- Чем я могу вам помочь сегодня, Ханна?

Машина говорит тем же спокойным, прохладным, невыносимо раздражающим голосом, который раньше отказался открывать мне шлюз. В отличие от безкожих, чьи голоса искажаются пластисталью, компьютер я слышу ясно, как день. Должно быть, он говорит и внутри, и снаружи.

- Она думает, что ты медсестра, - говорит Кегли с явной насмешкой.

- Э-э-э, проведи диагностику, - командует Безымянная.

- Я так понимаю, вы хотите провести полное медицинское обследование. Пациент произвел оплату? Компьютерная диагностика стоит триста кредитов.

- Триста... - говорит Кали, и я чувствую, как капсула содрогается от ее пинка.

Я не паникую. Их там нет. Меня здесь вообще нет. Я в камбузе, с удовольствием оттираю особо пригоревшую кастрюлю.

- Гребаная "ЭйджинКорп", - говорит Безымянная, толкая капсулу. - Вечно обдирают своих же сотрудников. Эй, ты проведешь диагностику, и проведешь ее прямо сейчас.

- Нет нужды в грубости, Ханна, - отвечает компьютер, каким-то образом умудряясь звучать обиженно. - Я с радостью проведу компьютерное обследование пациента. Напоминаю, что согласно регламенту, все медицинские услуги оплачиваются заранее.

- Должно быть, думает, что там кто-то есть, - говорит Кегли.

- Нет там никакого пациента! - кричит Безымянная, снова тряся капсулу. - Проведи диагностику оборудования. По моему, блядь, распоряжению. Я же твоя корабельная медсестра, нет?

Внезапно в разговор врывается новый голос. Низкий, каркающий. Он напоминает мне вечно недовольную всезнайку-подростка, но этим дело не ограничивается. В голосе чувствуется сталь, острая грань насилия. Опасная женщина. Ей не нужно повышать голос, чтобы ее услышали.

- Так вот где вся ваша троица.

- Сарк! - почти выкрикивает Безымянная, подтверждая мою догадку, что это капитан безкожих.

Я не уверена, что происходит, но чувствую, что три пиратки удаляются от капсулы.

- Начинаю компьютерное медицинское обследование, - сообщает мне приторный голос компьютера.

Что за новый Aд?

- Нет. Остановись, - шепчу я, максимально тихо.

- Триста кредитов из медицинского бюджета корабля будут заморожены в качестве обеспечения. Если оплата не поступит, вы можете быть привлечены к финансовой ответственности, Ханна.

Раньше голос транслировался и внутри, и снаружи. Теперь я надеюсь, что только внутри. Иначе моя единственная надежда - что безкожие слишком заняты своими делами, чтобы заметить эти вопли.

- Отмена. Отмена, - шепчу я.

- Вы трое все это время тут прохлаждались? - рычит Сарк едва слышно.

- Пожалуйста, лягте головой к потолку, - сообщает компьютер четко и твердо.

В верхней части капсулы загорается зеленый свет, а по бокам - серия красных стрелок, указывающих на него. Стрелки загораются одна за другой, словно показывая мне дорогу вперед.

Я пытаюсь сжаться. Знаю, что меньше уже не стану, но, может, смогу забиться поглубже в ноги капсулы, если одна из пираток вернется проверить, что за шум поднимает этот чертов ящик. Если они откроют капсулу - мне конец. Моя жизнь висит на волоске.

Приниженная Безымянная отвечает капитану первой.

- Я просто проводила инвентаризацию, как ты велела, Сарк.

- А мы пришли проверить ее, - добавляет Кали.

- Пофиг. Инвентаризация хоть закончена?

- Ага, - отвечает Безымянная, но на секунду позже, чем следовало.

Я еще не видела Сарк, но если целый корабль безкожих настолько запуган женщиной, что называет ее своим лидером, она, должно быть, поистине ужасна. Интересно, что она сейчас делает? Кипит? Пытается выглядеть угрожающе?

- Пожалуйста, лягте головой к потолку, - повторяет компьютер.

Лучше сделай это.

Мне не нужно, чтобы Фальшивая Ли Мин это говорила. Я не знаю, слышат ли пираты компьютер или нет, но сейчас главное - заткнуть его. Вопреки здравому смыслу, я принимаю горизонтальное положение - как человек, готовящийся войти в анабиоз. Я отталкиваю шарики собственной мочи, пока двигаюсь, но один из них взрывается прямо у меня на лице, превращаясь в ту самую мерзость, которой был бы при нормальной гравитации. Одно преимущество невесомости, пожалуй, в том, что ничто не может испачкать меня или прилипнуть.

Я лежу, насколько это возможно, головой - как неоднократно повторял компьютер - к потолку. Чтобы удержаться на месте, мне приходится вытянуть обе руки и упереться в стенки капсулы.

- Пожалуйста, не двигайтесь, - вещает компьютер.

Хоть бы сказал что-то другое.

