Наоми поняла, что что-то не так, еще когда Пэйдж не ответила в первый раз. Она всегда отвечала. Да и опаздывать после того, как их с Адамом поймали, точно не решилась бы – все еще сгорала от стыда.

Нужно было позвонить Рену раньше. Она же забеспокоилась. Почему промолчала?

«Когда не надо, так ты в любую жопу пролезешь, – ругала Наоми себя, – а когда надо – зачем-то строишь из себя приличную».

Обычно Наоми было не заткнуть. Поссориться? Она всегда за. Отпустить едкий комментарий? Запросто. Но как только дело касалось чего-то серьезного, страх позволял делать лишь две вещи – бежать или замирать. Как будто что-то невидимое хватало ее за горло и ставило перед выбором: хочешь жить сама – дыши, хочешь спасти других – трать воздух на слова.

Конечно, она хотела жить. Тело всегда делало этот выбор за нее, как бы сильно ни трепетало сердце.

Пэйдж не откликалась, когда ее звали, но позволила умыть и раздеть себя, а затем даже сама улеглась спать. Наоми надеялась, что им удастся поговорить утром. Устроившись на кровати, она попыталась придумать, как завести разговор, но быстро провалилась в сон – усталость силой опустила ее веки.

Впрочем, спустя девять часов ничего не изменилось. Когда Наоми встала, Пэйдж уже умылась и будто принялась чего-то ждать – просто сидела на кровати, положив ладони на колени, и смотрела в стену. На слова не реагировала, как бы Наоми ни пыталась достучаться. Не вздрагивала, когда Наоми к ней прикасалась. Единственное, что выбивалось из ее роботоподобного поведения, – моргание, но и то было лишь рефлексом; из открытого окна изредка дул теплый ветер.

Первым гостем в комнате 319 стал доктор Хьюз. В половине десятого он отвел Пэйдж на какие-то тесты, а через полтора часа вернул, но уже растерянный и взволнованный. Объяснять ничего не стал. Сказал только:

– Присмотри за ней. Я вернусь позже.

Поначалу Наоми была недовольна, но вскоре поняла, что их ситуация – тот редкий случай, когда правде предпочитаешь неопределенность. Если с Пэйдж сделали что-то ужасное и были опасения, что последствия необратимы, пожалуй, Наоми не хотела бы узнать об этом так скоро.

– Что, если полиция… – Наоми запнулась. Рен, пришедший почти сразу после того, как ушел Хьюз, уже полчаса держал ее за руку и тихонько поглаживал ее большим пальцем. – Что, если с ней делали то же самое, что и с нами?

– Ты же переодевала ее.

– Синяков нет, – подтвердила Наоми.

– Значит, делали что-то другое.

Наоми высвободилась из объятий и подошла к сидящей за столом Пэйдж. Та бесцельно водила ручкой по листу бумаги. В местах, где стержень побывал слишком много раз, начали образовываться дыры. Наоми выглянула из-за ее плеча.

– На руках, здесь, – она коснулась места на сгибе своего локтя, в котором прощупывались вены, – следы от уколов.

– Их могли сделать во время тестов.

– Ты не помогаешь.

– Я перебираю варианты, – исправил он. – Чтобы мы не приняли самый легкий за действительность.

Наоми скорчила рожицу, передразнивая Рена, и тот вымученно улыбнулся. Наоми тоже заметила, что ее губы отказывались выполнять столь простую и, казалось бы, привычную задачу.

Следующим в их комнату зашел Адам. Сначала неловко переминался на входе и трижды стучал, пока Наоми не пригласила войти, а потом не знал, как подступиться к Пэйдж, – его голос она тоже не узнавала.

– Надеялась, ты в ней что-то… пробудишь.

– Я тоже, – тихо признался Адам.

Он положил ладонь на ее плечо, но Пэйдж продолжила как ни в чем не бывало водить ручкой по бумаге, и вскоре Адам сделал два шага назад. Потерев глаза, он шумно выдохнул.

