Мимо пронеслась машина с высокой посадкой, большими колёсами и тёмными стёклами – хорошая машина, не отечественная. И в ней тоже сидит какой-то человек, в котором циркулирует много вкусной, тёплой крови. Вот навстречу прохожий прошёл – тоже очень вкусный, тоже еда…, да, еда, все они мясо, все они кровь. Так должен полагать, по идеи, любой вампир. И некоторые так и считают. Даже в Последнем клане, многие так считают. Что уж говорить об остальных.

Штык остановился возле камня, валяющегося на обочине, прикрыл один глаз, прицелился и легонько пнул. Камень взмыл в воздух и пулей улетел вперёд. С резким металлическим звуком, камень врезался точно в дорожный знак, пробив его насквозь.

Скучно.

Уже не один год минул с тех пор, как на него совершенно не похожий мужик, прибыл из неизвестно откуда, скорее всего из будущего и пытался занять его место. Всё устаканилось с тех пор, всё стало обычно и обыденно. Все вокруг живут своей жизнью, что-то делают, куда стремятся и всё такое, а он король вампиров. Его жизнь превратилась, не сразу, постепенно, но превратилась в какую-то рутину. Регулярно он вынужден решать проблемы кланов, присутствовать на встречах с их лидерами, обсуждать вопросы с отдельными представителями кланов. Отчего можно отделаться, он скидывает на Лену или первого попавшегося представителя своего клана, что не всегда на пользу, но зато ему никто не мешает наслаждаться жизнью…, да. Как-то так получилось, что ему стало скучно. Пьянки и активная борьба с наркоманией, путём непосредственного и полностью самостоятельного уничтожения наркотиков посредством работы своего организма, стали приедаться. Почему так произошло, он не знал. Может быть, дело в том, что теперь нет никаких рисков и вожделенный кайф очень легко получить. Он не может отравиться водкой, не может умереть от передозировки. Он может очиститься от наркотика усилием воли. Вроде бы хорошо и много лет он этой способности был очень рад, но с ней, с этой способностью, из жизни ушло нечто важное. Что именно?

Он понятия не имел. Просто ему надоело. И вампиры с их делами тоже надоели. Каждый месяц, а то и по два раза в месяц смотреть на их рожи и вникать в их дела – право слово, это утомительно.

А ещё Нортумес. Короли всех рас. С их грёбанными делами, до которых ему, в основном, никакого дела нет. И ведь он должен присутствовать всегда, на каждом драном заседании. А ведь это работа, тяжкая, нудная, невероятно сложная работа. За что вот ему это всё?

Теперь ещё и мысли какие-то неопределённые, постоянно в голове вертятся. И спиртное не помогает, и наркотики не помогают и женщины бесполезны, ничто не может заглушить странную тревогу и удручающее уныние, что поселились в его душе.

-Смотри куда идёшь баран! – Рявкнул кто-то, высунувшись из она и выкручивая руль, дабы не сбить одиноко бредущего по дороге человека.

-Иди на хуй чёрт блять! – В ответ немедленно сказал человек этот.

Остановилась машина, шинами взвизгнув, вышел оттуда разъярённый водитель, со страшной монтировкой в руке. К нему идёт, скалится сердито.

-У меня длиньше. – Резонно заметил Штык, направляя револьвер в сторону человека незнакомого.

Человек видел хорошо, понимал быстро, так что поспешно поднял руки вверх и попятился обратно к машине. Юркнул на сидение и укатил восвояси.

Скучно.

Грянул выстрел, грянул второй. Машина поехала заметно быстрее.

Всё равно скучно. И чуточку грустно.

Штык шагал дальше, теперь по обочине, не особо погружаясь в собственные мысли. Сейчас он старался понять, что за уныние на него накинулось, совсем не внезапно – это происходило постепенно.

Не сразу ему надоело пьянствовать, не сразу его начали раздражать до безумия заседания королей и лидеров вампирских кланов. Всё это копилось постепенно, пока не достигло некой критической массы, вылившейся в уныние и почти…, как это называется-то? Вот ведь…, о!

Штык вышел на середину дороги, вытащил револьверы, стал ждать. Спустя минуту, появилась машина – большая, красивая, джип называется. Стволы поднялись, щёлкнули бойки. С визгом шин, замерла машина. Опустив револьверы к поясу, Штык подошёл к машине.

И тут! Бамс! Выстрел, прямо из окна.

-Ты ебанутый? – Покрутил он дулом своего револьвера у своего виска. – Ты ж прям в сердце попал! – Добавил он, совершенно справедливо возмущённый, так как пуля пробила именно сердце.

-Ап… - Сказал сидевший за рулём человек в одежде неприличного цвета и покроя. Звёздочки металлические на плечах, квадратики твёрдой какой-то ткани там же, металлическая бляха на груди, наручники на кожаном ремне – ну, всё понятно.

Извращенец какой-то.

