Я стою на парковке и провожаю взглядом габаритные огни ее грузовика, когда она сворачивает на дорогу, ведущую вон из города.

Она не оглядывается. Не сбавляет скорость. Даже не колеблется. Просто резко закладывает руль влево и бьет по газам.

И у меня внутри все обрывается.

Сука.

Что сейчас произошло?

Я выхватываю телефон из кармана, нажимая на ее имя быстрее, чем успеваю сообразить. Один гудок. Второй.

И автоответчик.

Я глухо матерюсь и сильнее сжимаю трубку, сдерживая желание швырнуть ее через всю парковку.

Она нас видела.

Видела абсолютно все.

Но сколько она услышала?

Блять. Да какая уже разница. Рукопожатия, поздравительные хлопки по плечу. Джайлс, сидевший с нами за одним столом... картина вырисовывалась предельно ясная, даже без слов.

Я стискиваю зубы.

Я совсем не хотел, чтобы она узнала об этом вот так. Я планировал рассказать ей сам. Завтра. Да черт возьми, хоть сегодня вечером. Я как раз подумывал поехать к ней на ранчо сразу после этой встречи, чтобы поговорить. Но это? Увидеть, как ее тренер жмет нам руки? Смотреть, как я обмываю сделку, о переговорах по которой она даже не подозревала?

Для нее это выглядело как чистой воды предательство.

Хотя им не являлось.

Я хожу взад-вперед, взъерошивая волосы пальцами, и лихорадочно соображаю, что делать. Поехать за ней или дать ей остыть? Через пару мгновений я понимаю, что нужно ехать следом. Я разворачиваюсь к стойке парковщика, как раз когда двери ресторана распахиваются.

И наружу выходит Карл.

От одного его вида у меня кровь закипает в жилах.

На его физиономии играет эта мерзкая, самодовольная ухмылка — и это выражение лица говорит мне все, что нужно, еще до того, как этот ублюдок открывает свой рот.

— Я так и знал, что тебе нельзя верить, — с глухим рычанием цедит он, шагая ко мне с таким видом, будто гордится своей ролью в этом дерьме.

Мои кулаки сами собой сжимаются.

— Надо было сразу догадаться, что это твоих рук дело, — бормочу я. — Джайлс проболтался? Ты заманил сюда Мэтти?

Карл равнодушно пожимает плечами.

— Ей нужно было открыть глаза на правду.

Я делаю шаг к нему, чеканя слова тихим, натянутым голосом:

— Ах ты сукин сын. Думаешь, таким способом вернешься в ее жизнь? Манипулируя ей?

Он коротко смеется, но в этом смехе нет ни капли веселья.

— Называй это как хочешь, но не я лыбился как кретин и цедил дорогой бурбон, уводя Джайлса прямо у нее из-под носа. Ты здесь не святоша, Кейсон. Думаешь, это я ей манипулирую? Ты поиграл ее чувствами только ради того, чтобы прибрать к рукам ее землю, ее тренера и пустить ее по миру.

У меня раздуваются ноздри. Требуется колоссальное усилие воли, чтобы не заехать кулаком прямо ему в челюсть. Я сжимаю пальцы еще сильнее, так что ногти врезаются в ладони.

В этот момент двери снова открываются, и на улицу выходит Холланд, а следом за ним Джайлс. За ними потянулись еще несколько посетителей, о чем-то переговариваясь и посмеиваясь. Меньше всего мне сейчас нужен публичный скандал.

Холланд переводит взгляд с меня на Карла.

— Все в порядке, Кейсон? — спрашивает он.

— Все нормально, — бросаю я, качая головой, и собираюсь уйти.

Но Карл просто не может заткнуться.

— Ты ее не стоил, — бросает он мне в спину.

Я останавливаюсь и медленно разворачиваюсь, вырастая прямо перед его носом. Сквозь стиснутые зубы я отчетливо, выделяя каждое слово, произношу:

— Нет. Это ты ее не стоил.

Его ухмылка на мгновение кривится.

Я не жду ответа. Разворачиваюсь на каблуках и ловлю на себе взгляд Джайлса. Тот хмурится — скорее всего, пытается сообразить, что тут только что устроил Карл.

Я шагаю к парковщику и киваю, чтобы мне подогнали грузовик. Парень трусцой убегает за машиной, а я прячу руки в карманы, меня все еще трясет от злости.

Когда машина подъезжает, я запрыгиваю в кабину и держу курс прямиком на Уайлдхейвен Шторм.

