Я поехал по адресу, указанному в эсэмэске Дейла, и в итоге оказался на другом конце города, возле нового жилого комплекса на утесе с видом на Чесапик, с современными, но, похоже, пустующими домами. Над въездом висел высокий строительный щит, на котором огромными буквами было выведено: Строительная компания «Полный дом».

Дейл жил в самом конце новообразовавшегося тупика, в симпатичном доме с белым фасадом; балясины крыльца были сделаны из полированного камня. На асфальтированной дорожке рядом с «Тойотой-Приус» был припаркован «Линкольн-Навигатор» стального цвета. За домом виднелась серая гладь Чесапикского залива и полоска неба над ней.

Припарковавшись на улице, я вышел из машины как раз в тот момент, когда по всему блоку зажглось уличное освещение. Как будто кто-то специально подстроил это к моему приезду.

На улице стояла жутковатая тишина. Оглядевшись по сторонам, я обнаружил, что в окнах соседних домов свет не горит.

Я подошел ко входу и уже хотел нажать на латунный звонок, когда дверь распахнулась – и в меня чуть не врезалась какая-то женщина. Я успел отпрыгнуть назад, но она все равно взвизгнула от удивления.

– Боже мой, ты меня так напугал, – пробормотала она, прижимая руку к груди. С ней был мальчик лет восьми, изучавший меня из-под копны лакрично-черных кудрей.

– Простите, я как раз собирался позвонить в дверь. Мне не хотелось…

– Ты Эндрю, да? Эндрю Лаример?

– Да.

– Я Сюзанна. – Она одарила меня кривой улыбкой. Ей было, наверное, лет сорок, но из-за мимических морщин женщина казалась старше. – Я сестра Дейла.

– Конечно. Я тебя помню. Извини, еще не пришел в себя после дороги.

– Дейл говорил, что ты приедешь. И хорошо. Все это… – Она взглянула на мальчика. – Кстати, познакомься. Это Баррет, сын Дейла.

– Привет, – сказал я парнишке, но тот не отреагировал.

– Ну, мы пошли есть пиццу, – Сюзанна взяла Баррета за руку и повела вниз по ступенькам крыльца. Дверь она оставила открытой. – А ты заходи. Он тебя уже заждался.

Она усадила племянника в «Приус», и они уехали.

В доме Дейла было просторно и идеально чисто. На стенах висели образцы искусства американских индейцев; странноватый желто-зеленый стол был, похоже, сделан из бамбука или еще каких-то экологически чистых материалов. Стены и перегородки отсутствовали, так что я мог видеть все, что находилось в другом конце дома: красные кожаные диваны и кресла, массивный телевизор во всю стену, окна из высококачественного стекла, за которыми открывался вид на покатую лужайку. За ней виднелась серо-стальная гладь Чесапикского залива. Веревочные качели во дворе плавно покачивались от легкого морского ветерка.

– Дейл, ты тут?

Мой голос эхом отразился от стен и высокого сводчатого потолка. Проходя по коридору, я окинул помещение взглядом и понял, что на стенах нет ни одной семейной фотографии, нигде не видно памятных вещей или сувениров – как будто это не жилье, а декорации для фильма. Мелькнула мысль, что я попал в демонстрационный дом, созданный, чтобы показать покупателям весь потенциал жилого комплекса.

Слева от меня располагалась кухня – просторная, с бытовой техникой из нержавеющей стали и столешницами из белого мрамора с дымчато-серыми разводами. В столовой стоял суперсовременный стол с цветочной композицией в центре. Стулья тоже были белыми и выглядели так, будто их смастерили из полос железа. Пол был выполнен в виде шахматной доски.

– Эндрю!

Обернувшись, я увидел, что у меня за спиной стоит Дейл. Последний раз мы с ним встречались на похоронах моего отца. Он единственный из всех моих друзей на них пришел.

За последние шесть лет он набрал вес. Волосы, разделенные идеальным пробором, немного растрепались по бокам. На нем была белая рубашка и черные слаксы, как будто он только что вернулся из офиса, но я заметил темные круги под глазами и щетину на щеках. В Дейле чувствовалась какая-то надломленность, будто душа уже давно покинула его тело – и осталась только пустая оболочка.

– Вот это да! – прохрипел он.

– Дейл, что все это…

– Ты все-таки приехал!

