Я смотрел на эту совсем юную, но уже мудрую, и при этом очень стойкую женщину, и восхищался ею. Прожить три года при дворе, где тебя постоянно третировали и унижали — дорогого стоит. И не просто прожить, но не сломиться, не опуститься, при этом сохранить гордость и величие. Я медленно подошёл к Жозефине, опустился на одно колено и поцеловал протянутую руку:

— Ваше величество, рад возможности выразить вам своё почтение!

— Как вас зовут? — спросила королева, не отнимая руки.

— Ино Пинатум, ваше величество! — я встал с колена и подал девушке халат, ибо пеньюар был, кхм, весьма прозрачен. И в тусклом, неярком мерцании свечей скорее показывал, чем прикрывал. А уж показать королеве было что. Узкая талия, в меру широкие бёдра, полная, но упругая грудь…

Впрочем, королева халат на плечи накинула небрежно, будто её и не волновал весьма пикантный вид. И спросила глухо:

— Кто убил… эту?

— Квису? — спросил я, и, дождавшись кивка королевы, ответил: — Убил я, ваше величество. Увы, лично.

— Почему «увы»? — живо заинтересовалась Жозефина и будто ожила, сбросила оцепенение, и заиграло лицо её мимикой.

— Не люблю убивать женщин, — честно признался королеве, — Делаю это весьма редко и только по огромной необходимости.

— Ну, здесь для вас необходимости не было, — пожала своими плечиками королева, отчего халат соскользнул с одного плечика: — Вы могли не брать заказ.

— Я его и не брал, — спокойно ответил я, и, увидев распахнувшиеся от удивления глаза её величества, поспешил объяснить: — Заказ должен был исполнить убийца, но то, что я увидел — поменяло мои планы.

— Вот как, — королева прошла к столику с двумя небольшими креслами, села в одно и махнула рукой на второе. Когда я присел, королева продолжила: — Вы интригуете меня всё больше и больше, Ино Пинатум. Я могу спросить, что же такое вы увидели в Квисе, что решили сами убить её? И почему убийца вас послушал? И означает ли это, что вы главный инициатор, а не барон Гордис? И как вы вообще с ним связаны?

Королева замолчала, задохнувшись от длинной речи, а я тихо рассмеялся:

— О женщины, ничто вас не исправит! — потом подумал немного и произнёс: — Давайте начнём с другого. Я сделаю вам предложение, и если вы его примете, то я отвечу на любые ваши вопросы. Идёт?

— Предложение? — нахмурилась королева, — Я, конечно, очень благодарна вам за… услугу. Но если вы считаете, что тут же отдамся первому встречному…

— О нет, — усмехнулся я максимально холодно, — Такое я женщинам не предлагаю. Хотя, если предлагают они, то стараюсь не отказывать, ибо ещё мой отец учил, что отказывать женщине в любви — большой грех, который не смыть потом ничем.

Королева растерялась и даже покраснела, поняв, что поторопилась с выводами. И, запнувшись, произнесла:

— Простите за поспешность. И в чём же ваше предложение?

— Я бы хотел предложить вам стать королевой.

— Но я и так королева, — вскинула подбородок Жозефина.

— Вы жена короля, — покачал я головой, — А я предлагаю стать именно вам королевой и управлять Кроком.

Краска отхлынула от лица Жозефины, и она посмотрела на меня если и не с ужасом, то с изумлением. А потом произнесла хрипло:

— Что-то, господин Пинатум, я не вижу у вас рогов, от вас не пахнет серой, и вы мне не подсовываете документ, который нужно подписать кровью.

— Браво, — кивнул я максимально бесстрастно, показывая, что оценил шутку, — Но я не Люцифер. А даже совсем наоборот. В некотором роде, как мне кажется, противостою его козням.

— Вы либо шутите, либо сумасшедший! — королева уже успокоилась, и её лицу вернулся естественный цвет, — Даже если бы я согласилась, то не имею представления, как такое возможно. Во-первых, муж мой никогда не отдаст власть. Кроме того, даже если бы он сделал такую глупость — меня не примет местное дворянство.

— Возможно это всё очень легко, — я бесстрастно пожал плечами, — Правда, для этого вам придётся родить.

Жозефина прищурилась, понимая, о чём я. Но попросила всё так же хрипло:

— Расскажете подробнее?

— Как только вы родите, ваш супруг скоропостижно скончается, а вы будете регентом при младенце. Как минимум двадцать один год, до исполнения его совершеннолетия. А тут уже от вас зависит — останется ли по истечении этого срока власть у вас, либо вы отдадите его своему ребёнку, будь то сын или дочь.

— Но местные дворяне, — покачала головой королева, — У мужа младший брат. Плюс, куча кузенов, имеющих немалое право на престол. А есть ещё герцог Мандеро, у которого власть, мне кажется, не меньше, чем у моего супруга.

— Предположим, что дворяне вас истово поддержат. Вас и наследника престола. Или наследницу. Слава Богу, в Кроке не как в халифатах — женщины имеют такое же право на престолонаследие, как и мужчины.

— Я в это не верю, — покачала головой Жозефина.

— Очень зря, — я говорил максимально нейтрально, но убедительно: — Поверьте, в силах барона Гордиса сделать так, чтобы бóльшая часть дворянства поддержала именно вас. Я предполагаю, что брат Фридриха задумает свергнуть законного наследника и будет сразу же убит верными короне людьми. За попытку узурпировать власть, естественно. А герцог Мандеро… Поверьте, скоро он не будет иметь никакого влияния.

Я немного подумал и произнёс:

— Если хотите, то можете дать ответ позже, когда поймёте, о чём я говорю. Но и я тогда на ваши вопросы отвечу позже.

Жозефина задумалась надолго. Потом встала, подошла к двери в спальню. Выглянула в коридор и вернулась.

— Не переживайте, ваше величество, — я откинулся в небольшом кресле: — Сегодня дежурит смена, которая всецело предана барону Гордису. Потому нас никто не подслушивает, и с вами тоже ничего не случится. Барон, кстати, вам назовёт потом верных людей в королевской гвардии, на которых вы всегда можете положиться.

Королева вновь села в кресло и с каким-то любопытством стала меня разглядывать:

— Если то, что вы говорите — правда, то барон Гордис… очень могущественный в королевстве человек?

— Влиятельный, — поправил я Жозефину.

— А вы… — королева запнулась, — Повелеваете им?

— Почему же повелеваю? — вновь равнодушно пожал я плечами: — Подсказываю время от времени. Только и всего. У нас с ним общие цели, и барон доверяет мне.

— Что за цели — вы тоже не ответите? — усмехнулась королева, — Вдруг эти цели не подходят мне?

— Главная цель — борьба с Прядью и её тварями, — честно ответил я.