Резина скрипела. Мерзко, протяжно, на каждом шаге натирая внутреннюю сторону бедра даже сквозь плотное белье. Алексей медленно шел по дороге, периодически поправляя неудобный, ярко-красный костюм биологической защиты. Шаг. Еще один. Ботинки хрустели по обсидиановой поверхности мертвой долины.

Впереди, на фоне серых скал, вечным памятником армейской смекалке и слабоумию стояли уже два УАЗика в кабриолетном исполнении. Оставленные, как последний рубеж обороны.

Спустя неделю после первой разведки «яйцеголовые» из какой-то там профильной лаборатории клятвенно клялись, били себя пяткой в грудь и размахивали графиками: с первым «добровольцем» всё в полном порядке. Возможный инкубационный период прошел, (но это неточно…) защита держит удар от биологической атаки с вероятностью в сто процентов, а значит, можно со спокойной совестью отпустить Барона погулять в долине смерти. Риска нет, ага…

Капитан мог только догадываться, что именно обещал сделать Третьяков с научной группой в случае былинной неудачи. Какими именно тупыми и ржавыми предметами особист грозился осуществлять ректальное проникновение профессуре, если целевой портальщик начнет пускать слюни и ходить до ветра по углам кабинета. Но факт оставался фактом. Барон сейчас медленно плелся обратно от Врат к месту встречи с командой деактивации.

Прогулка вышла так себе. Касание оплавленного камня, вспышка интерфейса перед глазами. Короткая, сухая выжимка данных, впечатанная прямо в подкорку, от которой по спине прокатился ледяной каток, а потом чувство облегчения. И всё.

Дальше всё прошло по стандартному сценарию.

Двадцатый километр. Двое «космонавтов» с брандспойтами. Тугая струя дезактивирующей пены, сбивающая с ног. Костюм вскрыли, стянули, уложили в герметичный контейнер. Самого Алексея окатили ни фига не теплым раствором, после чего закинули в герметичный куб из прозрачного пластика, установленный в кузове армейского «Урала», и повезли обратно.

Семьдесят два часа в аквариуме. Еда через шлюз. Кровь из вены трижды в сутки. Третьяков маячил по ту сторону пластика, но вдалеке, курил и молча ждал результатов. Когда зеленый свет наконец зажегся, Корнев вышел из куба с одним желанием — выпить и завалиться спать.

Его парни времени зря не теряли. Разведрота уже основательно, по-хозяйски обустроилась в Аштари-сити, название приклеилось намертво, хрен отдерешь. Заняли одну из казарм горцев, которая давно пустовала из-за вымирания племени. Для обычных людей постройка выглядела как монументальная сталинка с высоченными потолками и дверными проемами, куда легко въехал бы и БТР. Собрали кровати, оборудовали оружейку, сварганили столовую.

А за окнами в городе снова кипела жизнь. И жизнь эта была сугубо цвета хаки.

В долину аштари потихоньку, колонна за колонной, прибывала горно-стрелковая бригада. Это говорило лишь об одном: вся бурная деятельность Федерации «за ленточкой» стремительно становилась секретом Полишинеля. Слишком большие силы двигались через сибирские Врата. Спрятать переброску тяжелой артиллерии, сотен машин и тысяч солдат в наш век спутников и смартфонов — задача нереальная. Москва явно приняла решение: плевать на секретность, берем территорию под тотальный контроль. На скальных карнизах вокруг города уже расчищали позиции для «Панцирей». По улицам рычали дизелями грузовики.

И вот, спустя трое суток после выхода из карантина, Корнев сидел в натуральном оперативном зале. Именно что зале. Алексей криво усмехнулся, разглядывая помещение. Колонны из серого камня уходили вверх метров на семь. Не хватало только дубового паркета, и можно устраивать офицерские балы. Но всем собравшимся было глубоко по фигу на архитектурные изыски. Все ждали, когда капитан озвучит вердикт по Вратам аштари.

Яйцеголовые стояли насмерть все эти три дня. Закрыли Корнева от всех, даже от Третьякова, чтобы вернуть Ключника здоровеньким с вероятностью в сто один процент. И вот час икс настал.

В центре зала поставили два массивных деревянных стола. На них — рации и тактические карты, отпечатанные с беспилотников. Плюс по краям тактические пепельницы из банок от растворимого кофе.

