Роза не могла поверить в такую чушь.

Неужели Белле и правда все это нравилось? Свечки, загадки и лунный свет, освещающий кладбище? Это должно было волновать? Пугать? Если да – то провал вышел грандиозный. Обри нагоняла не больше жути, чем мультик «Монстры на каникулах», а ее «игра» выглядела ребячеством, как у тринадцатилетних девчонок на пижамной вечеринке, вроде гадания на воске или дурацкого «легкий как перышко, твердый как доска». Вот так, значит, гот-квартет проводит пятничные вечера? Если да – они еще более жалкие, чем о них говорят.

Роза старалась не слишком их осуждать. У Беллы сейчас, понятно, кризис. Но даже если бы его не было, она имеет право жить как хочет, и неважно, нравится это другим или нет. Но для Розы стать готом означало сдаться, а на это она не пошла бы ни за какие коврижки. Да, у нее тоже бывали приступы тоски, как у любого человека, но афишировать это казалось нарциссизмом и ребячеством. С отчаянием нужно бороться, а не упиваться им. Жизнь слишком коротка, чтобы так зацикливаться на смерти. Но Роза отчаянно пыталась вновь сблизиться с Беллой, боясь потерять лучшую подругу. И когда Обри спросила, чего она боится, именно эта мысль первой сверкнула в мозгу Розы. Они с Беллой были как сестры – слишком долго и слишком близко, чтобы позволить какой-то нелепой «готике» все разрушить. Роза искренне надеялась, что участие в этом «ведьмином ритуале» – или что там это было – станет для Беллы знаком: подруга все еще рядом, все еще заботится о ней. Может, тогда Белла снова впустит ее в свою жизнь, а Роза поможет ей выбраться из этого мрачного, душного тумана.

– Ну и?.. Что теперь? – спросила Селеста, обращаясь к Обри.

«Темная Королева» подняла взгляд к луне. Да, она выглядела слишком уж пафосно, но отрицать красоту Обри было трудно: за маской макияжа скрывалась женственность, о которой Роза могла только мечтать.

«Сара, высокая и простая женщина» – вот с кем она себя ассоциировала. Слишком крупная, слишком плоская, слишком долговязая. Дразнилки из детства прекратились лишь тогда, когда она начала драться с девчонками, называвшими ее «жирафом» или интересовавшимися: «Ну как там погода наверху?» Но драки только укрепили за Розой репутацию пацанки. А это было нечестно. Она не была мужеподобной, ей вовсе не нравились «мужские штуки». Просто недалекие люди считали баскетбол исключительно мужской игрой – будто мужчины владеют им по праву, хотя Роза играла в него лучше многих. Да и «унизительные» клички – «лесбуха», «чернильница» – лишь доказывали тупость обидчиков. Ну и пусть. Ей все равно недолго терпеть этих идиотов: скоро она уедет из этого городка. И очень хотелось бы увезти Беллу с собой.

– Да начнется испытание, – промолвила Обри, отвлекая Розу от потока мыслей.

Круг девушек замер. Все взгляды были прикованы к Обри.

– Игра, в которую мы сегодня играем, – сказала она, – покажет, говорили ли мы правду. Мы дали свои ответы, теперь мертвые дадут свои.

«Спиритический сеанс, – подумала Роза. – Я так и знала».

Но она ошибалась. Схватив свою сумочку, Обри направилась к бетонной глыбе, которую Роза сперва приняла за вросший в землю надгробный камень, и позвала:

– Идем.

Остальные потянулись за ней, словно последователи культа. Подойдя ближе, Роза увидела квадратный бетонный люк; из земли сантиметров на тридцать выпирал обрамленный короб, и Обри как будто тонула в нем. Роза не сразу поняла, что девушка спускается по ступенькам. Обернувшись к Белле, она увидела, что подруга смотрит на это с не меньшим удивлением. Подойдя к краю, Роза увидела, что Обри стоит на бетонной плите, заваленной опавшими листьями и мусором. Стены подземной «комнаты» позеленели от плесени и были затянуты паутиной, в углу стоял лист сломанной фанеры. За спиной Обри находилась массивная бетонная дверь, чуть приоткрытая, с ржавым металлическим кольцом вместо ручки.

