Моя антизаповедь: кайфуй. От этого будет больше пользы для всех – в том числе и для тех, кто ждет от тебя жертвы.

Система хочет, чтобы ты страдал. Поэтому она требует: жертвуй. Отказывайся, например, от удовольствий. А еще делись. Не важен результат. Важен сам факт жертвования.

«Ничего для себя» – девиз наших советских родителей. Впрочем, у большинства из них было мало возможностей впасть в грех потребительства. Все жили более-менее бедно. Цветной телевизор покупали с рассрочкой на несколько лет. Даже если кто-то был «богат» на общем фоне, в абсолютных показателях – все равно позорно беден. Постоянно чего-то не хватало – либо, как в позднем Союзе, товаров, либо, как сразу после его развала, денег.

Это порождало определенные комплексы. Чтобы компенсировать потаенное чувство вины за свою бедность, многие ступали на путь навязанного аскетизма – «не жили богато, нечего и начинать». По сути, это было то, что сейчас называют «приобретенная беспомощность».

По инерции этот синдром действует в наших людях до сих пор. Хорошей матерью считается та, которая жертвует своим благополучием ради детей, и в результате лишь награждает их тем же комплексом. Они тоже будут жить чужой жизнью и передадут эту заразу по наследству. В особо запущенном случае появляется «человек-ничего-для-себя», как пишут психологи. Тот, кто превращает помощь другим – не обязательно даже членам своей семьи – в маниакальное состояние. Как правило, такие люди, несмотря на все свои самоотверженные старания, и сами мало чего добиваются, и тех, кому помогли, лишь развращают своей помощью. Это такая бесконечная игра в детский сад, которому не суждено повзрослеть.

АЛКОГОЛЬ ВООБЩЕ ОЧЕНЬ ХОРОШО СОЧЕТАЕТСЯ С КУЛЬТУРОЙ САМОПОЖЕРТВОВАНИЯ.

Но когда у тебя ничего нет, то и делиться нечем. В результате единственное, что ты даешь миру, отрекаясь от себя, принося себя в жертву, – это вирусные частицы той же порочной идеологии. Болезнь передается и по наследству, от отцов к детям, и горизонтально – от человека к человеку. Искалеченные Системой ментальные инвалиды порождают новых ментальных инвалидов. Из поколения в поколение люди страдают буквально ни за что.

Чуть ли единственным легитимным с точки зрения Системы – одновременно социально одобряемым и порицаемым – видом наслаждения был алкоголь. От спиртного наши предки могли позволить себе не отказываться. Алкоголь вообще очень хорошо сочетается с культурой самопожертвования.

В советские годы Система транслировала принципы коллективизма, взаимопомощи. Следовало делиться, делиться и еще раз делиться. Отказываться от низменных буржуазных удовольствий ради «голодающих детей Африки». Делиться не только материальными благами, но и своим временем и энергией. Вместо того чтобы тратить их на собственное развитие, сильные должны были «подтягивать слабых».

До сих пор на детских площадках часто слышишь, как родители окрикивают отпрысков, когда те не хотят отдавать свою игрушку другому ребенку: «Вася (Маша), так нельзя, надо ДЕЛИТЬСЯ, ты что, жадина?!»

На подкорку записывается: владеть любыми благами, материальными и нематериальными, получать удовольствие от такого владения – это что-то плохое.

Но человеческую природу не изменить. И мы, конечно, охотно владеем нужными нами благами и стараемся получить то, чего нам не достает. Но испытываем при этом подтачивающее нашу личность чувство вины. С глубинным подсознательным ощущением, что мы этого не достойны. Что делаем что-то плохое.

Страдания и чувство вины – вот результат подчинения Системе. Как только ты начинаешь испытывать либо то, либо другое, знай: Она снова нашла к тебе подход и снова тебя эксплуатирует.

СИСТЕМА ХОЧЕТ, ЧТОБЫ ТЫ СТРАДАЛ. ПОЭТОМУ ОНА ТРЕБУЕТ: ЖЕРТВУЙ.

