В тот же день страже был дан строжайший приказ наглухо запереть все ворота замка и никому не покидать каменных стен без ведома князя или Глада. А главное – оберегать княжича Кудеяра, не жалея живота своего. За ослушание грозило строжайшее наказание.

Глад удвоил стражу и лично следил за тем, чтобы все распоряжения выполнялись точно. Однако, как ни старались родители уберечь свое чадо, а с того дня захворал Кудеяр неведомой хворью. Лежит в беспамятстве, едва дышит и глаз не открывает. А что делать? Чем помочь?

Спрашивала Зимава у колдовской книги – та молчит. Может, не знает ответа, а может, Змей запретил. Кто знает?

Мечется княгиня по своим покоям, места не находит. На мамок да нянек кричит, ругается, что не углядели, не уберегли княжича. Только разве криками да слезами горю поможешь? Не иначе Змей над ними потешается. Зовет князь Арон лекарей, а те только руками разводят. Ничем помочь не могут.

Мрачен стал Арон, кроме Глада, никого видеть не желает.

– Что делать, Глад? Помоги, посоветуй.

– Знаешь, князь, как люб мне княжич. Жизни за него не пожалею, если понадобится. Да только тут ворог особый, на него с мечом не кинешься. Здесь особое умение нужно. Колдовское…

– Колдовское, говоришь? – задумался князь. – А помнишь ту ведьму, что когда-то в лесу жила? Как же ее зовут?

– Ягинда, – подсказал Глад.

– Точно, Ягинда. Нужно ее сыскать да совета спросить. Только жива ли?

– Так это мы в два счета узнаем. Дозволь в лес отправиться?

– Вместе поедем.

Князь медлить не стал, велел седлать коней и вместе с Гладом отправился к Ягинде. Снова понеслись, полетели княжеские кони по крутым горным дорогам, да и прямо к лесной избушке.

– Кто там? – послышался голос лесной колдуньи.

– Открывай, старая, – закричал один из воинов Глада, – сам князь Арон Альмагир к тебе пожаловал!

– Сам кто… кто? – улыбнулась Ягинда.

– Сам князь Альмагир! Открывай, говорю! – Служивый хотел пнуть дверь ногой, но в этот момент, словно предвосхищая его выходку, Ягинда сама отворила избушку. Горе-вояка едва не перелетел через порог.

– Ну заходи, мил-человек, рассказывай, каким ветром тебя ко мне занесло, – обратилась она к князю.

Князь вместе с Гладом вошли в старухино жилище. Маленькая избушка в одночасье стала еще меньше и представляла собой грустную картину, но Арон на это не обратил внимания.

– Здравствуй, Ягинда, – произнес князь, проходя внутрь. – Не серчай на моего служивого, перестарался братец, с кем не бывает. А так он вояка бравый!

– Бравый, бравый. Вижу я, какой он бравый, – проворчала Ягинда, но князь заметил, как заискрился лукавый огонек в ее глазах. Старуха просто потешалась над своими гостями. – Чего надобно?

– Я князь Арон. И я прошу у тебя помощи.

– Вон оно как? – удивилась Ягинда.

– Моего сына и наследника, княжича Кудеяра, одолела колдовская сила. Задумал змеиный царь его отца с матерью лишить да в свое подземелье утащить. Все ворота замка закрыты на тяжелые засовы. Никто не может ни пройти, ни выйти, а княжич вот уж который день с постели не встает и глаз не открывает. Мои лекари с ног сбились, а поделать ничего не могут, только руками разводят. Одна надежда – на твое умение. Проси чего хочешь, все ради него для тебя сделаю, но помоги княжича от змеиного царя уберечь.

Глянула Ягинда в очи княжеские, видит: грусть да черная тоска его сердце гложут. Сжалось и сердце лесной колдуньи от жалости к нему да к сыну его Кудеяру. Вынула лесная колдунья из печи котелок с кипящей водой, бросила туда какие-то травки, что сушились возле печки, и прошептала непонятные слова. Изба тут же наполнилась белым дымом и ароматом полевых трав. Тогда подозвала Ягинда князя к себе и строго-настрого наказала в воду глядеть, но ни словом, ни делом не показывать, что увидит он в водной глади.

– Гляди, – поучала Ягинда, – гляди внимательней!

Глянул князь… ничего не видно, только дымок поднимается.

– Ничего не вижу, – прошептал Арон.

