Захар пропал на пару дней. В офисе он появлялся только утром, забирал у Евы ключи от очередного помещения и растворялся где-то на территории фабрики. Иногда я замечал его из окна: то возле ворот, то у северного забора, то на крыше старого корпуса. Один раз он минут десять стоял посреди двора, заложив руки за спину, и просто смотрел на административное здание. Что именно он там высматривал, я понятия не имел.

На третье утро Захар вошёл в кабинет с толстой папкой под мышкой и без лишних церемоний положил её передо мной.

— Что это?

— Проблемы.

— У меня своих хватает.

— Эти тоже ваши.

Пришлось открыть. Первым лежал план территории, густо испещрённый красными отметками. Забор, окна первого этажа, пожарные выходы, склад, ворота, боковой проезд, старые корпуса. На отдельных участках крестов оказалось столько, будто Захар готовил фабрику не к охране, а к штурму.

— Всё настолько плохо?

— Хуже. Северный забор можно разобрать руками. Возле склада материалы сложены так, что по ним удобно перелезать. Два пожарных выхода не закрываются нормально, одно окно на первом этаже постоянно открыто, потому что сотрудникам жарко. Здесь ночью мёртвая зона, здесь не работает фонарь, а через технические ворота вчера вышел подрядчик. Фантастика. В журнале запись о входе есть, а о выходе нет. Только благодаря камерам поняли, что он ушёл, а не остался жить внутри.

Он перелистывал страницы и методично уничтожала мою веру в существование охраны. За три дня Захар изучил фабрику лучше меня. Знал, где рабочие курят, где оставляют инструмент, через какую дверь программисты ходят за кофе и как именно въезжают грузовики. Последнее особенно его раздражало: водитель называл компанию, охранник звонил кому-нибудь внутри, после чего машину пропускали.

— То есть человеку достаточно узнать имя нашего поставщика, — подвёл итог Захар.

— Немного утрируешь.

— Немного? — саркастично спросил здоровяк.

Я откинулся на спинку кресла.

— Хорошо. Что предлагаешь?

— Для начала перестать считать это офисом. Это объект. Здесь серверы Виды, склады, документация, разработки, бухгалтерия и несколько десятков сотрудников. Учитывая, что эта база единственная, не считая информационного дубля в Корсе, вы как никогда уязвимы. Поймите, сейчас может и не возникнуть никаких проблем. Но компания будет расти, а к проблемам лучше готовиться заранее, если что-то случится, будет поздно готовится.

Вот тут шутить расхотелось. Обычного вора можно остановить дверью и человеком с лицензией на оружие. С корпорацией, которая хочет получить документацию, код или сведения о будущих проектах, всё сложнее.

— Делай.

— Нужны люди.

— Сколько?

— Двадцать один.

Я даже кофе отставил.

— Ты государственный переворот планируешь? — бровь взлетела сама собой, а глаз начал дёргаться.

— На объекте одновременно семь. Двое на воротах, один на центральном входе, двое патрулируют территорию, один отвечает за закрытый сектор, один старший смены. Три смены. Плюс резерв на болезни, сопровождение грузов и мероприятия.

Разложенное по сменам число уже не выглядело таким чудовищным.

— И где ты найдёшь двадцать одного нормального человека?

— Позвоню.

Я со скепсисом посмотрел ему в глаза.

— Сейчас много ребят без работы, пока политики, которым жить осталось три понедельника не решат развязать новую войну, — он пожал огромными округлыми плечами.

И позвонил.

На следующий день перед фабрикой собрались семь машин и старый микроавтобус. Никакого отряда киногероев. Обычные мужики за сорок, многие уже с сединой. Один прихрамывал, другой носил мирные усы школьного завхоза, третий приехал с папкой документов и выглядел скорее бухгалтером. Был и здоровяк размером со шкаф, но на общем фоне он казался исключением.

Большинство Захар знал лично или через сослуживцев. Собеседования он проводил сам, прямо в старой проходной. Меня удивило, что стрельба и физическая форма интересовали его далеко не в первую очередь.

— Пьёшь?

— По праздникам.

— Это сколько?

— Новый год, день рождения жены.

— Долги?

— Ипотека.

— Азартные игры?

— Нет.

— С прошлой работы почему ушёл?

— Начальнику морду набил.

Захар поднял глаза.

— За что?

— Два месяца людям зарплату не платил. Так что не ушёл, а меня ушли.