- Я хочу, чтобы вы трое позже доложились мне. По одной. Мы обсудим ваши сегодняшние действия. А сейчас дорога каждая минута. Приближается вспышка, и время на исходе. Мы нашли всех, кроме одной. Но прямо сейчас латальщице нужна наша помощь. А под "нашей" я имею в виду "вашу".

Всех, кроме одной? Неужели маме Мередит удалось сбежать? Это слабая надежда, но у меня больше ничего нет. Из пневматической трубки в полу капсулы выдвигается игла. Если бы я не парила в воздухе, она бы воткнулась мне прямо в ягодицу. Раздраженный звон разносится по капсуле.

- Пожалуйста, откорректируйте положение.

Стиснув зубы, я давлю на верхнюю стенку и насаживаюсь на шприц.

- Не двигайтесь.

Это больно. Не должно быть больно - обычный укол в задницу, - но больно. И унизительно. Капсула вкачивает в меня какую-то таинственную субстанцию. И если я хочу избежать поимки, я должна оставаться на игле и принимать все, что она пожелает влить мне в вены.

- Да, Сарк, - бормочут троица безкожих почти хором.

Думаю, они сейчас выходят из медпункта.

- Сестры, - голос Сарк звучит почти добродушно - насколько это возможно для нее, - вы разве ничего не забыли?

Наверное, они растерянно переглядываются.

Зеленый сканирующий луч проходит вдоль моего тела. Если бы ситуация была совсем другой, я бы, возможно, наслаждалась происходящим как световым шоу. Но сейчас я просто надеюсь, что эти огни не привлекут еще большего внимания к капсуле, которую они уже сочли по крайней мере частично неисправной.

- Тот член экипажа, которого мы еще не поймали? - предполагает Кали.

Зеленый луч снова проходит по мне - на этот раз от ног к голове, а не наоборот. Мой мочевой пузырь переполнен. Я опускаю взгляд. Что эта штука в меня впрыскивает? Я только что обмочилась, к моему великому стыду. Но откуда снова этот позыв? Так быстро не бывает. Неужели я захлебнусь в собственных выделениях?

Это радиоактивный контраст. Ты же знаешь. Расслабься. Ощущение ложное. Оно пройдет через мгновение.

Радиоактивные чернила. Конечно. Я знаю это из прошлого визита в медпункт. В детстве я всегда представляла их как светящуюся зеленую жидкость - такую же, как мы с Ли Мин делали для веселья, засовывая фломастер-хайлайтер в бутылку с водой. Помню, как разочаровалась, узнав, что они вообще не светятся, только под диагностическим оборудованием.

- Нет, - говорит Сарк. - Согласно манифесту это какой-то семнадцатилетний ребенок. На год младше меня, а? Гребаная соплячка.

Это я. Я - единственная, кто еще жив и не пойман. Много пользы это принесло экипажу "Синего". Раз я заперта в этом ящике, можно считать, что меня уже поймали.

Сарк смеется - мрачно, безрадостно. Она такая же девчонка, как я. Как, черт возьми, она может командовать этими беспощадными убийцами? Остальные подхватывают - их смех звучит натянуто.

Мой мочевой пузырь вот-вот лопнет.

- Мы не забираем эту баржу с собой. Девчонка может сдохнуть на ней, когда придет вспышка. Нет, сестры, вы забыли, зачем мы пришли: все это дорогое медицинское оборудование "ЭйджинКорп". Начинайте вытаскивать.

Что ж, это снова бросает меня в огонь. Они скоро придут за моей капсулой вместе со всем остальным дерьмом. Когда это будет - неизвестно. Может, я снова смогу сжаться у основания, и они меня не заметят. Наверное, в невесомости капсула с моим телом внутри не будет тяжелее. Но сначала нужно, чтобы эта чертова диагностика закончилась, и я перестала так лежать.

Я сжимаю ягодицы, словно пытаясь вытолкнуть шприц. Он все еще качает в меня радиоактивный контраст.

- Заканчивай, - шепчу я. - Заканчивай.

Компьютерная леди не отвечает. Я слышу, как трое получивших выговор безкожих теперь двигаются, хватая ящики с антибиотиками, хирургическими инструментами и кто знает чем еще. Вздыхаю с облегчением. Похоже, тяжелые капсулы они оставляют на потом. Это хорошо, потому что компьютер не торопится ради меня, и я знаю, что она снова запищит и заорет, если я сдвинусь с предписанного положения.

Тень падает на меня. Я поднимаю взгляд и вижу Кегли - во всей ее безликой красе - парящую надо мной, с медицинской сумкой на каждом плече. Она не смотрит на меня. Но может это сделать в любую секунду. На этот раз она проплывает мимо, не заметив меня.

Мне нужно выбраться отсюда.

Неправильно. Сейчас тебе нужно расслабиться.

Ты все время говоришь мне расслабиться.

А ты все время паникуешь.

Не думаешь, что это разумная реакция на то, что здесь происходит?

Разумная? Нет, не разумная. Понятная - да. Логичная - конечно. Но разумная реакция - сохранять свою жизнь как можно дольше.

Это конец. Мои матери мертвы.

Ты этого не знаешь.

Сарк почти подтвердила.