Мой друг – назовем его Жадный – видимо, жертва такой культуры. Он из простой семьи. Профессионально водил «Газель», пока я не помог ему устроиться в брокерскую фирму. Теперь он получает шестизначную зарплату. Однако живет по-прежнему как бедняк. Когда зарабатывал 100 тысяч рублей, говорил мне: «Вот начну «поднимать» 200, тогда заживем, станем с тобой летать и туда, и сюда. А пока, мол, рано, денег не хватает».

Когда начал получать даже не 200, а 300 тысяч, планка желаний, до которых ему НЕ хватает, повысилась: «Никуда летать не буду, надо на квартиру накопить».

Стал получать миллион: «Нет, с такой зарплатой я нормальную квартиру не куплю, надо откладывать». Собрал в кубышке 30 миллионов – решил, что и этого мало на хорошее жилье. Аппетиты растут. Вложился в акции. Неудачно. Приходится опять копить.

ВОТ И ПОЛУЧАЕТСЯ, ЧТО ОДИН – БЕДНЯК, ХОТЯ ДЕНЕГ У НЕГО ПОЛНО, А ВТОРОЙ – БОГАЧ, ХОТЯ ДЕНЕГ МЕНЬШЕ НА ПОРЯДОК.

Все это время мой друг по-прежнему живет в однушке и никуда не летает. Ни «туда», ни «сюда». Говорю ему: «Развейся, метнись в Дубай на выходные. Тебе хватит даже на то, чтобы взять с собой стайку подруг». Нет, отвечает, дорого.

И я понимаю, даже если он будет зарабатывать миллион долларов в месяц, то все равно продолжит жить на 5 % от своих возможностей.

А вот второй мой приятель – назовем его Халявщик – полная противоположность первому. Он и близко не имеет такого количества денег, как Жадный, но живет примерно как я.

Халявщик занимает должность, по сути, виц-председателя в одной конторе. Его функция – подписывать бумаги. Работа, прямо скажем, не пыльная. Да, немного рискованная, но, видимо, Господь Бог любит этого Халявщика, потому что тот еще ни разу не влипал ни в какую стремную историю. Такой человек. Деньги будто падают с неба. И сколько бы их ни нападало, все уходит на удовольствия. Недавно на последние 50 тысяч долларов купил себе багги. Наверное, он не мог себе его позволить. Особенно, с точки зрения Жадного. Но позволил.

А еще у Халявщика есть собственный дом, который он «не мог себе позволить». И в гараже этого дома стоят несколько автомобилей, купленных, разумеется, «на последние». Лето Халявщик проводит со мной на яхте, зимой гоняет на багги по казахстанским степям. Его жизнь – сплошные тусовки и развлечения.

ЧТОБЫ СТАТЬ БОГАТЫМ, НЕ НУЖНО ПРИНОСИТЬ СЕБЯ В ЖЕРТВУ.

Вот и получается, что один – бедняк, хотя денег у него полно, а второй – богач, хотя денег меньше на порядок.

Чтобы стать богатым, не нужно приносить себя в жертву. Наверное, в жизни бывает по-всякому, но мой опыт показывает: продолжишь жертвовать собой – никогда не станешь счастливым. Будешь всего лишь жертвой. Как мой друг Жадный.

Вообще, в каждом из нас живут внутренние Жадный и Халявщик. Один сидит на правом плече, другой – на левом. Как ангел и чертик из мультиков. Правда, в данном случае не совсем понятно, кто из них кто.

По жизни я вроде бы больше похож на Халявщика. В юности попробовал, пожалуй, все земные наслаждения, каких только мог желать. Возможно, если бы не этот загул, который затянулся на годы, я бы раньше начал свой путь к успеху и сегодня добился большего. А может, и наоборот – ничего не добился. Возможно, сначала мне нужно было пройти путем удовлетворения примитивных желаний, чтобы научиться хотеть чего-то большего.

Это было не только мое личное стремление, а что-то всеобщее. Какая-то терапия на уровне всей страны. Мне чуть за 20. На дворе – клубные нелевые. Москва за короткое время «распухла» от легких денег. Но они достались людям, слепленным в 90-е, – то есть во времена без будущего. Все хотели успеть «оторваться». Как будто не были уверены, что завтра наступит.

