Данте

Я потер виски, пытаясь игнорировать головную боль, пульсирующей в затылке. С тех пор как несколько месяцев назад я объявил войну Семье, после того как Лилиана сбежала с солдатом Луки Ромеро, а они убили одного из моих людей, я спал не больше нескольких часов за ночь. Я хотел стать хорошим отцом для Анны, которая росла с каждым днем, но для того, чтобы у меня было время для моей маленькой девочки днем, я должен был работать по ночам.

Скоро у меня появится еще один ребенок, о котором нужно будет заботиться, не говоря уже о том, что Валентине нужна была моя поддержка в воспитании двух маленьких детей. У меня не было никаких иллюзий относительно наших будущих отношений с Семьей. После всего, что произошло, о мире не могло быть и речи. Эта война скоро станет еще более кровавой и жестокой, и мне нужно было убедиться, что моя семья в безопасности.

На экране телефона замигало сообщение от Энцо. Я быстро просмотрел его и замер, перечитав его снова.

«Думаю, Ария в городе. Она в ресторане».

Через несколько секунд пришла фотография. Она была сделана под неудачным углом и, очевидно, наполовину скрыта, но я сразу узнал лицо Арии. Даже ее темный парик не смог изменить ее необычную внешность.

– В чем дело? – осторожно поинтересовался Рокко.

Я обдумывал, что ему ответить. Ария была его дочерью, и ее появление в Чикаго во время войны было большим потрясением. Она была слабостью Луки, его самой большой слабостью.

«Должен ли я задержать ее? Она и Вэл были вместе в туалете. Вэл ушла, но я думаю, что они могут встретиться вновь».

Почему Ария связалась с Вэл? И, что более важно, скажет ли мне Вэл? Я очень надеялся, что скажет. Она была моей женой. Она должна быть предана мне, а не своей кузине, независимо от того, насколько близки они были.

«ДА».

Я перевел взгляд на Рокко. Он хмуро смотрел на меня, явно волнуясь. Он больше не говорил о своих дочерях. Они для него умерли. Мне было трудно это понять. Я не мог представить, что когда-нибудь смогу возненавидеть Анну так, как он. Рокко, похоже, презирал своих дочерей. Конечно, Анна была связана определенными правилами, как и все мы, и я надеялся, что она не нарушит их, не поставит меня в такое положение, что мне придется заставлять ее подчиняться им насильно.

Рокко был моим Консильери, и он все еще был отцом Арии. Скрывая от него ее появление, я мог бы вызвать бурю негодования, если бы об этом стало известно. Я не был уверен в планах Арии, поэтому не исключалось, что она очень быстро привлечет к себе нежелательное внимание. Ее лицо было слишком хорошо известно в Чикаго.

– Энцо только что рассказал мне о том, что, судя по всему, Ария объявилась в Чикаго.

Рокко застыл в своем кресле, его глаза расширились.

– Лука никогда бы не позволил ей покинуть его территорию.

Лука был крайне щепетилен, когда дело касалось его жены, да и всех других аспектов его жизни тоже.

– Думаю, она могла сделать это тайком от него.

Рокко пару мгновений смотрел куда-то мимо меня, его губы были плотно сжаты.

– А что насчет Джанны? Я не могу представить, чтобы Ария сама придумала столь идиотский план. Должно быть, это была идея Джианны. Она всегда создавала проблемы.

Я ничего не сказал. Брак Арии и Луки должен был дать нам мир, но в конечном итоге эта связь привела к стольким печальным событиям, которые ввергли нас в еще более ожесточенную войну, чем прежде.

– Я пока не располагаю подробной информацией.

– Энцо захватил ее?

– Не думаю. Он еще не отчитался по моему последнему приказу. Мне нужно знать, что она задумала и связывается ли она с моими людьми. Ты знаешь, как долго мы искали предателя среди своих. Может быть, она выведет нас прямо на него.

Рокко кивнул.

