— Я была на вашей ярмарке, Михаил Иванович. Впечатляет. Планируются ли какие-нибудь гуляния в новогоднюю ночь? — спросила Челидзе, старательно сменив тему к концу ужина. — Люди любят праздники. В такое время, как сейчас им необходимо дать хоть капельку чуда. Особенно хорошо это может сработать в направлении наших устремлений.

Я медленно отложил вилку. Чёрт побери… Новый год! Какое сегодня вообще число? Моё замешательство не осталось незамеченным.

— Кажется, мне удалось вас выбить из равновесия, — прокомментировала это Лаура, поигрывая бокалом с белым вином. — Позвольте, отвечу на вопрос в ваших глазах. Новый год уже послезавтра.

Она сверилась с часами и поправилась:

— Вернее, уже завтра. Сейчас час ночи, Михаил Иванович. Время с вами летит незаметно.

— Сегодня тридцатое⁈ — ахнул я.

— Михаил Иванович, — звонко засмеялась Лаура, — вы просто великолепны. Неужели вы не подготовили подарки своим близким? Как можно забыть про Новый Год?

— Знаете, Лаура Георгиевна, так вышло, что последние недели выдались немного загруженными, — справился с собой я. — То бунты, то похищения, то вторжения Скверны. Было слегка не до праздников.

Челидзе понимающе покачала головой. После чего коснулась телефона, лишь мельком глянув на экран, и откинулась на спинку кресла, задумчиво наблюдая за мной.

Дверь распахнулась, на пороге появился господин Среда. Котелок он держал в руке на манер офицерской фуражки. Ни единый мускул не дрогнул на лице мужчины, несмотря на полуинтимную обстановку. Полумрак, свечи. Я делал вид, будто это всё мой типичный ужин, поддерживая беседу с Лаурой на уровне светской. Алкоголь уже подействовал на Челидзе. Её движения и речи стали чуточку прямолинейнее. В целом, появление её слуги облегчало задачу вежливого отказа. Надеюсь, посланница Императора примет его без обиды. Потому что к чему шло дело было видно даже мне.

И не то, чтобы Челидзе была непривлекательной, отнюдь. Южная кровь, наоборот, добавляла ей шарма. Просто мне такой переход наших отношений казался ненужным и даже опасным.

Плюс почему-то мысли всё время возвращались к Тени, и это уже начинало раздражать.

— Господин Среда, вы не могли бы связаться с госпожой Перумовой в ближайшее время и, желательно, доставить её сюда к полудню днём? — почти промурлыкала Челидзе.

— Разумеется, госпожа, — низким голосом ответил «котелок». — Но мне нужно выходить уже сейчас. Разрешите идти?

— Николь потрясающий специалист по организации праздников, — пояснила мне Лаура. — Думаю, с её талантами вы сумеете спасти новый год!

— И испортить его госпоже Перумовой? — хмыкнул я, пригубив морса. — Кажется, это не самое лучшее решение для идеи новой аристократии.

Челидзе подняла бровь в лёгком изумлении:

— Однако, Михаил Иванович. Однако. Новая аристократия не означает утрату власти. Госпожа Перумова мне должна, поэтому, уверена, с радостью переключится на столь важное задание.

— И всё же я возражаю, — я отодвинул стул от стола и медленно поднялся. — Прошу прощения, но внезапное наступление праздника вносит свои коррективы. Пойду готовиться.

Лаура проследила за моими движениями с недоумевающей улыбкой:

— Михаил Иванович, вы слышали про делегирование? Вы князь. У вас есть дела и поважнее, чем наряжать ёлку для детей, да пригонять на центральную площадь скоморохов. Расслабьтесь. Вы сгорите, если не остановитесь. Перумова лучшая в стране, я вас уверяю. Сделает всё в лучшем виде.

Господин Среда с отсутствующим видом стоял у стола, глядя куда-то в стену, и терпеливо ждал финальной команды.

— Спасибо, но мы как-нибудь сами, — ответил я. — Так будет правильнее.

Челидзе сделала короткий жест:

— Забудьте, господин Среда. Кажется, у его сиятельства вопрос принципа, а если мужчина видит цель, то не стоит вставать у него на пути.

