После полдника Оливия достала шкатулку из-под кровати. Зебулон – так она решила назвать своего заклинателя миражей, – не спал; он исследовал каждый сантиметр комнаты, добросовестно всё обнюхивая. Это имя пришло ей на ум, когда она ела сладкую булочку, запивая её горячим шоколадом.

Оливия приласкала заклинателя, положила горсть печенья на пол перед окном и прошептала:

– Зебулон, я должна показать пульсирующий камень Эробану. Быстро вернусь.

Вскоре она уже была в разноцветном саду мира монстров. Своих друзей на этот раз она там не нашла. Вероятно, все уже разбрелись по домам, но сейчас ей не хотелось бы с кем-то их них встретиться. Оливия намеревалась без свидетелей повидаться с Эробаном. Сначала она должна была поговорить с ним о своей находке и только потом показать её друзьям. Оливия и сама толком не понимала, почему именно так и надо поступить. Вероятно, стоило сохранить эту новость в тайне, пока она не убедится в силе светящегося камня.

Девочка незаметно пробралась между густыми кустами, надёжно скрывавшими дверь в пещеру волшебника, и вошла в его жилище.

Эробан готовил свой любимый травяной чай. Над очагом кипела вода в чайнике, а он смешивал в чашке какие-то травы.

– Оливия? – Волшебник несказанно удивился, что девочка пришла к нему одна. – Я слышал, вы добились, чего хотели, – охотники за сокровищами изгнаны. Молодцы! Вы спасли и старый особняк, и мир монстров!

Оливия вежливо поздоровалась с волшебником и коротко рассказала, как всё прошло. Выслушав её, волшебник сказал:

– Вы действовали очень смело. А твои опасения по поводу этого господина Хелвиса вполне обоснованы, маленькая героиня. Я его не знаю, но он из тех, кого следует опасаться не только монстрам, но и людям. Надеюсь, ты больше никогда о нём не услышишь. Но если он снова объявится, мне бы хотелось, чтобы ты сразу же дала мне знать. Договорились?

Оливия заверила его, что так и будет. От одной мысли, что волшебник готов им помочь, на душе становилось спокойно. По крайней мере, они не будут выглядеть как кучка детей, решивших сразиться со страшным злодеем.

Эробан продолжал колдовать над своим чаем.

– Однако, я полагаю, ты пришла сюда не для того, чтобы выпить со мной чашечку чая. Больше того – ты почему-то пришла без друзей. Садись, маленькая Оливия, я готов тебя выслушать.

Они сели у огня, и Оливия осторожно достала из рюкзака шкатулку.

– Я нашла это в тайнике в одном из номеров отеля. Шкатулка была спрятана за картиной, а картину замаскировал заклинатель миражей.

Эробан нахмурился – так его поразило это известие.

– В отеле был заклинатель?

– Разве вы не знали об этом? – удивилась девочка. – Значит, это не вы его там оставили?

Волшебник сделал глоток чая.

– Нет, не я. По всему выходит, он оказался там задолго до того, как я поселился в этой пещере.

– Я разбудила его и заполучила эту шкатулку. Я была совершенно уверена, что это сокровище, которое искал господин Хелвис.

– А что же это?

– Не знаю. Вот, смотрите… – Оливия подняла крышку шкатулки.

Камень тут же начал светиться даже ярче, чем в первый раз. Эробан отшатнулся, чуть не выронив из рук чашку с горячим чаем.

– Невероятно! – вскричал он. – Ты его нашла!

– Что? Что это такое?

По реакции Эробана Оливия догадалась, что обнаружила что-то очень ценное, хоть это совсем и не бриллианты, за которыми охотился господин Хелвис. Она почувствовала, что её щеки вспыхнули от волнения.

– Это фрагмент Камня видимости, – строго сказал волшебник.

Девочка пристальнее вгляделась в свою находку и прошептала:

– Камня видимости… Мне представляется, что лучше бы он был Камнем невидимости. Это куда важнее.

Эробан тяжело вздохнул, поставил свою всё ещё полную чашку на землю рядом с собой и провёл рукой по лицу, приглаживая рыжую шерсть.

– Да будет тебе известно, Камень видимости много столетий назад создал человек-колдун. Он и его окружение объявили монстрам войну. – Эробан замолчал, видно, о чём-то вспоминая. – Это было нелёгкое время, маленькая Оливия. Люди были менее просвещёнными, чем сейчас, до современных научных открытий было ещё далеко. А потому люди легче верили в сверхъестественное, в магию, и, разумеется, не большинство, но многие тогда обладали способностью видеть нас.

– И этот колдун тоже мог вас видеть?

– Да… Он создал братство, объединившее всех, кто имел эту способность. Братство «Замечателей».

– Но такого слова не существует!

Оливия понимала, что Эробан рассказывает ей что-то чрезвычайно важное. Об этом тёмном и таинственном историческом периоде она никогда не узнает в школе. Несмотря на пылающий рядом огонь, её пробирал озноб.

– Знаю. Колдун придумал его по этому случаю, – ответил Эробан и грустно улыбнулся. – Братство объявило нам войну. Люди обвиняли нас в том, что мы хотим причинить им вред, хотим убить их детей. А чтобы братство становилось всё больше и больше и со временем превратилось в настоящую армию, которая уничтожит нас всех, колдун Онофиор… О, я только что вспомнил его имя… Онофиор создал камень, который позволяет всем людям видеть нас.

