Тут хорошо, спокойно. Безопасный, скучный мир…, но ей это нравится, определённо нравится.

А теперь у неё ещё и цель появилась. Достойная, интересная, способная её надолго увлечь.

Через офис проследовал пузатый мужчина в пиджаке, добрался до её кабинета, открыл дверь и, молча, устроился на кресле перед её столом. Стал смотреть на вырез её платья, едва заметно приоткрывавший верх полной, красивой груди.

-Вы что-то хотели Виталий Владимирович? – Произнесла она, отложив ложечку.

-Угу. – Буркнул Виталий Владимирович, скривив толстые губы – она ему не нравилась. Как женщина, очень даже нравилась, это да. Он проявлял знаки внимания. Своеобразные, откровенные знаки, вполне достойные его интеллектуального уровня. Но она не отвечала взаимностью, просто игнорируя их. Он не сдавался, явно хотел поступить не слишком разумно, но, по какой-то причине, передумал и теперь не находит себе места – злится, хамит, вечно ворчит. Его гнетёт то, что он отступил впервые в жизни, в подобной ситуации. Он не совершил глупости, которая ему ничем не грозила – прежде не грозила. Он не знал об этом, не мог знать, но что-то чувствовал. Интуитивно Виталий Владимирович понимал, что попытка проявить настойчивость не совсем законным образом, кончится крайне печально для него. Естественно не в плане закона – с этим всё в порядке. Закон он для этих, что по улицам без дела шарохаются и налогов платить не хотят. А для них всё иначе.

Он мог не бояться. Но он боялся, и это бесило его. Что ж, ей довольно-таки безразлично. Если инстинкты самосохранения победят – у Виталия Владимировича будет долгая и хорошая жизнь. Если они проиграют, и он сделает глупость, что ж, она всегда не прочь позавтракать. Можно даже так, как раньше, в свои первые вампирские месяцы. Если честно, ей иногда даже грустно, словно ностальгия накатывает по тем старым, почти забытым дням, когда она не думала о последствиях, а просто питалась, разрывая тела как тряпки и разбрызгивая кровь по стенам.

-И что же вы хотели? – Спросила она, одарив Виталия, лучезарной улыбкой. После чего откинулась на спинку кресла, глубоко вздохнула, позволив полам пиджака сползти по её бокам. Высокая, правильной формы грудь, теперь видна отчётливо, тоненькая блузка натянулась, даже можно разглядеть невысокие холмики сосков. Глаза Виталия плотоядно блеснули, но в них не возникло понимания. Он так и не видит, что происходит, не понимает, что его намеренно дразнят.

Александра нахмурилась, села прямо, одёрнула пиджак – хватит.

Недаром мама, когда-то давно, наставительно грозя пальцем, говорила:

«Сашенька, никогда не играй с едой! Нельзя так делать».

-Разговор есть. – Буркнул Виталий с трудом отведя взгляд в сторону.

Она кивнула ему, предлагая продолжать. Он заговорил снова и с каждым его словом, Александра всё больше хмурилась. От услышанного сейчас, она изрядно растерялась.

-Вот так, в общем. – Закончил он свою речь. – Думай. Не долго. Ответ надо к вечеру. Ну, пока.

Он вышел из кабинета, закрыв за собой дверь, на которой гордо поблёскивала табличка с надписью и узнаваемым в стране логотипом. Выполненный в форме одноцветной фигурки - толи медведь, толи барсук, на фоне цветов национального флага. А под ним собственно надпись.

«Александра Шилова, координатор регионального штаба Единственной России».

Хорошая должность, хорошая зарплата – отличный старт, для светлого будущего. Естественно, лично для неё. Потом, когда ежедневная возня с косметикой, старящей её лицо, станет в тягость, она, как будто бы, умрёт и всё начнёт сначала. Станет кем-то другим, найдёт новое поле деятельности, новые возможности, покорит иные вершины, поставив себе иные цели.

Ну, пока ей нет нужды старить своё лицо – по паспорту ей двадцать пять и ещё лет десять, об этом задумываться не придётся. И это именно тот срок, который она для себя установила. Если за десять лет президентом не станет – к чёрту. Исчезнет и появится где-то ещё, как новый человек, новая личность. Мир огромен, впереди вечность. А вечность надо чем-то наполнять. И это не так-то просто в подобном мире. Здесь всё какое-то спящее. Словно всё вокруг ленивый сон, очень ленивого человека.

В Пустошах всё иначе – нет времени особо размышлять, нет возможности избрать иной путь и жизнь никогда не бывает скучной. Всё время, каждый миг, нужно выживать.

Александра тяжко вздохнула – а ведь она действительно скучает. Эта спокойная, ленивая жизнь, кажется игрушечной на фоне той, что была раньше.