Я поцеловал её руку на прощание, а затем вышел из номера, превращённого в альков. Было уже темно, однако в зале по-прежнему трудились рекламщики Челидзе. Послышался голос Паулины, возбуждённо доказывающей что-то. Я отправился к лестнице и вскоре уже был на первом этаже, в просторном фойе. Девушка-администратор широко мне улыбнулась, провожая взглядом, и я почти дошёл до двери, как заметил слева от входа утопающую в удобном кожаном диване Тень.

Наши взгляды пересеклись.

Телохранительница Князевой была одета в простую, но обтягивающую одежду. С некоторых пор женственности в ней стало сильно больше, чем в первые дни нашего знакомства. Появился макияж, причёска. Девочки Паулины воспитали бывшую охотницу.

Я не удержался и свернул. Связь наших взглядов не разрывалась всё то время, пока я шёл к её дивану.

— Позволишь? — спросил я, указав на место рядом. Тень чуть нахмурилась, но кивнула. Я плюхнулся на мягкую подушку, почувствовав плечом плечо девушки. Отстраниться она не попыталась.

— Думаю, Паулина там до утра, — заметил я. Уловил приятный аромат духов.

— Ничего, я подожду, — тихо сказала Тень, бросив на меня быстрый и немножко испуганный взгляд. — Вы кажетесь обеспокоенным, Михаил.

— На меня обрушился новый год. Оказывается, он уже завтра, — поделился я.

— Странно, что вы его вообще не пропустили, — телохранительница Князевой не отстранялась, а мне чертовски приятно было ощущать её плечо своим. — Это как у коммунальных служб внезапный снегопад в январе.

— Согласен, мог и пропустить, — я перевёл взгляд на девушку-администратора, наблюдающей за нами из-за стойки. — Но у меня дороги чистые в любое время года. Надя, скажите, а что вы считаете самым главным в праздновании нового года?

— Ёлку? — тихонько предположила телохранительница Князевой. — Сложный вопрос, Михаил. Папа считает, что должен быть оливье. Что без него праздник не праздник. Чем больше оливье, тем лучше.

Этот салат, по-моему, любят во всех мирах.

— Ёлка… — себе под нос заметил я. — Ёлок у нас вдоволь.

Наступила тишина. Я размышлял о том, как в течение оставшихся двух дней подготовиться к празднику, а Тень просто сидела рядом. Мне нравилось её тепло.

— Куда отправилась ваша невеста? — вдруг спросила она.

— Кто? — не сразу понял я.

— Графиня Скоробогатова, Михаил, — уточнила Тень. Я почувствовал напряжение в плече. Момент разрушился.

— Куда-то в сторону Тянь-Шаня, — улыбнулся я. — Что-то там выкопали страшное и опасное. Она такое любит.

— Просите за лишнее любопытство, Михаил, — смутилась девушка. — Но у вас всё в порядке?

— В каком смысле?

— Для жениха и невесты вы проводите чрезвычайно мало времени вместе, — выдохнула, словно нырнула в ледяную воду, Надя. — Поездка эта ещё. Вы поссорились?

Мы снова смотрели друг на друга. Я коснулся взглядом её губ, а затем подмигнул.

— Просто у нас у всех очень много дел. Ладно, не стану тебе мешать нести свою ночную вахту. Был рад тебя увидеть. Как говорят: без тебя душа болела, ты пришла, и всё прошло.

Я попытался подняться, но, прежде чем успел встать, Надя схватила меня за руку. Пришлось снова плюхнуться рядом с ней.

— Зачем вы так со мной, Михаил? — спросила она, прищурившись. — Вам нравится надо мной смеяться?

Наши лица оказались слишком близки, и я не удержался, нежно поцеловав девушку. Глаза её распахнулись, и она даже отпрянула, но после с жаром ответила на поцелуй. Через несколько секунд отстранилась, смущённо опустив голову. Девушка у стойки администратора старательно смотрела в свой пустой журнал, изображая всецелую занятость процессом.

— Уходите, Михаил, — попросила Надя, превратившись из телохранительницы в стеснительную девчонку. — Это неправильно по отношению к Светлане. Это всё неправильно. Зачем вы это сделали⁈

— Помолвка со Светланой — это политический шаг, чтобы её не тиранили предложениями со всей округи. — тихо сказал я ей и на этот раз встал без помех со стороны девушки. Тень нахмурилась, словно пытаясь разгадать, обманываю я её или нет. — А вот насчёт зачем я это сделал… Не мог не сделать.

