Дождь начался на следующий день. И, как я и подозревал, это был настоящий ливень. Причем такой, что через пять минут ты уже окажешься мокрым до самой последней нитки. Предполагая, что нам придется чуть ли не полдня провозиться в столь недружелюбную погоду, я повелел Любе заранее подготовить баню и горячий взвар. Потому что я был уверен, что по возвращении всё, о чем я буду думать, так это о том, чтобы согреться и не поймать простуду.

А ее словить можно очень легко!

Но да ладно. Собрав инструменты, надев по две рубахи, чтобы хоть как-то сохранить тепло, а также накинув сверху походные плащи, мы вышли из деревни.

Капли глухо барабанили по капюшонам и по крышам изб. Земля стремительно превращалась в сплошное месиво. Ещё пару часов, и ходить по улице, не утонув при этом по колено в слякоти, станет практически нереально.

— Отличная погодка для прогулки! — буркнул Ростислав, поправляя лук в своих руках. Тетиву он предусмотрительно снял и спрятал под плащ. Ведь стоит той намокнуть, и всё — поминай как звали, от лука останется одно лишь название.

Хоть мы надеялись не столкнуться с Ледошкуром, пока идёт дождь, но кто знал, какие ещё твари обитали в лесу. Поэтому опытный лучник в качестве прикрытия точно не будет лишним.

— А ты чего хотел? — покосился я на него. — Мы же несколько раз обговорили мой план. Остаться сухими у нас в любом случае не получилось бы.

— Это-то понятно, — не стал отпираться охотник. — Но мокрые портки есть мокрые портки.

Тихо хмыкнув, я чуть ускорил шаг. Наш отряд двинулся в сторону брода. Процессию возглавлял я с Ростиславом, следом шел совершенно не затронутый дождем Елисей. Казалось, что есть ливень, что его нет — старику всё равно. Потомок друидов просто наслаждался жизнью. Вот у кого надо было учиться тому, как оставаться на позитиве, несмотря ни на что. Борьба Стратегов, гонка за титул Князя, тайные телодвижения Домов аристократов — зачем всё это, когда можно просто дышать чистым воздухом, вслушиваться в шум дождя и вообще жить спокойной и размеренной жизнью?

У меня даже промелькнула мысль — а местные друиды не произошли, случаем, от каких-нибудь эльфов? Ну, а вдруг они и в этом мире где-то обитают? Жуют себе траву, оберегают леса и живут на деревьях? Полноценная гармония с природой или что там они пропагандируют? Надо будет обязательно об этом спросить у травника.

Снова бросив взгляд на Елисея, я покачал головой. Старик чуть ли не подпрыгивал на каждом шагу, неся за спиной небольшой заплечный мешок с травами и первой боевой повязкой с добавлением Чудняка — мало ли кто ногу подвернёт по пути до дубравы и обратно.

Помимо травника наш отряд включал в себя ворчавшего на холодрыгу Йорика с двумя его помощниками, Пролом и Данилой, а также десяток крестьян с топорами, пилой и мотками каната, который мы заранее сняли с кабестана. Короче, взяли все, что могло нам пригодиться в моменте.

Как только мы вышли к броду, то заметили изменённое течение. Раньше река текла лениво и неспешно, но из-за ливня она стала пениться и бурлить. Перед нами теперь была серьезная преграда.

— А теперь ступаем особенно осторожно. Если кто упадет — его мигом унесет течение, — произнес Елисей, увидев состояние переправы.

— Нужно идти одной группой, так течение не сможет нас сбить с ног, — заявил я.

Мужчины покивали, один за другим ступив в воду. Первым в цепочке теперь ступал Елисей. Несмотря на свой возраст, он был крепче любого крестьянина. Травник шел медленно, практически не поднимая стоп, но никто и не думал его торопить. Уровень воды на броде поднялся, а течение кратно усилилось.

А ещё вода была холодной! Очень и очень холодной!

Несмотря на все мои опасения, мы всё же сумели перебраться на противоположный берег без потерь. Несколько раз крестьяне поскальзывались, но им удавалось удержать равновесие благодаря товарищам, державшим тех за плечи.

Лес встретил нас вязкой тишиной. Из-за дождя больше не было слышно пения птиц, хруста веток под ногами. Вместо этого осталось лишь эхо падающих капель.

Казалось, что дождь здесь звучал иначе — теперь это была не барабанная дробь, а мягкий, почти убаюкивающий шелест над головой. Капли терялись в густой листве и ветвях, так и не долетая до земли.