— Итак, — многозначительно произнес Третьяков. Особист выглядел помятым, но взгляд оставался острым как бритва.

— Арка с той стороны мертва, — спокойно ответил Корнев, глядя на собравшихся. — Если вообще существует. Это если мы говорим за последний адрес. За тех, кто пришел сюда четыреста лет назад и оставил биологическую закладку.

— А есть и другие? — с интересом спросил комбриг горных стрелков.

Полковник Батурин, жилистый, жесткий мужик с выбеленными солнцем бровями и лицом, похожим на стоптанный сапог. Он прибыл сюда воевать, и магия со всякими порталами интересовала его исключительно в плоскости простреливаемых секторов и логистики противника.

— Конкретно у этой арки — да, имеется несколько адресов доступа, — кивнул капитан, постукивая костяшками пальцев по столешнице.

— И хорошо, и плохо, — задумчиво произнес Третьяков, прищурившись сквозь сизый дым.

— Никак, — усмехнулся Корнев, откинувшись на спинку стула. — Все адреса заблокированы. Причем не чужими Навигаторами, а самой транспортной системой Врат. Базовым протоколом.

Батурин нахмурился, переваривая информацию.

— Если быть точным, то ситуация такова, — Алексей подался вперед, положив локти на стол. — В адресной книге этой конкретной арки есть шесть адресов. На двух, включая тех самых «гостей» аштари с их биологическим оружием, висит плашка: мертвые Врата с той стороны. Физическая неисправность узла.

— Подорвали, — констатировал Батурин. — Зачистили следы.

— Скорее всего, хотя мы точно не можем знать наверняка — согласился капитан. — Но дальше интереснее. Еще три адреса заблокированы наглухо с формулировкой: «Обнаружено доминирующее присутствие СВ-01». И последний, шестой адрес: «Обнаружено доминирующее присутствие СВ-03».

В зале повисла тишина. Третьяков перестал курить.

— Что, как и почему — я без понятия. Больше никакой информации интерфейс не выдает. То бишь, я вполне должен понимать термины и опасность этих самых «СВ», но я в душе не чаю, что это такое, товарищи офицеры.

Корнев замолчал. Врать он не собирался, но и передать ощущения было сложно.

— Леш, — Третьяков наклонился над столом. — Давай без протокола. Ты Навигатор. У тебя эта дрянь из в крови прописана. Что ты почувствовал, когда читал эти логи?

Капитан криво усмехнулся. Особист бил точно в цель.

— Ничего, товарищ майор. — Корнев потер переносицу. — Когда я считывал лог по этим «СВ», интерфейс не предупреждал меня об угрозе, как это бывает при обрыве связи или магическом фоне. Это была… констатация карантина. Как будто система Врат отрубила эти узлы, как гангренозные конечности. Чтобы зараза не пошла дальше по сети.

Батурин тяжело вздохнул, скрестив руки на груди.

— СВ… — пробормотал комбриг. — Санитарные Войска? Сводный Вымпел? Херня какая-то.

— Кто ж спорит, что не херня — усмехнулся Третьяков. — Но, в целом все ясно. Арка в обозримой перспективе не является угрозой. Поэтому займемся нашими зайцами бородатыми. Барон, твоя рота отдохнула?

— Так точно. Боекомплект пополнен, техника обслужена, — Корнев внутренне подобрался. Рутина штабных разговоров заканчивалась, начиналась настоящая работа.

— Отлично. Горцы Орди доложили, что малораны резко ускорились. Выскочили как черти из табакерки и закрепились на северном перевале вот в этом квадрате. Выстроили форты, держат под контролем всю округу

Батурин ткнул пальцем в карту, в район узкого, извилистого каньона.

— Берешь проводников из аштари. Пройдете тропами, зайдете им в тыл, вскроете систему обороны. С вами пойдут мои парни, чтобы они понимали как ведут себя горцы, да и на ушастых этих ваших вживую глянули. Плюс пошкукаем по округе спуски в системы пещер.

— Задача ясна, — Корнев коротко кивнул. — Когда выход?

— Завтра утром, — полковник выпрямился. — Вертушками закинем вас на плато, дальше пешком…

Камень холодил задницу даже сквозь плотную ткань форменных штанов и кожаную подкладку. Фаэль поморщился, осторожно меняя позу, чтобы не зазвенеть кольчужными вставками, и снова уставился в непроглядную темень бокового штрека.

