Как не спешила, а на дачу смогла вернуться только к пяти вечера, у Романа как назло Волжанка застряла, пришлось брать на буксир. Гущин с комитетчиками как-то проскочил, наверное, у его автомобиля форсированный движок, он своего нигде не упустит, этот же радиотелефон себе выбил. А что, он к Итону запросто ходит на прием, с Щелоковым тоже свёл знакомство, да и в МИДе появились нужные связи.

Ворота открывала Акулина Савельевна, Митрич, по её словам, уехал в город по делам, наверное, разбирать хлам из гаражей, вдруг там найдется что-то стоящее. Паркет, как и чугунные ванны, он кому-то уже продал, Нина говорила, что Аким Дмитриевич был недоволен, покупатель чуть ли не на треть сбил цену. Смешно, человек явно не бедствует, зарплата, пенсия плюс мои премиальные, а из-за рубля готов любого удавить, впрочем, именно такой человек мне нужен. Василиса ушла в местный магазин, прихватила с собой Бонифацию, очень уж она ей понравилась. Белобородько тоже от неё без ума, она в первый же день напугала и выгнала рыбаков от нашей пристани, что никак не удавалось Митричу.

— Сюрприз! — услышала звонкий голос Айнуры, когда я только открыла дверь своего коттеджа.

— Действительно сюрприз, ты прямо на голову свалилась, — обнимая Каримову, удивленно ответила ей.

— Привезла последние отснятые кадры для клипа, целых две видеокатушки, меня Кондучалова попросила, — объяснила моя бэк-вокалистка.

Прилетела Айнура всего на один день, в аэропорту её встретила Василиса, я же была вне зоны доступа, в лесу радиотелефон не ловит.

— Слушай, у нас по городу прошел слух, что вы выступали в Прибалтике, там говорят билеты было не достать, даже из-за них были драки? — спросила Каримова.

Ничего себе ходят слухи по Союзу, уже дошло и до побоища, еще немного и дойдет до самоубийства какого-нибудь поклонника, впрочем, такое сплошь и рядом случается.

— Сначала выступали во Дворце культуры ВЭФ, там снимало телевидение, так что «Падлу» и новые песни мы не исполняли. Потом был грандиозный концерт на стадионе, вот на нем решили оторваться по полной, правда там пришлось выступать под фонограмму! — рассказала Айнуре.

— Как жаль, что я не смогла увидеть этот концерт, представляю, как там было весело, — расстроилась Каримова.

Блин, ну за что мне всё это, чувствую себя настоящей сволочью. Айнура хоть и не имеет отношение к «Не девочке», а всё равно не чужая, можно было бы и пригласить на выступление.

— У меня есть запись этого выступления, поклонники снимали на портативные кинокамеры, их потом смонтировали на полноценное видео, — успокоила Айнуру.

Две кассеты U-matic достала из сейфа в кабинете, вставила в магнитофон, пусть сидит смотрит. Надеюсь никому не придет в голову, что для полноценного монтажа концерта и последующей перезаписи с кинопленки на видео, прошло не так много времени. Ну а если кто и спросит, так пожму плечами: мол я откуда знаю, такую передали поклонники. Иногда образ блондинки играет в плюс, иногда в минус, но я к этому успела привыкнуть, да и что еще остается делать. От мыслей отвлек тихий стук входной двери (всё-таки слух у меня как у летучей мыши), наверное, Корякина вернулась из магазина. Оставила Айнуру смотреть наше Рижское выступление, спустилась вниз, а там мне на шею бросилась Климова. Расцеловала так, что, глядя на это Ланка бы точно нас прибила, очень уж подруга ревнивая, это, пожалуй, её единственный минус (а может плюс?).

— Оль, ты даже не представляешь, какая это квартира, а какой вид из окон, я в неё с первого взгляда влюбилась, — размахивая руками от избытка чувств, начала рассказывать подруга.

Похоже я действительно что-то не догоняю в женском менталитете, то за Катерину ничего нельзя решать, она же у нас через чур самостоятельная, то я самая лучшая на свете девчонка.