Убедившись, что все пришли в себя после переправы, я скомандовал продолжить движение. Уже совсем скоро мы оказались на границе дубравы. Как и говорил Елисей, мутант не стал нас встречать. В этот самый момент он, поди, прячется в своем логове или лежке, думая о том, как бы не намокнуть.

Не кабан, а огромная кошка какая-то.

Первым этапом моего плана было найти логово Ледошкура. Нам же надо было знать, какой области избегать в первую очередь и откуда в случае чего сорвётся наша цель.

Разделившись на несколько групп, мы стали прочесывать дубраву. Для чего я адаптировал метод поиска пропавших без вести. Там спасатели распределяются цепью, чтобы ближайшие соседи были в поле твоей видимости, и изучают лес квадрат за квадратом. В этот раз, правда, наша лесная «потеряшка» была чуть более заметна. Но того же нельзя было сказать о логове Ледошкура. Он мог спрятаться где угодно: под каким-нибудь холмом, в пещере, которой, правда, неоткуда было взяться в дубраве, или секач мог просто вырыть себе огромную яму.

Вариантов была просто тьма, и что Елисей, что Ростислав понятия не имели, где решит прятаться Ледошкур.

Более получаса у нас ушло на прочесывание дубравы, пока мы не нашли искомое.

Нашедшим оказался Прол, первый помощник Йорика после Леонида. Он жестами сообщил соседям о своей находке и информация вскоре докатилась до меня и до Ростислава. Вдвоем с охотником мы очень медленно и ОЧЕНЬ осторожно подползли к подозрительному месту. Оно обнаружилось на юго-восточной окраине дубравы, практически на противоположной стороне от места, откуда мы начали поиски.

Логово Ледошкур нашел для себя невероятное. Это было углубление меж двух исполинских дубов, чьи корни переплелись в замысловатый узел. Яма оказалась укрыта от дождя нависающими сучьями, став миниатюрной пещерой, если ее вообще можно было так охарактеризовать.

И, хотя я не мог рассмотреть силуэт Ледошкура внутри лежбища, следы указывали на то, что здесь обитала внушительная тварь. А кто у нас обитает в дубраве помимо ледяного секача? Правильно — никто!

Ну, а ещё вокруг пещеры вся влага обратилась ледяной коркой — это тоже указало на личность хозяина.

Дав знак Ростиславу, я пополз прочь. Молодой охотник последовал сразу за мной. Уже через несколько минут я увел крестьян прочь от логова Ледошкура.

Лишь уйдя на внушительное расстояние и убедившись, что ливень заглушит наши голоса, мы устроились в тени одного из дубов.

— Отлично, теперь мы знаем, где у мутанта логово, — заявил я. — Теперь надо выбрать место для ловушки.

— Нельзя ставить ее далеко от логова, — заметил Йорик. — Иначе теряется весь смысл в нашей задумке. Не говоря уже о том, что Ледошкур нагонит любого из нас раньше, чем тот сумеет добежать до места западни.

— И слишком близко тоже нельзя, — добавил Ростислав. — Стоит только Ледошкуру нас учуять, костей не соберём.

Отличная вводная для рабочего дня, ничего не скажешь.

— Думается мне, на звуки мутант не станет как-то реагировать, — предположил Елисей. — Кругом шум от дождя и воет ветер. Если какой дуб и упадет, то он не должен вызвать подозрения у Ледошкура. А если и вызовет, то он не станет выходить из-за такой мелочи. Вот если мы появимся в поле его зрения и начнем собираться у входа в лежбище, тогда да. Тут мутанту не останется ничего, кроме как выйти и раздать всем лещей.

— Значит, строимся как можно ближе, но чтобы кабан нас не увидел. А также, помните, говорить как можно тише. Если что-то нужно, поднимаем руку, отводим меня, Ростислава или Йорика под ближайший дуб и тихо говорим на ушко. Никакого ора, матов, ничего. Всем всё ясно?

Мне ответили кивками. Ну хоть не заорали «сэр, да, сэр» — и то хлеб!

— Тогда за работу. Чем раньше закончим, тем меньше нам придется мокнуть.

* * *

Дуб мы выбрали примерно в сотне шагов от лежбища Ледошкура — достаточно далеко, чтобы мутант, если высунется проверить обстановку, не увидел ничего подозрительного, но и не слишком далеко, чтобы успеть потом выманить мутанта и не оказаться им затоптанным насмерть.