– Ты был с ней вчера вечером? – Рен сказал это быстро, словно последние несколько минут едва удерживал язык за зубами. – Проводил ее до общежития?

– До самых дверей, – тут же ответил Адам. – Клянусь, мы попрощались прямо на крыльце.

– Дежурный говорит, что она не отмечалась в журнале.

Ларс вырос из ниоткуда – может, зашел уже давно, просто за массивной фигурой Адама Наоми не сразу его заметила. Лучезарное лицо помрачнело, между бровями залег залом. Если бы метаморфам полагалась суперспособность, сейчас Ларс точно метнул бы в Адама молнию – одним взглядом.

– Если ты довел ее до дверей, – продолжил он строго, – то почему не проследил, что она вошла внутрь?

– Она же не маленькая!

– И ВОТ К ЧЕМУ ЭТО ПРИВЕЛО!

Ларс сорвался на хрип, щеки его покраснели. Наоми оглянулась на Рена, и тот схватил ее за руку, притягивая к себе и усаживая рядом, будто боялся, что их колкие слова ее поранят. Казалось, Ларс был готов влезть в драку, но победить Адама у него вряд ли вышло бы – тот был крупнее и чаще бывал на ринге, – а потому только приблизился. Даже то, что ему пришлось чуть задрать голову, чтобы посмотреть Адаму в глаза, не заставило его охладить пыл.

– Она верила, что ты защитишь ее, – цедил Ларс, – верила, что ты любишь ее.

– Какого черта? – Адам отпрянул. – Я что, на сеансе психотерапии?

– Ты совсем не чувствуешь себя виноватым?

– Чувствую, но что я мог сделать? Проводить до комнаты?

– Почему нет?

– Потому что меня не пустили бы. – Адам скривился, как будто его возмущала сама мысль о необходимости объяснять столь очевидные вещи. – И потому что это не гарантия безопасности. Альберт спал в своей постели. Его это спасло?

Ларс сделал вид, что пропустил аргументы мимо ушей.

– За вами кто-нибудь наблюдал?

– Откуда мне знать?!

– Научись смотреть по сторонам! – Ларс замахнулся, но тут же спрятал руку за спину и сжал пальцы в кулак. – Ты же не знаешь, от кого ждать подвоха!

– Может, от тебя?

Заметив, как раздулись ноздри Ларса и напряглось его тело, Наоми вскочила, чтобы встать между ними, но уже в следующую секунду все в комнате замерли. Тихие звуки, похожие на всхлипы, доносились со стороны Пэйдж. Пришлось проверить – все-таки сидела она по-прежнему неподвижно, – но по ее щекам действительно катились слезы.

– Вы ее напугали, – укорила Наоми.

Ларс что-то промычал, но отступил и вскоре оказался возле Пэйдж, чтобы закрыть ее уши руками.

– Зачем ты…

– Расскажи, что у тебя с Лайлой Стрейт.

Адам часто заморгал, нахмурился и чуть подался вперед, словно был не уверен, правильно ли все расслышал. Ларс продолжил:

– Мы уже год вместе играем, и я ни разу не видел, чтобы ты общался с той компанией. Их круг закрыт. Туда могут пригласить, но распыляться на тех, кто вне, не будут – внутри и так сложно бороться за влияние.

– И они странно себя ведут, после того как на Лайлу напали, – беззастенчиво влезла Наоми. Она несколько секунд подождала реакции Ларса, но он, похоже, был не против. – Никто из них не навестил ее, а ты – да.

– Вы тоже там были, – напомнил Адам.

– Но мы везде суем свой нос, а ты – нет.

Адам сделал несколько шагов в сторону, чтобы усесться на кровать Пэйдж, и спрятал лицо в руках.

– Я понимаю, что это важно, но… это не только мой секрет.

– Лайла пережила покушение, а что пережила Пэйдж, мы даже не знаем, – с нажимом произнес Рен. – Думаешь, прослыть треплом – худшее, что может произойти?

– И мы никому не скажем, – добавила Наоми, пытаясь снизить градус беседы. – Если не понадобится.