ВОВСЕ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ОТКАЗЫВАТЬСЯ ОТ КАЙФА, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ СТАТЬ МИЛЛИОНЕРОМ. ИЛИ ДАЖЕ МИЛЛИАРДЕРОМ.

Тусовщики могли тратить тысячи долларов за один вечер. Казалось, пытались добрать за себя, своих родителей, дедушек и бабушек. За десятилетия жертв во имя «детей Африки».

Я плыл по этому бурному течению. Мысль о том, чтобы просто так лечь спать в пятницу, казалась невероятной. Думаю, это происходило отчасти еще и потому, что у меня просто на физическом уровне очень много энергии. Гулянки позволяли растрачивать ее избыток. Не раз я, как говорят, «перекрывался» – впадал в состояние беспамятства и делал вещи, за которые потом было стыдно. Однажды во время вечеринки мне почудилось, что я у себя дома и пора спать – разделся до нижнего белья и устроился «на боковую» прямо посреди ночного клуба…

Жалею ли я о тех разгульных годах и об «упущенном» времени, а значит, и деньгах? Нисколько. Скорее, я бы сейчас жалел, если бы заработал лишний миллиард, но упустил то, что можно получить только когда тебе не больше тридцати. Этот лишний миллиард тоже стал бы жертвой, которую я принес… Во имя чего?

Будем считать, что на этот миллиард я получил причитающийся мне «КАМАЗ» счастья, заработал свои 10 баллов по треку «жизнь». А деньги – это всего лишь деньги. Я же их все равно заработал – и, возможно, именно потому, что ничем не жертвовал. Делал только то, чего действительно хотел. Поверьте, это работает. Вас всю жизнь обманывали. Вовсе не обязательно отказываться от кайфа, если хочешь стать миллионером. Или даже миллиардером.

Но по мере взросления понятия о том, что такое кайф, меняются и эволюционируют. 30-, 40- и уж тем более 50-летний гуляка – это уже не круто. Если человек настолько закрепился в своей «первичной версии», что уже не способен ее преодолеть, то умирает, как звезда рок-н-ролла, в 27 лет. И чаще всего не звездой рок-н-ролла, а никому не известным мудаком. Меня такой вариант не устраивал. Поэтому в какой-то момент я «закодировался» – но вовсе не так, как это обычно бывает. Это прикольная история. И, хотя она немного не к месту, расскажу.

В те годы я был директором Freedom Finance. И уже женатым человеком. Но выпивать продолжал. В какой-то момент это стало немного мешать семейной жизни. Однажды разговорился об этом со своим водителем, и он неожиданно сказал, что знает нужного человека.

В деревне недалеко от Алматы жил мужичок, который за символическую плату излечивал пагубные пристрастия какой-то особенной молитвой.

Мы с женой и парой друзей отправились к нему – чисто по приколу. Дяденька над нами поколдовал, а в конце взял расписку: мол, если в течение пяти лет после кодировки начнем пить и из-за этого сойдем с ума, его не винить.

Ну, мы ехали назад и смеялись: что за чушь! Сейчас зарулим в ресторан и поднимем по рюмашке за счастливое избавление от зависимости. Посмеялись, посмеялись, но так и не выпили. Ни в тот день, ни потом. Почему-то вдруг пропало желание.

Не думаю, что мужичок воздействовал на нас какой-то магической силой. Скорее всего, это тот самый случай, про который говорят, что учитель (в данном случае, врач) приходит, когда созрел ученик (пациент). Мы бы и так бросили. Потому что уже не хотелось. Повзрослели. Да и времена поменялись – в отличие от 90-х и нулевых, в 10-х годах злоупотреблять алкоголем стало уже не модно. Ну, не так модно, как раньше. Наверное, нам просто нужно было себя обмануть, чтобы достичь цели.

Да, к обычным, «доказательным», психологам тоже хожу. Это большая работа, которая позволяет мне разобраться в себе и понять, в какую сторону двигаться дальше. Каким новым кайфом кайфовать.

Как бизнесмен я не очень похож на Олега Тинькова. Дело не только в масштабах, но и в подходах к ведению дел. По многим вопросам с ним не согласен. Но его отношение к жизни мне нравится. Тиньков – гедонист. Человек, умеющий получать удовольствие от пребывания на грешной земле. Не быть к себе слишком строгим. В одном из интервью он сказал: «Можно быть миллиардером-раздолбаем». Подписываюсь.

