Прошла неделя после празднования Дня посадки деревьев.

Надо сказать, неделя была спокойная, почти скучная. Джувон вернулся к своей обычной работе – онлайн-гаданиям на Таро. Раскладывал карты для клиентов, отвечал на вопросы о любви, карьере, здоровье и не только.

Он сидел за компьютером в своей небольшой квартире, допивая остывший кофе и глядя на очередной запрос. Девушка спрашивала, вернется ли к ней бывший парень. Джувон разложил карты, посмотрел на комбинацию и вздохнул. Башня, Десятка Мечей, Пятерка Кубков. Не вернется. И хорошо, что не вернется, судя по картам.

Он печатал ответ, стараясь сформулировать мягко, но честно, когда зазвонил телефон.

Незнакомый номер.

Джувон нахмурился, но взял трубку:

– Алло?

– Джувон-а, – раздался знакомый бархатный голос, обволакивающий, как мед, и у Джувона мгновенно похолодело внутри, будто кто-то опустил кусок льда прямо в желудок. – Как приятно слышать тебя после стольких недель молчания. Надеюсь, у тебя все хорошо? Жизнь налаживается?

Нам Кегван.

Его бывший учитель. Человек, который когда-то обучал его тонкостям работы с Таро, помог открыть и развить дар медиума, познакомил с запутанным и опасным миром духов и мертвых. И человек, которого Джувон теперь терпеть не мог всей душой и каждой клеточкой тела.

– Учитель Нам. – Джувон постарался изо всех сил, чтобы голос звучал ровно, вежливо, без намека на дрожь. – Здравствуйте. Да, все… все в порядке. Спасибо, что поинтересовались.

– Рад слышать. Очень рад. – В голосе Кегвана разве что не слышалось мурчания. А еще он точно улыбался. Улыбался той самой приторно-медово-сладкой улыбкой, которая всегда, всегда предшествовала чему-то крайне неприятному. – Я тут подумал о тебе последнее время. Часто вспоминал нашего молодого талантливого ученика. Скучал, если честно. И решил позвонить. Просто так. Узнать, как дела, как жизнь, как работа.

Джувон крепче сжал телефон, чувствуя, как напрягаются мышцы челюсти. Нам Кегван никогда, ни единого раза ничего не делал «просто так». Каждое его действие, каждое слово и каждый жест имели цель. Всегда.

– Спасибо за заботу, – максимально сухо ответил он, стараясь не выдать эмоций. – Дела идут нормально. Работаю, как обычно.

– Слышал от знакомых, ты продолжаешь иметь дело с Чо Геджином, – продолжал Кегван, и в голосе появились легкие ноты искреннего любопытства. – Старый шаман все еще в деле? Удивительно, даже поразительно. Думал, он уже давно ни на что не способен. Или уже помер от старости, вредности и избытка соджу.

– Чо Геджин-сонсеним здоров и активен, – резко, почти грубо сказал Джувон, не сумев сдержаться.

– Конечно-конечно, – тихо рассмеялся Кегван и мягко добавил: – Не обижайся, я же шучу. Старик крепкий, это правда. Я же говорил тебе тогда, что он поможет с твоей… как там ее… проблемой. Помог ведь, надеюсь?

– Да, – предельно коротко ответил Джувон, категорически не желая вдаваться в какие-либо подробности.

– Вот и замечательно, вот и прекрасно. Значит, мой совет был полезен и ценен. Я так рад, что смог тебе помочь в трудную минуту. – Повисла пауза. Короткая, всего пара секунд, но невероятно многозначительная. Джувон почувствовал, как сердце бешено заколотилось. – Кстати, раз уж мы заговорили о помощи. Ты же прекрасно помнишь нашу маленькую договоренность, верно?

Вот оно. Джувон закрыл глаза, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой, болезненный комок.

– Три расклада, – глухо сказал он.

– Именно так! – чуть ли не восторженно выдохнул Кегван, будто Джувон сказал что-то особенно умное. – Три расклада Таро в обмен на то, что я направил тебя к нужному человеку, дав ценную информацию. Ты такой умный мальчик, Джувон-а, конечно же помнишь каждую деталь нашего соглашения. Договор есть договор. Слово есть слово. Верно?