— Там даже комната для прислуги есть, рядом с кухней и запасным входом, а вместительную кладовую я решила переоборудовать под гардеробную! Ремонт конечно влетит в копеечку, плюс нормальная мебель и техника, но ничего, как-нибудь выкручусь, — жизнерадостно делилась планами подруга.

— Ты вывоз старого хлама доверь Митричу, он за пару дней очистит твою квартиру, как моль от меха, тогда можно сразу договариваться с бригадой отделочников. Правда там для начала нужно подавать заявку, объект всё-таки режимный, а тут люди без допуска, — напомнила Катюше.

Тут как раз вернулась из магазина Василиса, рассказала услышанные там новости. Самая главная, это конечно про Бонифацию, она как раз улеглась у моих ног, подставив для чесания свой животик.

— Поселковые рыбаки к участковому ходили, хотели заявление подать на собаку, так он их слушать не стал, сказал, что это не в его компетенции, она по линии КГБ проходит. Понятно, что в Комитет никто идти не захотел, ибо чревато, все молча разошлись по домам, а перед этим оттаскали доцента Печенкина за уши, который их подговорил идти жаловаться. Представляете, у него теперь уши как настоящие локаторы, только красные, и фингал под глазом, — рассказала Корякина.

Смешно, комитетские из-за места в гостинице Бонифацию к себе приписали, Василиса рассказала про это Белобородько, а тот проехал по ушам участковому, который шуток не понимает. Черт с ним, всё что не делается, то делается к лучшему, а ученый народ совсем обнаглел, благодаря мне здесь появились фонари и асфальтированная дорога, да и в магазине прилично расширился ассортимент, а они добра не помнят.

— Чуть не забыла, завтра тебя просят к десяти часам приехать в Останкино, будет собрание по поводу выступления на двадцать третье февраля, потом еще по какой-то юмористической передаче, — вспомнила Катерина.

Про новую юмористическую передачу я пару раз говорила Лапину, даже предложила ведущего Плятта, он обещал подумать. Как можно догадаться, с моим предложением «Великий и Ужасный» согласился, теперь «Вокруг смеха» появится гораздо раньше, может выйдет к восьмому марта, это будет самый лучший подарок для наших женщин. Юмор в это время полный отстой, но нужно с чего-то начинать, постепенно заменять простое кривляние. Да-да, я говорю о наших пародистах, которых иногда показывают по телевидению, наверное считают, что зрителям такое нравится.

Ужинали сегодня вчетвером: я, Катя, Василиса и Айнура, которая привезла свои национальные блюда, вечер мы объявили Киргизской кухней. Белкина осталась в городе, там у неё нарисовались какие-то семейные дела, наверное, связанные с мамой Кольки.

— Тех несостоявшихся похитителей будут судить показательно, чтобы другим неповадно было, а то у нас такое время от времени случается, — поделилась своими новостями Каримова.

Еще бы, дело вызвало огромный резонанс по республике, ладно бы похитили никому неизвестную девчонку, а тут нацелились на красу и гордость республики. Там вообще ходили слухи, что похитить хотели именно меня, но в темноте перепутали и схватили Айнуру. Интересно, а на что рассчитывали эти идиоты, может думали, что после изнасилования она согласится стать послушной женой, побоится огласки позора? Глупость несусветная, да еще какая, Каримова давно не девочка, это она по секрету мне рассказала (хотя может и обманула, черт её знает, у нас весь коллектив «распечатанный», вот и решила не отставать от коллектива).

— Кать, я сделала пару нарезок с нашего концерта, вставишь в своей передаче клип «Я свободна», а София «Мне нравится». Хотя нет, пусть она тоже покажет «Я свободна», на эту песню у меня есть определённые планы. Пока не скажу какие, но они есть, осталось придумать некоторые детали. На этом всё, я пошла спать, а то полночи проторчала над видеомагнитофоном, пока отдельно перезаписала эти песни, — вставая из-за стола объявила девчатам.