— Понятно.

Этого он взял. Другого развернул через пять минут.

— Почему? — спросил я, когда кандидат ушёл.

— Болтает.

— И всё?

— К сожалению всё.

К вечеру штат был набран. Двадцать один человек заступал на постоянную работу, ещё двоих Захар оставил в резерве. Мария, которой досталось оформление этой оравы, долго смотрела сначала на стопку договоров, потом на Захара, затем на меня.

— Вы могли предупредить.

— Я предупреждал, — спокойно ответил Захар.

— Кого?

— Сеньора Виктора.

Она повернулась ко мне.

— Ева! — позвал я на помощь.

— Я первый помощник, а не смертник, босс.

Фабрика внешне почти не изменилась. Всё те же серые корпуса, строительная пыль, грузовики и постоянный шум ремонта. Но внутри появился порядок. Северный участок забора заменили, строительные материалы оттащили от ограждения, усилили освещение. На воротах, у склада, административного корпуса и основных проходов появились дополнительные камеры. Закрыли пожарные выходы, поменяли часть замков и оборудовали нормальную проходную.

Все сотрудники получили пропуска. Белый — посетителям, синий — обычным сотрудникам, жёлтый давал расширенный доступ, красный — вход в закрытые помещения. Полный доступ имели единицы: я, Мария, Захар, Хавьер и несколько ключевых технических специалистов, причём последним открывали только необходимые им зоны.

Ева свой красный пропуск восприняла как личное оскорбление.

— Почему не полный?

— Потому что тебе он не нужен, — ответил Захар.

— Я первый помощник босса.

— Поздравляю.

— Я могу хоть домой к нему прийти.

— Это не допуск. Это отсутствие воспитания.

Рыжая обернулась ко мне.

— Вы позволите ему так разговаривать со мной?

— Ещё немного, и выпишу премию.

Посетители теперь тоже не гуляли по фабрике сами по себе. Имя, компания, цель визита, к кому пришёл, подтверждение от Евы, белый пропуск и сопровождающий. Грузовики проверялись ещё тщательнее: номер машины, водитель, поставщик, накладная и фактический груз. Уже через несколько дней эта система окупилась. Вместо сорока бухт кабеля поставщик привёз тридцать восемь. Раньше недостачу заметили бы через неделю, теперь машина простояла у ворот, пока две внезапно «потерявшиеся» бухты не обнаружились на складе отправителя.

Отдельно Захар разделил сам объект на зоны. Зелёная — приёмная, конференц-зал, столовая и помещения, куда можно привести гостя. Синяя — обычные рабочие кабинеты. Жёлтая — склады, бухгалтерия, технические комнаты, разработка. Красная — серверная, резервное хранилище, архив и помещения с документацией по Вифону.

После этого подрядчики перестали заходить туда одни. Даже электрик работал только в сопровождении сотрудника компании. Ключи Захар тоже собрал все до единого. Оказалось, их существовало столько, что никто не мог уверенно сказать, у кого какая копия. Часть замков пришлось менять. Новые комплекты пронумеровали, выдачу и возврат записывали, запасные убрали в отдельный шкаф СБ.

— Ты превращаешь офис в военную базу, — корил я его, пытаясь найти компромисс.

— Нет.

Спорить с ним становилось всё сложнее. Это Хавьер разговорился, на фоне Захара он пел аки соловей. Нет, Захар пожалуй не был молчуном, но его вот это: «Нет.». В общем это здорово выбивало меня из колеи.

И не поспоришь же!

Следом он добрался до кадров. Каждый новый человек теперь проходил проверку, глубина которой зависела от должности. Для уборщицы хватало документов и предыдущего места работы. Для бухгалтера, кладовщика или программиста с доступом к внутренним системам проверяли рекомендации, долги, причины увольнения и возможные связи с конкурентами.

— Через забор полезет идиот, — объяснил Захар. — Умный придёт на собеседование или залезет в кровать, а позже и в голову.

Аргумент звучал убедительно.

Для действующих сотрудников ввели несколько простых правил: документы не оставлять на столах, посетителей не водить без сопровождения, рабочие материалы не выносить без разрешения. Уволенный сотрудник сдаёт пропуск и ключи в тот же день, а его доступ к внутренним системам закрывается сразу.

Здесь уже пришлось подключать программистов.

— Я не понимаю, как устроена ваша сеть, — честно сообщил Захар Игнасио. — Но если человека уволили в двенадцать, в двенадцать одну он не должен иметь доступа ни к чему.