Виталий, который никак не определится, оставаться ему в живых или совершить попытку поиметь свою подчинённую и немедленно пасть жертвой суицида, сделал предложение. Не сам он его придумал, не сам принял решение – такие вещи ему не по рангу. Кто-то приказал, кто-то выше поразмыслил и решил, что нужно сделать так. Виталий тут выступил как этакое письмо с ножками.

И она не знала, как поступить. Судя по тону предложения, выбора у неё нет – им так кажется. И тому, кто должен был получить пост координатора, тоже так казалось. Не про выбор. Тому, кто должен был сидеть здесь, казалось, что он точно получит эту должность. Все шансы были на его стороне, а у его коллеги, претендовавшей на тот же пост, их не было вовсе. Он был очень уверен.

Интересно, найдут ли его когда-нибудь? Она не слишком аккуратна была. Даже не особо глубоко копала. Так, метр, может полтора. Ещё и не рассчитала, не влезла одна нога. Пришлось сломать её и затоптать в угол ямы. Новые туфли испортила – каблук сломался, да капельки крови въелись в ткань так, что туфли были безнадёжно испорчены. Жаль. Хорошие были туфли.

Как же поступить? С одной стороны, если принять предложение, она займёт высокий пост, но вернётся к началу. Если отказаться – останется этот пост и возможности подняться выше именно тут, в областном центре. Но не проще ли будет, если занять пост в Ленске? Или отказаться?

Виталий и его начальство, полагают, что она отказаться не может – потеряет и место и будущее, а может и жизнь или свободу. Они абсолютно уверены, выбора у неё нет. Что ж, блажен кто верует, а она никогда не откажется от плотного завтрака, тем более, если есть добровольцы на роль первых и вторых блюд. На десерт сойдёт Виталий…, хотя, нет. Над ним интересно издеваться. Он такие рожицы корчит, когда она его дразнит – прям сердце радуется.

Хм. Как же быть? Мэром Ленска ей быть не хочется.

Но это возможность, неплохая возможность.

Нужно выйти из партии, уволиться с поста и выдвинуться в кандидаты – все бумажки, подписи, всё уже готово. Дело за ней. С выборами, до которых ещё далеко, тоже всё давно решено. Официальный кандидат Единственной России проиграет с большим отставанием, а она, как независимый кандидат от народа, новое лицо в политике, победит на знаменательных, последних выборах в Ленске. После чего, будучи всё так же независима, будет послушно исполнять волю тех, кто помог ей получить новый пост. И некоторых других – но это уже её личное дело, как именно она будет зарабатывать. Главное не забывать отстёгивать от всех доходов наверх, тем, кто отдаёт приказы Виталию…, ах, так вон что он такой сморщенный ходит! Если она согласится, он больше ей не указ, их положение в обществе этом, сравняется, они станут на одну и ту же ступеньку.

Бедняжка.

Может сожрать его вечерком? Раз уж он больше не играет роли для цели, что она себе сама и придумала, зачем он тогда нужен? Совсем не нужен.

Александра взяла ложечку пальцами и принялась кушать пюре с курочкой.

Она примет предложение. Это точно.

А вот с Виталием надо подумать. Можно сожрать, а можно не сожрать. Надо подумать.

11.

Лена сидела в кресле, откинувшись на спинку и сложив ладони на коленях. Она говорила – медленно, максимально простыми словами, крайне подробно и в литературных выражениях. Её взгляд был обращён к сидевшему напротив королю всех вампиров Земли. Сановная особа слушала её внимательно, попутно прихлёбывая пиво из стеклянной бутылки и невпопад кивая головой.

Лена, Мудрость Последнего клана созданного Носферату, клана, с созданием коего вампирский род, казалось бы, встал на путь неизбежного вымирания, объясняла своему королю, сколь ошибочно его желание занять должность, какого-то там мэра. Занять пост в расе людей, каковые даже не представлены в совете королей, не имеют своего представительства в Нортумесе. Она подробно и максимально доступно объяснила, сколь эта затея пуста и бессмысленна.

-Теперь ты понимаешь? – Наконец, закончив, сказала она.

-Ага. – Кивнул Штык, пивка хлебнул, снова кивнул. – Буду в мэра баловаться.

-Баллотироваться.

-По хуй.

Лена тяжко вздохнула, её растерянный, унынием полный взгляд, обратился к собственным ладоням. Вновь вздохнув, она предприняла последнюю попытку – рассказала об обязанностях мэра. О собраниях, об указах, которые надо не только подписывать, но ещё и читать. О разных поездках, о всевозможной работе, которую мэр обязан выполнять.

-Да ну. – Отмахнулся Штык. – На замов всё скину. О! Тебя замом и назначу. Если выберут.

-Если надо – уже выбрали. – Буркнула Лена, сердито поджав губы.

-Не, я ж говорю – честные выборы. Типа как оно бывает? Выборы, выборы, все кандидаты пидоры, гы. А тут не так. Тут будет так: выборы, выборы, все кандидаты пидоры, а Штык молодец.