Скука. Смертная, тягучая, выедающая мозг скука.

Напротив него, слившись с выступом скалы, сидел Горис. Старый разведчик не шевелился уже битый час, только челюсти мерно двигались — что-то радостно жевал.

Секрет располагался в узкой нише на Т-образной развилке. Место в целом дрянное. Но Фаэль, несмотря на затекшие суставы, судьбу не проклинал. Он был парнем неглупым и прекрасно понимал: сидеть в темной дыре, охраняя развилку маршрута, куда лучше, чем сейчас находиться на передовой.

Там, наверху и на равнинах, творился кромешный ад.

Слухи в лагере ходили один чернее другого. Римские маги, которые раньше считались главной занозой в заднице, теперь казались милыми детьми. Появились чужаки, «зеленые». Ублюдки без капли магии, которые не сходились в честном бою. Они просто стирали передовые отряды малоран громом и огнем с такого расстояния, куда не долетала ни одна стрела, ни одно самое мощное заклинание магистра. А если дело доходило до ближнего боя, в ход шло жуткое оружие, плюющееся кусками металла с такой скоростью, что личные барьеры лопались, как перезрелые ягоды.

Фаэль жить хотел. Поэтому сидел тихо, грел уши и радовался, что командование засунуло его в эту кишку.

По главному, широкому тоннелю, который малораны пробили прямо сквозь толщу горы с помощью магов земли, сейчас двигался крупный отряд тяжелой пехоты. Фаэль слышал мерный перестук сапог, лязг оружия и недовольное бормотание десятников. Отряд шел без факелов, обходясь тусклым светом магических кристаллов, закрепленных на наплечниках. Свет этот едва разгонял мрак, выхватывая из темноты суровые, напряженные лица воинов.

Поговаривали, что командование решило окончательно зажать местных громил в их пещерах. Малораны уже обустроили полноценный форт на северном перевале, и теперь туда гнали резервы.

Фаэль мысленно пожалел идущих мимо парней. Там точно будет мясорубка. Местные трехметровые ублюдки в закрытом пространстве рубили так, что куски брони разлетались вместе с мясом. Против них не работали никакие изысканные построения. Что ты можешь сделать, если на тебя опустится стальной дрын длиной в полтора метра? Или окованная сталью дубина? Молиться, разве что, и надеяться, что кому-то из них повезет найти прореху в броне. Нет уж, лучше здесь, в пыли.

Мерный топот сотен ног по камню убаюкивал. Фаэль моргнул, борясь с накатывающей дремотой. И вдруг поймал диссонанс.

Слух малорана вычленил из общего фонового шума неправильную ноту. Совсем тихую. Мягкий, почти невесомый шорох. И доносился он не из главного тоннеля, где топала пехота, а прямо из той черной кишки, которую они с Горисом пасли.

Фаэль подобрался, сон слетел мгновенно. Он скосил глаза на напарника — Горис перестал жевать. Значит, не показалось. Ветеран тоже услышал.

Молодой разведчик до боли в глазах всмотрелся во мрак. Магических светильников здесь не было. Командование экономило кристаллы, осветив только зону предгорья, где уже разбили полноценный подземный лагерь с казармами и складами. А здесь — хоть глаз выколи.

Фаэль медленно, стараясь не издать ни звука, потянул из колчана стрелу. Пальцы нащупали древко с вырезанными рунами огня. Если там кто-то есть — тоннель зальет светом. Заодно вспышка и грохот послужат отличным сигналом для марширующего рядом отряда.

Шорох повторился, но уже ближе.

А затем во тьме блеснуло. Два тусклых, неестественных зеленоватых отсвета. Глаза? Ни одно животное в этих пещерах не светилось таким ровным светом. Сердце Фаэля ударилось о ребра. Инстинкт самосохранения заорал благим матом.

Он резко вскинул лук, накладывая стрелу на тетиву…

Звука выстрела не было. Был только тяжелый удар огромной силы. Фаэля просто сдуло с его места. Три стрелы, выпущенные из зачарованных луков с чудовищной силой, вошли в него одновременно. Первая пробила горло, намертво заткнув крик фонтаном хлынувшей крови. Вторая прошила легкое. Третья, с широким бронебойным наконечником, раздробила ключицу и с хрустом вошла в скалу за спиной, буквально пригвоздив малорана к стене.