— Потребуется централизованная система авторизации, возможно…

— Сделай.

Игнасио задумчиво посмотрел на него.

— Вы мне не нравитесь.

Самое интересное произошло, когда я решил проверить систему лично. Оставил нормальный пропуск у Евы, вышел через служебный выезд, обошёл территорию и вернулся через главные ворота.

Охранник меня узнал.

Шлагбаум не поднял.

— Доброе утро, сеньор дэ Фуэго.

— Доброе. Открывай.

— Пропуск.

— Ты знаешь, кто я?

— Да.

— Это моя компания.

— Да.

— И?

Мужчина заметно побледнел, но остался на месте.

— Без пропуска не могу. Могу позвонить сеньорите Еве, она должна вас идентифицировать.

Я рассмеялся.

— Звони.

А пока меня впустили как посетителя. На шею повесили белую карточку и на центральном входе снова остановили, потому что белый пропуск требовал сопровождающего. Ева спустилась через несколько минут, наслаждаясь ситуацией с таким выражением лица, словно специально ждала этого дня.

— Добро пожаловать в Виду, сеньор дэ Фуэго. Вы к кому?

— К генеральному директору.

— У него очень плотный график.

— Ева!

— Возможно, окно появится в следующем месяце.

Я молча протянул ладонь, получил свой нормальный пропуск и поднялся наверх. Захар ждал возле входа в закрытый сектор.

— Проверили?

— Проверил.

— И?

Я посмотрел в окно. У ворот досматривали очередной грузовик, двое охранников обходили двор, над входом медленно поворачивалась камера. Жизнь продолжалась как раньше, просто теперь вокруг неё появился незаметный каркас.

— Работает.

— Пока только здесь.

Он достал из сумки очередную папку.

Я тяжело вздохнул.

— Даже не начинай.

— Южные заводы, склады, перевозка Вифонов, мероприятия, филиалы. Служба безопасности должна работать на всю компанию, а не на один офис.

— Ещё двадцать ветеранов?

— Нет. Теперь нужны двое гражданских.

Вот это удивило.

— Кто?

— Человек, умеющий проверять сотрудников, и специалист по компьютерам.

— Наши ребята не подходят?

— Мне нужен не программист. Мне нужен тот, кто думает как человек, который хочет украсть информацию.

Захар кивнул на дверь серверной.

— С тем, кто полезет сюда через окно, мы разберёмся. Следующий может вообще не подходить к зданию. Или придёт сюда в костюме, с хорошим резюме и рекомендациями.

Я посмотрел на красную полосу собственного пропуска и снова перевёл взгляд на Захара.

Назначение начальника СБ оказалось куда полезнее, чем я ожидал.

— Хорошо. Ищи.

Он ушёл, по дороге остановив рабочего, который тащил ящик через дверь не того сектора. Я проводил его взглядом.

Компания взрослела. В ней становилось больше денег, больше людей, больше технологий и всё больше желающих сунуть внутрь нос.

С Захаром я разобрался быстрее, чем рассчитывал. Вернее, разобрался он, а я просто подписывал бумаги, выделял деньги и наблюдал, как бывшая фабрика понемногу превращается из проходного двора в нормальный объект.

Я начал было надеяться, что вопрос безопасности можно на какое-то время вычеркнуть из списка проблем, когда в кабинет вошёл Хавьер.

Телохранитель прикрыл за собой дверь и остался стоять напротив моего стола. Как обычно, ничего лишнего: светлая рубашка, тёмные брюки, спокойное выражение лица. Только под мышкой у него лежала небольшая папка, и этот предмет сразу вызвал у меня дурные предчувствия. За последние дни все люди, подходившие ко мне с папками, почему-то приносили либо расходы, либо проблемы.

— Нет, — предупредил я, подняв ладонь.

Хавьер едва заметно нахмурился.

— Я ещё ничего не сказал, господин.

— У тебя папка.

— И?

— Захар тоже пришёл ко мне с папкой. Через три дня я потратил кучу денег, половину дверей на фабрике поменяли, а меня самого не пустили в собственный офис.

За своим столом Ева прыснула и тут же спрятала улыбку за чашкой. Историю с белым гостевым пропуском эта зараза пересказывала всем уже несколько дней, каждый раз добавляя новые художественные подробности. В последней версии меня вроде бы даже заставили ждать на улице под дождём. При том что дождя в тот день не было.