Лена посмотрела на своего короля. В глазах у неё пусто. Попытка понять, что именно хотел сказать король, не лучшим образом сказалась на её умственных возможностях.

-Алексей, мой король, я ещё раз, настоятельно рекомендую тебе, отказаться от этой затеи.

-Нет, я всё решил. Мне надо.

-За каким хером? – Рявкнула Лена, покраснела, поспешно извинилась и замолчала.

Однако Штык её эмоциональный возглас мимо ушей не пропустил и понял по-своему. Он отставил пиво в сторону, наклонился вперёд, уперев локти в колени и громко кашлянув начал говорить. Говорил он недолго и, к удивлению Лены, практически не используя сленговых слов и выражений и даже всего три раза позволив себе нецензурные слова. После чего замолчал, глядя ей в лицо, почти что виновато, с каким-то просительным выражением лица.

-Ты проиграешь выборы, нам придётся работать с мэром по-старому. Через замов и не совсем законные методы. Выиграешь выборы – ещё хуже.

-Почему это?

-Мой король, позволь спросить, почему мне пришлось выезжать в Париж и несколько дней улаживать дела с кланом Огненной Бездны, а так же приносить извинения Носферусу Пьерингу?

-Ну… - Штык насупился, покраснел, кашлянул. – Так они сами виноваты.

-Это было простое собрание, по простым, текущим делам. Ничего необычного, экстраординарного или сложного. У Носферуса Огненной Бездны была простая просьба. Что ты ответил?

-Ну…, ну, Лен! Ну, заебали просто. Три часа там торчали. Я им говорил, я им блять сто раз говорил, мелкое говно сами разгребайте! Я им чё? Лох что ли? Я блять король в натуре! А они с такой поеботой мозг мне плющат. Нет, ну в натуре, Лен. Хули они приебались?

-Что ты ему ответил мой мудрый и рассудительный король?

Штык молчал секунд десять – в этих её словах, явно присутствует нечто неприятное, словно она его поддеть пытается. Но в чём? Лицо почтительное, ни тени улыбки, тон такой же, слова нормальные.

-Ну. – Штык плечами пожал. – Вроде я так сказал: иди ты на хуй петух гамбургский.

-Вооот.

-Чё вот? – Поморщился Штык. – Я откуда знал, что он не гамбургский, а парижский?

-Парижский? Что-то я…

-Парижский он петух, а не гамбургский. – Расстроено проговорил король вампиров. Вздохнул громко. – Мой косяк. Согласен. К тому же, признаю, я ж не знаю, реально он петух или нет, но что пидор – сто пудово. Ты б его ебало видела. На меня смотрит как на говно! Пиздец охуевший сука.

-Проехали. – Подняв ладони вверх, словно бы пыталась остановить кого-то невидимого, молвила Мудрость клана. Руки опустила, нахмурилась – ей не нравилось, что она, за прошедшие годы, не просто начала понимать многие из выражений и слов, не совсем литературного плана, но, не осознанно, начала их ещё и использовать в своей речи. – Я хотела обратить твоё внимание не на этот неприятный эпизод, а на то, что даже в столь простой ситуации, ты умудрился создать множество проблем для нас всех. Что будет, если ты вдруг станешь мэром?

-Да всё путём будет. Не парься, это ж не вампиры. Люди они там все – по ебалу пальцем шлёпнешь, как шёлковый станет. А если что у нас Мент есть.

-Алексей. Люди, это иная раса. И хотя они не представлены в Нортумесе, есть правила, общие для всех. Мы не можем решать вопросы с другой расой, при помощи лишь только насилия.

-Да какое там насилие? Всё пучком будет, не заморачивайся.

Несколько минут, Лена смотрела вниз, в пол. В её душе сейчас происходила борьба. Тяжёлая, не простая борьба с тем, во что она верила, что было заложено в неё, создавшим её Носферату. И с собственными убеждениями, с логикой, с разумом и эмоциями.

Она должна была направлять своего Носферуса, а ныне и короля вампиров. Она должна быть рядом и действовать на благо клана, не вступая в открытый конфликт со своим лидером. Ей следовало убедить его поступить правильно, а если не получится, сделать всё, что б он совершил как можно меньше ошибок. Её ноша тяжела, но такова она для всех, кого создала Носферату Лилиат.

К сожалению, ноша Лены, оказалась тяжелее, чем у всех кто был до неё. Ей не повезло, но это не отменяет того, кем она является и что должна делать.

Но как же хочется сказать: а пошли вы все к чёрту! Живите, как знаете, я уезжаю в отпуск!

Лена подняла взгляд. Король допил своё пиво и теперь пускал кольца сигаретного дыма в потолок.

Ей вспомнился тот, другой Алексей. Внешне они были как две капли воды. Их голоса звучали одинаково, в их повадках и привычках, было много общего. Но как же сильно различались они во всём остальном! Её король, увы, в сравнении с тем пришельцем из иного мира, больше всего напоминал не слишком умную, агрессивную и, к сожалению, макаку.