Орди сидел на специально сколоченной для него массивной скамье, напоминающей небольшую баррикаду. Трехметровый горный воин, затянутый в тяжелую кожу, смотрелся на площади Нового Арзамаса монолитно, как скала. Только эта скала сейчас откровенно вибрировала от нервного напряжения.

Двумя узловатыми пальцами гигант держал обычную литровую эмалированную кружку. В его лапище она смотрелась наперстком. Чай давно остыл. Орди смотрел прямо перед собой, не моргая. Туда, где возвышалась каменная арка малых Врат.

Здоровяка и его сопровождение притащили сюда на Ми-26 пару часов назад. Специально, чтобы не гнать пешком через перевалы. Корнев стоял чуть поодаль, привалившись плечом к броне Тайфуна. Капитан курил, методично превращая сигарету в пепел, и краем глаза контролировал окружение. Леший со своими обормотами дежурил у ратуши, отсекая любопытных хвостатых аборигенов. Дела аштари местных касаться не должны. По крайней мере пока что…

Свет внутри арки дрогнул. Кружка в пальцах Орди жалобно скрипнула. Эмаль брызнула мелкими осколками на брусчатку, металл смялся, как фольга. Гигант даже не заметил, как вылил остатки заварки себе на бедро. Он рывком поднялся на ноги, тяжело дыша.

Из портального марева первыми вынырнули трое бойцов охраны в пикселе. Коротко мазнули взглядами по сторонам, фиксируя пустую зону приемки, и шагнули в сторону, освобождая проход. Следом показался аштари-сопровождающий из тех, кто ушел за ленточку с первой партией больных. А вот за его широкой спиной…

Она была миниатюрной. Ну, по меркам горцев, разумеется. Метра два с половиной роста, тонкая в таллии, закутанная в плотный шерстяной плащ.

Корнев помнил ее по отчетам медиков до отправки. Потухший, пустой взгляд. Заторможенная моторика. Женщина тогда передвигалась, как сломанная кукла, реагируя только на голос вождя. Типичная картина одной из последних стадий той самой «деградации», что косила горный народ.

Девушка переступила границу Врат и замерла. Яркое солнце заставило ее зажмуриться. Она несколько раз часто-часто поморгала, привыкая к свету. А затем ее взгляд сфокусировался, став осмысленным и острым.

Она увидела замершего в десяти шагах гиганта. Губы дрогнули, растягиваясь в робкой, но абсолютно живой улыбке.

— Орди… — тихо произнесла она на наречии аштари.

Вождь горцев сорвался с места, в два прыжка преодолев разделяющее их расстояние. Он рухнул перед ней на колени, со звоном впечатав колени в брусчатку. Огромные ручищи бережно, словно хрустальную, сгребли девушку в охапку, утыкаясь лицом в ее живот. Она зарылась пальцами в его жесткие волосы, что-то шепча.

Пока вождь пытался справиться с прорвавшей плотину эмоцией, арка продолжала выплевывать людей и аштари. Вскоре на этой стороне были все остальные аштари из контрольной группы. Выглядели помятыми, но живыми. И главное — в их глазах тоже блестел разум. Следом, бряцая ящиками с оборудованием, вывалился десяток военных медиков в полевой форме. Старший — полковник медицинской службы Савин, седой как лунь мужик с вечно уставшими глазами — стянул кепку и вытер лоб рукавом.

Корнев отлепился от броневика, бросив окурок в урну.

— С прибытием, эскулапы. Жить будут?

Савин мрачно посмотрел на капитана.

— Будут, Барон. Только вот радости у меня от этого… как от гвоздя в сапоге. Пошли в штаб. Разговор есть. И зови этого, — медик кивнул на обнимающихся аштари. — Переводить будешь. Без твоих лингвистических примочек мы тут до утра на пальцах объясняться станем.

Гостевой дом, который хвостатые мастера перекроили под габариты горцев, вкусно пах свежеструганным. Мебель тут сбили из цельных бревен. Орди сидел на табурете, больше похожем на плаху. Спина прямая, лицо каменное. Его женщина, Рикка, осталась в соседней комнате под присмотром врачей.

Алексей расположился напротив, за широким столом, заваленным распечатками кардиограмм, ДНК-цепочек и результатами МРТ, которые здесь смотрелись как инопланетные артефакты. Полковник Савин глотал минералку из пластиковой бутылки.

— Давай тезисно, полковник, — Корнев постучал пальцем по столу. — Для тех, кто в танке и без медицинского образования.