Джувон до боли закусил нижнюю губу. Да, он помнил. Слишком хорошо помнил. Разве такое забудешь? И направление к Чо Геджину, и то, что Джувон теперь должен. Три расклада Таро. В любое время и на любой вопрос. Без права отказа.

Тогда в панике это казалось вполне приемлемой ценой. Всего лишь три расклада! Джувон делал их десятками, сотнями каждую неделю для клиентов по всему миру. Что такое еще какие-то три расклада?

Но сейчас, слушая этот медовый голос, он понимал, что Кегван не попросит обычный расклад на любовь или карьеру. Он попросит что-то другое. И от этого уже не по себе.

– Я помню договор, – сказал Джувон медленно, стараясь, чтобы голос совсем не дрожал. – Что именно вам нужно, учитель Нам?

– Встретиться лично, – буднично ответил Кегван. – Поговорить с глазу на глаз. Есть один деликатный вопрос, который требует именно твоего уникального таланта и особого дара. Приезжай ко мне завтра. Скажем, ровно в три часа дня? Ты же прекрасно помнишь адрес моей студии?

Джувон помнил. Небольшая, но дорогая студия для духовных практик и эзотерических консультаций в самом центре престижного района Каннам. Место, где Кегван принимал богатых клиентов, проводил «сеансы духовного просветления», учил медитации и рассказывал о чакрах. Место, где он зарабатывал огромные деньги, продавая людям иллюзию контроля над судьбой.

– Могу я узнать, в чем заключается вопрос? – осторожно спросил Джувон.

– О, не хочу портить сюрприз, – игриво ответил Кегван. – Скажу лично. Это… деликатное дело. Оно требует конфиденциальности. Ты же понимаешь.

Нет, Джувон не понимал. И именно это его пугало.

– Учитель Нам, если это что-то…

– Ничего страшного, мальчик мой, – мягко перебил Кегван, и в голосе появились стальные нотки. – Просто расклад. Обычный расклад Таро. Ты же делаешь их постоянно. Или у тебя возникли сомнения насчет нашего договора?

Ловушка захлопнулась. Если Джувон откажется – он нарушит договор. А нарушенный договор в их мире… это плохо. Очень плохо. Это не просто слово, данное другому человеку. Это слово, данное перед силами, которые слушают. Перед духами, картами и самой судьбой. Да и… собственной совестью.

Нарушить – значит потерять доверие. Возможно, потерять сам дар.

– Нет, – выдавил Джувон. – Сомнений нет. Я приду.

– Вот и отлично! – радостно сказал Кегван, будто ничего не произошло. – Жду тебя завтра в три. Не опаздывай. И, Джувон-а… будь готов к тому, что вопрос может оказаться… необычным. Но ты справишься. Ты же… мой лучший ученик.

После этих слов он повесил трубку, не дожидаясь ответа.

А Джувон сидел, глядя в экран телефона, и чувствовал, как внутри медленно закипает злость. Злость, смешанная со страхом и отвращением.

Нам Кегван. Человек, который всегда знал, какие слова подобрать. Как надавить и манипулировать. «Мальчик мой», «лучший ученик», «уникальный талант» – все эти комплименты были оружием и особым способом держать людей на крючке.

И Джувон попался на этот крючок. Снова.

Он швырнул телефон на стол, встал и прошелся по комнате. Нужно было с кем-то поговорить. Нужен был совет. Немедленно.

Геджин. Он позвонит Геджину.

***

– Попался, птенец, – философски изрек Геджин, когда Джувон закончил рассказывать. – Кегван умеет расставлять сети. Всегда умел, проходимец. С самого начала, знаешь ли.

– Что мне делать? – Джувон сжимал телефон, стоя у окна своей квартиры. – Я не хочу иметь с ним дела. Не хочу…

– Но должен, – закончил за него старый шаман. – Потому что дал слово. И слово, данное в нашем мире, это не просто звук. Это связь. Контракт и все такое. Ты знаешь это и без меня.

– Знаю, – мрачно согласился Джувон. – Но что, если он попросит что-то… плохое? Что, если это связано с духами? Или с чем-то опасным?

– Тогда делаешь расклад, но не помогаешь дальше, – твердо сказал Геджин. – Слушай меня внимательно, птенец. Ты обязан сделать три расклада. Разложить карты. Интерпретировать. Сказать правду. На этом все. Ты не обязан участвовать в том, что он задумал. Не обязан помогать ему воплощать планы. Договор – только о раскладах. Понял?

