Хруст шейных позвонков прозвучал, как треск переломленной сухой ветки. Рывок — и голова убийцы неестественно вывернулась, уткнувшись подбородком ему же в спину. Красная Ведьма брезгливо разжала пальцы.

Орбитальное кольцо снова вздрогнуло. Гул прошел по переборкам, отдаваясь вибрацией в подошвах ботинок.

Лилит шагнула к разбитому столику, стряхнула ногой осколки стекла и подхватила с пола мобильный терминал. Тонкая черная пластина послушно ожила от прикосновения пальцев. Еще вчера вечером, маясь от скуки в баре, она ради спортивного интереса хакнула местную сеть. Секретность уровня «заходи кто хочет, бери что сможешь», разумеется, для Красной Ведьмы. Учетка нового заместителя начальника службы безопасности сектора легла в электронный список как родная.

Сейчас эта маленькая шалость пришлась как нельзя кстати. Девушка авторизовалась в сети, панель мигнула, выплевывая на экран сетку камер внешнего наблюдения.

Лилит помнила ту орбитальную батарею, которой любовалась через иллюминатор по прибытии. Монументальная дура, способная перекусить пополам крейсер.

На экране батареи больше не было. Вместо нее в космическом вакууме расползался гигантский, стремительно остывающий газовый шар. Вспышка уже погасла, оставив после себя лишь облако раскаленных обломков, беззвучно разлетающихся в разные стороны.

Пальцы Лилит запорхали по сенсору. Она переключала потоки данных, прыгая по внешним контурам наблюдения. Картинка смазывалась, камеры слепли от мощнейших помех, но Ведьма знала, куда смотреть.

Стоп. Вот оно…

Камера зацепила маневр патрульного сторожевика. Капитан кораблика явно пытался вытянуть машину из-под удара, маневровые двигатели полыхали белым пламенем перегрузки. Сторожевик огрызался огнем из главного калибра, посылая в вроде как в пустоту сгустки плазмы.

Лилит вырезала кусок записи, загнала в буфер и прокрутила на замедленной скорости, попутно наложив фильтры.

— А вот это что-то новенькое… — задумчиво произнесла Лилит.

На сторожевик, сливаясь с чернотой космоса, надвигался клин. Никаких изящных обводов, никаких ходовых огней. Тупой, брутальный кусок темного металла. При этом до кучи этот кусок нечто неплохо был прикрыт от большей части сканеров, включая оптических. Лилит рассматривала натуральный космический брандер.

И это не была переделка из старого транспортника, набитого взрывчаткой. Нет, это точно был заводской образец. Цельнолитая, покатая носовая броня, прикрытая солидным щитом, о который разбивались плазменные заряды патрульного корабля.

Ничего лишнего. Ни систем жизнеобеспечения, ни ангаров. Только маршевые двигатели колоссальной мощности, слои абляционной брони и курсовая батарея пушек. Космический таран, возведенный в абсолют.

Лилит переключилась на поток с камеры. В этот момент брандер выстрелил из курсовых орудий. Залп в упор снес щиты сторожевика. А в следующую секунду темный клин просто ударил в борт патрульного корабля, разрывая его пополам за счет одной только массы и скорости. Вспышка. Еще один огненный шар.

Лилит переключилась на соседнюю камеру. В объектив попал второй такой же брандер. Он даже не пытался стрелять. Проигнорировав огонь ПКО с кольца, железная болванка на форсаже влетела прямо в жилой сегмент станции. Взрыва на камере не было — объектив просто ослеп.

Пол под ногами Лилит ушел вниз, а затем с силой ударил по подошвам. Гул превратился в металлический визг рвущихся переборок. Гравитационные компенсаторы кольца сходили с ума, пытаясь удержать станцию в нужном положении.

Большая панель на стене номера, до этого работавшая в режиме аквариума, внезапно пошла рябью. Идиллическая картинка с рыбками исчезла. Экран залило тревожным красным светом. Зазвучал зацикленный, лишенный эмоций голос системы оповещения.