– Камень видимости… – пробормотала Оливия, наконец поняв, почему он так называется. – Он делает вас видимыми даже для тех, кто не наделён такой способностью.

Эробан задумчиво кивнул. Взгляд его фиолетовых глаз был устремлён на пляшущее пламя. И, казалось, перед ним всплывали образы другого, трагического для монстров времени.

– Ты правильно поняла. Это время было для нас ужасным. Мы потеряли много жизней и вынуждены были скрываться. Многие из нас перебрались в другие края. Но небольшая группа бесстрашных монстров решили выкрасть Камень видимости, мы называем его ещё Камнем Онофиора. Удача им улыбнулась, однако из пятнадцати смельчаков живым вернулся только один. И тем не менее это была победа. Грозное оружие, в котором таилась сила, способная нас погубить, оказалось в наших руках. Монстры-волшебники того времени не раз пытались уничтожить его, но безуспешно. Поэтому они разбили Камень на три части. Так он потерял свою магическую силу, и мы снова были в безопасности.

– И я нашла одну из трёх частей, – подытожила Оливия. Теперь она хорошо понимала, почему Эробан так встревожился при виде камня в шкатулке.

– Вот именно. Я знаю, что одна из них хранится в надёжном месте. Что касается двух других… Мы очень давно ищем их, но пока не находим никаких следов.

У Оливии сердце ушло в пятки.

– Следовательно, не хватает всего одного фрагмента, чтобы камень снова стал целым и сделал вас видимыми для всех! – сказала она. – И вы опять столкнётесь с ужасной опасностью. Мне трудно поверить, что в наше время люди захотят потратить время на то, чтобы убедиться, насколько вы миролюбивы и добры к окружающим. Они скорее нападут, чем попытаются что-то выяснить. Люди и с соседями-то не всегда ладят. – Девочка помолчала, а потом решительно заявила: – Мы должны избавиться от этих камней! Немедленно!

Внезапно Оливия почувствовала себя виноватой в том, что отыскала магический артефакт. До поры до времени он был надёжно спрятан за картиной, скрытой заклинателем миражей. Она сказала Эробану, что очень сожалеет о своей находке, на что тот лишь ободряюще ей улыбнулся:

– Напротив, очень хорошо, что ты нашла тайник, маленькая Оливия. Подумай, какой шум будет стоять в том номере, когда там начнётся ремонт. Он мог бы разбудить заклинателя миражей.

Оливия вспомнила, как целый день орало радио у мошенников. Если у настоящих рабочих было такое же желание слушать громкую музыку, то Зебулон бы наверняка проснулся.

Эробан продолжал, не подозревая, о чём думает Оливия:

– Я очень рад, что это была ты. По крайней мере, теперь нам известно, где находится этот кусок камня. И я знаю, что ты не желаешь нам зла. Ты ведь никому ещё не сообщила о шкатулке?

– Нет-нет, я даже своим друзьям ничего не рассказала. Я чувствовала, что должна сначала поговорить с вами.

– Ты правильно поступила. Прошу тебя и дальше хранить и тайну, и камень. У тебя он в безопасности.

Оливия вскочила на ноги.

– Вы хотите, чтобы я оставила его у себя? – испуганно спросила она. – Но это невозможно! Я не могу, это слишком большая ответственность. Это вы должны спрятать камень! Вы же волшебник, вы владеете магическими силами и всяким таким…

Эробан усмехнулся и покачал головой:

– Если кто-то будет его искать, он прежде всего обшарит жилище кого-то вроде меня. Но искать у человеческой девочки? Кому такое может прийти в голову? Уверяю тебя, Оливия, этот камень в большей безопасности у тебя дома. Спрячь его хорошенько, я тебе полностью доверяю. А я постараюсь найти способ уничтожить его окончательно. Магия, как и наука, с той далёкой эпохи достигла невероятных успехов. Надеюсь, мне удастся найти решение, чтобы избавить нас от этого проклятия раз и навсегда.

И хоть Оливии было страшно оставлять камень у себя, в глубине души она была согласна с Эробаном. Кто мог заподозрить, что у неё в доме хранится такой важный предмет? Она попросит Зебулона помочь ей хорошенько замаскировать его. Внезапно она почувствовала, что на её плечи, плечи десятилетней девочки, ложится тяжелейший груз ответственности. От неё теперь зависит благополучие, а может, и выживание всей расы монстров. Однако она приняла на себя эту новую миссию. Эробан сказал правду: она никогда не причинит зла монстрам и не использует камень против них, даже если ей почему-либо придётся хранить у себя все три магических фрагмента.

Оливия решительно протянула руку волшебнику, и тот крепко пожал её.

– Хорошо, я спрячу его дома и буду хранить в безопасности.

– Спасибо, Оливия, ты оказываешь нам большую услугу. Если возникнут какие-то проблемы, ты знаешь, где меня найти. А я тем временем сделаю всё возможное, чтобы выяснить, как уничтожить камень Онофиора и навсегда избавить нас от этой угрозы.