Аарон жевал бургер, поблагодарил официантку за стакан спрайта, который она ему поставила, и разглядывал меня с ухмылкой.

Так он смотрел на меня и сегодня утром, после того как мы уехали от Хантера. До сих пор он ничего не говорил, но я уже достаточно хорошо его знала, чтобы понять: он ждет, пока я сама все выложу.

Я отодвинула тарелку, откинулась на спинку стула и посмотрела в окно.

Было начало одиннадцатого, но на главной улице по-прежнему царило оживленное движение. Уличные фонари соперничали в яркости с неоновыми вывесками магазинов, и меня охватило странное чувство одиночества.

Когда я жила у Хантера, я с нетерпением ждала ночи, чтобы прокрасться на кухню и встретиться с ним. Наши тайные моменты, когда светила луна и стрекотали сверчки, были кульминацией моего дня. В эти мгновения я чувствовала себя цельной.

Я отвернулась от улицы и посмотрела на Аарона, он все еще ухмылялся.

— Что?

— Ничего, — его ухмылка стала шире, и я задумалась, почему он не злится.

Хантер оскорбил его, наехал по глупому поводу. Лично я злилась. Сначала он обвинил меня в краже, а потом набросился на Аарона.

Когда глупая ухмылка Аарона так и не исчезла, я скрестила руки на груди:

— Ладно, ты не хочешь мне ничего сказать? Прекрасно, но перестань ухмыляться так, будто что-то знаешь. — Мое настроение не улучшалось, он действовал мне на нервы.

Он рассмеялся:

— Ты милая, когда злишься.

— Очень смешно.

— Ладно, все в порядке, — он вытер рот салфеткой. — У меня было несколько часов, чтобы поразмыслить. Либо мистер Грейсон — повернутый на контроле маньяк с отцовским комплексом…

— Либо? — я раздраженно вздохнула, надеясь, что он не догадается до чего-нибудь лишнего.

— Либо, и это более вероятно, он хочет тебя для себя.

— Какая глупость, — слова сорвались с моих губ слишком быстро. — Спроси Тэмми, ему это действительно нужно. Он следит за каждым ее шагом, и его злит, что он не может меня контролировать.

— Кстати о Тэмми: ты ничего не сказала, но ты ведь наверняка не хочешь идти на ее вечеринку сегодня, не так ли?

— Нет.

Я пришла к ней и уверяла, что у Миранды слишком богатая фантазия. Что между ее отцом и мной ничего не было. Мне было неловко из-за того, что я ей лгала, но она выдала Хантеру мой секрет, поэтому я убедила себя, что мы квиты. Мы поговорили, но по-прежнему относились друг к другу с недоверием. Что-то изменилось между нами, и я не была уверена, можно ли восстановить взаимное доверие после такого предательства.

— Она была очень возмущена тем, что он играет роль надзирателя, — сказал Аарон. — Так что у вас с Тэмми? Вы поговорили?

— Все в порядке.

Он оглядел закусочную, поднял руку, заметив официантку, и снова повернулся ко мне:

— А что она думает о том, что ее отец запал на задницу ее лучшей подруги?

— Он не запал.

Аарон снова ухмыльнулся, и я закатила глаза к потолку — я больше не могла это выносить ни секунды.

— Я раньше не обращал внимания на слухи, — он продолжал говорить с набитым ртом. — Но теперь все встает на свои места. Сначала он выгоняет меня посреди ночи, а потом говорит: «Она слишком хороша для тебя». Это же очевидно.

Я повернула голову в сторону и помахала официантке, чтобы она принесла счет, но та лишь кивнула и снова заговорила с коллегой.

— Думаю, у тебя просто грязное воображение.

Аарон пристально посмотрел на меня, прищурившись, и мой пульс участился. Он знал.

— Черт. Только не говори, что ты тоже запала на этого старика.

— Он не старый…

— Ты что, издеваешься надо мной, Джей-Джей?

Я вытащила кошелек из кармана, положила на стол двадцать долларов и встала. Ситуация выходила из-под контроля, и я не хотела, чтобы он устроил мне сцену на людях.