— Если для пехоты, то слушай, — Савин со стуком поставил бутылку. — Двоих тяжелых мы оставили в Новосибирске. Там стадия такая, что мама плачет тихо в сторонке. Но даже по ним есть сдвиг. Что касается остальных… Поставим на ноги почти всех.

Орди, внимательно слушавший чужую речь, перевел взгляд на капитана. Корнев быстро, рублеными фразами перевел. Гигант шумно выдохнул, его плечи едва заметно опустились.

— Вакцина работает, — продолжил Савин. — Мы вытянули экстракт из тех красных фруктов, что вы прислали. Синтезировали и усилили. Как итог: чистый сок давал прояснение мозгов на сутки-двое, и то, если повезет. Наша «живая водица» позабористее будет, работает уверенно две недели. Полное восстановление когнитивных функций. Моторика, память, логика, все как положено.

Корнев снова перевел. Орди коротко кивнул.

— Это хорошие вести, Алексей. Мой народ щедро оплатит…

— Погоди с оплатой, вождь, — капитан поднял ладонь, обрывая горца. Повернулся к медику. — Я же чую, док, у тебя там за пазухой граната без чеки припрятана. Давай, бросай.

Полковник криво усмехнулся. Достал из папки снимок, бросил на середину стола. На листе красовалась цветная спираль ДНК с выделенными красным маркером узлами.

— Бросаю. Две недели, Леш. А потом — откат. Снова укол. И так по кругу. Это не панацея, это костыль. Мы купили им время, но мы не вылечили болезнь.

— Почему? Инфекция мутирует?

— Да если бы! — Савин в сердцах хлопнул ладонью по столу. — Если бы это была эволюция! Знаешь, Леш, природа — баба суровая, но она часто ошибается. Мутации кривые, случайные. А тут…

Медик ткнул пальцем в красные маркеры на снимке.

— Ювелирная работа, считай хирургическая точность. Это не вирус, который случайно перекинулся с местной летучей мыши на гигантов. Это искусственная закладка на генном уровне. Блокиратор нейронных связей, который передается по наследству.

Корнев замер. В голове стремительно закрутились шестеренки, анализируя вводную.

— Биологическое оружие, — констатировал капитан.

— Точно так, — кивнул Савин. — Причем рассчитанное на игру в очень долгую. Противник, кто бы он ни был, понял, что не может вырезать аштари на поле боя. Или не захотел нести потери. И он просто отравил их генофонд. Запустил процесс медленного угасания. Сто лет, двести… и они бы просто вымерли, пуская слюни в своих горах. А эти красные фрукты — случайность. Природный антидот, который временно снимает симптомы, но не лечит причину.

Капитан медленно перевел взгляд на вождя горцев. Нужно было объяснить трехметровому средневековому рыцарю, размахивающему стальным дрыном, концепцию генетического программирования и отложенного геноцида.

— Орди, — медленно произнес капитан, подбирая слова. — То, что убивает твой народ… это не проклятие каких-то там злых духов. Это яд. Невидимый яд, который подмешали в кровь ваших предков. И он передается от отцов к детям. Кто-то сделал это специально. Медленная смерть.

Аштари нахмурился. Он прекрасно понимал концепцию отравления колодцев, но масштаб…

— Ты хочешь сказать, Барон, — низким басом прогудел горец, — что враг ударил нас не в спину, а прямо в семя?

— Именно так.

— И кто?

Корнев откинулся на спинку кресла.

— А вот это, Орди, я хотел спросить у тебя. Давай включим логику. Лесные кошаки? Хрен там плавал. При всем моем уважении к интригам Ил’ды, у них нет ни знаний, ни лабораторий. Магией генетику не перепишешь, тут нужны сотни профильных ученых и технологии, опережающие ваши на сотни лет. Новый Рим? Та же песня. Они мечами машут и ледяными стрелами пуляют. У них водопровод и канализация — венец инженерной мысли.

Капитан подался вперед, сцепив пальцы в замок.

— Кому вы наваляли, вождь? Кому аштари перешли дорогу так сильно, что враг умылся кровью, отступил и решил стереть вас с лица этого мира вот таким подлым, но весьма технологичным способом? Вспоминай. В ближайшие пару сотен лет.

Орди тяжело вздохнул. Деревянный табурет под ним скрипнул. Гигант опустил огромные ладони на колени, глядя прямо в глаза Алексею.

— Не двести лет, Барон, — медленно, словно вытаскивая слова из глубокого колодца памяти, произнес аштари. — Почти четыреста.

За окном гостевого дома потемнело. Местные две луны начали заливать площадь Нового Арзамаса холодным, мертвенным светом. Полковник Савин, поняв, что дальше начинается чистая политика и разведка, тихо собрал свои бумаги в папку и вышел из комнаты, оставив капитана один на один с вождем горцев.