Они конечно пожалели меня, даже проводили до моей спальни, с потом втроем отправились в сауну. Я конечно не прочь посмотреть на прелести голых девчонок, но за сегодняшний день так вымоталась, что уже не до этого. Завтра не забыть заглянуть в гараж, посмотреть и оценить картины, может что-то и понравится, остальное переправить Лане.

День у Дроздова начинался как обычно: вначале небольшая планерка, где с заместителем обсудили некоторые рабочие вопросы, потом работа с поступившими документами. В отдел их поступало много, в основном конечно пустышки, но были и такие, которые следовало тщательно проверять. Например, в одной анонимке сообщались координаты тайной пещеры, где по утверждению неизвестного автора находилась «Золотая баба». Отдать на проверку местным спецслужбам нельзя, это дело проходило как совершенно секретное, поэтому пришлось писать рапорт на имя председателя КГБ, просить дополнительных средств на длительную командировку. Сколько их уже отработали, этих анонимок по поводу нло, порталов и черных дыр, все оказалось обыкновенной фантастикой. Хотя было несколько исключений, их группа занималась одним проклятым местом, где время шло совсем по-другому, резко делая скачки на целые годы. Принцип, как и факторы таких прыжков, так и остались не изучены, а аномалию обнесли колючей проволокой и на время закрыли. Ещё одной загадкой была Ольга Лёд, где всё выглядело до того просто, что такого в принципе быть не могло. Ну не может восемнадцатилетняя девушка быть мастером по пулевой стрельбе, рукопашному бою, известной писательницей и самой популярной певицей в Союзе. По отдельности пожалуйста, хотя и там оставались вопросы, но, чтобы всё вместе, тем более ни в чем таком она не была замечена ранее. И еще один подозрительный факт, это дружба (если не большее), с звездой западной эстрады Айс Энджел, которая также свалилась на голову. Сходство этих блондинок поражало, даже если не считать скрытого маской лица, они были очень похожи, только немного отличались ростом (это установленный факт!). Его заместитель Крапов сделал смелое предположение, что это чуждые нашему миру существа, пришедшие из другой реальности. Откуда они появились, так и осталось загадкой: параллельный, будущий или инфернальный мир, но то что они мыслят совсем по-другому, это было доказано точно. Первоначально рассматривали гипотезу о биороботах, но она рассыпалась в прах, Ольга не один день провела в больнице, где прошла не только тщательный медицинский осмотр, но и кучу разных анализов. Она пережила две клинические смерти и каким-то непостижимым образом выжила, что делало её очень опасной. Его второй заместитель (который сегодня почему-то не явился на службу), выдвинул гипотезу, что объект «Ангел» таким образом приспосабливается к нашему миру, который оставался для него чужим.

— Добрый день товарищи, у вас свободно? — от мыслей отвлек стоящий с подносом Гущин.

Мало кому известный юрист, который непостижимым образом стал главой отдела по розыску военных преступников, нарисовался собственной персоной. Судя по слухам, которые ходили по управлению, связи у него были обширные, ссорится с таким себе дороже.

— Присаживайтесь Степан Витальевич, вы с нами за компанию пообедать или по какому-то делу? — спросил Дроздов.

— Мне говорили за вас Олег Викентьевич, но я если честно не верил. что вы читаете собеседника как открытую книгу. Каюсь, обед — это лишь повод познакомится лично, у нас есть небольшое совместное дело, — улыбающийся Гущин тут же сделал серьезное лицо.

Опасный, очень опасный, — подумал глава секретного отдела «С», наблюдая за садящимся напротив юристом.

— Ознакомьтесь Олег Викентьевич, — он достал из кармана плотный белый конверт.

В нем оказался приказ за подписью председателя КГБ, оказать полное содействие Степану Витальевичу Гущину.

— Вы знаете, что я со своими людьми занимаюсь розыском военных преступников, и тут открылись некоторые обстоятельства, в которых без вашей помощи не разобраться. Предлагаю с ними ознакомиться на месте, через полчаса надеюсь вы свободны? — юрист внимательно посмотрел на них.

Дроздов молча кивнул, а что ещё оставалось делать, если Гущин показал приказ за подписью Итона.