— Можем мы уйти?

— Нет, мы разберемся с этим сейчас, — Аарон бросил остатки бургера на тарелку, вытер руки о футболку и кивнул на мой стул. — Садись.

— Я ухожу, это ни к чему не приведет.

— Ты позвонила мне посреди ночи и спросила, можно ли остаться у меня на пару дней. Ты мне должна.

У меня перехватило дыхание, я почувствовала, что задыхаюсь. Я опустилась на стул, зажала руки под бедрами и поскребла подошвой по полу.

— Ты и Грейсон, да? А я такой дурак и ничего не замечал.

— Ничего нет. Он мой преподаватель, ты что, совсем спятил?

Я чувствовала себя беспомощной. С каждой секундой петля на шее словно затягивалась все туже.

— Да брось, не надо меня дурить! Ты крутишь с нами обоими, а как станет неудобно с одним — найдешь следующего. Где он? Кто будет следующим, Джей-Джей?

Я ошеломленно уставилась на него, но картинка расплывалась за пеленой слез на глазах.

Они обращались со мной как со шлюхой, не зная всей правды. Судили, даже не пытаясь во всем разобраться.

— Вы просто невероятные. Ты знал, на что подписываешься. Когда я дрочила тебе на вечеринке у бассейна…

— Ради всего святого, здесь сидят дети! — воскликнула пожилая дама за соседним столиком.

Я понизила голос:

— Тебя тогда не смутила моя откровенность. — Я встала. — У меня ничего нет с мистером Грейсоном.

Выбегая из закусочной, я слышала, как перешептываются люди: они стали свидетелями этого представления, но мне было плевать. Я распахнула дверь, запрокинула голову и глубоко вдохнула. Ночной воздух пах дождем и раскаленным асфальтом — запах, который я любила, но сейчас он не приносил утешения.

Ничего не становилось легче. С каждым днем моя жизнь усложнялась.

В кармане джинсов завибрировал телефон. Наверняка это Аарон.

Я вытащила его, чтобы отклонить звонок, но, увидев номер с кодом Мичигана, все-таки ответила. Сейчас этот звонок был как нельзя кстати.

Я устала, что все меня толкают туда-сюда.

— Наконец-то, Джей-Джей, — мама облегченно вздохнула. — Я уже вечность пытаюсь до тебя дозвониться. Хотела предупредить, что через две недели вернусь. У меня все прекрасно.

Я молчала.

— Ты все еще злишься?

Я сосредоточилась на зеленой мигающей вывеске заправки напротив, чтобы не колебаться:

— Тебе стоит остаться в клинике подольше.

— Ах, Джей-Джей. Пожалуйста, не будь такой. Подработаешь еще несколько смен в «Hooters» и быстро соберешь нужную сумму. Сделаешь полугодовой перерыв, а потом вступишь в новый семестр…

— Дом непригоден для жизни.

Повисла пауза. Я слышала ее дыхание.

— Почему ты так драматизируешь? — она рассмеялась. — Всего лишь несколько тараканов…

Лишь с огромным усилием мне удалось не швырнуть телефон на асфальт. Каждый мускул в теле был напряжен до предела.

— Его задел шторм, от него остались одни развалины.

— Что?

— Конечно, он и раньше был непригоден для жизни. Без электричества непросто, но кого это волнует? Джей-Джей со всем справится.

— Что… что ты такое говоришь, дочка? — ее голос звучал неуверенно. — Я понимаю, что ты злишься…

— Вы думаете, что можете обращаться со мной, как вам вздумается! Джей-Джей — маленькая шлюха. Джей-Джей — святая. Джейден — преступница. А я такая дура, что всегда считаюсь с вами, но вы обращаетесь со мной, как с последней грязью! — С каждым словом петля на шее ослаблялась. Я выкрикивала в трубку матери все, что годами мешало мне жить своей жизнью. — Ты уезжаешь и оставляешь меня разбираться с долгами, но с этим покончено. Когда ты вернешься, меня здесь уже не будет. Если хочешь продолжать пить — пожалуйста, я больше не буду за тобой убирать.