– Чего они боятся?

– Наказания, – выдохнул Адам.

Наоми взглянула на Рена. Он сидел, переплетя пальцы так сильно, что те побелели, и нетерпеливо отбивал ногой по полу рваный ритм. Ларс, быть может, уже изодрал бы руки от волнения, но его ладони по-прежнему заботливо лежали на ушах Пэйдж.

– Когда-то я был в той компании. Пришел туда с парнями постарше из моей команды. Поначалу все шло здорово, но…

Адам поднял голову и поджал губы. Он смотрел на присутствующих, будто пытался понять, можно ли доверить им свою тайну. Но отступать было некуда – его девушка пострадала, и любая информация могла быть полезна. Если он желал сохранить секрет ценой жизней других, это было его право. Но все же Адам решил им не пользоваться.

– Мне не нравилось, как они обращаются с теми, кто слабее, – продолжил Адам уже быстрее, словно стараясь не растерять решимость. – Постоянные подколы, глупые шутки… и не только. Одной девчонке особенно не повезло. Если они не получали отпора, им быстро становилось скучно, но она сопротивлялась. Отбивалась, пыталась донести руководству. Даже, говорят, приходила к миссис Ротфор, но та ничего не сделала.

Рен чуть закашлялся при упоминании бывшего директора и сменил позу, как будто ему стало неловко.

– Я пытался говорить с ними, но все было бесполезно. Они издевались над ней, и их это веселило. Я думал, Хьюз или другие преподаватели заметят это, но они только ругали ее за плохие оценки, давая этим отморозкам все новые поводы для подколов. Бедняжка чуть с ума не сошла.

– Она… потеряла контроль над формой? – уточнила Наоми.

– В том числе. Стала странно себя вести. Я высказал им все, пригрозил, что на следующий день сам пойду к директору и донесу на них, а утром… услышал, что девчонку увезли.

– Ликви… дировали? – Ларс гулко сглотнул.

Адам измученно застонал и потер лицо руками. Наоми заметила, что он пытался спрятаться за ними, особенно теперь, когда открылся тем, перед кем никогда не планировал откровенничать, но ритмичный стук ботинка Рена о пол будто вытаскивал его из скорлупы.

– Ты не успел.

– Они чуть сами не отъехали, когда узнали, – горько усмехнулся Адам. – Я не стал нагнетать. Не то чтобы они стали примерными ребятами, но за тем, что они творили тогда, больше замечены не были, так что я… просто сделал вид, что забыл.

– Теперь я еще больше не понимаю, почему ты общаешься с Лайлой, – произнес Ларс.

– Мы и не общаемся. Но я не смог не навестить ее, когда на нее напали. Мне показалось это странным. Нет, конечно, она не оставалась тогда в стороне, но и активно участия не принимала. Просто… не препятствовала.

– А кто принимал?

– Альберт. И Скотт. Улавливаете закономерность?

Наоми коснулась плеча Ларса, и тот опустил затекшие руки. Пэйдж продолжала сидеть, совершенно не заинтересованная в происходящем вокруг, – возможно, закрывать ей уши не имело смысла. Если она не понимала их слов, ее могли напугать громкие голоса – только и всего.

В груди Наоми заныло. Ей было сложно представить, что чувствовали Рен и Ларс, видя Пэйдж в таком состоянии. Те, кто знал ее не несколько месяцев, как Наоми, а долгие годы. Кто вместе с ней взрослел, учился владеть собой и противостоять задирам вроде Скотта. Эта боль наверняка была невыносимой, и от желания набить Адаму морду – даже если он ни в чем не виноват, – они сдерживались только благодаря нахождению в женском общежитии.

«Надо посоветовать Рену переночевать у Ларса», – подумала она.

– Но при чем тут Пэйдж? – вздохнул Рен, начав ходить кругами по комнате. – Не вижу логики.

– Она общалась с той девочкой.

– Что? – в один голос произнесли трое.

– Может, убийца считает, что раз она промолчала тогда…

– Он заставит ее молчать и теперь, – закончила Наоми.