— Отлично, я вас обоих жду у входа, оружие лучше оставить, оно нам не понадобится, хотя это на ваше усмотрение, — так и не притронувшись к еде, поднялся из-за стола главный специалист по розыску военных преступников.

Табельное оружие Дроздов и Крапов решили оставить, не зря же об этом просил Гущин, значит на то были веские основания. На его Волге, оборудованной радиосвязью, выехали за город, по дороге он кому-то позвонил, попросил покинуть объект. Проехали километров шестьдесят, а может и все семьдесят, потом свернули на неприметную дорогу в лес, там по словам Гущина находилась заброшенная заготовительная база. По недавно очищенной дороге выбрались на небольшую поляну, там стояло длинное деревянное здание, чем-то напоминающее склад. Странное место для розыска военных преступников, разве что там что-то нашли, может секретные архивы гестаповцев или власовцев?

— Пойдемте товарищи, там всё обсудим, — предложил Гущин, вылезая из автомобиля.

Быстро переглянувшись Дроздов и Крапов вышли из машины, а что ещё оставалось делать, не сидеть же и ждать у моря погоды. Когда зашли в бревенчатый сарай, то первое что бросилось в глаза, это стоящие у столба мужчины. Через пару минут, когда зрение адаптировались к полумраку, увидели, что стоящие были не только крепко привязаны, но и лишены возможности говорить.

— Не обращайте внимание, это обыкновенные преступники, приговор им уже вынесен, скоро их заберут, — успокаивающе махнул рукой Гущин.

Вопросы множились как на дрожжах, хотелось понять, что происходит, особенно зачем здесь связанные уголовники.

— Давайте немного подождем, а там всё сами поймёте, — подбрасывая дрова в небольшую печурку, предложил юрист.

Что поделать, пришлось прислушаться к этому совету, хотя, глядя на связанных людей, сделать это было не просто. На военных преступников они не походили, слишком были молоды, мало того, их похоже жестоко пытали. Не будь приказа председателя КГБ, они сразу бы прекратили это беззаконие, впрочем, на Комитет законы не распространяются, как и на Главное разведывательное управление. Ждать пришлось не менее двух часов, пока не послышался звук подъезжающих автомобилей. Дремавший у печки Гущин (или просто делающий такой вид), вскочил и подошел к двери. Дальше было что-то необъяснимое, из абсолютно глухой стены вышла Ольга Лёд, прямо как настоящее приведение.

— Госпожа! — согнулся в поклоне их провожатый, — Позвольте представить полковника Дроздова и его заместителя майора Крапова.

Девушка молча взглянула, её голубые глаза ярко вспыхнули, воздух вокруг будто затвердел, что-то неуловимое коснулось комитетчиков.

— Очень сильный экстрасенс! — подумал про себя Дроздов, не в силах пошевелиться.

Тело как будто охватил паралич, мозг просчитывал варианты остаться в живых, которые с каждой секундой таяли. Полковник проклял свою доверчивость, что как сопливый лейтенант попался в расставленную ловушку, не просчитал варианты. Итон, а по-другому быть просто не могло, похоже находится под полным контролем этого мутанта. Дальше события развивались совсем по-иному: девушка, вернее похожее на неё существо, протянуло руку. Преступники (если это конечно были они), начали прямо на глазах таять, постепенно превращаясь в живые мумии. Ольга в это время преобразилась, за её спиной раскинулись белоснежные крылья, на теле появились огненные письмена, а на голове мерцающая корона.

— Ангел Мщения! — прошептал про себя Дроздов, медленно опускаясь на колени.

Он-то дурак собирал на Лёд различные сведения, но так и не понял главного, хотя насчёт инфернальных миров была догадка. Сейчас всё встало на свои места, перед ним Ангел, и судя по горящим на теле рунам, она явно из Падших. Мало того, мерцающая корона указывала на высший статус мифического существа, перед ними княгиня потустороннего мира!

— Подойди смертный! — тихо, почти неслышно прошептала она, сверкнув своими голубыми глазами.