-Ты это, слышь, мужик. – Локтем уперевшись в дверь авто, и сунув лицо в салон, носом чуть не в ухо водителя, сказал Штык. – Вопрос такой. Короче, такое состояние, когда вот даже жить в падлу, прям ваще. И хуй не стоит, и бухать не охота. Повеситься охота, но не охота. Сечёшь?

-Б-б-б…

-Не, там другое какое-то слово.

-Т-т-ты к-кто…, т-ты ч-что? – Едва слышно говорит мужик, выронив пистолет, кажется, господина Макарова из своих ослабевших пальцев.

-Я? Король вампиров я. – Представился Штык. Водитель пискнул странно. – Да забей. Это так, сам понимаешь – работа. В рот её короче. Так чё? Знаешь что за хуйня? Реально слово забыл.

-Г-господи боже…

-Не знаешь что ли? Ну ладно тогда, давай. Чё уж, пойду дальше.

И пошёл собственно. Револьверы убрал и пошёл, а что ему? Не убивать же мужика, за то, что случайно выстрелил? К тому же, есть не хочется. Да и нельзя таких есть – кодекс…, кстати, надо ему почитать кодекс. А то вот так навскидку помнит, что ментов жрать нельзя. Это да. А вот, что там ещё есть? Точно что-то есть, но что? Не вспомнить никак. А ещё депресняк этот…, о! Точно.

-Депрессия блять! Вон оно как. Всё-таки, вампиры, тоже болеют.

Вздохнул он грустно и дальше пошёл – болен он, депрессия у него, вот в чём дело. Теперь всё встало на свои места…, но чем же она вызвана? В больницу идти, смысла нет. Ему конечно, проще, он вампир, его не так быстро отправят на приём к патологоанатому, но всё же, даже ему, после последнего визита в те пенаты, как-то не по себе стало. Лучше этих людей в халатах избегать, так больше шансов остаться здоровым. Подозрение у него появилось, что даже вампирам там совсем не безопасно. Как говорится – дай дураку шар металлический, так он и тот, либо сломает, либо потеряет.

Так в чём же дело?

Мимо проехал грузовик с ярким плакатом на кузове.

«Голосуйте за меня! Только женщина может хорошо позаботиться о ребёнке, а для меня, родной мой Ленск, словно мой собственный ребёнок!». Внизу крупными красными буквами дополнительно написано: «независимый кандидат Александра Шилова».

Штык проводил машину взглядом. Надо же. Тёзка, по фамилии. И морда такая, ничего, симпатичная у неё морда. Дальше там не видно, картинка не полная…

Он вдруг вздохнул устало, присел на бордюр, закурил.

Вот в чём дело. Он, кажется, понял.

Король вампиров – да, так и есть. По праву древнему, которое установлено было задолго до появления самой этой страны. Даже задолго до того, как появился народ, к коему он сам принадлежал, будучи человеком. К которому он до сих пор принадлежит – гены-то никуда ни делись, просто слегка изменились. По идеи. Он точно не знал. Но суть не в том.

Он король. Потому что оказался сильнее всех, как и велят древние правила.

Но кто бы из вампиров всего мира, добровольно, без всяких правил и мордобития, сказал бы ему, да Лёха, братан, ты мой король! Ну, или бос. Вот кто? Лена? Ага, он хоть и не профессор, но и не дурак, эта её маниакальная приверженность традиции, заключается в простой надежде, что, однажды, он проиграет, и кто-то другой будет королём вампиров.

Шкет? Так они друзья, можно сказать с детства.

Соня? Она просто по жизни с гусями, вообще ни о чём вопрос. Вот кто мог бы добровольно и искренне сказать, что он хочет видеть королём именно Штыка?

Он шёл минут тридцать, лицо у него становилось всё более унылым.

-Никому я не нужен, никто меня не любит. – Пробормотал он в итоге, и тяжко вздохнув, обратил свой взор к ближайшему зданию.

«Я и Единственная Россия – это ваш выбор!» - говорит плакат с лицом мужика какого-то. На плакате написано, что этот мужик был мэром города много лет. Может и был, хрен его знает. Такими вещами в Ленске мало кто интересовался – людей это всё равно не касается. Разве что пенсионеров, которые придут на выборы для массовки. Выборы, выборы все кандидаты…

Хм. А почему бы и нет?

Штык набрал номер и стал слушать гудки.

-Да, мой король. – Ответил грустный, хорошо знакомый голос.

-Привет Лен. Я это, чё звоню – мэром хочу быть.

-Эмм…, но мэром будет Аркадий.

-Кто?

-Геракл.

-А, понял. Не, короче это, на хуй Геракла. Я мэром буду. Если выберут. А если нет – да и похуй.

Он соврал. На самом деле, ему хотелось бы, что бы выбрали. Странное чувство. Но есть ведь и плюс – это не те выборы, к которым он привык. Ему не придётся, каждому избирателю бить морду, что бы узнать за кого проголосует этот самый избиратель.

-Это выборы. – Напомнила Лена. – Кого выберут уже давно решено. Выберут Геракла.

-Не выберут. Геракл идёт в пизду и в темпе вальса. Я буду в мэры, того. Как у них там?

-Баллотироваться?

