, прекрасно слышавший этот доклад, радостно ухмыльнулся, без перевода понимая о чем речь. В его глазах читалось абсолютное торжество. Малоран искренне верил, что только что обезоружил странных чужаков. В понимании местных магов, если ты сжег вражеские артефакты связи и защиты, враг превращается в кусок беспомощного мяса.

Малоран медленно, растягивая удовольствие, шагнул из пролома в спальню. Вокруг его тела все еще плясали остаточные разряды молний, создавая новый, переливающийся искровой щит. Он поднял свой отравленный клинок, глядя на направленные на него черные стволы оружия землян с откровенной издевкой. Для него эти железные трубки теперь были просто палками.

Корнев смотрел на этого пафосного ублюдка, и на его губах расплывалась холодная усмешка.

— Ну да, ну да, — тихо произнес капитан. Он медленно поднялся с кровати, поставив пистолет на предохранитель и убирая его в кобуру. — Пошли мы на хер с нашими калашами. Магия у него, бл…

Алексей сделал шаг в сторону, уходя подальше с линии огня, и бросил короткий взгляд на пулеметчика.

— Кончай его.

Боец ждал только этого слова. Здоровяк жестко упер приклад в плечо, гася будущую отдачу, и нажал на спусковой крючок.

Грохот выстрелов ПК в закрытом помещении ударил по барабанным перепонкам с силой физического удара. Спальню озарили желтые вспышки дульного пламени. Тяжелые пули не отягощенные никакими микросхемами и плевавшие на любые электромагнитные импульсы, плотным роем ударили в барьер ушастого.

Лицо хрена вытянулось. Торжество мгновенно сменилось шоком, его магический щит, рассчитанный на отражение заклинаний и стрел, замерцал под нагрузкой свинцового шквала. Пули вязли в молниях, но их было слишком много. Барьер прогибался, трещал, истощая силы владельца со скоростью водопада.

Автоматчик добавил огня, короткими очередями всаживая пули в барьер малорана.

Ушастый понял, что совершил фатальную ошибку. Он рванул в сторону, уходя с линии огня. Щит молний лопнул ровно в тот момент, когда ушастый перекатом ушел за остатки кирпичной стены. Вслед ему полетели фонтаны каменной крошки, выбиваемой пулеметной очередью.

— Уходит! — рявкнул кошак, бросаясь следом.

— Назад! — крикнул Корнев.

Сержант, не прекращая контролировать сектор, свободной рукой выдернул из подсумка гранату, разогнул усики. Кольцо со звоном отлетело в сторону.

— Ложись! — крикнул боец, швыряя гранату в пролом, куда только что юркнул ушастый.

Следом за ней полетела вторая от капитана. Осколки впились в стены, превращая соседнюю комнату в решето. Из пролома вырвался клуб дыма, смешанного с кирпичной пылью. Но малоран оказался дьявольски везучим. Видимо, инстинкты сработали быстрее взрывателя. За секунду до детонации он успел выбить плечом дверь, ведущую из соседней комнаты прямо в главный коридор.

Ушастый вывалился на мраморный пол коридора с посеченным осколками боком. Затем попытался подняться на четвереньки, судорожно сжимая рукоять клинка. Его план побега был почти гениален.

Почти.

Потому что прямо перед его носом, бесшумно отделившись от теней коридора, выросла хвостатая фигура. Молниеносный взмах клинка, и голова отделилась от тела. Тушка убийцы рухнуло на мрамор, дернулось пару раз в агонии и затихло окончательно. Темная кровь медленно поползла по гранитным плитам губернаторского дворца.

Корнев, отряхивая пыль с плеч, вышел из разбитой спальни в коридор.

— Вот тебе и отдых, — искренне, с глубокой тоской вздохнул Алексей. — Говорил же, надо было в палатке у Врат ночевать. Там хотя бы стены не ломаются… Ладно, подышали и хватит. Пойдем в гости к императору, а то глядишь, будущий тесть на свадьбе не успеет погулять…