Улыбнувшись ей, я вышел на улицу и остановился, медленно дыша и успокаивая сердце. В голове стучал пульс, мысли скакали обезумевшими горными козлами. Так, соберись. Ты пусть и мальчик внешне, а от простого поцелуя всё равно голову терять не должен. Несмотря на все возможные гормональные выбросы.

Я прикрыл глаза, но передо мной всё равно возникло лицо Нади. Что-то легче не стало. Казалось, если дам волю чувствам, то слегка отпустит. Довольно наивное мнение, как выяснилось. Словно бензина подлил, в надежде затушить пламя. Хотелось вернуться.

— Так, значит, у нас Новый Год и ничего не готово, — сказал я вслух, пытаясь хотя бы таким способом разогнать дурман в голове. — Значит, придётся поработать.

— Подождите, Михаил, — послышался за спиной голос Тени. Охотница вышла из светящихся дверей и порывисто приблизилась. — Подождите, пожалуйста.

Я повернулся. Мы застыли друг напротив друга. Все разумные доводы сразу ушли. Меня словно прорвало, однако я стоически хранил расслабленный и уверенный вид.

— У меня голова кружится, — вдруг призналась Надя и робко улыбнулась. — Я хотела сказать… Проклятье! Простите!

Она резко помотала головой, отвернулась и поспешила к дверям гостиницы. Удержав в себе желание броситься следом, я крепко сжал кулаки и медленно их разжал.

— Соберись, — процедил я сам себе, а затем вызвал Черномора. Мерцающий силуэт робота повис в воздухе напротив меня.

— Ты что-нибудь понимаешь в праздновании Нового Года? — спросил я у него, злясь на свою минутную слабость. Внутри полыхало необычное пламя, и теперь потребуется гораздо больше усилий, чтобы вернуться к работе.

— Конечно, Хозяин! — сообщил виртуальный помощник. — Это ритуальная встреча очередного оборота планеты вокруг солнца, ошибочно связанная с легендами о старике желающим осчастливить подарками всех детей на свете. Казалось бы, даже с точки простой логики предположить возможность разнести игрушки по всему свету за столь ограниченный отрезок… Кажется, вы недовольны. Я снова что-то сделал не так?

— Не копай так глубоко. Дождись, как проснутся Гудков, Князева и Боярский и пришли их ко мне.

— Сделаю, Хозяин!

— А ещё мне нужен анализ всех переписок на подконтрольной тебе территории. Надо обратить внимание на любые поступающие угрозы и попытки обмана. Особенно выделяй те сообщения, где предлагается совершение преступления или чего-то, что можно трактовать таковым, — кажется, мысли пришли в порядок.

— Это нарушает права… — начал было искин, однако тут же поправился, — но как будто бы в первый раз! Сделаю, Хозяин!

— Приступай.

Я медленно зашагал к машине, сдерживаясь от того, чтобы не обернуться в сторону гостиницы. В конце концов, моя задача — изничтожить Скверну и отомстить, а не растекаться в неге от женского взгляда. Соберись уже, Баженов!

Однако у самого автомобиля я всё равно обернулся. Надя стояла у огромного окна, глядя в мою сторону. Сев за руль, я потянулся за бутылкой ледяной воды и сделал несколько жадных глотков, ублажая пересохшее от волнения горло. После чего повернул ключ зажигания и уехал.

Утреннее заседание Новогодней Комиссии началось почти буднично. Гудков и Боярский явились чуть раньше, чем обычно. Причём первый ещё даже не допил свой кофе, который заваривал дома и таскал в почти литровой термокружке.

Когда я сообщил о причине вызова, то Гудков поперхнулся напитком, а Боярский медленно стянул очки и принялся тщательно протирать их платком, подслеповато щурясь.

— Ваше сиятельство… Чего⁈ — просипел Гудков.

— Если позволите, ваше сиятельство, данная инициатива мне кажется несколько несвоевременной, — подал голос более сдержанный Боярский. — По нашим приоритетам и ресурсным запасам дополнительные траты на досуг никак не выглядят целесообразным поступком. В то время, когда над мирным укладом нависает целый ряд угроз — тратить энергию на праздность просто неосмотрительно!

— Господа, но это ведь Новый Год, — улыбнулся я моим администраторам, пребывая в приподнятом настроении. — Нужно как-то постараться.