«Внимание. Код Красный. Планетарная орбита атакована флотом Легиона Порядка. На внешних контурах кольца зафиксированы множественные прорывы обшивки. Подтверждено присутствие абордажных команд „Ордена“. Всему персоналу занять места согласно боевому расписанию. Гражданским лицам немедленно проследовать в зоны эвакуации. Повторяю…»

— Сектор «приз» на барабане, — тоскливо выдохнула Лилит. — И когда успели спеться эти олени⁈

Она отбросила терминал на кровать. Вся эта движуха на кольце говорила только об одном: станцию будут зачищать в ноль, без вариантов. А потом и планету.

Лилит подошла к своему объемному рюкзаку, сиротливо стоявшему в углу.

— Ну, раз пошла такая пьянка… — пробормотала она, скидывая легкую гражданскую куртку.

Остальные вещи тоже полетели на пол. Лилит осталась в одном спортивном белье. Из недр рюкзака она вытянула почти черный, матовый комбинезон. На первый взгляд — обычный кусок плотной резины. На деле — сложнейшая структура из смарт-ткани Предтеч.

Девушка влезла в комбез. Ткань тут же плотно облегла тело, подстраиваясь под анатомию, утягиваясь на бедрах и плечах. Лилит подняла правую руку и громко, с оттяжкой щелкнула пальцами.

Костюм ожил. По черной матовой поверхности стремительно побежали тонкие, пульсирующие красным светом линии. Энергетические контуры запитывали системы охлаждения и усилители мышц. Комбинезон тихо, на грани слышимости зажужжал, синхронизируясь с нанитами в ее крови. Дышать стало легче, тело налилось мощью.

Дальше — броня. Лилит достала сегментированные щитки. Защелкнула на голенях, бедрах, предплечьях. На грудь легла легкая, но абсолютно непробиваемая для стандартного огнестрела плита. Магнитные фиксаторы клацали быстро, в едином ритме. В специальные пазы на поясе со щелчками вошли миниатюрные батареи — цилиндры размером с большой палец.

Война требует правильного инструментария.

На правое бедро легла кобура. В нее скользнул импульсный пистолет. Внешне — классическая тяжелая пушка, угловатая и грубая, рассчитанная на хват в бронеперчатке. Внутри — начинка, способная одним выстрелом прожечь силовое поле тяжелого штурмовика. Оружие, сделанное на заказ у мастера, который давно умер от страрости.

На левое бедро закрепила ножны с ножом. Никакой магии, просто идеальный кусок сверхпрочного сплава с отличной заточкой.

Дальше спина. Короткий, широкий меч в плоских ножнах лег между лопаток, рукоятью вниз. Особая гордость ее арсенала. Лилит повела плечами, проверяя крепления. Слегка напрягла мышцы, подавая сигнал через нейроинтерфейс костюма.

Рукоять меча буквально потянуло вниз, прямо в подставленную ладонь. Четко, с идеальной балансировкой. Девушка удовлетворенно кивнула, разжала пальцы, и ножны тут же втянули клинок обратно, зафиксировав его на месте. Клинок был очень старый, покрытый интересным узором. Для всех вокруг эта была блажь деревенской дурочки, ведь глефа в глазах знающих специфику была на порядок смертоносней. И Лилит поддерживала этот миф. И только очень близкие знали какой кровью ей дался этот клинок. Ведь иметь сразу две единицы вооружения, созданных по схемам Предтеч… Да еще полностью синхронизированный с костюмом. Об этом можно было только мечтать. Это был козырь, о котором противники Красной ведьмы узнавали только перед смертью, унося это знание в могилу…

Оставалась голова. Лилит провела пальцами по толстому воротнику на затылке. Еще один ментальный импульс. Умная материя мгновенно поплыла вверх. Через секунду ее лицо скрылось за глухим, лишенным визора шлемом. Черный матовый купол с двумя узкими красными прорезями.

Интерфейс перед глазами вспыхнул ровным светом. Побежали строчки телеметрии. Давление в норме. Кислородная смесь — сто процентов. Магнитные подошвы активны. Если «Легион» пробьет обшивку этого сектора, костюм обеспечит ей пятнадцать минут работы в открытом космосе. Более чем достаточно, чтобы добежать по до ближайшего уцелевшего шлюза и вскрыть его.