Потому что, как бы сильно она ни злилась и что бы она там ни увидела, она заслуживает услышать правду лично от меня.

Дорога кажется бесконечной. В голове полнейшая каша из мыслей о том, что мне следовало сделать иначе. Надо было рассказать ей об этом ужине сразу, как только позвонил Холланд. Надо было четко обозначить, какие планы у «Айронхорс» на ту землю, которую мы выкупали. Вообще, следовало настоять на разговоре еще до того, как были подписаны какие-либо бумаги.

Но какая-то часть меня понимала: поступи я так, она бы ни за что не согласилась на продажу. А раскрывать свои карты мы были не обязаны. При любой другой сделке с недвижимостью я бы ни слова не пикнул.

Это был просто бизнес, ничего личного.

Я с размаху бью кулаком по рулю и едва не слетаю с дороги.

Я никогда еще не оказывался в такой ситуации. Потому что в ту самую секунду, когда Мэтти Шторм поцеловала меня, пока я нес ее в спальню, это перестало быть просто бизнесом. Это стало личным.

А теперь?

Теперь она считает, что я ничем не лучше Карла. А может, и хуже.

Я подъезжаю к ранчо. В большом доме темно, лишь в переднем окне колышется отблеск работающего телевизора. На подъездной дорожке стоит пикап, но не ее. Я сканирую взглядом территорию — ее машины нигде не видно.

Глушу мотор, спрыгиваю на землю и поднимаюсь на крыльцо. Стучу дважды.

Спустя мгновение в дверях появляется Чарли. На ее лице написано удивление.

— Кейсон?

— Привет, Чарли. Ты не знаешь, где Мэтти?

В ее глазах мелькает замешательство. Она приоткрывает сетчатую дверь и выходит на крыльцо.

— Я думала, она с тобой.

Я качаю головой.

— Нет. Я видел ее в городе, но она умчалась на машине прежде, чем я успел ее перехватить.

Взгляд Чарли сужается, она скрещивает руки на груди.

— Что ты натворил?

Я расправляю плечи.

— Отвечай. Она застукала тебя с другой бабой или типа того?

— Блять, нет, — отрезаю я, и это выходит громче, чем я планировал.

— Что тогда стряслось? Потому что за ужином она каждые пять минут гипнотизировала телефон в ожидании твоего сообщения. Когда мобильник наконец зазвонил, она пулей переоделась и выскочила за дверь. Я решила, что вы устроили какое-то позднее романтическое свидание.

Я тяжело вздыхаю.

— Звонил не я. Должно быть, это Карл. Он увидел меня в ресторане с Холландом и Джайлсом.

Она хмурится.

— С Джайлсом? А с ним-то вы с какого перепугу ужинали?

Я встречаюсь с ней взглядом. Мы молча смотрим друг на друга, пока она пытается переварить услышанное. В этот момент дверь снова открывается, и на пороге появляется Альберт Шторм.

— Чарли? Кейсон? Что тут у вас происходит?

Она поворачивается к нему.

— Он приехал за Мэтти. Судя по всему, Карл застукал его в городе с Холландом и Джайлсом и набрал ее.

Взгляд Альберта переводится на меня, и я вижу секунду, когда до него доходит вся суть.

— Шел бы ты домой, сынок.

— Я хочу...

Он не дает мне договорить.

— Я передам ей, что ты заезжал.

Чарли резко поворачивает голову обратно ко мне.

— Так, чего я не знаю?

Я игнорирую ее вопрос и вместо этого прошу:

— Чарли, маякни мне, когда она вернется домой. Пожалуйста.

— Ладно. Хорошо, — соглашается она.

Я благодарно киваю ей, после чего разворачиваюсь и бреду к своему грузовику. Поворачиваю ключ в замке зажигания с кашей из предчувствия беды и глухой решимости в душе.

Дома ее нет.

На звонки она не отвечает.

Значит, она сейчас где-то одна пытается осмыслить то, что увидела.

Я достаю телефон из кармана и пробую набрать ее в последний раз. Потому что если я не объяснюсь прямо сейчас, другого шанса мне может уже не представиться. Доверие — хрупкая штука, и я ее доверие только что разнес в щепки.

Звонок сразу перенаправляется на автоответчик. Я прикрываю глаза.

— Мне так жаль, Мэтти.

Я отключаю вызов и швыряю телефон на соседнее сиденье через всю кабину.