Дейл подошел и обхватил меня своими огромными лапищами. Пахло от него так, словно он неделю не мылся, щетина легонько царапала мою щеку.

К моему облегчению, вскоре Дейл отстранился, хлопнув меня по спине.

– Помнишь, что сказал мне в нашу последнюю встречу, Энди?

– Нет. Что?

– Ты заявил, что ноги твоей больше не будет в этом городе, настолько тебе от него тошно. Мол, раз уж тебе повезло один раз отсюда выбраться – незачем искушать судьбу и возвращаться.

– Вряд ли я выразился именно так.

Дейл расхохотался, так широко открыв рот, что я увидел пломбы на самых дальних зубах.

– Подносит жизнь сюрпризы, скажи? Очень рад тебя видеть.

Я не стал напоминать ему, что единственная причина моего приезда – его пьяный звонок, который, честно говоря, чуточку походил на шантаж: «У тебя нет выбора…»

– Слушай, ты даже не представляешь, как я ценю, что ты приехал!

– Так в чем дело?

Дейл продолжал улыбаться, но глаза тут же потускнели. Он взглянул на свою правую руку, будто на ней были написаны ответы на мои вопросы. Когда он наконец поднял глаза на меня, в его взгляде появилось что-то печальное, безнадежное.

– Пойдем ко мне в кабинет! – Он кивнул в сторону коридора. – Выпьем по стаканчику…

Кабинет Дейла оказался практически таким же необжитым, как и остальные комнаты: красивый деревянный стол, пара кресел у окна с видом на залив, книги в идеальном состоянии на полках. На стенах висели фотографии домов на разных стадиях строительства. Архитектурные чертежи в больших рамах стояли, прислоненные к столу. Подойдя ближе, я узнал на одной из фотографий тот самый дом, в котором сейчас нахожусь.

– Это твоя недвижимость?

– Ну, ею владеет компания. Но в принципе, компания и я – это одно и то же.

– У тебя нет партнеров?

– Нет. Я скупил все фирмы конкурентов пару лет назад.

– Я так погляжу, у тебя все хорошо.

Он издал какой-то неопределенный горловой звук, намекающий, что я сказал что-то не то.

Я взглянул на одну из фотографий, где был изображен еще куда более стройный Дейл, опирающийся на золотую лопату. Рядом с ним стояла ничем не примечательная, но все равно симпатичная женщина в вязаном свитере поверх простого цветастого платья, с коричневыми кудрявыми волосами и невинной улыбкой. Маленький Баррет – на вид не старше трех лет – стоял между ними, держа большой палец во рту.

– Дом выглядит совсем новым. Ты недавно переехал?

– Пока он строился, мы снимали жилье у шоссе. Столько денег потратил… Здесь мы живем всего пару месяцев. Еще даже краска не высохла.

– Я рад за тебя, Дейл.

– Вот и я был рад. Первые недели.

Он подошел к своему столу, открыл ящик и достал бутылку бурбона и два бокала.

– Дела у меня шли все лучше и лучше. Сначала я сорвал куш на строительстве жилого комплекса в Оушен-Сити, второй раз – на острове Чинкотиг, и понеслась. Тогда я скупил всех своих инвесторов, выплатил все кредиты. Я был на вершине мира. Но, конечно же, приходилось рисковать. Вот я и вложил деньги в эти дома, половина из которых до сих пор даже не достроена. Пришлось приостановить строительство, пока не появятся свободные деньги. Бог знает, с чего я вообще решил, что смогу подзаработать здесь, в Кингспорте. Видимо, меня охватила ностальгия. Или просто глупость.

– А что пошло не так? Дома красивые, с видом на залив. Звучит как отличное вложение.

– Да дело не в этом.

– А в чем?

В голове пронеслась мысль: «Неужели Дейл позвал меня сюда, чтобы попросить денег? Ради этого я сюда приехал?»

Я почувствовал себя полным идиотом.

– Ты разве не знаешь? – совершенно спокойно ответил он, наливая бурбон в бокал. – На мне проклятие, Эндрю.

Я криво улыбнулся, не понимая, зачем он мне все это рассказывает. Если Дейл действительно собрался просить у меня взаймы, его ждало горькое разочарование.

– Ты женат? – внезапно спросил он.

– Нет, – быстро соврал я, надеясь, что он не разглядит тонкий красный след на моем безымянном пальце. На всякий случай я быстро засунул руки в карманы. – Не нашел пока свою единственную.

