Пока Боэн и двое его подручных разбивали лагерь, а мы с Сариссой сидели на брёвнышке и вдохновляли магистра на плодотворную работу, Баблер собрал вокруг себя охотников и принялся объяснять правила мародёр… тьфу ты, сбора трофеев. Он повернулся к здоровенному, но совсем юному охотнику с пушком над верхней губой и спросил грозно, но покровительственно:

— Как звать?

— Меня-то? — моргнул могучий юнец.

— Нет, деда твоего, — картинно вздохнул Баблер.

— Деда звать Миртал, — радостно ответил охотник, — Его весь наш Ореглад знает-то. Самый меткий стрелок был, пока ему медведь руку не повредил.

— Д-да-а-а-а, — растеряно отозвался Баблер и не менее растерянно оглянулся на Тыша.

— Это Бронкс, — охотно пояснил помощник магистра, беззаботно улыбаясь, — Он парень так-то хороший, хоть и не шибко умный.

— Зато в другом силён, — вызывая хохот остальных охотников брякнул ещё один орегладовец, крепыш, будто вырубленный целиком из куска скалы — смуглый, резкий, бугристый.

— Это в каком же? — заинтересовался Баблер.

— Так ему только-только восемнадцать исполнилось, а у него уже четверо детей! — охотно пояснил крепыш, под веселье трофейной команды.

Бронкс покраснел и озирался немного потерянно, явно не понимая, почему остальные охотники ржут. Впрочем, смеялись над ним не обидно, как над своим. С какой-то даже лёгкой гордостью, мол, знай наших! А Баблер с уважением посмотрел на юнца и сделал эдакий жест рукой, будто муху отмахивал:

— Вот что, Бронкс, внук Миртала! Ты запомни главную заповедь трофейной команды! — Баблер понизил голос, и все охотники невольно вытянули шеи, чтобы расслышать шёпот моего приятеля. А тот, сделав паузу, рявкнул со всей дури: — Ищи даже в заднице!

Бронкс от неожиданности подпрыгнул, а остальные охотники отшатнулись, а после грянули хохотом. А Баблер, сурово посмотрев на них, заговорил:

— Ну, чего ржёте, как кони на случке? — принял позу лектора, выставив вперёд левую ногу и картинно откинув назад правую руку, заговорил: — Враг хитёр и коварен! И никогда не захочет делиться своим добром! Даже мёртвый.

Линг прошёлся перед строем замолчавших охотников, назидательно поднял палец вверх и заговорил менторским тоном:

— Тем более, он не хочет, чтобы его добро нашли его же товарищи-враги! Почему? — Баблер опустил назидательно поднятый палец и ткнул им в крепыша: — Как тебя звать?

— Лейсл я, — настороженно ответил бугристый.

— Почему враг не хочет, чтобы его добро нашли его же товарищи? — спросил Баблер крепыша.

— Потому что это его? — охотник растеряно посмотрел на своих собратьев, будто ища поддержки.

— Как это его? — удивился Баблер, — Если мы его убили, то это наше! По незыблемому закону войны! А прячет он от своих товарищей добро с одной целью — чтобы досталось оно не его упырям, а доблестным рыцарям, сразившим говнюка в сражении. Понял?

— Думаете? — с сомнением переспросил Лейсл.

— Уверен! — рявкнул Баблер, и строго посмотрел на трофейную команду. Остановил взгляд на Тыше и спросил: — С чего начнём, помощник Тыш?

— Э-э-э, — промямлил заместитель магистра, — Оружие соберём?

— Оружие само-собой! — назидательно проговорил Баблер, — Соберём всё, внимательно осмотрим. Все камешки, украшения снимем и доверим самому надёжному члену нашей команды.

Мой приятель внимательно оглядел присутствующих:

— Кто у нас самый надёжный?

— Тыш, — тут же встрял Лейсл.

Линг подкатил глаза и проговорил мрачно:

— Забыл сказать самое главное — самым надёжным считается самый старший и самый опытный в этих делах товарищ. Итак, кто у нас самый старший?

Боэн, присевший рядом со мной, уважительно хмыкнул и сказал:

— Вашему другу палец в рот не клади — оттяпает по плечо.

— Вы самый старший, господин Линг, — уважительно проговорил в это время Тыш.

— Потому и самый надёжный! — кивнул Баблер одобрительно и продолжил: — Итак, что будем искать кроме оружия?

Тыш посмотрел на полуголых спумаев, у которых кроме набедренных повязок, поясов да перевязей и не было ничего, и проговорил нерешительно:

— А с чего тут начинать-то, господин Линг?

— Ай да умница! — вскричал Баблер умильно, — Умнеешь на глазах! Начинать надо с правильных вопросов самому надёжному и опытному, а он вам, дуралеям, уже всё и объяснит!

Баблер вновь принял лекторскую позу и поманил к себе Бронкса:

— Милый, но плодовитый юноша, подойди к первому трупу! Не бойся, он тебя уже не укусит! — приятель мой цепко следил, как охотник наклоняется над мёртвым спумаем, — А теперь раздвинь его губки и посмотри в пасть! Эти белесые чудища часто любят вставлять в свой рот зубки из драгоценных металлов. И если видишь такой — его нужно аккуратно выломать, вытереть и отдать кому?

— Самому надёжному? — переспросил молодой здоровяк.

— Я сейчас прослезюсь! — пообещал Баблер охотнику и рявкнул: — Совершенно верно, мой плодовитый мальчик!

Охотник раздвинул губы и промямлил:

— Все зубы одинаковые, костяные, господин Линг!

— И такое бывает, — согласился Баблер, — Но ты не огорчайся! Возьми ножик и раздвинь их. Эти негодяи любят перед битвой прятать во рту что-нибудь ценное, чтобы не потерять! Вот так, правильно!

Пока охотник кинжалом раздвигал зубы мёртвого врага, Баблер коршуном склонился над ним и внимательно наблюдал. Потом распрямился и проговорил:

— Вот нищеброд! И во рту пусто! — обвёл взглядом притихших охотников и проговорил, — Но настоящая трофейная команда не сдаётся! А продолжает искать, чем враг может порадовать своего более удачливого соперника, то есть, нас с вами!

Линг притопнул и распорядился:

— Теперь снимай набедренную повязку и прощупывай её — не зашито ли что? Затем то же самое делаешь с поясом и перевязью! Оружие берёшь, осматриваешь. О! Видишь — синий камушек! Выковыриваешь его осторожно, чтобы не поцарапать, и сразу же несёшь дяде Баблеру!

Мой приятель развернулся к остальным охотникам, пряча в карман сапфир, и спросил участливо:

— Всем всё понятно?

— Понятно! — нестройно проговорили охотники.

— Ну, если понятно — вперёд, мои богатыри! — рявкнул Баблер и первый полез к горе из пары сотен трупов.

— Так вот для чего мы лагерь разбили, — понял теперь магистр, и обречённо пошёл в палатку…