– Гляди… гляди…

Вскоре забурлило, закипело в котле, и вода, как будто расступившись, показала князю знакомые места: лес, горы вместе с его замком. Подивился Арон такому диву, а Ягинда знай себе поучает:

– Гляди, гляди, князь!

Смотрит князь, а марево его дальше ведет сквозь каменные стены, прямо в покои княжича Кудеяра.

– Гляди, гляди, князь!

Смотрит дальше князь и видит: лежит в беспамятстве Кудеяр, а рядом не княгиня Зимава, не мамки да няньки, а старец в белом одеянии с золотым посохом в руках. Подошел тот старец к княжичу, на руки взял да унести пытается. Видит князь, а это уже не старец, а змей с золотой чешуей. Обвился тот змей вокруг сына княжьего, в глаза смотрит ему и шипит:

– Ш… ш… ш…

Не вынес Арон видения страшного, забыл наказ лесной колдуньи. Протянул он руки свои и в голос крикнул:

– Кудеяр!

В тот же миг исчезло колдовское видение, исчезли и замок, и княжьи покои, и княжич Кудеяр. Смотрит князь: глядят на него сквозь бурлящую воду змеиные глаза.

– Ш… ш… ш… – зашипел змей и тут же исчез.

Хоть и слыл князь отважным да смелым, а страху такого вовек не испытывал. Не за себя испугался князь, за сына Кудеяра было боязно ему. Разве ж может родительское сердце без опаски глядеть, как змей проклятый сына изводит…

– Что ж ты, княже, не послушал меня, – запричитала Ягинда, – зачем не молчал, как я велела?.. Ищет себе нового ученика среди людей змеиный царь. Выберет кого, заберет от отца с матерью и утащит в свое змеиное царство. Так и будет жить молодец среди змей да ящериц без солнечного света до скончания века. А теперь, княже, и тебе беда грозит.

– Что ж делать-то теперь? Как быть?

Стал князь просить колдунью лесную о помощи:

– Помоги, Ягинда, век помнить буду, до самой смерти не забуду.

Чуя беду, взяла Ягинда свою волшебную книгу, стала пожелтевшие страницы листать да слова непонятные приговаривать, а после и говорит:

– Слушай, князь, о чем мне волшебная книга поведала. Чтобы княжича спасти, нужно тебе самому в змеиное царство отправиться да царю змеиному в пояс поклониться. Царь тот за княжича плату потребует, а тут уж как условитесь.

– За княжича, за сына своего казны не пожалею, – подхватился князь, – все отдам!

– Да что ты, – перебила его Ягинда, – сего добра у змея и так вдоволь. В этом он нужды не имеет. Все богатства подземные ему принадлежат.

Говоря это, Ягинда достала из-за печки дорожный плащ и подала князю.

– Ночью, когда будешь у княжича, надень этот плащ. Да надевай не как всегда, а на оборотную сторону. Так змей тебя не увидит. Две ночи он будет княжича стращать, на третью к себе утащит, если ему не помешать. Одолеть человеку его нельзя, только хитростью победить можно. Так ты смотри, князь, чтобы он не увидел тебя. Сиди тихо. Не то и княжичу не поможешь, и себя погубишь. Вредить он княжичу не будет, так только, постращает немного. А ты как увидишь, что он к себе ползет, ступай за ним по следу в самое его логово. Там увидишь большую чашу с хрустально-чистой водой. Из этой чаши он пьет, когда хочет силы себе вернуть, которые на земле потратил. Вылей это зелье в ту чашу, змей выпьет и уснет крепким сном, время свое и упустит. Коли сделаешь все, как я велю, то проспит он долго и не сможет еще долго на землю выйти. А вот если змей учует тебя, тогда уж не взыщи, всяко может выйти.

Ягинда дала князю склянку с сонным зельем и свой дорожный плащ.

– Торопись, князь, скоро ночь наступит. Помни, плащ нужно надевать оборотной стороной, тогда змей тебя не увидит.

Поблагодарил князь лесную колдунью. В обратную дорогу собрался.

– Прощай, Ягинда. Кто знает, свидимся ли?

– Прощай, княже. Может, и свидимся.

Сели князь со свитой на коней, поскакали к замку. Каждый думал о своем, да и что тут скажешь?

– Не печалься, князь, – сказал Глад, – не отдадим княжича змею поганому.

– Спасибо, друг мой…

Как прибыли в замок, князь надел подаренный Ягиндой плащ и пошел в покои сына.