Быстро, насколько это возможно, полковник подполз к ней на коленях, не осмеливаясь поднять голову. Сейчас, именно сейчас все должно было решится: жизнь или смерть! На голову опустилось что-то острое и тяжелое, череп пронзила легкая боль, а потом Дроздова накрыло блаженство, от которого он сразу кончил. Тело налилось необычной силой, хотелось петь и танцевать, как когда-то раньше, лет двадцать пять назад. Следующим был Крапов, который от избытка чувств немного припустил в штаны, впрочем, никто на это не обратил внимания.

— Я приняла вашу вечную службу, отныне миры перерождения открыты для вас! — немного торжественно произнесла Ангел.

Их, стоящих перед ней на коленях, подхватил Гущин, помог подняться и выйти из брошенной заготовительной конторы. Через пару часов они окончательно пришли в себя, спасибо бутылке коньяка и контрастному душу. Удивительно, и это еще мягко сказано, с тел исчезли все шрамы и ожоги, а под левой подмышкой появилось небольшая выпуклость, похожая на раскрытые крылья.

— Печать Ангела! — благоговейно прошептал Дроздов, распечатывая вторую бутылку.

Утро добрым не бывает, во всяком случае для меня, но всегда есть исключения, как например сегодня. Катерина встала пораньше и приготовила не только блинчики с мясом и творогом, но и чизкейк, который мне очень нравился. Настроение резко поползло вверх, прямо как ртуть на уличном градуснике, потому что путь к моему сердцу лежит через пресловутый желудок.

— Оль, я возьму на сегодня отгул, очень надо, — выкладывая на тарелку новую партию блинчиков с рубленым мясом, попросила подруга.

— Если очень надо, я не возражаю, официально оформи у Валерии, сама знаешь, как у нас всё серьезно, — кивнула Катюше.

Понятно, что это как-то связано с квартирой, наверное, торопится начать ремонт, времени до зарубежной командировки осталось не так много. Троллить, что мол на этот раз оставайся дома, я конечно не стала, подруга может не на шутку обидеться, а это никуда не годится. Черт, в такие моменты у меня перед глазами её могила, старая и заросшая, никому не нужная. Насколько я знаю, тех убийц и насильников Степан лично приговорил, забил до смерти на лесоповале, договорившись с Князем. Как они это провернули, меня не касается, главные мучения у тех извергов впереди, Феменина их по моей просьбе опустила на нижние уровни. Сейчас, глядя на улыбающуюся Катюшу, понимаю, что это осталось позади, вернее далеко в будущем. Странно всё это, мир там до сих пор не изменился, может я чего не понимаю, нужно будет спросить у богини.

— Знаешь Оль, мы вчера посмотрели наш концерт на стадионе в Риге, это даже словами не передать, получилось очень здорово. Айнура до сих пор под впечатлением, особенно от наших джинсовых костюмов и темных очков. Ну, а про цветную татуировку и цилиндр Софии она весь вечер расспрашивала, кому мол такое могло прийти в голову, — посмеялась Катюша.

Вот значит, чем они в сауне занимались, наверное, не обошлось без чешского пива, надеюсь девчонки не всё вылакали, оставили мне несколько банок. Сегодня есть планы посидеть и немного погреться, может Белкина составит компанию, одной как-то не хочется. Заодно расспрошу о Кольке, о подаренном для него фаллоимитаторе, надеюсь про других девиц он больше не думает, для меня хуже нет предательства. Я могу простить многое, но только не это, измена — это край через который невозможно переступить, за ним начинается бездна.

— Бони, отстань! — отпихнула от себя хитрую животину, которая незаметно ополовинила тарелку с бужениной.

Конечно нехорошо подкармливать собаку со стола, но с этим никто не мог ничего поделать, все её баловали. Например, Айнура, вчера ей целую палку чучука скормила, а Климова с десяток блинчиков с мясом, когда утром готовила. У меня есть предположение, что Бонифация каким-то образом воздействует на мозг, она же необычная собака, а из Мира Теней, надо будет подробнее расспросить сумраков.

— Всё девочки, я исчезаю, — Катерина по очереди чмокнула нас, потом чуть ли не бегом умчалась к машине.