-Во! Баловаться в мэра буду я. Но по чесноку. На хуй вся левая ботва. Чисто как народ решит.

-Кхм…, мой король желает, что бы в Ленске прошли выборы с выбором?

-Гы-гы.

-Я не поняла.

-Да, я типа так и желаю. С выбором. Что б люди голосовали, а я как Эдди, буду там речи, плакаты, такая вся херня. Задвину им всем, прям реально. Ну, как вот Эдди.

-Какой ещё Эдди?

-Мэрфи. Я вчера киношку смотрел. Так что я теперь знаю, как баловаться в мэра. Я трезвый смотрел, почти всё запомнил. Отвечаю, бля буду, всё запомнил.

В телефоне тишина. Хороший телефон кстати – вместе с ним с моста упал и тонул, а ничего, работает. Явно не отечественный. Впрочем, он понятия не имел, делает ли отечество сотовые телефоны, в принципе умеет ли оно их делать? Маловероятно, но кто знает, а вдруг?

-Мой король…

-Лен, я же просил.

-Извини Штык. То есть, я хотела сказать, мой король…, я хотела бы предложить тебе, подумать. И я тоже подумаю. Мы все подумаем, а потом, через два дня, например, примем решение. Хорошо?

-Лады, договорились.

В трубке пошли губки, Штык убрал её в карман.

«Я и Единственная Россия – это ваш выбор!» снова прочёл он на стене здания.

-Хуй тебе. – Сказал он в ту сторону и показал палец. – Наш выбор, это Штык, король вампиров!

И пошёл на остановку, автобус ждать.

10.

Александра смотрела в окно. Отсюда, с десятого этажа, да из-за стола, крыш городских зданий, как и большей части того, что собой представляет город, не видно. И это хорошо. Ясное голубое небо, яркое солнышко – умиротворяющая картина. Тихонько шуршит офисный вентилятор. За стеклянными стенами, за пластиковой дверью, шумит офис, но этот шум сливается в единый гул, ненавязчивый, обладающий странным свойством. Почему-то, ей нравится. Ей иногда даже кажется, что она просто ещё один, самый обычный человек. Порой даже удаётся забыть о Пустошах, о том, кем она является на самом деле. Особенно в такие моменты, именно в это время. Двенадцать часов, рабочий день в разгаре, но не прямо сейчас. Потому что прямо сейчас - обед.

Она отвернулась от окна, сняла фольгу с тарелки и взялась за пластиковую ложечку. Пахнет чудесно – и не скажешь, что это приготовлено на скорую руку, в забегаловке на углу. Картошка пюре, сочная подливка, румяная куриная ножка, даже горошка и петрушки набросали с боку. Как-то по-домашнему даже. И очень вкусно. В такие моменты даже жалеешь, что этого недостаточно, что всё равно, минимум раз в неделю, нужно пить кровь. А лучше дважды в неделю и каждый раз литра два, а ещё лучше три. Можно пить крови и больше, тогда не придётся питаться человеческой едой. Но зачем отказываться, если тебе это доступно? Зачем отметать то, что нравится?

Ну, в обще-то, причины так поступать есть, даже в этом, для неё одновременно новом и старом мире. В Пустошах редко можно было найти нормальную еду. Да любую еду, найти всегда было проблемой. А ей нужно было кормить своих людей, что бы у неё всегда была кровь под рукой. В конце, она уже с год не ела ничего, кроме крови – еды становилось всё меньше. Старый мир почти умер, всё, что он оставил, всё, что не сгорело в атомных взрывах, не было испорчено кислотой и разложением или сожрано животными, почти всё закончилось. И бродячие банды выживших и их селения, всё подходило к концу. По её вине в том числе – своих людей нужно было чем-то кормить. А другие люди, это ведь тоже неплохая еда.

Тогда просто не было выбора. Или кровь или ничего.

Теперь это не важно, но основания потреблять больше крови, всё равно есть. Дело в том, что вампир, как минимум, такой вампир как она, может выжать из себя максимум, только будучи полностью сыт. Чем больше крови он потребляет, тем лучше может воплотить свои природные возможности. Есть своего рода максимум, за которым можно пить крови и больше, но это ничего не решит. В худшем случае стошнит, в лучшем ощутишь удовольствие и всё, на возможностях это не скажется никак. Во всём и везде есть предел, и у вампиров он тоже есть.

Однако в этом мире, здесь, где не падали бомбы, где мир уцелел, в принципе, нет никакой нужды поддерживать себя на пределе своих возможностей. Достаточно просто утолять голод и оставаться в тонусе. Будь она даже голодная как волк, ослабленная и уставшая, здесь нет ничего, что могло бы её остановить. И не появится – ведь этот мир ничего не знает о таких, как она. Здесь, вампир, просто миф, сказка, страшилка, да образ для кино и мультиков. Но кто знает, кто знает…, вдруг, случится что-то непредвиденное? И всё же, садиться на диету исключительно из крови, из-за призрачной угрозы, которой может, и вовсе нет, наверное, не самое лучшее решение.