– Ты ее открыла? – спросила Роза.

– Нет, – ответила Обри. – Мы. Мы все.

– Что?

– Да, – подхватила Белла. – Что это значит, Обри?

– Отвечая на вопросы, – сказала та, – мы приняли приглашение в игру.

– Круть. – Селеста шагнула на первую ступеньку.

– А что это вообще? – спросила Саванна. – Старый сарай, что ли?

Обри покачала головой:

– Это склеп.

Волоски на руках Розы встали дыбом. Кажется, Обри все же может быть жуткой, когда хочет.

– Крыша скрыта землей, – продолжала Обри, – и ее почти невозможно заметить, разве что прямо на ней стоять.

Марни попятилась:

– Погодите… так там что, трупы?

Обри открыла сумку и стала рыться в ней.

– Постой, – сказала Роза. – Что это?

– Это склеп, – пояснила Селеста. – Ты что, не слышала?

– Я имею в виду, что все это значит!

Ответить ей могла лишь Обри. Она достала шесть черных продолговатых предметов и пять передала Селесте.

– Раздавай, – велела она.

Это оказались черные свечи в латунных подсвечниках и с кольцами сбоку – чтобы пальцы не обжигал горячий воск. Роза и Белла с тревогой переглянулись. Щелчок открывающейся Zippo заставил Розу вздрогнуть.

– Эта игра, – сказала Обри, зажигая свою свечу, – уникальна для этого склепа. В нее можно сыграть только здесь, только в нашем городке. Гринуолкские девушки играют в нее веками.

– Кто-то что-то об этом слышал? – Роза обвела остальных взглядом.

Тишина была ей ответом.

– Это не всем известно, – пояснила Обри. – Секрет городка. Знают немногие. Большинство девчонок просто не решаются сыграть. Нужна группа из шести девушек, и хотя бы три должны быть связаны с тьмой, со смертью.

– У нас целых четыре, – заметила Селеста, имея в виду гот-квартет.

– Верно. И плюс две новеньких.

Роза напряглась:

– Ладно… так что это за игра? Говори уже!

Криво улыбнувшись, Обри передала зажигалку Селесте, взглянула из проема на Розу и погладила дверь в склеп, словно лаская любимого.

– Игра называется… «Королева склепа».

Наступила тишина.

Ни смеха, ни волнения, ни ехидства. Даже Роза не нашлась что сказать. Одно название будто высосало из нее все силы. Она хотела взять Беллу за руку, но промедлила. Мелькнула надежда, что подруга тоже захочет свалить, но по ее непроницаемому выражению лица ничего было не понять.

– Правила просты, – сказала Обри, наслаждаясь созданным напряжением. – Мы входим в склеп вместе. Я пойду первой и…

– Ты уже заходила туда? – выпалила Марни.

– Нет, – сощурилась Обри. – Никто из нас не заходил. Но я поведу, потому что игру начала я.

Марни как будто хотела сказать что-то еще, но лишилась дара речи.

– А как играть? – спросила Селеста.

– Стойте! – перебила Роза. – Мы не можем туда идти.

– Почему? – удивилась Селеста. – В смысле, после стольких лет это ведь, наверное, общественное место?

– Не факт, но дело не в этом. Ну то есть вы серьезно? Хотите залезть в старый подземный склеп, про который мы ничего не знаем?

– Да ты просто трусишь, – ухмыльнулась Селеста.

– Да, я боюсь. Боюсь поцарапаться и схлопотать заражение крови, подвернуть лодыжку и всякое такое. Боюсь пауков, крыс и прочей гадости. Это реально опасно.

Роза повернулась к Белле, надеясь, что у той хватит ума не идти в полуразрушенный склеп.

– А цель игры? – спросила Белла.