Хавьер проследил за моим взглядом, угол его рта дрогнул.

— Тогда вам моя папка понравится ещё меньше, — сообщил он почти добродушно и положил её передо мной. — Захар закончил с безопасностью компании. Теперь надо заняться вашей.

— Моей безопасностью занимается один очень дорогой мужчина, — заметил я, посмотрев на него. — Высокий такой. Мрачный. Вечно ходит за мной.

— Плохо занимается, — невозмутимо признал Хавьер.

Вот это было неожиданно.

Я откинулся на спинку кресла, заинтересованно приподняв брови.

— Самокритично.

— Реалистично, — поправил он меня и сел напротив. — Когда я начал работать на вас, вы жили в Корсе, ездили между виллой, заводом и городом, а половина страны вообще не знала вашего имени. Сейчас всё иначе. Вы постоянно бываете в Фаворе, встречаетесь с корпоратами, лезете в политику, запускаете новые проекты, конфликтуете с людьми, у которых хватает денег нанять кого угодно. Один телохранитель в таких условиях — не система.

Ева перестала улыбаться и подняла голову. Я тоже невольно посерьёзнел. Формулировка мне не понравилась, потому что спорить с ней было сложно. Раньше основная опасность действительно существовала где-то рядом с моей буйной головой. Потом появились люди Эмануэля, нападение, Мачадо, мутные семейные игры, история с флешкой Тайрона. Мои враги постепенно становились богаче, а значит методы будут разнообразнее.

— И что ты предлагаешь? — спросил я, уже без насмешки.

Хавьер раскрыл папку. Внутри оказались не отчёты, а несколько листов с моим расписанием, адресами и схемами. Я узнал офис, квартиру, дом Тайрона, пару ресторанов и даже трассу, по которой мы чаще всего ездили.

— Начнём с того, что вы предсказуемы, — произнёс он, ткнув пальцем в схему. — Выезжаете из дома примерно в одно время. В офис едете по одному из двух маршрутов. Если вечер свободный, возвращаетесь домой. Если встреча — Ева знает о ней, водитель знает, принимающая сторона знает. Иногда половина офиса знает.

— Босс любит громко распоряжаться, — тут же вставила Ева, невинно хлопнув ресницами.

— Спасибо за поддержку.

— Всегда пожалуйста.

Хавьер на перепалку внимания не обратил.

— Я не предлагаю каждый день устраивать игру в разведчиков, — продолжил он спокойнее. — Но постоянный маршрут — подарок тому, кто захочет подготовиться. Поэтому время выезда и дорога должны меняться. Не хаотично, а достаточно, чтобы человек снаружи не мог точно сказать, где вы будете через пятнадцать минут.

— Так, — протянул я, скривившись. — Прекрасно. Теперь я ещё и на работу буду ездить кругами.

— Иногда.

— Ненавижу тебя.

— Это допустимо, — Хавьер чуть усмехнулся. — Главное, чтобы вы ненавидели как можно дольше.

Ева хихикнула. Я показал ей кулак, но она только довольно улыбнулась.

Дальше стало хуже. Оказалось, по мнению Хавьера, я неправильно садился в машину, неправильно из неё выходил, неправильно выбирал места в ресторанах и вообще каким-то чудом дожил до девятнадцати лет в этом теле. Телохранитель не предлагал окружить меня десятком вооружённых шкафов и передвигаться колонной бронированных автомобилей. Наоборот, большая часть его требований звучала до обидного просто. Машина должна ждать там, откуда можно сразу уехать. В незнакомом месте он выходит первым и садится последним. На мероприятиях ему нельзя торчать у меня над плечом — правильнее держаться в нескольких шагах и видеть не мою спину, а пространство вокруг. В ресторане он садится так, чтобы контролировать вход, а я — так, чтобы в случае проблем не пришлось пробегать через весь зал.

— Ты всё это и раньше делал, — заметил я, вспомнив наши поездки.

— Делал, — спокойно подтвердил он. — Только вы этого не замечали.

Я задумался и понял, что действительно многое не замечал.

— Занятно, — признал я, постучав пальцем по столу.

— Так и должно быть, — ответил Хавьер, слегка пожав плечами. — Хорошая охрана обычно скучная. Если вы постоянно её замечаете, значит что-то сделано неправильно.

Следующий лист оказался календарём. Причём моим.

— Это уже личное, — возмутился я.