Шлем так же стремительно стек обратно, свернувшись в воротник. Лилит тряхнула головой, поправляя рыжие волосы.

В углу комнаты, прислоненный к стене, стоял длинный плотный чехол. Внутри покоились две половины тяжелого, серо-черного древка. Никаких украшений, никаких рун. Ее основное оружие как Часового.

Лилит соединила обе половины вместе. Механизм замка щелкнул, превращая детали в монолитный шест. С обоих концов древка вырвались силовые лезвия. Лилит крутанула глефу перед собой. Оружие сотворило в воздухе светящуюся восьмерку, оставляя за собой шлейф раскаленного воздуха.

— Что ж… — Красная Ведьма посмотрела на дверь, за которой мигал аварийный красный свет. — Можно прогуляться.

* * *

— Мы тут точно все сдохнем! Сука, мы покойники! — голос молодого охранника сорвался на визг, перекрывая гул вентиляции и далекие разрывы. Парень бился в истерике, размазывая по бледному лицу грязные слезы, смешанные с чужой кровью.

Медик, матерясь сквозь стиснутые зубы, коленом прижимал раненого к рифленой палубе. В руках медика жужжал медицинский степлер, пытаясь стянуть разорванное бедро. Кровь толчками выбивалась из-под гемостатической губки, заливая пол.

— Захлопнись, — ровный голос ударил по ушам не хуже выстрела.

Капитан службы безопасности сектора шагнул к бьющемуся в панике парню. Никаких утешений или похлопываний по плечу. Ветеран, отмотавший десять лет в планетарной пехоте, просто наклонился, ухватил раненого за воротник бронежилета и рывком оторвал от палубы, приблизив его лицо к своему.

— Пасть закрой! Возьми ствол в руки, — капитан говорил тихо, но каждое слово было гвоздем, уходящий в подкорку. — Сдохнешь — когда я разрешу. А пока ты дышишь — работаешь на правом фланг.

Капитан с силой впечатал в трясущиеся руки парня укороченный штурмовой автомат. Раненый сглотнул. Истерика не ушла, но забилась куда-то вглубь, задавленная страхом перед холодными глазами командира. Парень судорожно кивнул, передернул затвор и пополз к укрытию из наваленных друг на друга грузовых контейнеров.

— Сработало, — буркнул док, вытирая окровавленные руки.

— Всегда работает, — усмехнулся капитан, разворачиваясь к экрану, врезанному в переборку.

Их группа, точнее то, что от нее осталось, шестьдесят два измотанных мужика в легкой броне, держала мертвой хваткой узел выхода из доков. Позиция была идеальной. Узкое горлышко, перекрытое наспех сваренными баррикадами из разнообразных металлоконструкций и тяжелый грузовых контейнеров. Причем все это двигалось с помощью погрузчиков. Два станковых пулемета давали хороший перекрестный огонь.

Но математика войны играла против них. На внешних мониторах картинка не радовала от слова совсем. В открытую, откровенно нагло, к стыковочным модулям пришвартовались два массивных транспортника «Ордена». Черные, угловатые туши, под завязку набитые штурмовыми группами. Это значило только одно: все батареи ПКО в их секторе кольца перестали существовать. Или диверсанты вырезали расчеты еще до начала основной фазы.

Охрана отбила уже три штурма. И каждый раз волна «Ордена» докатывалась всё ближе к баррикадам. Транспортники успели сделать две ходки, сбрасывая свежее мясо на палубу.

— Идем на рекорд, — мрачно усмехнулся про себя капитан.

Он прекрасно понимал расклад. Четвертый штурм они могут и не пережить. Потери перевалили за тридцать процентов. А самое хреновое — «Орден» притащит что-то потяжелее ручной стрелковки и плазменных излучателей на станке. Какой-нибудь минитанк или переносную ракетную установку. И тогда все их красивые, грамотно выстроенные подвижные защитные сооружения превратятся не в тыкву. Скорее превратятся в горящий, раскаленный хлам, в котором заживо испекутся защитники.

В динамике шлема затрещала связь. Голос дежурного инженера из аппаратной сектора пробивался сквозь статику:

— Эти ублюдки снова лезут в сеть! Пытаются взломать контур кольца. Локально, бьют именно по нашему узлу!