– Захват крота – наша первоочередная задача.

– Сможешь ли ты и дальше консультировать меня, не поддаваясь эмоциям? Мне нужно выработать стратегию. На месть требуется время, и она не должна быть вынужденной.

Рокко растянул губы в улыбке.

– Не волнуйся. Меня интересует только Синдикат. Ария – пешка, не более.

Я наклонил голову. Он говорил уверенно, но я подумал, не скрывает ли он своих истинных чувств. Он определенно жаждал мести за позор, в который ввергли его дочери.

– Очень хорошо.

– Как только она окажется у нас в руках, Лука окончательно съедет с катушек. Он одержим ею. У моих дочерей талант сводить мужчин с ума. Он сделает все, что мы попросим, он рискнет всем, отдаст все, если будет думать, что мы причиним ей вред.

Я откинулся назад, пытаясь предугадать реакцию Луки. Что бы я сделал, если бы Валентина оказалась в его руках? Одна мысль об этом заставила меня вжаться в стену. Я бы сделал все, чтобы защитить Вэл, чтобы вернуть ее. Уступлю ли я требованиям Луки? Доверюсь ли я ему, что он выполнит свою часть сделки? Я не был уверен. Я ни капли не доверял Луке. Единственным альтернативным вариантом было бы нападение и попытка освободить Вэл жесткими методами. Это было бы опасно и, учитывая, что это произошло бы на территории Луки, вряд ли бы попытка оказалась удачной.

Но Лука был еще менее сдержан, чем я. Как только я скажу ему, что его Ария у меня, он поддастся эмоциям. Его охватят ярость, и он соберет армию, чтобы напасть на Чикаго. Он оставил бы за собой кровавый след. Я не мог понять, как он выкарабкается из этого состояния, если только мне не удастся убить его, но до тех пор он убьет сотни моих людей. И даже если бы я убил Арию, это не привело бы к уничтожению Семьи, а лишь сделало бы Луку совершенно непредсказуемым, несдержанным и гораздо более опасным, чем он был в данный момент. Если быть честным, разработка стратегии была не единственной причиной, по которой я колебался, держать ли Арию в плену. Причинение вреда невинной женщине противоречило моим убеждениям. К тому же, часть меня действительно чувствовала себя обязанной защитить Арию от возможного вреда. Я бросил ее в объятия монстра, чтобы заткнуть сторонников «Золотой пары» и избежать перспективы скорого брака после смерти Карлы. Даже если Лука стал относиться к Арии хорошо, я не мог знать этого заранее. Я принес в жертву невинную девушку чисто из эгоистических соображений. Мысль о том, чтобы сделать это снова, вызывала у меня отвращение. Разумеется, Дон не должен думать о таких вещах. Я должен был прежде всего позаботиться об интересах Синдиката.

– Ты намерен взять ее в плен и шантажировать Луку, я полагаю? – спросил Рокко, когда я надолго замолчал.

– Я определенно возьму ее в плен. Что я буду с ней делать, когда она окажется у меня, пока неясно. Я не хочу, чтобы об этом стало известно.

– Нам нужно решить, что делать с Арией. Лука – опасный противник, особенно когда его провоцируют.

– Так и есть, поэтому я не думаю, что решение удерживать Арию в плену – самый перспективный план.

Рокко открыл рот, чтобы возразить, но я поднял руку. Возможно, он бы высказал обоснованные возражения, но это не имело значения. Я обдумывал альтернативные варианты. Я не мог просто отпустить ее. Синдикат должен извлечь выгоду из ее ошибки, иначе мои люди взбунтуются.

– Нам нужно вбить клин между ними, разрушить их изнутри. Если брак Луки распадется, люди в Семье, которые были против женитьбы на женщине из Синдиката, восстанут против него.

Рокко сощурил глаза, раздумывая над моими словами, затем кивнул.