— Ева дала.

— Предательница.

— Первый помощник, — гордо поправила рыжая и откинулась в кресле. — Я обеспечиваю продуктивное взаимодействие подразделений.

— Ты сдала мою жизнь человеку с оружием.

— У него и так есть доступ к вашей жизни. И к вашей спальне, если понадобится.

Хавьер, кажется, давно выработал иммунитет к её присутствию.

— Теперь все поездки вне обычного маршрута должны попадать ко мне заранее, — сказал он. — Адрес, время, кто будет присутствовать, кто отвечает за охрану на месте. Если встреча внезапная — сообщаете хотя бы перед выездом.

— Я?

— Вы.

— Лично?

— Можно через Еву.

— Уже лучше.

— И вы больше не садитесь в чужую машину, не сказав мне.

Я усмехнулся.

— Тайрону прикажешь пройти досмотр?

— Если понадобится.

Сказал он это настолько серьёзно, что улыбка сама исчезла. Хавьер не шутил.

— Ладно, — согласился я. — Здесь разумно.

Хавьер коротко кивнул и перевернул лист.

— Ещё нужны два человека.

— Нет.

Он посмотрел на меня.

— Даже не начинай. Захар вчера набрал маленькую армию, теперь ты хочешь свою?

— Я не могу работать круглосуточно, — спокойно объяснил он, и вот здесь ответить сразу не получилось. — Пока вы находились в Корсе, я мог сопровождать вас почти постоянно. Сейчас у вас встречи утром, вечером, перелёты, мероприятия. Я тоже сплю. Иногда болею. Иногда должен уехать раньше и проверить место. Если в этот момент рядом с вами никого нет, вся система заканчивается.

— Двое постоянных?

— Один в смену со мной, второй резервный и для мероприятий. Не обязательно постоянно ходить втроём. Большую часть времени рядом останусь я. Но должен существовать человек, который может заменить меня без двух недель подготовки.

Логика опять была железной. Меня начинало раздражать, что мои сотрудники приходят с предложениями, которые невозможно нормально высмеять.

— Из людей Захара?

— Можно взять оттуда, но лучше подобрать отдельно. Личная охрана и охрана объекта — разная работа. На воротах человек может быть отличным бойцом и совершенно не уметь сопровождать.

— Чем отличается?

Хавьер немного подумал, подбирая слова.

— На посту человек ждёт угрозу. Телохранитель всё время двигается вместе с ней.

Я невольно усмехнулся.

— То есть угроза — это я?

— Если упростить то да, — сухо заметил он.

Ева не выдержала и рассмеялась в голос.

— Сейчас Хавьеру еще премию выпишу, а тебя лишу, — ласково сообщил я.

Но Хавьер уже перешёл к следующему пункту. Для крупных мероприятий он хотел заранее получать план помещения, список входов и хотя бы примерное количество гостей. Если мероприятие проводит кто-то другой — связываться с их охраной. Если наше — работать совместно с Захаром. Один человек рядом со мной, ещё один держит выход, машина готова, люди Захара контролируют внешний периметр.

— Никаких двадцати человек вокруг меня, — предупредил я.

— Они вам и не нужны. Толпа охраны только мешает. Но если что-то происходит, каждый должен понимать, что делает. Не бежать к вам всем одновременно.

Это мне понравилось больше.

— А что они делают?

— Моя задача — забрать вас. Остальные закрывают направление угрозы, путь отхода и машину.

Он произнёс это просто, без киношного пафоса. Никаких «уничтожить противника», «принять бой» и прочей героики. Просто забрать меня. Вытащить из точки, где возникла проблема, и увезти.

— Даже если я захочу остаться? — с усмешкой уточнил я.

Хавьер посмотрел мне прямо в глаза.

— Если я скажу «уходим», вы уходите.

— Это приказ?

— Просьба.

— Что-то не похоже.

— Потому что обсуждать будем после.

На несколько секунд в кабинете стало тихо. Ева перевела взгляд с него на меня и благоразумно решила не встревать.

— Хорошо, — наконец кивнул я. — Если ты говоришь «уходим», я не спорю. Но потом ты объясняешь почему.

— Обязательно, — Хавьер заметно расслабился.