Раздается грохот.

- Бля, - бормочет Безымянная.

Моя голова дергается, как у кролика, пытаясь понять, что случилось. Видимость медпункта для меня крайне ограничена, даже когда я прижимаюсь лицом к пластистали. Наверное, мне стоит отодвинуться, но я не отодвигаюсь. Я прижимаюсь вплотную, вижу, как от моего дыхания запотевает пластик.

Но я не вижу, что уронила Безымянная, или, ну... не знаю, в невесомости "уронила" не совсем подходит, - но я не вижу, обо что она ударилась пальцем или что ускользнуло у нее из рук. Я не вижу ни одной из безкожих. Должно быть, они переносят снаряжение в свой абордажный корабль.

Сарк не подтвердила, что Мередит мертва. Она подтвердила, что все учтены. Кроме тебя.

Значит, она мертва.

Или?

Или у нее какая-то раковая опухоль, и они взяли ее в свою команду. Но это пустые мечты.

Да ну? Ты сейчас вообще ничего не знаешь. Вот что разумно: выжить. Выжить любой ценой. Надо прятаться в ящике - прячься. Надо перерезать кому-то глотку - режь. Помнишь историю Кали про пилотессу с астероидного крекера? Встречу с безкожими пережить можно.

Эта история плохо кончилась.

Ты упускаешь суть.

Слышно шипение сервомеханизмов шлюза медпункта.

- Ладно, - говорит Кали, вечно бравый лидер всякой суеты. - Это все мелочи. Давайте двигать эти капсулы.

Я смотрю на иглу, все еще торчащую в моей ягодице. Заканчивай уже, - мысленно приказываю я. - Прекращай.

- Давай, хватайся за этот конец, - слышу я голос Безымянной.

Они обсуждают, как трудно передвигать эти штуки. Внезапно капсулу трясет. Я чуть не слетаю с иглы.

- Это что? - спрашивает Безымянная.

- Вспышка, - мрачно отвечает Кали. - Уже почти здесь. Шевелитесь, блядь.

Я сжимаю ягодицы. Почему это еще не кончилось? Этому вообще когда-нибудь будет конец?

- Сколько здесь этих анабиозных капсул? - слышу я голос Кегли - отдаленно.

Они явно вытаскивают одну отсюда.

- Шесть, - отвечает Безымянная.

- Обследование завершено, - сообщает приторный компьютерный голос.

Игла наконец выходит из моей ягодицы. Вместе с ней исчезает и чувство переполненного мочевого пузыря. Облегчение такое же, как когда наконец вздыхаешь корабельный воздух после десятичасовой тренировки в скафандре. Я отталкиваюсь от головного конца капсулы, чтобы снова свернуться калачиком в ногах.

Капсула сдвигается, и я ударяюсь головой о крышку. Боль пронзает голову, перед глазами пляшут белые молнии, но я прикусываю язык, чтобы не закричать. На всякий случай даже всхлипывать не стоит. Я тянусь рукой к вновь образовавшейся шишке на лбу. Боль снова пронзает меня.

Капсула все еще движется. Я понимаю: безкожие добрались до моей капсулы и, как грузчики, перемещают меня. Не дожидаясь указаний Фальшивой Ли Мин, я осторожно вытягиваю ногу, избегая любого толчка. Мне не нужен звук удара ботинка о стенку капсулы, предупреждающий врагов, и мне не нужна инерция от сильного толчка, швыряющая меня внутри капсулы как шарик для пинбола. Поэтому я осторожно прижимаю подошву ноги к стенке.

Другой рукой я упираюсь в противоположную стенку. Капсула все еще движется, но теперь я удерживаю себя в фиксированном положении внутри. Мне тесно, я вся согнулась, чувствую себя как в клетке. Костяшки пальцев побелели от напряжения, голова пульсирует от боли.

- Эй, погодите-ка, - это Кегли. - Это не та ли, которая глючила раньше?

Капсула наклоняется по диагонали, так что головной конец оказывается направлен к полу "Синего". Возможно, другая безкожая что-то проверяет.

- Да, кажется, та, - соглашается Безымянная.

- Может, оставим ее?

Наступает пауза. У меня перехватывает дыхание. Неужели мне впервые за день повезло? Мне все равно потом придется придумать, как выжить при вспышке без систем жизнеобеспечения, но эти проблемы потом. Может, я просто останусь в капсуле и пошлю сигнал бедствия. Но в данный момент мои чувства трепещут от восторга. Безымянная тут же разбивает мои надежды.

- Нет. Даже если она сломана, сгодится на запчасти.

Да еб твою мать!

Все нормально. Скорее всего, они засунут тебя куда-нибудь с остальной добычей. Когда эта капсула окажется в их грузовом отсеке, ты не будешь постоянно окружена безкожими. Тогда просто выскользнешь, спрячешься где-нибудь, а потом...

Заткнись, Фальшивая Ли Мин. Я не в настроении для твоего гребаного оптимизма.

К счастью, она замолкает. Мое положение отчаянное. Может, в этот момент лучше уйти на своих условиях?