— Найдите их, мне плевать, как и где! — это уже был полковник.

— Парни уже завалили две команды у резервного узла связи, но это их только раззадорило! Лезут как тараканы!

Капитан сплюнул под ноги. «Орден» упорно что-то искал в базах данных конкретного этого сектора. Архивы транзита? Списки пассажиров? Никто из безопасников так и не понял, какого черта этим хренам сдался обычный пассажирский терминал. Но стирались в труху они за эту цель с пугающим энтузиазмом.

— Внимание, движение в зеленой зоне! — рявкнул в эфир наблюдатель. — Новая волна!

Коридор впереди ожил. Сначала полетели светошумовые. Ослепительные вспышки ударили по визорам, следом потянулись дымовые шашки, затягивая проход густой, непроглядной пеленой. И из этого дыма, не издав ни единого звука, хлынула пехота «Ордена».

Баррикада огрызнулась свинцом и плазмой. Дым разрезал лазерный луч, за пеленой что-то взорвалось на радость защитникам. Загрохотали крупнокалиберные пулеметы, разрезая дым трассерами. Капитан короткими, расчетливыми очередями всаживал пули в выныривающие из дыма силуэты.

Пока парни перемалывали штурмовиков в коридоре, капитан скосил глаза на сводку в планшете, закрепленном на предплечье. В их узком мирке всё шло относительно гладко. Первая глобальная волна «Ордена», ударившая по кольцу, полностью сточилась еще два часа назад. Вторую волну десанта они сейчас фактически прижали к докам, а кое-где, судя по докладам от смежников, сожгли в ноль.

Но вот в космосе дела шли похуже. Точнее, так казалось на первый взгляд.

Варг вывел на экран карту вокруг планеты. Сюрприз от планетарной системы обороны удался на славу. Системный флот, еще полчаса назад красиво имитировавший панику и полный развал строя, стремительно отступал к планете. «Легион», чья логика посчитала это бегством, купился. Несколько групп вымпелов противника, сломав собственный строй, устремились вперед, развивая успех. И в этот самый момент ближний космос вспыхнул огнями.

Они подставились, влетели прямо под перекрестный обстрел с поверхности планеты. А следом ударили две орбитальные крепости. Огромные монстры, которые последние полгода маскировались под безобидные перерабатывающие комплексы. Корабли «Легиона» рвало на куски самым разнообразным арсеналом.

Этот гениальный маневр позволил флотским сделать главное: без потерь провести эвакуацию гражданских и, что еще важнее, закинуть на орбиту несколько батальонов тяжелой пехоты.

— Суки штабные! — сплюнул рядом сержант, меняя раскаленный ствол на пулемете. — Армейцы ни хрена не делают! Сидят за переборками, пока мы тут кровью истекаем! Бросили нас на убой!

Капитан промолчал. Он мог бы подлить масла в огонь, но не стал. Десять лет выслуги научили его простой истине. Армейцы ждали. Фактически разменивая жизни охраны кольца на время. И, положа руку на сердце, капитан на месте командования сделал бы точно так же.

Это была циничная арифметика войны. Охрана сектора — расходный материал. Скорость, с которой «Орден» бросал пехоту на убой, говорила только об одном: они расчищают плацдарм. Сейчас безопасники наваляют тем, кто прилетел налегке, истощат их резервы. А потом в дело вступят подразделения «Легиона». И вот тогда у охраны сектора будет только один вариант. Бежать. Бежать так быстро, как только позволят ноги, прямо за спины тяжелой армейской пехоты. Потому что пукалки охраны кольца ни хрена не сделают штурмовым машинам «Легиона», которые те наверняка притащат с собой.

— Не ной, Кросс! — крикнул Варг, бросая гранату в гущу дыма. — Работаем! Держим коридор! Пока у них идет тупое мясо, мы стоим!

Взрыв глухо ударил по перепонкам. Из дыма вывалилось тело с оторванной рукой. Капитан буднично всадил ему пулю в голову, возвращая взгляд на тактический экран. И то, что он там видел, вызывало у него всё больше вопросов.