Вот же неугомонная егоза, и как только Степан с ней справляется, не сходит с ума от ревности.

— Ваше выступление в Риге конечно классное, прямо как у Айс Энджел, жалко, что я его больше не увижу, — расстроенно вздохнула Айнура.

Действительно, мы здесь, а она за тысячи километров от нас, даже как-то странно, что мы одна команда. Судьба иногда подкидывает такие хитросплетения, что без литра текилы не разберешься.

— Нашла из-за чего расстраиваться, сейчас всё организуем, — подмигнула нашей киргизской подруге.

Пока она прикидывала что к чему, притащила из кладовки новый японский видеомагнитофон, а с ним десяток кассет, в основном с записью наших концертов. Как знала, что нужно было сделать несколько копий, вот сейчас они и пригодились, осталось решить насчёт импортного цветного телевизора.

— Это всё мне? — не поверила Каримова, осторожно трогая видюшник.

Василиса на это только усмехнулась, на днях она получила точно такой же, за отличную работу в Риге. А что такого, не солить же мне их, Ланка пять штук недавно переправила, с того японского контейнера. Мастер потихоньку ремонтирует ретро аппаратуру, меняет потрескавшиеся пассики и высохшие конденсаторы, да и Котенок не упускает шанса прикупить что-то на Авито. Главное, это конечно внешний вид, чтобы без всяких царапин, а такое встречается очень редко. Впрочем, зарубежную аппаратуру у нас очень ценили и берегли, поэтому у многих она сохранилась как новая. Про винтажные музыкальные центры вообще отдельный разговор, они продавалась вместе со стойками и стоили целое состояние. Кстати, один такой мне подарила Ланка, пристрою его в своей будущей квартире, а пока пусть постоит в кладовке.

— Мне сейчас нужно на телевидение, хочешь со мной? — спросила Каримову.

Конечно она была не против, побывать в Останкино и увидеть самых известных артистов, это ли не мечта каждой девчонки. Нет, мы конечно выступали на праздничных концертах, но с певцами и певицами не общались, подавляющее большинство этих служителей Мельпомены мне неинтересны. Артисты и актеры по своей сущности продажны (за очень редким исключением), им по профессии приходится продаваться, выступая на закрытых корпоративах и участвуя в разных «чёсах». Девки ради «жирных» ролей готовы по первому требованию расставить ноги, лишь бы были деньги и слава. Ладно, не буду о плохом, да и судить по себе всех не стоит, у каждого своё понимание жизни. Взять ту же эту Светличную, любительницу дорогих украшений, ресторанов и отдыха в закрытых санаториях, думаете ей всё давалось за красивые глаза, да как бы не так, хотя глаза у неё действительно красивые.

— Вась, ты остаешься за главную, эту хитрюшку не балуй, — кивнула на зевающую Бонифацию.

Видеомагнитофон, кассеты и сумку с новыми шмотками загрузили в мой автомобиль, Айнура на прощание обнялась с Корякиной, почесала Бони за ушком. У ворот нас поджидал Митрич, после приветствия спросил о квартире Климовой, вернее об оставшейся там мебели.

— Я тех прохвостов из жилищного отдела хорошо знаю, вывезут всё на склад, а потом спишут и сдадут в комиссионку за большие деньги. Будь моя воля, я бы их всех на Колыму отправил, совсем обнаглели от жадности, — закончил Белобородько.

Вот же черт, это же любой дуре было понятно, что Митрич мимо такого счастья не пройдёт, вцепится в «мебеля» обеими руками.

— Аким Дмитриевич, эта квартира Климовой, с ней договаривайтесь, — попыталась отмахнутся от ненужных мне проблем.

— Так я же предостеречь, ведь обманут девчонку, там такие хапуги, каких свет не видывал, — никак не сдавался сторож.

— Хорошо, я ей позвоню, предупрежу насчет аферистов, — успокоила Белобородько.

Вроде бы мелочь, не заслуживающая моего внимания, но именно из таких мелочей состоит жизнь, а не из великих дел по переустройству мира.