Орди сидел неподвижно. Его взгляд был устремлен куда-то сквозь бревенчатую стену, вглубь веков, о которых Корнев мог только догадываться.

— Четыреста лет назад, — повторил капитан, доставая из разгрузки пачку сигарет. Вытянул одну, прикурил от дешевой зажигалки. Едкий табачный дым поплыл под потолок. — И что тогда случилось?

— Тогда нас было на несколько порядков больше, — произнес здоровяк. — Наши владения не заканчивались предгорьями. Мы контролировали долины, реки. И на нашей территории стояли Врата. Арка, втрое больше той, что стоит сейчас на вашей площади.

Аштари сделал паузу, словно взвешивая слова.

— Только вот зажечь ее среди нас никто не мог. Мы не маги, Алексей. Мы воины. Арка стояла мертвым камнем многими поколениями. Зато ее смогли зажечь те, кто жил на другой стороне.

Корнев стряхнул пепел в фигурную пепельницу, подарок местных. Внутри него начал медленно, но верно раскручиваться маховик паранойи. Если кто-то открыл Врата снаружи, значит, там был свой Навигатор.

— И кто же пришел в гости? — ровным тоном поинтересовался капитан.

Орди поднял взгляд. Его глаза встретились с холодным взглядом Корнева.

— Люди, — просто ответил гигант.

Пальцы Алексея, держащие сигарету, замерли. Внешне он даже не дернулся. Лицо осталось нейтральным, ни один мускул не дрогнул. Но внутри словно кусок льда проглотил.

— А подробнее? — коротко спросил Барон.

— Когда я вернулся домой после нашего первого разговора, я спустился в нижние архивы. Почитал старые летописи, — Орди чуть подался вперед. — Описания сохранились четкие. Враг, шагнувший из портала, выглядел точно так же, как вы. Рост, пропорции, черты лица. Они были похожи на вас, «зеленых».

— Сука, еще этого не хватало, — тоскливо подумал Корнев. Цивилизация людей, пробившаяся через порталы четыреста лет назад? Параллельный вид? В любом случае, расклад выходил хреновей некуда. Если у этих неизвестных «людей» хватило мозгов создать биологическое оружие, то их уровень развития ставил под угрозу всё присутствие Федерации на этой планете. Безопасный лазурный берег стремительно превращался в еще одно масштабное поле боя.

— То есть, обычные люди, — капитан затянулся, скрывая за дымом лихорадочный анализ. — И они вас так потрепали?

— Не обладали магией сами, — покачал головой Орди. — По крайней мере, основная масса их солдат. Но они были не одни. Среди них шли другие существа. Высокие, закутанные в металл и ткани. Вот они как раз могли создавать серьезные плетения. Это был мощный тандем двух рас. Те, кто похож на вас, управляли машинами. Машинами, Алексей, которые парили над землей без крыльев или могли полноценно летать, изрыгая пламя. А их союзники прикрывали их магическими щитами.

Боевые флаеры? Корнев мысленно выругался. Смесь высоких технологий и боевой магии высшего порядка. Против такой армии его мотострелки с Калашниковыми и БМП-3 могут просто не вытянуть.

— Они пришли с единственной целью, — продолжил вождь аштари. — Завоевание. Полная зачистка территории для своих нужд. Пленных не брали. Переговоров не вели. Просто уничтожали всё живое на своем пути.

— Звучит как приговор, — сухо заметил Корнев. — Но вы же выжили.

На лице Орди проступила гордая усмешка. В этот момент он перестал казаться уставшим предводителем вымирающего племени и превратился в того, кем был по крови — альфа-хищником этого региона планеты.

— В то время аштари были фактически на пике своей силы. Мы не прятались по ущельям от кошаков и римлян. Поэтому мы смогли оказать гостям достойный прием.

Горец сжал кулаки, так что хрустнули толстые суставы.

— Мы были физически сильнее любой их пехоты. Один наш воин с мечом или молотом в руках ломал строй закованных в броню солдат, как сухие ветки. Мы воевали на своей земле, опирались на многоуровневую сеть горных укреплений. Их летающие машины разбивались о скалы, попав в наши засады. И главное… в тех поколениях у нас были свои одаренные. Несколько магов на уровне магистров и даже один архимаг земли.

Корнев молча слушал, представляя эту бойню. Гиганты, втаптывающие в грязь высокотехнологичную пехоту, и архимаг, обрушивающий на танки огромные лавины.