Джувон медленно выдохнул. Да. Да, это имело смысл. Вроде бы ничего такого не сказано, а стало немного легче.

– Понял.

– Иди завтра. Разложи ему свои карты. Будь вежлив, но холоден. Не поддавайся на манипуляции. Кегван попытается втянуть тебя глубже, чем договорились. Он всегда так делает, но ты держись границ. Три расклада. Ни больше, ни меньше.

– А если… если он попросит что-то, связанное с вами? – тихо спросил Джувон. – Или с Енчжу?

Геджин помолчал, потом усмехнулся:

– Тогда делай расклад. Но результат интерпретируй в нашу пользу. Карты правду говорят, но правду можно прочитать по-разному. Ты достаточно умен для этого.

Джувон невольно улыбнулся. Геджин был прав. Карты Таро – это не точная наука. Это символы и образы, которые можно трактовать множеством способов. Можно сказать правду, но акцентировать на одних аспектах и скрыть в тени другие.

– Спасибо, учитель.

– Не за что. Главное, не дай этому крокодилу тебя сожрать. Он опасен, Джувон-а. Опаснее многих духов, с которыми мы сталкивались. Потому что он живой. Умный. И абсолютно лишенный совести. В общем, мудак.

Джувон снова улыбнулся, хоть и почувствовал, как по спине пробежал холодок:

– А вы хорошо его знаете?

– Встречались несколько раз, – уклончиво ответил Геджин. – Давно. Еще… до твоего рождения. Поэтому скажу только одно: держись от него на расстоянии. Отдавай свой долг и сваливай, не задерживаясь. Не слушай его сладкие речи. И ни в коем случае не соглашайся ни на что сверх договора.

– Хорошо, – твердо ответил Джувон. – Я буду осторожен.

– Вот и умница. А теперь иди спать. Завтра тебе понадобятся все силы. Нам Кегван выматывает даже простым разговором.

Они попрощались. Джувон медленно положил телефон на подоконник и долго смотрел в окно, не видя ничего перед глазами. На улице уже стемнело. Огни города мерцали в темноте тысячами маленьких звездочек.

Завтра ровно в три часа дня Джувон придет к Нам Кегвану, потому что дал слово.

Но это не значит, что он пойдет покорно, как послушная овечка на заклание. Он пойдет вооруженный. Знанием, что получил от Геджина. Опытом последних недель битв с призраками. И, главное, пониманием границ.

Три расклада. Только три. Ни словом больше. Ни действием больше. Он сделает то, что обещал, и все. Договор будет исполнен. Долг – закрыт.

Джувон повторял это про себя снова и снова, как защитную мантру, пытаясь убедить себя, что все действительно будет именно так. Что все окажется в порядке. И он обязательно справится.

Но глубоко внутри, там, где жил его дар медиума, там, где он чувствовал духов, мертвых, энергетические потоки и не только… Что-то тревожно и настойчиво шевелилось. Предчувствие. Темное, холодное и липкое, как болотная тина.

Что-то пойдет не так. Приближается что-то большое и незнакомое. И завтра, когда он переступит порог студии Нам Кегвана, он узнает, что именно.

Джувон встал, прошелся по комнате и подошел к полке, где лежала его колода Таро в потрепанной коробке. Достал, развернул шелковый платок и разложил на столе. Поправил завернувшиеся уголки.

Может, стоит сделать расклад для себя? Посмотреть, что ждет завтра?

Рука потянулась к картам. Замерла.

Нет. Не надо. Иногда лучше не знать. Иногда знание того, что грядет, только парализует. Лишает способности действовать спонтанно, слушая интуицию.

Он аккуратно собрал карты обратно, завернул в платок и убрал в коробку.

Завтра он узнает все. Что бы Нам Кегван ни задумал, Джувон встретит это лицом к лицу. С открытыми глазами и с поддержкой Геджина за спиной.

Три расклада. И этот долг будет закрыт навсегда.

Он поздно лег спать и долго ворочался, не в силах уснуть. А когда наконец провалился в беспокойный сон, ему снились карты. Башня, падающая в бездну. Дьявол, усмехающийся из темноты. И Повешенный, висящий вниз головой и смотрящий прямо в глаза.

Смотрящий вверх, из своего перевернутого мира.