Лук выпал из ослабевших пальцев. Фаэль захрипел, пуская кровавые пузыри. Сознание угасало, но глаза еще видели.

Из черноты тоннеля бесшумно, как призраки, вынырнули тени, небольшие и стремительные. На их лицах громоздились странные конструкции, отсвечивающие тем самым зеленым светом, который он заметил секундой ранее.

Слева раздался сдавленный, булькающий звук. Горис. Старый разведчик не успел даже дернуться — одна из теней оказалась рядом с ним быстрее мысли. Короткий взмах руки, тусклый блеск металла в тусклом свете далеких кристаллов маршевой колонны, и Горис медленно осел на камни с перерезанным от уха до уха горлом. Погодите, это что хвост? Мимо Фаэля стремительно пронесся десяток хвостатых. Тени скользнули дальше, прямо к выходу в главный тоннель, прижимаясь к стенам.

А следом за ними из мрака шагнули уже другие, огромные. Тени заполнили собой весь проход, почти задевая макушками своды. Это точно были аштари. Фаэль дернулся в последний раз. Кровь залила глаза, и мир окончательно погрузился во тьму.

Кровь убитого ушастого разведчика еще не успела залить все вокруг, когда из темного зева бокового штрека бесшумно вынырнула основная группа. Корнев прошел мимо тела, пригвожденное к стене тремя стрелами, бросив быстрый взгляд на работу хвостатых диверсантов. Без шума и пыли. Ни пискнуть, ни заклинание сплести покойнички не успели. А теперь операция перешла в горячую фазу.

Погулять по горам на свежем воздухе, как изначально планировал штаб, не вышло от слова совсем. Малораны оказались не идиотами. Ушастые крепко вцепились в рельеф, грамотно расставив секреты на господствующих высотах. Сунешься — сожгут магией или нашпигуют стрелами. Лобовой штурм перевалов обернулся бы для бригады такими потерями, что Батурин поседел бы раньше времени.

Зато разведке коллег из бригады повезло. Парни, облазив округу, наткнулись на три неприметных спуска в систему естественных карстовых пещер. И в самой глубокой заднице одной из каверн нашли то, что искали, замаскированный проход. Узкий и корявый, явно пробитый под нужды долгосрочной разведки. Пробитый медленно и печально. В эту каменную кишку боец в полном снаряжении протискивался с таким матом, что местные мыши летучие с потолка падали. О том, чтобы протащить туда трехметровых аштари, даже речи не шло.

Поэтому вперед пустили малые группы с ПНВ и тепляками, посмотреть и пощупать, что в переди. А посмотреть было на что.

Ушастые под горами устроили филиал гномьей Мории. Копали как заправские шахтеры, выгрызая породу, расширяя естественные пустоты, чтобы тайно перебрасывать войска. Разведке приходилось потеть. Пару раз группы едва уносили ноги, вжимаясь в трещины, когда мимо маршировали усиленные патрули малоран с боевыми магами.

Но удача любит наглых. Кто-то из ушастых прорабов косякнул в расчетах. Свернули при копании не туда, и один из отнорков вывел разведку слишком близко к поверхности. Толща камня истончилась ровно настолько, чтобы пробился устойчивый радиосигнал. Короткого писка пеленгатора хватило. Координаты, пусть и приблизительные, улетели наверх, привязка к местности состоялась.

А дальше началась магия в прямом смысле этого слова. Парочка аштари, тех самых магов земли, которых удалось откачать и привести в чувство, подошли к нужной точке снаружи. Горцы положили огромные ладони на скалу, зажмурились… и камень потек. Разошелся в стороны, как мягкая глина, образуя ровный, полноразмерный штрек под габариты гигантов.

Дальше — дело техники. С Большой земли притащили высокочастотные георадары «Око». Потихонбку сложилась карта ушастого метрополитена, которая легла на стол Корнева через несколько дней. Сводный отряд решил, что хватит малоранам кататься зайцами в этом подземном аттракционе.

Пришло время предъявлять билеты.