В эфире службы безопасности творился локальный бардак, но сквозь панические вопли пробивались весьма любопытные доклады. Капитан с искренним интересом слушал, как операторы с соседних уровней наперебой докладывают о найденных диверсионных группах «Ордена».

Найденных в виде аккуратно нарубленного мяса. Причем в прямом смысле.

Двенадцать групп, судя по экипировке ДРГ, ребятки непростые. И все как один порублены на куски. Кровь заливала палубы, переборки были иссечены чем-то невероятно острым и тяжелым.

Но самым странным было другое. Неизвестный исполнитель этой резни методично наносил метки на общую тактическую карту кольца. Вспыхивал маркер, операторы посылали команду в сектор — и находили очередную гору трупов.

Когда аналитики в штабе сектора пробили айдишник того, кто ставил маркеры, система сначала выдала ошибку, а затем подгрузила профиль. Выяснилось, что у начальника охраны сектора внезапно появился еще один заместитель, о существовании которого никто из личного состава, включая самого начальника охраны, никто не подозревал.

Поначалу безопасники дернулись активно искать эту загадочную личность. Неучтенный суперсолдат в твоем тылу — это всегда нервирует. Но минут через десять сверху, напрямую от армейского командования, пришел жесткий приказ: поиски свернуть немедленно.

Прямо на глазах капитана загадочный айдишник на экране планшета окрасился в ярко-голубой цвет. Высший приоритет допуска. Уровень, который давали только высшим офицерам или спецназу, подчиняющемуся напрямую армейской ставке на планете.

— Значит, кто-то из серьезных игроков решил размяться, — усмехнулся про себя капитан, сбрасывая пустой магазин. — Глядишь, такими темпами нас не занесут в списки без вести пропавших.

Позитивные мысли не успели оформиться в надежду. В наушнике истошно заорал голос бойца из передового дозора, сидевшего в вентиляционной шахте над самым доком:

— Кэп! Сейчас начнется размягчение стула!

Капитан мгновенно переключил планшет на канал передовой камеры. То, что он увидел, заставило волосы на затылке встать дыбом.

Из черноты космоса, проигнорировав летающие вокруг обломки, прямо к доку приближался исполинский клин. Серьезных размеров десантный бот «Легиона». Бот даже не стал тратить время на ювелирную швартовку. Он с жутким скрежетом, сминая стыковочные рукава кольца, впечатался в шлюз, намертво фиксируясь магнитными захватами. И пока металл еще стонал от удара, створки бота начали расходиться.

«Орден» словно ждал этого момента. Выжившие стрелки, до этого прятавшиеся по щелям, поперли вперед с удвоенной яростью. Они уже не пытались стрелять прицельно. Они просто бежали на пулеметы охраны, забрасывая баррикады телами, лишь бы не дать капитану и его людям перегруппироваться.

Капитан вдавил кнопку связи с армейским штабом.

— «Центр-два», я «Рубеж-четыре»! У нас прорыв тяжелой техники в доке! Запрашиваю огневую поддержку армейцев!

Ответ штабного был убийственным:

— «Рубеж-четыре», в поддержке отказано. На кольцо высажен десант противника в тридцати точках. Диверсанты «Ордена» бьют по нашим тылам. Ближайшие армейские части завязли по уши. Буквально в пятистах метрах от вашей позиции высадился «Бегемот» и усиленное сопровождение. Держитесь своими силами. Конец связи.

Эфир щелкнул и стих. Капитан медленно опустил руку.

Тяжелый штурмовой мех «Бегемот». Броня, которую не пробить из ручного гранатомета, плазменные резаки, способные испарить их баррикаду за пару секунд, и рой автономных дронов поддержки. Хорошо, если от целого батальона армейцев, что принял бой в полукилометре от них, останется хоть что-то.

Капитан повернул голову. Сержант, стоявший рядом, вопросительно приподнял бровь, не переставая поливать коридор из пулемета.

— Мы в жопе, — просто ответил капитан на немой вопрос старого ветерана.

Сержант перестал стрелять. Опустил ствол, вытерев пот со лба тыльной стороной ладони. На его лице медленно расплылась кривая усмешка.