– Присядь. – Он подвинул ко мне бокал. Дейл опустился в одно из кресел у окна с видом на заднюю лужайку, а я сел напротив него. – Я позвонил тебе, потому что у меня небольшие неприятности.

– Какого рода?

– Моя жена. Она ушла из дома.

– Куда?

Дейл пожал плечами.

– Если бы я мог ответить на этот вопрос…

Он неотрывно смотрел мне в глаза. Между нами ощущался барьер – какая-то тяжесть, недоговоренность… В каком-то смысле так оно и было, но к супруге Дейла это не имело никакого отношения.

– Это она? – спросил я, указывая на фотографию с золотой лопатой.

– Да.

Дейл наклонился ко мне, зажав между коленями бокал с оставшимся льдом. Из-под его коротковатых брюк выглянули темно-синие носки с крохотными изображениями красных якорей.

– Я десять лет потратил на создание собственного бизнеса. Упорно работал, все продумывал – и наконец мои старания стали приносить прибыль. Это укрепило наш брак. Поначалу мы с Син были счастливы. Но примерно год назад… что-то случилось.

– В смысле?

– Она изменилась. Пристрастилась к алкоголю, стала ошиваться с парнями из города. Перестала быть матерью для нашего сына и моей женой. Черт, да ее как будто подменили! Я поверить не мог. Она вроде как внезапно начала меня ненавидеть, с каждым днем все яростнее. Понятия не имею, что на нее нашло. У нас было все, о чем мы мечтали, – и все равно в какой-то момент она решила, что я самый отвратительный человек в мире.

– Сочувствую.

Дейл понизил голос, будто боялся, что его подслушают.

– Тебе когда-нибудь смеялась в лицо любимая женщина? Злобным, полным ненависти смехом, с адским пламенем, горящим в ее глазах?

– Нет, – сказал я абсолютно искренне.

Он бросил взгляд на фотографию за моей спиной.

– Как будто моя жена исчезла. А на ее месте появился… кто-то другой, не знаю кто.

– Ты что, ей изменил?

– Нет. Что ты. Конечно нет! – Он взглянул на свой бокал. Впервые за этот вечер я ощутил, как в преграде между нами появилась трещина. Дейл не мог найти выхода из сложившейся ситуации и уже давно впал в отчаяние – я почувствовал это, пусть и всего на секунду. – Я был примерным мужем. В нее будто злой дух вселился или что-то в этом роде. Другого объяснения я не вижу.

– Вы думали о разводе?

– Да, конечно. Она даже говорила с адвокатом. Планирует отсудить две трети моей компании и активов. И полную опеку над сыном.

– Над сыном, которого бросила?

– Да. Просто чтобы сделать мне больно, Эндрю. На Баррета ей плевать. Она постоянно забирает его из школы пьяной. Я знаю номера всех владельцев местных баров: они постоянно звонят и требуют, чтобы я забрал свою вусмерть пьяную жену. Ей куда интереснее развлекаться бог знает где с каким-нибудь молодым качком, чем растить собственного ребенка или заботиться о муже. Не знаю, что случилось. Как будто… наш брак отравили…

Его голос дрогнул, и он отвел глаза.

– И как ты отреагировал?

– На ее требования? Сразу же сказал, чтоб об опеке над сыном она и не мечтала. Послал ее куда подальше.

– У тебя есть предположения, где она сейчас может быть?

– В постели, небось, у одного из своих дружков. Мне мстит. Пытается всему городу показать, что я позволяю наставлять себе рога. Знаешь, она часто так уходит.

– И сколько дней она уже не появляется?

– Девять.

– И за все это время она ни разу не пыталась с тобой связаться? Совсем?

– Да. Совсем. Ни звонка, ни сообщения – ничего.

– Ты спрашивал ее друзей?

– Каких друзей? Ты про ее любовников? Мы уже больше года вместе никуда не выходили. Понятия не имею, с кем именно она общается.

– А родственников?

– У нее нет никого, кроме нас с Барретом.

– Надеюсь, в полицию ты обратился?

– Да, подал заявление о том, что у меня жена пропала. Много раз говорил об этом с Эриком.

– Эриком?

– Ну Эриком Келли. – Должно быть, он увидел, что при упоминании этого имени мое лицо скривилось, будто я съел лимон. – А… ты ж, наверное, не знаешь. Он теперь помощник шерифа.