— Война была короткой, но жесточайшей, — Орди мрачно посмотрел на свои руки. — Горы захлебнулись в крови. И нашей, и пришлых. Однако нам хватило сил и средств сломать им хребет. Мы оттеснили противника обратно к Вратам. Погнали к арке, как стадо побитых шакалов. И вот тогда…

Аштари замолчал, его челюсти сжались.

— Тогда их маги, поняв, что удержать плацдарм не выйдет, залили всё огнем вокруг арки. Пламя было белым, оно плавило камень в стекло. Наш архимаг пожертвовал собой, чтобы закрыть проход и сбить их плетение. С тех пор арка мертва. Но мы постоянно, век за веком, держим там дозор. На случай, если они решат вернуться.

Капитан затушил окурок, картинка сложилась. Неизвестные визитеры обломали зубы о тяжелую пехоту аштари, понесли неприемлемые потери и отвалили на свою сторону. Но обиду затаили. И перед уходом, или в процессе боев, распылили какую-то дрянь, которая должна была решить проблему горцев дистанционно. Без прямого контакта.

Корнев посмотрел на гиганта с легким, почти искренним недоумением.

— Орди, я логику не улавливаю, — Алексей развел руками. — Тебе предки в летописях прямым текстом написали: пришли люди, похожие на нас, на летающих машинах, устроили геноцид. И после всего этого… ты ведешь дела со мной? С таким же человеком? Не боишься, что мы — это они, просто с другого входа?

Орди усмехнулся.

— Вы, люди, все разные, Алексей. Я это понял быстро, — пожал плечами гигант. — Те, кто пришел через арку четыреста лет назад — это одно. Новый Рим, что марширует с щитами и копьями — это другое. Теперь вы, «зеленые». Вы похожи внешне, но суть у вас разная. Цели у всех разные, как и средства их достижения.

Вождь подался вперед.

— Я видел, как вы воюете, Барон. Я видел, как твои пушки стирают малоран. Вы могли бы прийти к нам и поставить на колени. У вас есть сила. Но вы готовы к переговорам. В тебе лично, Алексей, нет желания встать выше всех только из-за твоих возможностей Ключника. Ты не требуешь поклонения, как эта старая карга Ил’да. Ты торгуешься. Жестко, но честно.

Орди тяжело поднялся со своего табурета. Трехметровая фигура заполнила собой половину комнаты. Гигант приложил огромный кулак к левой стороне груди, там, где билось сердце, и коротко, с достоинством поклонился.

— Это достойно уважения. И именно поэтому мы рискнули пойти на более плотный контакт с вами. Доверить вам жизни наших женщин. И, как я вижу по глазам Рикки, мы не прогадали.

Алексей тоже встал с кресла. Он не стал рассыпаться в вежливых реверансах — не тот случай. Капитан просто протянул руку ладонью вверх.

Аштари аккуратно, стараясь не сломать землянину пальцы, пожал ее своей мозолистой лапищей. Хватка была твердой.

— Я понимаю, что мой вопрос покажется нетерпеливым, — Орди слегка смутился, что при его габаритах выглядело даже забавно. Он отпустил руку Корнева. — Но все же, Алексей… какие прогнозы у ваших ученых? Как долго продлится поиск настоящего лекарства от этого яда?

Корнев не стал юлить. Горькая правда лучше сладкой лжи, особенно с союзниками, которые прикрывают твой фланг в горах.

— Я переадресовал этот вопрос Савину, пока мы шли сюда, — честно ответил капитан, глядя снизу вверх на вождя. — Глубокие исследования займут по времени минимум пару лет. Это в лучшем случае. Нужно расшифровать геном, понять принцип блокировки, протестировать антивирус. Земная наука шагнула далеко, но мы не боги, Орди. Быстро не будет.

Аштари задумчиво потер подбородок. В его глазах мелькнула тень грусти, но она быстро сменилась стальной решимостью.

— Два года… — медленно протянул горец. А затем кивнул, словно отвечая своим собственным мыслям. — Но с вашим лекарством у нас появится это время. Мои воины перестанут забывать, как держать меч. Наши женщины вспомнят, как улыбаться. Мы доживем!

Орди выпрямился. Его голос вновь обрел твердость вождя, готового заключать сделки на крови и золоте.

— Что ж, Барон. Раз время у нас есть, мне пора узнать главное. Чего это будет стоить мне? И всем остальным аштари? Я прекрасно понимаю, что твоя Федерация не занимается благотворительностью.

Алексей усмехнулся. Вот теперь разговор перешел в ту плоскость, где капитан с некоторых пор чувствовал себя как рыба в воде.