Йорик уверенно постучал по стволу могучего великана, чья крона терялась в вышине.

— Этот подойдёт в самый раз, — заявил плотник. — Если подпилить с правой стороны и подпереть, ляжет точнёхонько, куда нужно.

План, обговорённый нами заранее, звучал просто и элегантно. Подпилить дуб, вставить временные подпорки, чтобы он не рухнул раньше времени, а затем, в решающий момент, выбить эти самые подпорки и обрушить громадину прямо на голову мутанту.

Спросите, как мутант окажется в нужном месте и в нужное время? С помощью приманки, куда ж без нее!

Доброволец должен будет выйти к логову секача, пошуметь, обматерить мутанта до седьмого колена, а когда тот в праведном гневе погонится за провокатором, добровольцу останется только пробежать около дуба.

Дерево рухнет на Ледошкура и прибьет его. А если и не прибьет, то придавит к земле. А уж там мы всем скопом набросимся на клыкастого и затыкаем его железяками. Как я уже сказал, простенько и со вкусом, но Елисей и Ростислав в один голос заявили, что мой план имел неплохие шансы на успех.

О большем в нашей ситуации и желать было нельзя!

Как я вообще к этому пришел? А всё благодаря Серёге, моему водителю! Не зря же он таскал меня на природу, охоту и вообще за город. Пока гуляете вдвоем по лесу, где нет сети — вам только и остается, что говорить и обсуждать все на свете. А Серёга любил рассказывать об охоте. И о ловушках, которые он пытался повторить. Одной из них, кажется, была кулемка. Реальный аналог того, что показывали в детских мультиках. Берешь бревно, разрезаешь его пополам, устанавливаешь подпорку, к которой привязываешь лакомство. Зверь, когда подойдет, схватит лакомство. Веревка потянет подпорку, и бревно упадет на зверя, придавив того к земле. Ну разве не красота?

Наша ловушка работала по тому же принципу, но вместо бревна у нас был целый дуб.

В какой-то мере даже иронично, что вес и неповоротливость дуба, которые нередко становились причиной смерти среди лесорубов, я использовал теперь для того, чтобы спасти моим лесорубам жизнь. Ведь логика проста — не будет мутанта, и жить им станет всяко проще!

— Начинайте рубить, — меж тем дал отмашку Йорик, и крестьяне взялись за топоры.

Несмотря на проливной дождь, работа пошла. Мокрая древесина поддавалась хуже сухой, но упорства моим рабочим было не занимать. И понятно почему — от результата их работы зависели их собственные жизни.

Щепки летели во все стороны, смешиваясь с потоками воды, стекающими по стволу. Параллельно с подрубкой дуба Прол и Данила командовали второй группой. Им требовалось соорудить будущие подпорки. Для чего крестьяне собирались использовать сосновые бруски, заточенные с одного конца в клин.

Через несколько часов зарубка на стволе достигла нужной глубины. Йорик, придирчиво осмотрев результат, дал добро на установку подпорок.

— Ставьте здесь, здесь и здесь, — командовал он, тыча пальцем в размеченные точки. — Сделаем три опоры, чтоб наверняка. Не хватало ещё, чтобы эта дура раньше срока упала нам на голову и кого-нибудь убила.

Подпорки вбили с особым тщанием, Йорик лично проверил каждую, попинав ногой и удостоверившись, что те держатся крепко. Разметили мы и место, куда, по всем расчётам, должен был рухнуть исполин — точнёхонько между двумя большими кустарниками.

Всё было готово. Оставалось лишь замаскировать подпорки, чтобы Ледошкур сразу не заметил подвоха. Для чего крестьяне собрали мох и мелкие ветки, став обкладывать ими подпорки и зарубку.

Дальше нам нужно было лишь ждать.

Вот только пока кто-то из мужиков укрывал подпорки мхом, одна из них надрывно хрустнула. Даже несмотря на шум ливня, каждый услышал этот треск.

— В стороны! Сейчас же! — ещё до того, как кто-то понял, что происходит, крик Ростислава разнёсся по округе.

В тот же миг прозвучал новый треск, но уже громче предыдущего. Подпорки, которые должны были держать дуб до нужного нам момента, начали крошиться под неравномерной нагрузкой мокрой и разбухшей древесины. Ствол, ещё секунду назад стоявший идеально ровно, дрогнул и медленно, неотвратимо стал заваливаться вбок.

