Я почуял приближение тварей Пряди загодя. К тому времени дождь давно прекратился, и вот уже пятый день, как в халифате жарило солнце, отчего скалы снаружи раскалились и пышели жаром. Но в самой пещере оставалось достаточно прохладно, и мы себя чувствовали более-менее комфортно. Более-менее потому, что ожидание посланца Пряди довольно сильно нервировало моих помощников. Ни Акумо, ни Змею не приходилось ещё встречаться с тварями, оттого они достаточно сильно переживали, хотя и старались этого не показывать. Однако, Чучело и Глупыш оставались абсолютно спокойными, как и я. Магия наручей восстановилась, потому я чувствовал себя максимально уверенно. Да и вряд ли посланцы из Разлома припрутся целой армией. А против парочки тварей я справлюсь даже безо всякой магии.

Впрочем, тварей оказалось немного больше, чем две. Я почуял двух гурдылов — рыцарей смерти, а с ними вместе двигался марид, огненный демон. Наверное, это был самый лучший выбор для незаметного перемещения по территориям людей для тварей Пряди. Большой отряд рано или поздно заметили бы и устроили охоту. Один марид или гурдыл тоже вряд ли смогли бы пробраться, наткнись на какой-нибудь разъезд. А вот два гурдыла, способные уничтожить небольшой отряд рыцарей, да марид, молниеносный, не дающий шанса убежать даже самым быстрым разведчикам, чтобы поднять тревогу — идеальное сочетание. И эта смертоносная троица двигалась сейчас, под покровом ночи, к нашей пещере.

Впрочем, это они думали, что смертоносные. Я придерживался иного мнения, потому сейчас давал инструкции своим помощникам:

— Чучело и Акумо — на вас левый гурдыл. Змей и Глупыш — ваш правый. А мне надо пленить марида.

— К-кого п-пленить? — Акумо почему-то начал заикаться, и я проговорил максимально медленно и бесстрастно:

— Марида! Демона, который повелевает огнём. Понимаешь в чём дело — гурдылы мне пленными не нужны. Тупые, твари, до безобразия! Не, речь у них есть. И какие-то элементарные понятия они имеют, но ничего путного не расскажут, так как ум у них, как у пятилетнего ребёнка, — подумал немного и добавил бесстрастно, — Обуянного жаждой смерти ребёнка.

Акумо, вытаскивая два клинка, поинтересовался хмуро:

— И какие у этого дитяти слабые места?

— В пелёнки бей, — мрачно пошутил Змей, и Акумо нервно хохотнул. А я проговорил:

— Самые уязвимые места — шея, сочленения локтевых и коленных суставов. В туловище даже не пытайтесь рубить. Там броня.

— А в забрало? — деловито произнёс Акумо. И проговорил, оправдывая вопрос: — У меня точные выпады. И быстрые.

— Я ж сказал — там мозга почти нет, — равнодушно проговорил я, — Бесполезно в забрало. Только если голову отделить от тела. А вообще — Чучело и Глупыш ввяжутся в основную драку. Ваше дело попытаться снести гурдылам головы, либо отрубить конечности. Без конечностей рыцари смерти так себе вояки. И не пораньте моих помощников!

Марид и гурдылы вынырнули из темноты медленно. Они тоже что-то почуяли. Вернее, почуял марид — он был много сообразительней рыцарей смерти. Остановился перед пещерой, вдохнул глубоко воздух широкими ноздрями и проговорил глухо:

— Кто здесь?

Я вышел из пещеры и спросил весело:

— А ты к кому пришёл?

Демон огня повернулся на стоящих сзади рыцарей смерти и проговорил неуверенно:

— Ты Мунакра?

— Конечно, — согласился я, — Тебе велено мне что-то передать?

Марид вновь потянул носом воздух:

— Ронове ничего не говорил передать, Мунакра, — марид переступил с ноги на ногу и вновь повернулся к гурдылам. Один из рыцарей смерти прошипел из-под шлема:

— Где те, кого вести в Разлом?

— Ещё не готовы, — сказал я, и махнул рукой: — Заходите в пещеру!

Я, не веря такой удаче, отступил назад, сигнализируя за спиной своим бойцам, чтобы готовились. Те разошлись в стороны, и когда марид с гурдылами зашли, резко ударили рыцарей смерти. А я, одновременно с ними, прыгнул на марида. Демон пытался отшатнуться, но я оказался невероятно быстр даже для него, а в удар вложил не только силу, но и магию. Голова марида болтнулась, и он вылетел из пещеры спиной вперёд. Но даже после такого мощного удара попытался встать. Правда, я был уже рядом и ещё раз добавил в голову — теперь уже ногой. И когда демон хрюкнул и потерял сознание — развернулся к пещере. Чучело и Акумо уже уничтожили своего гурдыла, а вот Змею и Глупышу пришлось несладко. Рыцарь успел откинуть от себя стеклянного волка, а теперь рубился с убийцей магов, опуская раз за разом на Змея огромный фламберг.

Не успел я среагировать, как келпи крутанулся и ударил гурдыла задники копытами. Внутри рыцаря смерти что-то утробно хлюпнуло, и тот, отлетев в стену, сполз по ней чёрной грудой железа. Змей, воспользовавшись случаем, тут же подскочил и срубил голову исчадию, а после начал громко ругаться. Я быстро вернулся к демону, перемотал его руки и ноги кожаными ремнями, а на ремни повесил нательные крестики. После аккуратно прислонил марида спиной к скале и начал ожидать пробуждения.

Марид пришёл в себя быстро, безо всякой раскачки. Резко открыл глаза, сверкнул своими щелевидными, похожими на змеиные зрачками, и проговорил без вопроса:

— Ты не Мунакра.

— Не буду спорить, — согласился я с демоном.

— Но я чую… — демон не успел договорить, так как я его прервал:

— Мне всё равно, что ты чуешь. Сейчас я буду задавать вопросы, а ты будешь на них отвечать. Ты всё понял?

— Я всё понял, — спокойно ответил марид, — Спрашивай.

— Почему ты принял меня за Мунакру?

— Он вызвал нас, чтобы мы увели нижних в Разлом. Я подумал, что он пришёл сам, так как почуял в тебе силу.

— У Мунакры такая же сила как у меня?

— Я не знаю, — прикрыл глаза демон, — Я не видел его.

— А Ронове? Он видел Мунакру?

— Он слышал его призыв. Этого достаточно, Иной!

Марид понял, кто перед ним, но я не переживал. В Прядь исчадие уже не вернётся. Но вот на вопросы ответит:

— Получается, Мунакра призывает вас сюда? В наш мир?

— Кого ты подразумеваешь под словом наш? — спросил вдруг марид, и я махнул рукой в сторону Змея и Акумо.

— Это теперь наш мир, Иной. С тех пор, как мы появились в нём. Не их.

— Хорошо, — не стал я разводить демагогию: — Мунакра призвал вас в этот мир?

— Либо Мунакра, либо кто-то, как Мунакра, я не знаю, — равнодушно сказал демон, и полыхнул вдруг глазами: — Отпусти меня, Иной. Мы никогда не покушались на твою власть и никогда не выступали против тебя и твоих… товарищей.

Я покачал головой и поднял Каладболг. Демон и сам знал, что я его не отпущу…