Я сказал Баблеру, поняв, что убийца магов больше не нападёт:

— Сейчас иду! — а потом спросил бесстрастно пленного: — Как тебя зовут?

— Уильям Керр по прозвищу Змей, — прохлюпал разбитым ртом тот.

— Иди за мной, Уильям Керр, — холодно сказал я, отпустил его волосы и шагнул вслед за Баблером, даже не сомневаясь, что убийца магов теперь последует за мной. Понял почему-то это сразу, глядя в его глаза. И Змей не подвёл. Пошёл следом и встал за спиной, замерев, как истукан. Даже несмотря на разбитые в кровь нос и рот. А Жнец, мрачно улыбаясь, уже подвесил графа вниз головой прямо на люстру. Тот поскуливал, но боялся даже закричать. Я же, понимая, что такого «героя» и пытать не нужно, спросил тихо:

— Ты знаешь, кто мы?

Граф заскулил, поменяв тональность, и выдавил из себя «да».

— Знаешь, кто отправил убийц в Новасурбе в засаду на нас? — я присел на корточки, чтобы лучше видеть глаза графа.

— Мне приказал Мунакра, — простонал Скот, — Вас случайно увидели у дома герцога, а у нас как раз рядом была группа убийц. И господин Мунакра приказал использовать их для вашего устранения!

Я не услышал, а скорее почувствовал, как выдохнул облегчённо Баблер. И как расслабился Жнец. Да и я, честно говоря, понял вдруг, что с моих плеч свалился огромный груз. Я встал с корточек и проговорил равнодушно Лету:

— Узнай список всех, замешанных в связях с Прядью. Потом графа передадим королю, пусть разбирается с паскудой сам.

И вышел в коридор, поманив за собой Змея. И когда вышли, спросил убийцу магов:

— Где ваша… моя школа?

— В халифате Джэв, милорд, — склонил разбитую голову убийца магов.

— Как вдруг убийцы магов стали служить слугам Пряди? — холодно спросил я, — Я не чувствую в тебе самом гнили из Разлома.

— Мои учителя сказали, что господин Мунакра — последователь Всадников и защищает мир от Пряди, сэр, — Змей хотел ответить бесстрастно, подражая мне, но голос его предательски дрожал, — Потому я служил ему.

— И тебя не смущало, что ему служат упыри и спумаи? — я чуть приподнял бровь, чтобы изобразить удивление, и убийца магов тут же ответил:

— Смущало, но учителя всегда говорили, что для достижения цели хороши все средства. И если тебе, чтобы победить, нужно взять оружие врага — бери и не раздумывай!

— Так себе философия, — произнёс я, заходя в кабинет графа. Увидел на столе карту континента и тут же повернулся к Змею: — Ну-ка, покажи на карте, где Школа.

Уильям подошёл к столу, внимательно изучил чертёж и уверенно ткнул пальцем. Я запомнил место и спросил сухо:

— Что собираешься делать?

Змей, судя по всему, растерялся. И проговорил глухо:

— Что прикажете, милорд.

Я подумал пару мгновений и произнёс:

— Как найти Мунакру?

И вновь убийца магов растерялся. И проговорил тихо и со смущением:

— Я не знаю. С ним всегда граф общался. Мне же приказания передавали либо через учителей, либо через посыльного. Специальные послания, помеченные печатью совы.

Я кивнул и вновь отправился к графу, не сомневаясь, что и тот не видел таинственного посланника Пряди. Так и оказалось. Гарри Скот тоже получал все указания через посланников. И тоже письма, помеченные печатью совы.

— Ты хоть раз его видел? — спрашивал Баблер подвешенного вниз головой графа, но тот мычал, вращал глазами, и клялся, что не видел ни разу.

— А посланники какие? — спрашивал я пытаемого, — Кто приносил письма?

— Всегда разные, — стонал от страха граф.

Я повернулся к Змею и тот кивнул, соглашаясь. А я продолжил допрос:

— Граф, ну я же уверен, что ты пытался проследить за посланниками.

— Однажды, — вновь простонал Скот, — Тот оказался просто нищий, которому дали письмо и заплатили за доставку. А потом Мунакра предупредил, что если я попытаюсь выяснить его личность, то умру самой мучительной смертью…

— Смотрю, Мунакра вам доверял, — хохотнул Баблер, и спросил меня, глянув на убийцу магов: — А этого почему не убил? Опять решил приручить кого-то?

И расхохотался, подлец, собственной шутке. Змей вспыхнул и кинул руку к ножнам. Те были пусты, естественно, так как оружия я ему не вернул. Я же качнул головой Уильяму, приказывая застыть, и ответил Баблеру:

— Бэби, твой язык тебя до добра не доведёт!

Теперь вспыхнул Линг, так как он жутко ненавидел, когда его называли уменьшительно-ласкательно «Беби». Смех его резко оборвался, зато захохотал Жнец и проговорил одобрительно:

— А мне нравится «Бэби»!

Баблер перевёл ненавидящий взгляд с меня на Лета, погрозил нам обоим кулаком, и этим же кулаком врезал по рёбрам подвешенному графу. Тот хрюкнул утробно и вновь тихонечко замычал.

— Что ты вообще знаешь про этого Мунакру? — спросил я графа.

— Он явно из высшей аристократии, — пропыхтел граф, — Может даже, приближенный ко двору.

— Откуда такие выводы? — заинтересовался Жнец. Баблер же в это время начал заниматься своим излюбленным делом — мародёрством. Рьяно обыскивал шкафы и шкафчики, простукивал стены и выгребал всё, что показалось ему мало-мальски ценным.

— Он всегда был в курсе того, какие решения принимались королём. В курсе всего, происходящего в высшем свете, — пропыхтел граф, болтаясь вверх ногами. Жнец, в каком-то непонятном порыве, начал потихоньку раскачивать графа и спрашивать:

— Кто ещё работает на Мунакру? Ты говори, милый друг, — и повернулся к Крету, стоящему с блокнотом: — А ты записывай! Подробно!

Граф заговорил. Взахлёб. Стараясь не пропустить ни единой детали. Тем более, освежить память ему помогали трупы его охранников, живописно разбросанные по всей комнате. А так как поработал Жнец, то трупы были в состоянии средней степени сохранности. Вернее даже сказать: состоящие из нескольких частей средней сохранности. Работа Жнеца — всегда эффективная, но грязная. Только Баблера, казалось, ничего не смущает. Он, простукивая стены, нашёл, наконец, тайник и содрал деревянную панель, под которой прятался сейф гномьей работы. Линг, пританцовывая, подошёл к графу и спросил мягко:

— Где ключ?

— П-потерял, — промычал Скот, и Баблер тут же врезал его сиятельству по рёбрам, повторив вопрос.

— Плохо быть тупым, — хладнокровно пожал я плечами и снял с шеи графа цепочку с ключом: — Если сейф с сокровищами, то и ключ хозяин всегда при себе хранить будет!

Баблер даже не обиделся на моё максимально справедливое замечание — так обрадовался возможности добраться до сокровищницы. Потому, просто вырвал ключ и кинулся к сейфу…