– Эмоциональная война – это вариант. Лука безумно ревнив, если дело касается Арии. Может быть, он думает, что это любовь, но это собственнический инстинкт в чистом виде. Он будет защищать свою территорию любой ценой. Если он подумает, что Ария не такой ангелочек, какой он ее считает, если он почувствует, что она его предала, он может стать легкой мишенью.

– Ты хочешь устроить интрижку? С кем?

– Ты когда-нибудь видел выражение лица Луки, когда кто-то начинал вести разговоры о «Золотой паре»?

– Нет.

– Данте, Лука ненавидит тебя. Ты его враг, еще один хищник, который хочет заполучить добычу. Одна мысль о том, что ты можешь прикоснуться к тому, что он считает своей собственностью, уничтожит его. Это может стать нашим первым шагом к победе.

Может быть, а может произойти и так, что война выйдет из-под контроля. Время покажет, каков будет результат.

Валентина

После встречи с Арией в туалете я вернулась к Бибиане и Луизе, крепко держа Анну за руку. Энцо бросил на меня любопытный взгляд, явно обеспокоенный тем, что я так долго провела в уборной. Я надеялась, что Анна подыграет мне и сохранит появление Арии в тайне. Если она проболтается Энцо, я не смогу помешать ему схватить мою кузину и привести ее к Данте.

Боже, Данте! Как я могла скрыть это от него?

Но я не могла ему сказать. Война с Семьей не оставила бы ему другого выбора, кроме как использовать Арию против Луки, особенно когда Рокко узнает об этом. Может быть, он был умен, гением стратегии, но мне он не нравился. С тех пор, как он женился на этой девушке, меньше, чем когда-либо. Его желание заполучить эту девушку в конечном итоге стало причиной разлада с Лилианой.

Я опустилась напротив Биби. Она подняла глаза от рисунка, который рисовала Луиза, и нахмурилась. Она хорошо меня знала. Я взглянула на Энцо и натянуто улыбнулась ему, потому что он все еще ошивался рядом со мной, вместо того чтобы занять свое место рядом с Тафтом. Наконец он отступил и сел. Мой взгляд метнулся к двери уборной, гадая, когда появится Ария.

Биби приподняла бровь.

– Что случилось?

Говорила она при этом едва различимым шепотом.

– Ничего.

Потом я пробормотала:

– Позже объясню.

– Ничего, – повторила Анна театрально выпучив глаза, прежде чем гордо улыбнуться мне. Я поцеловала ее волосы. Луиза улыбнулась Анне, которая спрыгнула со своего места и направилась к своей подруге, чтобы они могли рисовать вместе. Эти две девочки были такими милашками.

– Как обстоят дела с твоими родителями? – поинтересовалась я, понизив голос и желая сменить тему, пока волнение Анны не взяло верх над ней или мое беспокойство не свело меня с ума.

Биби вздохнула.

– Они крайне недовольны тем, что я до сих пор не замужем. В их глазах это скандал. Они разговаривали с Рокко. Они считают, что Данте должен перестать рекламировать меня. Это семейные дела, а не дела Дона.

Она извиняюще улыбнулась.

– Надеюсь, у него не будет неприятностей из-за меня.

– Не будет, – твердо сказала я. Биби потребовалось много времени, чтобы оправиться от жестокого обращения Томмазо. Она не хотела быть с другим мужчиной, тем более с тем, кого выбрали для нее родители. В первый раз они отдали ее в лапы чудовищу. Сомневаюсь, что их вкусы в этом вопросе поменялись. Они были презренными людьми.

– Ты не думала сходить на свидание? Познакомиться с кем-нибудь?

Глаза Биби расширились от шока.

– Ты же знаешь, как это бывает. Это был бы скандал. Даже если бы мне было плевать на общественное мнение, я не хочу, чтобы у Луизы были проблемы из-за меня.

Она понизила голос и наклонилась над столом, чтобы дочь ее не услышала, но Луиза и Анна все равно были заняты делом.