– Он полицейский? Здесь, в Кингспорте? Чушь какая-то.

– Ну его папаша же тоже работал в полиции, – пробормотал Дейл, как будто это что-то объясняло.

– Ага, и Эрик его всей душой ненавидел.

– Люди меняются… – Дейл пожал плечами.

«Меняются ли?» – промелькнуло у меня в голове. Я все же решил спросить у Дейла, что наш старый друг Эрик Келли думает об исчезновении его жены.

– А чего тут думать? Он с ней не раз виделся и знает, как она изменилась за последний год.

– Как ты считаешь, чего она добивается?

– Хочет подписать все документы и забрать у меня сына.

– И как в этом может помочь ее исчезновение?

– Ты не знаешь мою жену. Она стала… таким злобным монстром за последний год. Всегда на три шага впереди. Когда смотрю на нее, порой ощущаю себя марионеткой в руках жестокого кукловода.

Я попытался сопоставить этот образ с милой улыбающейся женщиной на фотографии. Попробовал представить, как она злобно смеется в лицо мужу. Но это у меня никак не получалось.

– Так что она планирует делать дальше?

– Небось, чтоб меня подставить, вернется через пару дней и скажет: мол, я ей угрожал, она боялась за свою жизнь. Скажет, что я ее избивал. Выставит меня в дурном свете, чтобы суд встал на ее сторону.

– А меня-то ты зачем позвал? Я разводами не занимаюсь. Стоило нанять кого-то из местных.

Он покачал головой и залпом опустошил бокал. А потом встал, налил себе еще бурбона и выпил его так же быстро.

– Эрик говорит, что я могу стать подозреваемым. – Он облокотился на стол. – Типа, если человек пропал, они ж всегда подозревают ближайших родственников… Сначала все шло по стандартной процедуре. Я подал заявление о пропаже человека, ответил на вопросы полиции. А дальше… Не знаю, что будет. И Эрик не знает. Я спросил, не нанять ли мне адвоката, и он предложил позвонить тебе.

– Серьезно?

Он кивнул, налив себе уже третий стакан. Я не знал, что на это ответить. Мы с Эриком последний раз виделись, когда нам было по восемнадцать лет, – как раз перед моим отъездом в колледж. Казалось, что с тех пор прошла целая жизнь.

– Ты хочешь сказать, тебя подозревают в убийстве собственной жены?

Ответ был написан на его лице. У Дейла выступили слезы, и он отвел глаза.

– Дейл, ты уверен, что у этих подозрений нет оснований?

Я видел, как напряглось его тело, как закаменело лицо. Дейл снова посмотрел на меня, и его покрасневшие глаза казались стеклянными. Я с трудом мог узнать в этом вспотевшем, охваченном паникой человеке того мальчика, с которым мы когда-то так близко дружили.

– Да как ты можешь на это намекать, Эндрю?

– Я-то намекаю, а полиция прямо спросит. Если уже не спросила…

– Да не спрашивали они, – покачал головой Дейл, – и не спросят. Но я хочу точно знать, что на меня ничего не повесят, Энди. Поэтому мне и нужна твоя помощь. Я поискал информацию о тебе в интернете. Так что знаю, что у тебя есть лицензия на практику в Мэриленде. Ты можешь быть моим адвокатом.

– Ты нашел информацию… – пробормотал я. Все это вдруг стало слишком похоже на подставу. – И поэтому ты заявил, что мне придется приехать сюда и выбора у меня нет?

Он провел рукой по волосам.

– Да я совсем не это имел в виду.

– А звучало как угроза.

Дейл покачал головой.

– Я очень волнуюсь, практически впал в отчаяние, а вчера вдобавок еще изрядно выпил. Я так долго не решался тебе позвонить, но вчера в мою пьяную голову пришла четкая мысль: «Я должен позвонить этому парню. Сейчас же. Мне нужна его помощь». Твоя помощь, Эндрю.

– Тогда ответь на мой вопрос. Ты причастен к исчезновению своей жены, Дейл?

– Нет. – Он посмотрел мне прямо в глаза. Я изучал его лицо, пока он не отвернулся к окну.

– Хорошо… – Я откинулся в кресле. – Когда ты видел ее в последний раз?

– Послушай… – Его взгляд снова скользнул к бутылке на столе. Дейл не потянулся к ней, но было видно, что он очень хочет еще выпить. – Ты должен пообещать, что поверишь мне, насколько бы дерьмовую нелепицу я б тебе ни рассказал.