Дальше он добрался до моего дома. На квартире охрана постоянно не требовалась, но подъезд и парковку следовало хотя бы изучить. Хавьер хотел договориться с Захаром, чтобы ночью дежурный СБ знал мой домашний адрес и мог быстро прислать людей, если что-то случится. В поездках гостиницы тоже следовало перестать выбирать исключительно по принципу «красиво и близко». Номер не должен находиться на первом этаже, запасной выход должен существовать не только на плане эвакуации, а персонал не обязан знать, в какой комнате живёт Виктор дэ Фуэго.

— А еду ты тоже будешь пробовать за меня? — уже откровенно насмешливо спросил я. — Вино сначала выпивать? В ванну нырять передо мной?

Хавьер наконец скривился.

— Если появится реальная информация об угрозе отравления — будем думать. А сейчас достаточно не оставлять бокал на два часа среди незнакомых людей, а потом допивать.

— Я так делаю?

— Делали.

— Когда?

— Легче сказать когда не делали.

Я задумался.

Действительно делал.

Самым неприятным пунктом стала тренировка. Причём отступать здесь Хавьер явно не собирался.

— Вам не нужно уметь побеждать. Нужно продержаться несколько секунд.

В Корсе он объяснял примерно то же самое. Телохранитель может находиться рядом почти всегда, но «почти» однажды обязательно превратится в «не рядом». И тогда моя задача не изображать героя, а закрыть голову, уйти с линии атаки, вырваться из захвата и выиграть время.

— Пять секунд, — сказал Хавьер. — Если вы можете сохранить себя пять секунд, я успею сделать остальное.

— Самоуверенно.

— Я быстрый.

Вот здесь спорить тоже бессмысленно. Я видел, насколько быстрый.

— Ладно. Два раза в неделю, — сдался я. — Но если ты снова швырнёшь меня через плечо, я урежу тебе зарплату.

— В прошлый раз вы сами неправильно упали.

— Очень ценная информация, спасибо.

Ева уже откровенно сияла.

— Можно я буду смотреть?

— Нет! — одновременно ответили мы с Хавьером.

Она обиженно надула губы.

Совещание длилось ещё почти час. К концу передо мной лежал вполне вменяемый порядок работы, а не параноидальная инструкция о том, как спрятать миллиардера в подземном бункере. Хавьер не собирался ограничивать мне жизнь. Он просто хотел убрать из неё места, где риск не давал взамен ничего полезного.

Перед уходом он задержался у двери.

— И последнее.

Я обречённо прикрыл глаза.

— Конечно. Как же без последнего.

— Когда входите в незнакомое помещение, смотрите, где выход.

— Зачем? У меня есть ты.

Хавьер чуть улыбнулся. Редкая, короткая улыбка на обычно каменном лице сразу сделала его моложе.

— Именно поэтому. Если что-то случится со мной, вы должны знать, куда бежать.

Улыбка с моего лица пропала.

Не угрозой, не рассказом про врагов и не схемами на бумаге. Простой мыслью, которую я почему-то никогда нормально не формулировал. Хавьер мог быть быстрым, сильным, почти непробиваемым, но бессмертных людей я пока не встречал. Строить собственную безопасность на одном человеке было ничем не умнее, чем хранить всю Виду на одном сервере.

— Понял, — коротко ответил я.

Хавьер кивнул и вышел.

Ева несколько секунд смотрела на закрывшуюся дверь, затем задумчиво постучала ручкой по столу.

— Знаете, босс, мне спокойнее.

— Мне почему-то наоборот.

— Потому что раньше вы не знали, сколько существует способов вас убить?

Я медленно повернул к ней голову.

Рыжая невинно улыбнулась.

Через час я спустился вниз. Хавьер уже разговаривал с Захаром у проходной, оба склонились над каким-то планом и временами показывали в сторону стоянки. Один отвечал за здание, людей и серверы. Второй — за меня. Забавно, ещё несколько месяцев назад вся моя служба безопасности состояла из одного молчаливого мужика, способного набить морду почти кому угодно.

Теперь появлялись смены, маршруты, уровни доступа, резервные люди и инструкции.

Проблема заключалась лишь в том, что вместе с ней росло и количество желающих проверить, насколько хорошо мы подготовились.

Я прошёл через турникет, машинально коснувшись пропуском считывателя, и уже собирался выйти во двор, когда неожиданно остановился.

Главный выход находился прямо передо мной. Служебный — справа, за коридором. Ещё один пожарный — в дальнем конце этажа.

Поймал себя на этой мысли и раздражённо усмехнулся.

Скотина Хавьер.

Уже начал меня дрессировать.