Я коснулась ее руки.

– Ты ведешь себя так, будто я хочу, чтобы ты стала какой-то продажной женщиной.

Биби фыркнула, а я улыбнулась.

– Я имею в виду, почему бы тебе не ходить на свидания с возможными женихами. Или ты предпочитаешь оставаться одна?

Биби вздохнула. Она выглядела смущенной.

– Я хочу выйти замуж. Я хочу любви и всего того, что есть у тебя с Данте. Но я не уверена, что это то, что я когда-либо смогу иметь.

– Конечно, у тебя все это будет.

Я сделала паузу.

– Кое-кто спрашивал меня о тебе. Если ты уже дала кому-то обещание, или, возможно, ты все-таки готова познакомиться с ним поближе.

Биби уставилась на меня так, как будто я сказала, что земля – это диск.

– Правда? То есть… кто?

Я улыбнулся ее реакции. Энцо встал и еще раз осмотрел ресторан и улицу. Я напряглась, гадая, ушла ли уже Ария. Я не осмелилась посмотреть в сторону уборных, чтобы проверить, ушла ли она. Я надеялась, что она передумает и первым же рейсом вернется в Нью-Йорк вместо того, чтобы встретиться со мной сегодня вечером.

– Вэл? – спросила Биби.

Я моргнула, снова обращая на нее свое внимание.

– Дарио Фаббри. Вы встречались с ним на светских мероприятиях.

– Руководитель юридического отдела Данте?

Я кивнула.

– Верно. Он очень умный, очень уравновешенный и выглядит довольно мило, ты не находишь?

Биби покраснела.

– Я никогда не смотрела на него с этой точки зрения.

Я с интересом взглянула на нее. Она смущенно улыбнулась.

– На него приятно смотреть. Он еще кому-то не обещан?

– Пока что он сосредоточился на своей карьере, и как третьему сыну Капитана, не так уж важно быть женатым. У его братьев уже более чем достаточно детей, чтобы продолжить род.

– Сколько ему лет?

Я нахмурилась. Я была не совсем уверена.

– Может быть, тридцать?

– Он и правда интересовался мной?

– Почему это тебя удивляет? Ты красивая, Биби, и поскольку тот, кого нельзя называть, больше не высасывает из тебя жизненные соки, у тебя появились изгибы во всех нужных местах.

– Но я уже была замужем. Конечно, он предпочел бы иметь более молодую и невинную невесту.

Я закатила глаза.

– Может быть, он как Данте и хочет женщину, близкую ему по возрасту, с небольшим жизненным опытом. Кто знает? Почему бы тебе не выяснить это самой? Познакомься с ним.

Биби прикусила губу.

– Может быть, мне стоит это сделать, но сможешь ли ты присутствовать там со мной? Я не думаю, что смогу встретиться с ним один на один.

– Я буду рядом с тобой, Биби. Никаких шалостей, пока я не позволю.

Биби разразилась заразительным смехом, заставив Анну и Луизу удивленно переглянуться.

После этого у меня отлегло от сердца. Общение с Биби и Луизой всегда поднимало мне настроение, независимо от того, что было раньше, поэтому я встречалась с Биби по крайней мере раз в неделю, а сейчас – через день.

Попрощавшись с Биби и Луизой, мы с Анной сели на заднее сиденье машины, а Энцо и Тафт – на переднее. Энцо бросил на меня вопросительный взгляд через зеркало заднего вида, и мне стало интересно, почему.

– Домой? – спросил Энцо.

– Да, пожалуйста. Я устала.

Я прижала руки к животу. Анна приложила ухо на мой живот и смотрела на меня широко раскрытыми голубыми глазами.

– Он снова толкается?

Я улыбнулась. В последнее время Леонас был очень беспокойным, что выливалось для меня в бессонные ночи и боли в спине, но у меня оставалось всего несколько недель.

– Он уже спит.