Люди бросились врассыпную. Я сам едва успел отскочить, чувствуя, как земля под ногами вздрогнула от последовавшего удара. Дуб рухнул с оглушительным грохотом, ломая ветви соседних деревьев, раздавливая под собой кустарники и поднимая фонтаны грязи во все стороны.

Когда все отошли от шока и успокоили бьющиеся сердца, мы увидели упавшее на землю дерево. Но, что самое поганое, оно упало совсем не туда, куда нужно! Дуб рухнул не на расчищенную площадку меж двух кустарников, а аж в десяти метрах от этого места! Он завалился совершенно не в ту сторону.

Если бы мы повели Ледошкура на такую ловушку… то он бы никак не пострадал от нашей задумки. А радостно сейчас бы скалил морду и прикидывал, как насадить нас на свои клыки.

Дождь не переставал барабанить по листве, и каждый в этот миг ощутил холодок по спине. Еще несколько минут никто из нас не шевелился, потому что был риск того, что нас услышал Ледошкур. Но мутант так и не объявился, и мы вздохнули с облегчением.

— Все живы? — я первым нарушил тишину, окидывая взглядом побледневших крестьян.

Краткая перекличка подтвердила — никто не пострадал. В этот раз нам повезло, и мы отделались испугом. Разве что Прол, стоявший ближе всех к дубу, теперь походил на лешего, упав во время бега и измазавшись в грязи с головы до ног.

— Подпорки не выдержали веса, — через несколько минут ко мне подошёл Йорик с докладом, когда я его спросил, что стало причиной нашего фиаско. Мужчина указал мне на то, что осталось от соснового бревна. — Древесина отсырела сильнее, чем я предполагал. Вот и не выдержала веса.

— Хорошо то, что мы узнали об этом сейчас, а не тогда, когда решили бы выманить Ледошкура.

— Что правда, то правда, — вздохнул дядька Йорик. — Мы можем поднять ствол и снова использовать подпорки. Но на этот раз мы точно будем знать, куда он рухнет.

Затея, впрочем, оказалась провальной с самого начала. Обмотать ствол канатом мы-то смогли, а вот сдвинуть его, навалившись всей гурьбой — уже нет.

Земля под ногами превратилась в скользкое месиво. Ноги разъезжались в разные стороны, а руки соскальзывали с каната. Так, будто бы мало этого! Дуб словно нам назло умудрился зацепиться кроной за густой кустарник, намертво увязнув в переплетении веток. И нам пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы вытащить ствол из него.

— Бесполезно, — выдохнул один из крестьян после очередной безуспешной попытки. — Хоть всей деревней приходи — не сдвинуть нам эту дрянь.

Я обвел взглядом уставших крестьян, каждый из которых пару раз, нет-нет, да успел изваляться в грязи, и понял, что затея и правда нежизнеспособна.

— Возьмём пока перерыв. Восстановите дыхание и пообсохните, — скомандовал я.

Крестьяне облегчённо выдохнули и попрятались под сень дубов, доставая из взятых из деревни платков лёгкий перекус. Кто-то пытался отжать воду из своей одежды, а кто-то дать отдых уставшим ногам, садясь прямо в грязь.

Мы же с Ростиславом, Елисеем и Йориком собрались чуть в стороне, обсуждая происходящее.

— Сама идея с подпорками хороша, но недолговечна, — заявил Йорик, скрестив руки на груди. — Ещё и этот дождь… Не будь его, и мы могли бы удержать дуб на месте. Но из-за увеличенного веса кроны и самого ствола никакая подпорка долго не удержит такой вес.

— И что? Нам отказаться от плана с ловушкой? — нахмурился Ростислав. — Какой был смысл тогда мокнуть полдня под дождем?

— Смысл есть, просто нам нужно понять, как улучшить нашу ловушку, — заметил Елисей. — Может, сделать ее прямо перед охотой на Ледошкура? Вот прям минута в минуту? Тогда и от подпорок потребуется продержаться всего-ничего.

— Слишком велик риск, — отмахнулся Йорик. — Да и вы сами видели, что дуб может упасть совсем не туда, куда мы хотим. Если будем надеяться на одну только удачу, то от мутанта уже никто не сбежит.

Мужчины продолжали спорить о том, как бы все провернуть, пока я смотрел на упавший ствол дерева. Неожиданно мне в голову пришла идея.

— А если мы не будем полагаться на подпорки? — стоило спорщикам взять паузу, чтобы отдышаться, как я встрял в разговор.

— И как быть тогда? — поинтересовался хмурый Йорик.