— Готовы, Барон, — бесшумно вынырнув из темноты, шепнул Леший. Лейтенант поднял ПНВ. — Главный тоннель прямо по курсу. Пехота ушастых втянулась. Голова колонны уже прошла развилку, хвост еще подтягивается. Тоннель прямой, как стрела, метров на двести.

— Отлично, — усмехнулся капитан. — Орди! Твой выход.

Из мрака бокового штрека тяжело шагнул предводитель аштари. Но смотрели разведчики сейчас не на габариты горца. Они смотрели на то, что он держал в руках. Идея принадлежала Лешему, а Корнев ее с радостью завизировал.

Крупнокалиберный пулемет «Утес». Оружие, которое в нормальной жизни ставят на станки или броню танков, потому что отдача этой дуры мое почтение. Вес тела пулемета — двадцать пять кило.

Но для Орди этот вес ощущался как легкая швабра.

Умельцы из рембата бригады поколдовали над пулеметом от души. Спилили штатные крепления под станок. Наварили мощную переднюю рукоять для левой руки гиганта. Защитную скобу спилили, сменили спусковой крючок.

Орди перехватил «Утес» поудобнее. В тусклом свете далеких кристаллов лицо вождя светилось таким искренним, щенячьим восторгом, словно ему подарили ту самую заветную игрушку из детства. Остальные горцы, топчущиеся в темноте сзади, сверлили предводителя откровенно завистливыми взглядами. Еще на полигоне, когда Орди тестировал эргономику, разваливая камни в пыль, в рядах аштари чуть не случился бунт — пострелять хотели все.

— Готов? — одними губами спросил Корнев, сдвигаясь за угол. Орди кивнул.

Марширующая по главному тоннелю пехота малоран сбилась с шага. Звон подкованных сапог затих. Где-то впереди раздался приказ офицера. Несколько боевых магов, шедших в центре колонны, резко развернулись в сторону бокового штрека, откуда донесся металлический лязг. В их руках уже начал концентрироваться белый свет. Орди шагнул в главный проход. Трехметровая фигура неплохо перекрыла тоннель.

Звук стрельбы из пулемета в замкнутом каменном мешке затмил все вокруг. Из дульного тормоза вырвался сноп пламени. Вспышки стробоскопом залили тоннель ослепительным желтым светом, выхватывая из темноты искаженные ужасом лица ушастой пехоты.

Колонна ушастых разве что по потолку не забегала. Задние ряды попытались убежать, но уперлись в своих же. Тоннель прямой, бежать некуда.

Два эльфийских мага истошно закричали, вскидывая руки. Воздух перед колонной загудел. Вспыхнул плотный, переливающийся сапфировый барьер, перекрывая сечение тоннеля от стены до стены. Маги вливали в него все свои резервы, их глаза закатились от натуги.

Орди даже не дернулся. Мощнейшая отдача, которая отбросила бы обычного человека, лишь слегка сотрясала могучий торс аштари. Горец водил стволом из стороны в сторону, методично заливая тоннель свинцом. Бронебойно-зажигательные пули ударили в сапфировую преграду.

На поверхности магического барьера расцвели огненные кляксы взрывов. Магия держала напор до последнего. Но пулемет выплевывал больше десяти выстрелов в секунду. Никаких сил не хватит заштатному магу, чтобы бесконечно гасить такую энергию.

Щит пошел трещинами. Один из магов закричал, из его носа хлынула кровь. Резерв выгорел в ноль за три секунды. Хрустальный звон лопнувшего барьера потонул в грохоте выстрелов.

Свинец хлынул в образовавшуюся брешь. Магов покрошило первыми. А дальше началась просто бойня. Пули, пробивая тела насквозь, с визгом рикошетили от каменных стен, пола и потолка. Острые куски камня, выбитые попаданиями, превратились во вторичную шрапнель.

Лицо вождя аштари в свете дульных вспышек выглядело демоническим. Он широко скалился, обнажив зубы. Толпа малоран в тоннеле таяла. Тела дергались и оседали бесформенными кучами. А лента неумолимо заканчивалась. Последние выстрелы громыхнули под сводами. Лязгнул затвор, не поймав очередной патрон.

В пещере повисла тишина. Вся колонна, больше сотни пехотинцев и магов, превратилась в сплошной кровавый ковер, щедро присыпанный битым камнем.

