Согласно народной примете, после теплой зимы жди холодную весну. Так и вышло. Начало мая ознаменовалось ночными заморозками и холодными пронизывающими ветрами. В Братском районе еще лежал снег на обочине, а на подъезде к Иркутску уже распустилась черёмуха.

Герасим с Янисом возвращались после очередного рейса из Усть-Илимска. Янис с воодушевлением разговаривал с Енной по телефону, строя планы на вечер.

— Вас с Еней послушать, так вы скучаете друг без друга, словно молодожёны! — удивлённо сказал Герасим.

— Что скрывать, люблю я свою Еньку. Но и ты в последнее время изменился, стал каким-то загадочным. Не поделишься? — Янис улыбнулся напарнику.

— Да, кое-что изменилось… но пока говорить рано… чтобы не сглазить, — произнёс Герасим. Как только звонил его мобильный телефон, он схватил его стремительно. Ждал звонка от Светланы.

Но на этот раз звонила Зинаида. Она пожаловалась брату, что замёрзли её помидоры, выращенные с таким трудом. По видеосвязи она показала ему почерневшие кустики помидоров, высаженных под плёночное укрытие.

Герасим посочувствовал сестре и положил трубку.

«Как там Светик?» — размышлял он, которому казалось, что их быстроходная фура движется очень медленно.

* * *

Сегодня вечер выдался теплее обычного.

Аромат цветущей черёмухи восхитительной дурманящей волной плыл по воздуху. Первая зелень светло-зелёным ковром расстилалась под ногами.

Герасим растопил железный уличный мангал и запёк на углях небольшого хариуса, купленного по дороге. Светлана очень любила эту северную белую рыбу. Достать хариус стало сложно, потому что эта привередливая, но необычайно вкусная речная рыба обитает только в чистой холодной воде. А такие водоёмы сохранились только на севере области.

Убедившись, что хариус готов, Герасим пошёл в дом.

— Вот смотри, в этой розовой сумочке лежат мои документы. Здесь моё завещание, — сказала Светлана, указав ему на верхнее отделение комода.

— С ума сошла? Какое завещание? — Герасим с трудом справился с нахлынувшей тревогой.

Он обернул Светлану в шерстяной плед, подхватил на руки и бережно понёс на площадку перед мангалом. Её светлые волосы упали ему на плечи, Герасим с восторгом вдыхал знакомый запах ромашкового шампуня.

— Ты лёгкая, словно пушинка! Сейчас буду тебя откармливать, — Герасим усадил Светлану на белый пластиковый стул перед деревянным самодельным столом.

— Избаловал меня сверх всякой меры! Мужик приехал после рейса и тут же стал готовить еду! Местные бабы меня тазами закидают! — засмеялась Светлана.

На её похудевшем лице глаза засветились весенними незабудками.

Герасим смотрел, как Светлана ест рыбу, отрывая маленькими кусочками и тщательно высматривая косточки. В последнее время острота её зрения сильно понизилась.

— Давай завтра поедем в глазную клинику? — предложил Герасим — Пожалуйста, не напоминай. Мне так надоело ездить по этим клиникам. Хочу просто быть с тобой, — Светлана отодвинула от себя тарелку с едой и прикрыла глаза.

Герасим сел на траву возле её ног и прислонился головой к коленям. Рука Светланы легла на его волосы.

Они сидели, не замечая, как сумерки опустились на зелёную траву. Тонкий лунный серп появился на синем небе рядом с тремя яркими звёздочками.

— Ты простудишься. Я отнесу тебя в дом, — встрепенулся Герасим, словно проснувшись после волшебного сна.

Он поднял со стула свою драгоценную ношу и понёс в дом.