— Используем наш канат, — предложил я. — Подвесим дуб на весу и отпустим его тогда, когда это будет нужно нам.

Плотник почесал бороду, обдумывая сказанное. Елисей и Ростислав смотрели на старика, ожидая его вердикта.

— Звучит недурно, — признал Йорик. — Только вот незадача, господин Стратег. Дуб слишком тяжёлый. Мы и столб для кабестана-то едва подняли всей деревней и то на минуту-другую. А вы предлагаете дюжине сделать то же самое, так еще и удерживать какое-то время, чтобы успеть закрепить. На сколько хватит сил наших парней? Как быстро они выбьются из сил?

Это был резонный аргумент. И, что хуже того, я был согласен со стариком. Без должного оборудования дуб мы так просто не поднимем. Можно было, конечно, привязать конец к другому дереву, но для этого еще надо канат дотащить.

Наступила тишина, прерываемая лишь шумом дождя. Мысли лихорадочно скакали в моей голове. Выигрыш в силе… нам нужен был выигрыш в силе, чтобы не только поднять дуб, но и удержать.

Перед глазами вспыхнул построенный мною кабестан. Точно!

— А что, если мы используем тот же прием, что и с кабестаном?

Плотник удивлённо посмотрел на меня.

— Построить в дубраве кабестан? Так это сколько времени займет! Ещё и под дождем… Он же упадет в ту же секунду!

— Нет, нам нужен не сам кабестан, — пояснил я, — но сама его идея…

Дальнейшее объяснение вызвало удивление у Йорика и остальных. И только под конец плотник хлопнул себя по лбу.

— И чего я сразу не додумался! Голова от старости совсем перестала работать!

Принцип был прост и понятен любому школьнику из двадцать первого века — блочная система! Вот что могло прийти нам на помощь в сложившейся ситуации.

Для чего я строил кабестан? Для того, чтобы перенаправить усилия крестьян. Кабестан позволял мужикам работать как один большой механизм. Но кабестан не давал выигрыша в силе в отличие от блочной системы.

Для начала я повелел крестьянам отпилить крону у уже срубленного дуба. Раз вытащить с ветвями у нас не получилось, то и ладно. Нам хватит и одного ствола. Крестьяне оперативно взялись за двуручную пилу и отпилили верхушку. У нас же остался ровненький ствол. Ну просто загляденье.

Параллельно с тем Йорик с двумя помощниками взялся за создание диска для будущего блока. Они отпилили еще один кусок от верхушки и принялись его обрабатывать.

Что мне нужно было? Деревянный кругляк с дыркой по центру, а также с канавкой по окружности, чтобы канат не уехал в сторону и не соскользнул, когда мы будем наматывать его вокруг.

С поставленной задачей плотник с двумя помощниками справились на ура.

Как должна была сработать блочная система? Для начала мы разрубили канат на две неравные части. Первую обмотаем вокруг верхушки ствола, а концы проденем через дырку в деревянном кругляке.

Более длинный же канат мы привяжем одним концом к толстой ветке соседнего дуба и, протянув по окружности кругляка, точно по выточенной канавке, перекинем снова через ту же самую ветку.

Так, благодаря подвижному блоку, что мы сделали из кругляка, мы получим выигрыш в силе аж в два раза. Ну разве не красота?

Так, я и заметить не успел, как настал черёд самого интересного — подъёма.

Крестьяне выстроились в линию, взяв канат в руки. Волнение и предвкушение читались на их лицах. Впрочем, мое выражение лица не сильно-то и отличалось.

— И-и-и-и… взяли! — скомандовал я, и дюжина крестьян навалилась на свободный конец каната.

Ствол, поначалу неохотно, но затем всё увереннее, начал отрываться от земли. Натужно скрипел наш блок, скрипело и дерево, через которое мы перекинули канат, но конструкция держалась!

Неидеально, неуклюже, но она сработала! И один этот факт открыл второе дыхание у вымокших и окоченевших крестьян. Каждый последующий шаг давался всё легче и легче.

Наконец, мы дошли до следующего дуба. Зачем? А чтобы закрепить нашу конструкцию!

Йорик ловко взял свободный конец и затянул его в самозатягивающийся узел. Оказывается, и такая красота была, да!

Получив разрешение от плотника, мы осторожно отпустили канат, ожидая чего угодно: что он сейчас же порвётся, что схлопнется импровизированный блок, что дуб, нет-нет, возьмет да и рухнет.