На другом конце линии я услышала ее рыдания, но не почувствовала жалости. Я почувствовала облегчение.

Первый шаг был сделан. Нет никакого «когда-нибудь» — есть только «здесь» и «сейчас».

— Ты такая эгоистка. Я каждый день борюсь за то, чтобы оставаться трезвой, а ты вываливаешь на меня такое?

— Мне давно следовало стать эгоисткой, — я расправила плечи. — Я отказалась от всего, от чего только можно было отказаться. Еще оплачу счет за электричество, а дальше сама решай, где жить, когда вернешься.

— Очнись, Джей-Джей. Я тоже всегда мечтала о лучшей жизни, но никогда не получаешь того, чего хочешь.

— Верно. Получаешь то, ради чего работаешь.

Она невесело рассмеялась:

— И где же ты будешь жить?

Я понятия не имела, но выход всегда найдется. Возможно, подыщу комнату в общежитии на кампусе.

— Я справлюсь.

Впервые я не просто произнесла эти слова. Это больше не было пустой фразой, которой я обманывала саму себя.

Впервые я действительно в это верила.

* * *

Ночной воздух пахнул морем и пляжем, ветерок растрепал волосы. Я пригладила их, подняла подбородок и направилась к дому. На ступеньках сидели четверо парней и болтали, а изнутри глухо доносилась музыка.

Один из парней улыбнулся, хлопнул приятеля по плечу, чтобы те подвинулись и освободили мне проход.

— Спасибо.

— С удовольствием, красавица.

Я улыбнулась, поднялась по ступенькам и открыла дверь.

На кухонной стойке стояли красные пластиковые стаканчики, бутылки из-под колы, банки энергетических напитков и миски с чипсами. В гостиной люди танцевали под «How Long» Чарли Пута, на диване сидели три девушки и хихикали, вытягивая шеи и провожая взглядами парней. Но в отличие от обычных вечеринок Тэмми эта казалась безобидной. Народу было даже не так много.

— Привет, Джей-Джей.

Я повернула голову. Передо мной стояла Тэмми.

— Ух ты, прямо детский рай.

Она закатила глаза:

— Ужас, да? Это портит мою репутацию.

Я сдержала колкость. Слухи о загулах Тэмми уже разошлись по университету — там ее прозвали Бухло.

Она прищурилась:

— Что ты здесь делаешь? Разве тебе не надо учиться?

После ссоры с Аароном и разговора с матерью я пересмотрела свои планы. Пришло время подумать о себе, и вечеринка была именно тем, что мне нужно. Мы с Тэмми вроде бы поговорили, но что-то между нами изменилось. Я не хотела себе в этом признаваться, но приехала сюда из-за Хантера. Хоть я все еще была задета его обвинениями, мне хотелось его увидеть.

Я оглядела комнату:

— Просто хотела немного повеселиться.

Тэмми смотрела на меня с недоверием. Эта дистанция причиняла боль, но за последние недели она все сильнее отдаляла нас, и я больше не могла этого не замечать.

— Если честно, я не хочу, чтобы ты была здесь.

Ее слова ударили под дых.

— Х-орошо, — я скрестила руки на груди, стараясь не выдать обиду. — Сегодня утром ты говорила, что будешь рада, если я приду.

— Потому что я думала, ты все равно не появишься. Ладно, я к Натану и остальным, затянусь косяком, а когда вернусь, хочу, чтобы тебя уже не было, — она направилась к стеклянной двери, ведущей в сад. Прежде чем покинуть гостиную, обернулась: — Теперь я поняла, что меня смутило. Ты выглядишь как проститутка, — она подмигнула. — Езжай обратно к Аарону, или он уже не в счет?

Она развернулась и со смехом опустилась рядом с Натаном и другими у бассейна.

Несколько секунд я смотрела ей вслед и думала, не вызвать ли ее на разговор. Я-то считала, что у нас все налаживается. Она отпускала язвительные замечания, я сказала, что ненавижу то, что она рассказала Хантеру о моем прошлом, и мы помирились, по крайней мере, так казалось сегодня утром.