— Ну, тогда не хрен миндальничать, — прохрипел сержант. — Мои парни притаранили конфискат. Думали загнать налево после смены, но раз такая пьянка…

Капитан резко подобрался. Охрана кольца всегда имела свои маленькие тайны, и сейчас эти тайны могли спасти им жизни.

— Раздай тем, кто с армейским опытом.

Сержант кивнул, махнув рукой двум бойцам. Те мгновенно рванули к металлическим ящикам, спрятанным за укрытием. Крышки отлетели в стороны. Внутри, в заводской смазке, тускло поблескивали незаконно ввезенные на станцию игрушки.

— А есть что потяжелее? — капитан с надеждой посмотрел на арсенал. Этого хватит минут на пять боя с «Легионом».

— А то! — глаза Кросса оживились, как у ребенка в кондитерской. — Триста килограмм взрывчатки! Коммерческая партия, изъяли у контрабандистов в прошлом месяце.

Капитан изменился в лице. Он шагнул к сержанту, схватив того за лямки разгрузки.

— Ты охренел, старый⁈ Триста килограмм⁈ На кольце⁈ Да нас тут всех размажет тонким слоем по орбите! Ты пробоину хочешь сделать лишнюю⁈

— Всё под контролем, кэп, — Кросс невозмутимо похлопал капитана по руке, успокаивая. — Я уже всё решил.

— И что ты там решил? — с лютым подозрением уточнил капитан.

— Так это… всё заминировано уже, — сержант небрежно кивнул в сторону широких коридоров, ведущих прямо к докам. — Мы пока тут сидели, парни раскидали заряды под плиты. Направленный взрыв. Вся масса пойдет в сторону шлюза.

Капитан сглотнул. План был безумным, но в их положении — единственно верным.

— А разгерметизация? Нас же высосет на хрен!

— Парни стоят возле ручных приводов аварийных гермозатворов, — сержант ткнул пальцем назад, где у массивных стальных дверей уже дежурили четверо дюжих охранников с монтировками, вставленными в пазы ручных вентилей. — Если автоматику выбьет ЭМИ-импульсом легионеров, мы уроним плиты вручную.

Капитан посмотрел на коридор. Из дыма проступили угловатые силуэты штурмовых дронов «Легиона». Они двигались лязгающим шагом, сканируя баррикаду.

— Сворачиваемся! — выдал в эфир капитан. — Всем назад! За гермозатвор! Бегом, мать вашу!

Охрана не заставила себя просить дважды. Подхватив тяжелые станины и под руки раненых, отряд ломанулся назад.

— Кэп, пора! — крикнул сержант, ныряя за толстую стальную плиту гермозатвора.

Электроника логично не сработала, поэтому бойцы налегли на монтировки. Сверху, с оглушительным грохотом, сорвалась многотонная стальная плита. Затвор с грохотом врезался в пазы, намертво отсекая их от коридора. Клацнули механические запоры.

— Давай, старый! Жми! — капитан вжался спиной в переборку, открывая рот, чтобы не лопнули барабанные перепонки.

Сержант с безумной ухмылкой ударил кулаком по красному тумблеру на самодельном детонаторе. Секунда тишины…

Триста килограммов взрывчатки, заложенные в замкнутом пространстве коридора, сдетонировали почти одновременно. Палуба ушла из-под ног. Свет мигнул и погас окончательно, уступив место тусклому, кроваво-красному аварийному освещению.

— Живые есть? — хрипло спросил капитан, пытаясь сфокусировать зрение.

В полутьме зашевелились тени. Кто-то застонал, кто-то многоэтажно выругался. Сержант, присыпанный кусками изоляции, сел на задницу и отряхнул голову.

— Я же говорил… всё под контролем, кэп, — просипел ветеран, размазывая кровь по щеке.

Капитан усмехнулся, поднимаясь на ноги и подбирая с пола автомат. Коридор по ту сторону двери, вместе со штурмовиками «Легиона» и остатками «Ордена», превратился в могилу, размазанную по обшивке станции.

— Живем, парни, — капитан проверил затвор. — А теперь быстро, пока к нам не постучали с другой стороны. Уходим за спины армейцам. Пусть сами со своим «Бегемотом» разбираются. Мы свою работу сделали.