Они переглянулись.

— Теоретически у нас ещё два дня, — промолвил Гудков. — Ярмарка же есть, добавить ёлку, гуляния, угощения. Найти какую-нибудь звезду, кого ещё не забронировали. Украсить всё…

Он с сомнением почесал затылок.

— Этим… Ну сверкающими такими ленточками.

— Это называется «дождик», — поправил его Боярский. — Насчёт звёзд: здесь, если позволите, ситуация более радужная. Полагаю за возможность выступить на празднике князя Сахалинского нам могут ещё и приплатить.

Кстати, да.

— Однако, — продолжил Боярский, — я склонен разделить ваши сомнения. Праздник уже завтра, полагаю, лучшие уже ангажированы… Почему, если позволите, мы не подумали об этом раньше, дражайший мой Руслан?

Гудков пожал плечами.

— Я предлагал, да вы всё время за каждое лишнее полено в горло норовили вцепиться, Алексей! А его сиятельство, скажем так, отсутствовали.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа на пороге, появилась Паулина. Князева выглядела невыспавшейся, однако в глазах горел огонь.

— Простите, господа. Только сейчас узнала.

Перед тем как дверь закрылась, я сумел встретиться взглядом с Надей, оставшейся снаружи зала совещания, и поймал её робкую улыбку. Машинально ответил тем же. На сердце стало щекотно.

— У меня есть несколько соображений насчёт празднования, — Паулина открыла сумочку и вытащила оттуда ворох бумаг. — Набросала кое-какой план.

На стол принялись выкладываться листки, один за другим.

— Тут мелочи, но если будет площадка, то сумеем сделать красиво, — пробормотала Князева. — Мишенька, ты ведь сможешь предоставить мне для украшения и готовки своих могучих гвардейцев? Желательно, чтобы там была парочка знатных ребят.

Мы переглянулись, и я с облегчением кивнул.

— Сделаю, Паулина.

Снова стук в дверь. Драконов. Зодчий со смущённым видом отряхнул снег с валенок и вошёл внутрь.

— Что насчёт ёлки? — подняла на меня взгляд Князева и прикрыла ладонью зевок.

— Ёлка будет, — покосился я на вызванного мной Драконова. — Всем ёлкам ёлка!

— Тогда вот мои предложения… — Паулина радостно улыбнулась. — Люблю новый год.

Боярский хмыкнул, оглядев нас с некоторым скепсисом, но возражать более не стал, а через несколько минут и сам включился в обсуждение, определяя логистику доставки продуктов.

Я не позволил себе сомневаться в происходящем. Два дня ничего не решат, а людям нужен праздник. Да, у них всё будет в кругу семьи. Да, многие даже не навестят место, которое мы выбрали для центрального события. Однако должен быть сам факт того, что в момент падения мира простой человек может отыскать хоть повод для радости.

Разумеется, мои люди обязаны быть готовы пресечь любое поползновение Скверны или же посланников Протектората, но было бы очень неплохо сделать это так, чтобы простой житель моих земель об угрозе даже не догадался.

Патрули никуда не денутся. Анализ Черномора не прекратится. В подземельях уже был запущен процесс создания пяти новых детекторов. Доработанных по результатам испытаний, с улучшенной дальностью и возможностью ручной настройки. Пока с ними будут работать сталкеры, составляя карты соседних земель. Однако кое-что более рациональное уже было в планах. Там же, в лабораторном комплексе, шло производство перехватчиков, для отправки во все смежные территории. Во время ужина удалось обсудить с Челидзе вариант с заказом аппаратуры из Калужского завода и государство, пусть и с сомнением, решило взять траты на себя. За что ему спасибо.

Черномор просил новых роботов, но пока приоритеты изменились, и все модули Синтеза заняты. Да, придёт время и для них. Однако уже сейчас заготовка руды превышала обработку. Мне нужны новые мощности, новые производства вокруг Константина. Мне необходимо выстроить нормальные логистические цепочки между ними и «Онегинскими мануфактурами», надо возвести конвейеры для обработки ряда металлов до удобоваримого состояния. А ещё Снегов бил копытом, желая отправиться в священный поход против Скверны и уверяя, что добьётся большего, чем «брюквоед».

Мне ещё столько всего необходимо совершить.

Но, наверное, это уже после нового года.