Но ничего из этого не произошло. И мы дружно вздохнули с облегчением.

Оставалась самая мелочь — проверить ловушку в действии.

* * *

Проверку устроили сразу же, не отходя от кассы. И понятно почему — дождь и не думал стихать, а мокнуть без дела никому не хотелось.

Роль подопытного «мутанта» досталась старому сгнившему пню. Прямо-таки эталонная мишень, скажу я вам!

— Все отошли от греха подальше? — на всякий случай уточнил я, оглядывая столпившихся неподалёку крестьян.

Убедившись, что никто не горит желанием превратиться в лепешку, я кивнул Ростиславу.

— Руби.

Парень, высунув от волнения язык, примерился к натянутому канату заточенным лезвием топора и одним мощным ударом его перерубил.

Раздался резкий, хлёсткий звук лопнувшей верёвки, и в следующее мгновение дуб рухнул вниз. Упал он стремительно и без заминки, ровнёхонько на заготовленный нами пень. И пень погиб смертью храбрых, разлетевшись щепками под чудовищным ударом.

Несколько секунд стояла тишина, прерываемая лишь шумом дождя да тяжёлым дыханием крестьян.

— Ну всё, хана секачу! — воскликнул кто-то, но ему быстро заткнули рот. Впрочем, волнение ощущали все присутствующие.

Ледошкур, конечно, не трухлявый пень. В отличие от последнего, ледяной секач куда сообразительнее, быстрее и в десятки раз опаснее. Но даже такая сволочь не сможет игнорировать вес свалившегося на нее дуба.

Удивить — значит победить, как говорил Суворов! Вот и мутант удивится, когда его вдавит мордой в грязь!

Авторитет: +10

Текущий уровень: 141/200

По всей видимости, Взор был со мной полностью согласен. Мы подготовили ловушку, проверили ее в действии, после чего заново подвесили дуб, благо блочная система позволяла. И все, что теперь оставалось, это заманить в нее мутанта. Но это будет уже в следующий раз. Сегодня мои люди уже выбились из сил.

Пришла пора возвращаться домой.

* * *

Обратный путь в деревню дался куда легче. Не потому, что ливень ослаб, наоборот, тот все набирал обороты.

Просто настроение мужиков поднялось на невиданную высоту. Они шутили, подначивали друг друга, уже смаковали лёгкую победу над Ледошкуром. Но больше всего крестьяне предвкушали скорую помывку, горячий ужин и теплую постель.

Вот тут я был с ними согласен целиком и полностью!

Мы без проблем перешли брод и уже подходили к окраине деревни, когда к нам вдруг наперерез выскочил один из охотников.

И выражение его лица мне совершенно не понравилось.

— Господин… господин Стратег! — взволнованно выдал он. — К деревне… карета едет!

— Караванщики? — сначала предположил я.

— Нет, какая-то другая! У караванщиков нет крытых карет! Ещё и таких дорогих — с гербом на боку! — пропищал охотник.

Я сразу же подобрался. Потому что мне было известно только об одном человеке, у которого была такая карета. Андрей Краснов. Вот только что ему вдруг могло понадобиться у меня в деревне?

— С каретой ехал кто-то? Всадники? Охрана? — спросил я.

— Нет, только карета, — покрутил головой охотник.

Тем более странно! Это была беспечность со стороны приезжих или тонкий расчет? В любом случае вопросы задавать стоит на месте!

— Оружие к бою, — скомандовал я. Крестьяне, осознав всю серьезность происходящего, лишь коротко кивнули. — На людей не бросаться, но быть готовыми ко всему.

— Есть!

Чуть ли не бегом мы добрались до деревни. Всё было на своих местах, не считая той самой кареты, вставшей у крыльца моего терема. Выглядела она и вправду роскошно. Правда, из-за ливня ее очертания смазались, и я не мог рассмотреть нарисованный герб, чтобы подтвердить личность приезжего.

Разве что под козырьком у терема уже крутились трое незнакомцев в длинных плащах.

Я уверенным шагом, ступая по грязи, пошел к ним, желая узнать, что им вдруг понадобилось у меня дома в такой час. За моей спиной шагали и крестьяне с топорами наперевес.

Неудивительно, что нас быстро заметили. Я уже готов был обратиться к приезжим, как вдруг один из них резко взмахнул полами плаща и сделал всего один шаг в мою сторону.

А уже в следующий миг мне прямо в лицо уставился ствол ружья!

Что называется, приехали!