Я не выглядела как проститутка и больше не позволю с собой обращаться, как с грязью. Я поправила свое красное платье до колен и понадеялась, что найду Хантера. Он должен меня увидеть. Должен увидеть, кто я на самом деле.

Не шлюха.

Не святая.

Не маленький ребенок.

Я подошла к стойке, налила в стакан колу и влилась в толпу. Музыка сменилась с хаус-трека на «Ocean Eyes» Билли Айлиш. С легкой улыбкой я покачивала бедрами в такт, потом закрыла глаза и плавно двигалась под звуки нежной мелодии.

Песня напомнила мне летние ночи, дрожащий зной и море. Напомнила его. Его нахальную ухмылку, его руки, то, что они со мной делали, и наши тайные моменты.

Музыка окутывала меня, люди вокруг отступали на задний план, и меня наполнило ощущение счастья. Впервые я почувствовала себя свободной.

Я глубоко вдохнула и открыла глаза, мое сердце екнуло.

Он сидел на диване, широко расставив ноги, держал сигарету между большим и указательным пальцами и слегка наклонил голову. Его взгляд был прикован ко мне, будто я — единственный человек в комнате.

Дрожь разливалась по ногам и животу. Я двигала бедрами и танцевала. Только для него. Только ради этого момента.

Я провела рукой по волосам, сделала глоток и надеялась, что он не заметит, как дрожат мои руки. Мое тело было словно под напряжением, невидимая нить тянула меня к нему.

Его взгляд не оставлял сомнений в том, о чем он думал. Так он смотрел на меня, когда мы были в бильярдной.

Теплая пульсация между ног усилилась.

Я подошла к стойке и поставила стакан. Чувствовала спиной взгляд Хантера. Покинула гостиную, свернула в узкий коридор, ведущий к ванной, и бросила взгляд через плечо. Сердце колотилось о ребра. Он шел за мной.

Я открыла дверь в прачечную, на ощупь пробралась в темноте и села на стиральную машину. В крохотной комнате не было окон, и только свет из коридора освещал пятно на полу. На лбу выступил пот.

Дверь закрылась, я услышала его дыхание и сжала ноги.

— Что ты здесь делаешь? — его голос звучал хрипло и совсем рядом.

— Я была непослушной девочкой, мистер Грейсон.

Внезапно я почувствовала его дыхание у своего уха. Хантер раздвинул мои ноги, встал между ними и провел тыльной стороной ладони по моей щеке. Кожа покалывала от этой нежной ласки. В комнате царила кромешная тьма, я ничего не видела, но отчетливо ощущала его присутствие.

— Что ты натворила, Джейден?

— Я сказала матери, что отныне буду жить своей жизнью.

Его руки чуть приподняли подол моего платья и скользнули по бедрам.

— Так и надо.

— Из-за вас я поссорилась с Аароном.

Кончик его языка коснулся моей шеи, и я подавила стон. Трусики прилипли к промежности, я ощущала, как сильно он меня возбуждает.

Губы Хантера скользили по моей шее.

— Он все равно не может дать тебе то, в чем ты нуждаешься.

Я покачала головой и положила руку ему на грудь. Сердце Хантера билось так же часто, как и мое.

— Мне нужен настоящий мужчина.

— Джей-Джей? — шаги громыхнули в коридоре, и сердце пропустило удар. — Джейден, ты здесь? — крикнул Аарон.

— Я только что видела ее и сказала, чтобы она убиралась, — донесся голос Тэмми.

— Снаружи ее точно не было, — ответил Аарон. — Иначе я бы ее заметил.

— Черт. — Я хотела соскользнуть со стиральной машины, но Хантер удержал меня.

Он прикрыл мне рот ладонью.

— Ш-ш-ш. — Выпуклость в его джинсах терлась о ткань моих трусиков, и я схватила его за бедра, притягивая ближе. Боже, все это невероятно возбуждало. Я положила руку на его твердый член и улыбнулась, услышав, как он глубоко вдохнул.

— Джей-Джей? — снова позвал Аарон.