Я почувствовала тревогу, когда вернулась в особняк. Данте вышел из своего кабинета, и Анна, как обычно, бросилась к нему и бросилась в его объятия. Он поднял ее на руки и прижал к своей груди. Затем он подошел ко мне и поцеловал меня.

– Все в порядке? – спросил он.

На мгновение мне показалось, что он знает об Арии, но потом я сказала себе, что это глупости. Он всегда спрашивал, как я себя чувствую. Я уже практически лопалась.

– У нас с Леонасом все хорошо.

– Как прошел обед с Биби?

– Замечательно.

– Мы с Луизой рисовали джунгли, и тигра, и слона! А мы с мамой играли в прятки.

– Луиза и Биби. Это было так весело! – сказала я, а потом быстро добавила. – О, и я убедила Биби пойти на свидание с Дарио. Ты сказал, что мне не нужно беспокоиться о ней, если она с ним, верно?

Данте поставил Анну на место, и та убежала в сторону кухни, вероятно, чтобы выпросить у Зиты и Габби сладости.

– Из того, что мне о нем известно, он не тот человек, который будет жестоко обращаться с женщиной.

Что-то во взгляде Данте заставило меня насторожиться.

– Что-то случилось?

Он покачал головой.

– Много дел.

Я улыбнулась.

– Ты встречаешься с Капитанами сегодня вечером, как обычно?

– Да, таков был план, если только я не нужен тебе дома.

Он внимательно посмотрел на меня. Я покачала головой.

– Нет, я, наверное, посмотрю свой любимый сериал, а потом лягу спать пораньше, если Анна позволит это сделать.

– Хорошо, – сказал он и снова поцеловал меня, прежде чем вернуться в свой кабинет.

Чувство вины разъедало меня изнутри. Я солгала, глядя ему в лицо.

Мне следовало понимать, что Данте все узнает. С начала войны он стал еще более осторожным, еще более бдительным. Теперь было слишком поздно. Я неосознанно собственноручно завела Арию в ловушку.

Мое сердце бешено колотилось, когда я поспешно выходила из ресторана «Санта-Фе». Я бросила последний взгляд через плечо на широкие окна ресторана, где сидели Ария и Данте. Что он собирался с ней сделать? Данте презирал женщин, а Арию он знал всю ее жизнь. Я не могла представить, что он причинит ей вред. Я должна была верить в это.

Энцо ждал меня, сидя за рулем машины, и я скользнула на заднее сиденье, обнимая свой живот.

Он сразу же завел двигатель и уехал. Это он рассказал Данте об Арии. Вот еще одно доказательство того, что, в конечном счете, у меня было очень мало людей, на которых я могла бы положиться и которые не стали бы докладывать Данте. Не то чтобы у меня было намерение что-то скрывать от него. Возможно, появление Арии уже вбило бы клин между нами.

Я закрыла глаза, чувствуя усталость и изнеможение. Я открыла глаза.

– Нам нужно забрать Анну от Биби.

Энцо покачал головой.

– Тафт уже сделал это.

Я прикусила губу, надеясь, что Биби не попала в беду из-за меня.

Когда я вошла в особняк, Анна бросилась ко мне, сияя. Благослови бог ее и ее детскую непосредственность!

– Мамочка! Посмотри на мою картину!

Я погладила Анну по голове и взяла лист бумаги, который она протянула мне. С моим огроменным животом я уже не могла поднять ее на руки, даже если бы хотела этого.

Это был рисунок четырех фигурок в окружении цветов.

– Это мы! И Леонас!

– Выглядит прекрасно.

– Мы можем порисовать вместе?

Я взглянула на часы. Анна уже давно должна была быть в постели, но я была рада отвлечься. Кивнув, я позволила Анне провести меня в гостиную.

Я постоянно проверяла свой телефон на наличие сообщений от Данте, но только Биби спрашивала, как я. Чем больше времени проходило, тем больше я волновалась. Что Данте делал с Арией?