Я нахмурился. Его намеки не сулили ничего хорошего. Обычно, если кто-то просит пообещать, что ты ему поверишь, он собирается врать.

– Так что случилось, Дейл?

– Как-то ночью она отправилась пьянствовать в «Крысу». Я уже спать лег, когда вдруг мне позвонила Тиг. Сказала, что…

– Тиг? – прервал я. – Антигона?

– Ага. Она управляет «Причальной крысой» с тех пор, как ее родители вышли на пенсию и уехали во Флориду. Ты не знал?

Я представил обаятельную темнокожую красавицу в топике и обтрепанных джинсовых шортах, с ракушками в волосах, как у русалки. Антигона Майронн. Тиг.

– Нет, – сказал я с ноткой дрожи в голосе. – Я вообще думал, что она давно уехала и…

Фразу я не закончил.

– Так вот, она позвонила спросить, все ли с Синтией в порядке. Сказала, что та так нажралась, что Тиг забеспокоилась, не упадет ли она где-то по дороге домой. Я заверил ее, что моя жена дома, и поблагодарил за беспокойство. Но я соврал, Эндрю.

– Соврал?

– Она той ночью домой не вернулась. Мне просто было неловко в этом признаваться, вот я и сказал ей, что все в порядке. Но именно в эту ночь Синтия и исчезла. Теперь полиция считает, что это важно.

– И как ты думаешь, где она была в ту ночь, когда позвонила Тиг?

– Может, у любовника какого-нибудь? Я-то откуда знаю! Тиг мне, конечно, не чужой человек, но я предпочитаю об увлечениях своей жены не распространяться, понимаешь?

– Ну да…

– Домой она так и не вернулась, так что я наутро пошел в «Крысу». Там на парковке так и осталась ее машина, со всем ее дерьмом внутри.

– Что ты имеешь в виду под «ее дерьмом»?

– Сумочка, телефон и далее по списку.

– Она бросила свою машину и вещи на парковке бара? Ты полагаешь, она пешком куда-то пошла?

– Откуда мне знать? Может, по пьяни с кем-то познакомилась. Я ж уже говорил: такое и раньше случалось. В общем, я отогнал ее машину к нам домой. Когда сообщил о пропаже жены, копы сразу же забрали ее как улику. Сейчас машина у них.

– Так ее конфисковали?

– Да, похоже на то.

Я посмотрел на бокал, из которого ни глотка не сделал.

– Дейл, скажи мне: ты точно со мной честен?

– Честнее некуда.

– Что ты в полиции успел рассказать?

– Все, что сказал сейчас тебе. Вот и все. Со мной, в общем-то, один Эрик и разговаривал. Кажется, он сейчас и расследует это… Что бы это ни было… Он взял у меня заявление, когда я сообщил о ее пропаже. Потом вернулся и задал несколько дополнительных вопросов. Ну, и с Тиг он говорил, насколько мне известно. Но последние пару дней он не выходит на связь. Думаю, специально – не хочет, чтобы нас видели вместе.

– И хорошо.

Дейл кивнул, и выражение его лица стало каким-то совсем несчастным.

– Может, есть что-то, о чем ты мне не рассказал? Что-то важное?

Тело Дейла снова напряглось, и он посмотрел в сторону открытого дверного проема и на коридор за ним. Он растерянно потирал запястье той руки, на которую смотрел, когда мы шли в кабинет. Не нужно было быть великим детективом, чтобы понять: он что-то от меня утаивал.

– Дейл? – повторил я.

Вздрогнув, словно я вывел его из транса, он вновь на меня посмотрел.

– Может, тебе стоит поговорить с Эриком…

«Да мне стоит домой вернуться», – раздраженно подумал я, абсолютно не желая ввязываться во всю эту хрень. Со мной, Эриком, Дейлом, остальными членами нашей компании и, в принципе, со всем этим городом и так много чего произошло. Мозг и без того лопался от груза неприятных воспоминаний. Мне не хотелось заработать еще парочку.

– И да: я тебе не угрожал, – сказал Дейл, и я поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза. – Я не настолько тупой, чтоб нам всем испоганить нафиг жизнь. Я никогда не стал бы никого из вас шантажировать, честно.

Я не ответил.

– Но ты должен мне помочь. Помоги, Эндрю.

Я не сказал ни слова. Просто смотрел на него.