— Да она, наверное, уже с кем-то другим, — рассмеялась Тэмми. — Извини, но это правда.

Сука.

В дверь постучали. Я вздрогнула и выругалась, а рука Хантера заглушила мои слова — он сильнее прижал ладонь к моему рту.

— Замолчи, — прошептал он.

— Ты это слышал? — донесся голос Аарона из-за двери.

Ох, дерьмо. Адреналин разливался по телу, дыхание Хантера тоже участилось. Если они нас застанут, нам крышка.

Снова постучали в дверь, затем она приоткрылась на щелочку.

Узкая полоска света легла на пол, я затаила дыхание.

— Конечно, она развлекается в прачечной, — сказала Тэмми, а я ждала, что вот-вот вспыхнет свет и они уставится на нас с широко раскрытыми глазами. Но Аарон все еще стоял спиной к двери, а Тэмми была слишком занята им. Оставалось только надеяться, что они не войдут.

— Может, она у папы в его мужской берлоге, — сказала Тэмми. — Боже, меня тошнит. Я туда не пойду.

— Пойду проверю в ее комнате, — отозвался Аарон и, не оборачиваясь, прикрыл дверь.

Хантер убрал руку от моего рта и тихо рассмеялся.

Я уронила голову ему на грудь, хватая ртом воздух.

— О черт, это было близко.

Ткань платья липла к коже, волосы прилипли ко лбу, сердце колотилось, будто после марафона.

— Вдруг вы стали такой молчаливой, мисс Саммер.

Я не проронила ни слова. Нас чуть не поймали, и именно Хантер, для которого на кону стояло куда больше, находил в этом что-то смешное.

Его руки скользили по моим бедрам, и я закрыла глаза. Постепенно теплое покалывание в животе возвращалось.

Я просунула руку под его футболку, положила ладонь на грудь и подняла подбородок.

— Если бы Аарон меня застал, — я поцеловала его в шею, ощутила его руку на своих трусиках и застонала, — он бы точно разозлился.

Пальцы Хантера скользнули под мои трусики, и, когда он начал ласкать мою киску, я подалась бедрами ему навстречу. Ощущения были невероятными. Впервые с утра все казалось правильным.

— Аарон разозлился бы, но вел бы себя осторожно, потому что боится сделать мне больно.

Хантер прикусил мою шею, его пальцы задвигались быстрее.

Я провела языком по его губам, втянула их и положила руку на выпуклость в его джинсах. Он был таким твердым, и я хотела его. Хотела целиком. Никаких полумер.

Я наклонилась к его уху и вдохнула его запах.

— Аарон бы вводил его в меня медленно, сантиметр за сантиметром, чтобы я все хорошенько почувствовала.

— Ах, да? — Он ввел в меня палец, и я запрокинула голову.

— Но он бы быстро понял, что я не послушная… А-ах.

Он ввел в меня еще один палец, его язык скользил по моей шее.

— Продолжайте, мисс Саммер.

Я сглотнула и попыталась сосредоточиться.

— Что я не послушная девочка, — мой голос дрожал от возбуждения. — А хочу, чтобы меня жестко трахнули.

— Блядь! — его рука впилась в мою грудь, другой рукой он трахал меня, размазывая влагу по моей киске.

Я застонала:

— И потом он бы кончил в меня.

На мгновение он замер, и я почувствовала на себе его взгляд.

— Зачем ему делать такую глупость?

Дрожащими пальцами я расстегнула пряжку его ремня.

— Потому что он знает, что я принимаю таблетки и отношусь к этому ответственно.

Я хотела стянуть с него джинсы, чтобы наконец получить то, чего жаждала уже несколько недель, но Хантер перехватил мои руки и отстранил их.

— Если бы Аарон только знал, что ты позволяешь своему профессору себя трогать.

Я снова попыталась стянуть джинсы с его бедер, но Хантер отступил. Когда он заговорил снова, в его голосе звучало нахальное самодовольство:

— Не будьте такой жадной, мисс Саммер. Вы же не думаете, что заслужили мой член после всего этого.