Орди опустил пулемет, вождь тяжело дышал. По его лицу градом катился пот. Он посмотрел на дымящийся ствол, потом перевел взгляд на дело рук своих. И вдруг тяжело, разочарованно вздохнул. Игрушка кончилась.

Корнев вышел из укрытия, отгоняя дым ладонью.

— Контроль! — крикнул капитан.

Разведчики, включив фонари, осторожно двинулись в главный тоннель, скользя по лужам крови. Зазвучали редкие одиночные хлопки.

Корнев остался стоять возле бокового штрека. И тут боковым зрением уловил движение.

Из темноты, старательно переступая огромными ногами, чтобы не шуметь, к капитану подошел один из проводников-аштари. Звали его Торг. Здоровенный лоб, на полголовы выше Орди и шире в плечах, покрытый шрамами от когтей каких-то горных тварей. Матерый убийца, одним видом способный довести до заикания.

Но сейчас Торг выглядел… смущенным. Гигант мялся, переступая с ноги на ногу, прятал глаза и нервно теребил ремешок на своем боевом молоте. Он покосился на Орди, который с любовью поглаживал остывающий ствол пулемета, и наклонился к Корневу.

— Эй… Барон, — шепотом произнес Торг.

Капитан поднял голову, пытаясь рассмотреть лицо гиганта в полумраке.

— Чего тебе, Торг?

Гигант чуть ли не покраснел от стеснения. Огромные пальцы нервно сжались в кулаки.

— Барон, а можно… ну это… как-то получить еще один такой вот… артефакт? — Торг ткнул пальцем-сосиской в сторону «Утеса». — Железную штуку, которая делает «бам-бам-бам».

Корнев приподнял бровь, изо всех сил стараясь сохранить серьезное выражение лица.

— Зачем тебе, Торг? У вас же вроде молоты, мечи. Традиции, все дела⁈

— Традиции — это хорошо, — горячо зашептал аштари, снова бросив обиженный взгляд на своего вождя. — Но Орди — жадина! Здоровая, старая жадина!

Торг шмыгнул носом, а в его голосе прорезались такие искренние, детские нотки обиды.

— Он с самого полигона эту трубу из рук не выпускает! — пожаловался гигант. — Спал с ней в обнимку! Никому даже подержать не дал! А там ушастые… их там вон сколько бегало. А мы в темноте стояли. Обидно же, Барон!

Торг молитвенно сложил ладони на груди, едва не сломав древко своего молота.

— Дай нам еще одну, а? Ну пожалуйста! Мы же не как… вождь. Мы договорились! Парни будут четко соблюдать очередность в отряде! Чтобы по-честному!

Корнев отвернулся. Капитан впился зубами в губу, чувствуя, как грудная клетка начинает предательски трястись. Ситуация была до истерики сюрреалистичной. Древние воины, гордость гор, пережившие генетический геноцид. Суровые убийцы, ломающие черепа голыми руками… прямо сейчас вели себя как обиженные пацаны в компьютерном клубе, которым жадный старшак не дает джойстик от приставки.

С трудом подавив рвущийся наружу смех, Барон сделал глубокий вдох, возвращая на лицо маску сурового командира. Он повернулся к гиганту и ободряюще похлопал его по каменному предплечью.

— Я тебя услышал, Торг, — предельно серьезно ответил капитан. — Справедливость должна торжествовать. Орди не прав. Как вернемся на базу — лично выпишу вам еще один такой артефакт со склада. И лент побольше. Будете по очереди шмалять.

Глаза здоровяка вспыхнули ярче любого фонаря. Он расплылся в такой широкой, по-детски счастливой улыбке, что шрамы на его лице натянулись.

— Спасибо, Барон! — Торг едва удержался, чтобы не полезть обниматься. — Ты настоящий друг! Пойду парням скажу. А то они там уже жребий тянут, кто Орди в жбан зарядит с руки.

Торг радостно потопал в темноту бокового штрека, где его ждали остальные обделенные огневой мощью горцы. Корнев посмотрел в глубину задымленного тоннеля. Смех смехом, а огневую мощь аштари прочувствовали. Теперь они поняли, почему «зеленые» не боятся магов. Осталось только грамотно применить эту новую горную пехоту с тяжелым пулеметным вооружением на поверхности. Форт малоран на перевале обещал пасть очень громко…