– Проста, – ответила Обри. – Заслужить звание Королевы склепа.

– И что именно это значит? – фыркнула Роза.

– Это значит выиграть. – Со свечкой под подбородком Обри походила на живой Джек-фонарь. Она обвела подруг взглядом. – Мы, женщины, дарим жизнь, наполняем мир. Но, пройдя через эту дверь, вступим в царство мертвых. Там мы – воплощение живого. И когда столкнемся с тьмой, примем ее, нам откроются тайны жизни и смерти. Признание из загробья – в обмен на наши признания этой ночью. Секрет за секрет.

Лица девушек были одинаково ошеломленными: рты приоткрыты, глаза блестят, словно светлячки, в мерцании пламени.

– И как же выиграть? – первой нарушила тишину посерьезневшая Саванна.

– Все зависит от склепа, – объяснила Обри. – Он сам предложит испытания. Покажет тьму в нас и в других людях, с которой придется столкнуться лицом к лицу. Та, кто первой выйдет оттуда, и станет победительницей – Королевой склепа.

– А почему «королевой»? – спросила Роза. – Отдает титулом вроде «королева красоты».

– Так назвали игру, – сказала Обри. – Речь не о внешности, а о том, кто достоин стать королевой мертвых.

– Принцессой мертвых, – прошептала Марни.

– Вот именно, – улыбнулась Обри Саванне. – Умница твоя сестра. Все понимает.

Роза скривилась. Вся эта мистика казалась бредом. Судя по виду подземного короба, пробежать туда-обратно было плевым делом, и уж она, самая спортивная и азартная из шестерки, точно справилась бы. Но девушке было все равно: эта игра была глупой. Да и спускаться под кладбище ей совсем не улыбалось, но она обещала Белле не отступать от плана. А Роза держала слово. Игра, по крайней мере, быстро закончится.

– Так там реально тела? – Марни сцепила руки в замок.

– Я же сказала, я сама тут впервые, – ответила Обри. – Но это склеп. Значит, должны быть.

– Но они ведь в гробах, да? Ну как в мавзолеях?

– Не знаю я.

– Есть только один способ проверить. – Селеста встала рядом с Обри на второй ступеньке.

Обри взялась за дверь, и та заскрипела, словно старый корабль на бурных волнах.

– Мы и правда туда пойдем? – спросила Марни у сестры.

Саванна, судя по виду, хотела отказаться – ради Марни, а может, и ради себя самой. Но вместо этого тяжело вздохнула и подошла к ступенькам. Марни неуверенно двинулась за ней, озираясь по сторонам, будто из леса на них смотрели невидимые глаза.

– Я хотела тебя спросить о том же, – шепнула Роза. – Мы серьезно туда идем?

– Это же просто игра, да? – задала встречный вопрос Белла.

– Если Обри все это не выдумала, откуда она тогда узнала об игре?

– Не знаю. Но это же Обри, она вечно рассказывает про городские легенды и прочую муть.

– Да брось. Разыграла небось. Наверняка заранее залезла туда и наготовила нам всяких пугалок.

– Сомневаюсь. Не похоже на нее.

– Почему?

– Ты не знаешь Обри. Она все воспринимает слишком серьезно. Иногда до абсурда.

– Это не значит, что она не устроила готическую дедовщину или типа того.

Белла усмехнулась:

– Готическую дедовщину? Ты серьезно?

– А ты? Это же…

Роза заметила, что остальные уставились на них снизу. Лицо Обри в пламени свечи горело, как адская тыква.

– Ну то есть, – прошептала Роза, – зачем девушке ее возраста тусоваться с нами, школьницами?

Белла не нашлась с ответом. Вместо этого шагнула вперед и махнула Розе:

– Пошли. Раньше войдем, раньше выйдем. Это же просто игра, правда? Может, будет весело.

Роза сомневалась в этом. Но когда Белла взяла ее за руку, покорно пошла с ней.

– В конце концов, – сказала Белла, – что может пойти не так?