Правда, не все люди с деньгами так считают.

Например, самый успешный IT-предприниматель России Павел Дуров несколько лет назад выпустил манифест, в котором заявил об отказе от всего, что вызывает зависимость. От алкоголя и наркотиков, от сладкого и мяса животных, от таблеток и телевидения. И даже от таких безобидных вещей, как кофе и чай! Все это-де «влияет на сознание». Мешает главному – творчеству. Якобы, попивая американо с печеньками, Telegram не создать.

«МОЖНО БЫТЬ МИЛЛИАРДЕРОМ-РАЗДОЛБАЕМ».

В книге «Код Дурова» ее автор Николай Кононов предполагает, что истинная тайная цель основателя «Вконтакте» и Telegram – стать «интернет-тотемом». То есть предметом культа. Чем-то вроде божества. Книга была написана лет 10 назад, но с каждым годом эта версия подтверждается. Сегодня Дуров уже постит фотографии с голым торсом, как у Аполлона, и фразами из «пацанского цитатника» типа: «Самодисциплина – ключ к здоровью, богатству и счастью» или «То, что мы делаем сейчас, отзывается эхом в вечности».

И даже: «Цель боевых искусств – снятие зависимости от окружающего мира и от рабства своих чувств и желаний. Другими словами – освобождение от любых зависимостей». Ладно, последняя цитата – это не Дуров, а Чак Норрис. Но разницы никто бы не заметил, не правда ли?

Все это Дуров делает на полном серьезе. В интернете над ним смеются. Но это смех сквозь зависть.

Чувак в своем познании настолько преисполнился, что отлетел в недостижимые для простого человека – раба своих страстей, пивка и кофеечка, – области. Там, на вершинах морального и физического превосходства, Павел может позволить себе любые чудачества.

Другой «тотем» – и даже не «тотем», а настоящая икона – Илон Маск не брезгует ни кофе, ни колой. Это не мешает ему – как к нему ни относись – быть революционером, геймченджером и всем таким прочим. Не хуже Дурова – как минимум. Пивное пузико основателя SpaceX еще раз как бы доказывает: чтобы быть крутым, «жертвовать» собой не обязательно.

Но у Маска другой прикол: он работает всегда, когда не спит. А спит по шесть часов. Пока так называемый Первый мир, отравленный социалистической заразой, всерьез обсуждает переход на четырехдневную рабочую неделю, то есть расширение уик-энда до трех выходных, республиканец Маск, по его словам, тоже отдыхает три дня – только не в неделю, а в год.

Впрочем, Маск никогда не был моим идеалом. Я не сильно верю в некоторые его громкие проекты. В космической сфере не разбираюсь, но говорят – в ней он действительно хорош. По сути, захватил рынок космических запусков. Научился выводить спутники на орбиту в больших количествах и задешево. Так что с ним никто не может конкурировать. А вот Tesla, скорее всего, дутый проект. Держится на грамотном пиаре и маркетинге. Вполне возможно, что большие автоконцерны рано или поздно ее «съедят». И опыта, и возможностей у них все-таки больше.

Но мы отвлеклись. Мы ведь говорили не о бизнесе, а об образе жизни.

Образ жизни Илона Эрроловича мне тоже не подходит. Куда больше нравится, как живет – вернее, как жил до 2022-го года, – Абрамович. Как сейчас – не знаю. Но тот, прежний Роман Аркадьевич, был моим идеалом олигарха. Причем идеалом недостижимым.

И не потому, что у него денег на порядки больше, чем у меня, а яхт – целых три. На каждой из них моя могла бы играть роль шлюпки.

На самом деле, образ жизни человека, у которого 10 миллионов долларов, не столь ощутимо отличается от образа жизни обладателя 10 миллиардов. И тому, и другому доступны огромный дом, дорогущая машина, яхта, частный самолет. И размеры домов и яхт на этом уровне не столь важны.

Когда денег много, возникают сложности иного рода. Далеко не все богачи понимают, что им делать с таким богатством. Абрамович – редкий случай человека, у которого таких проблем, кажется, никогда не было.

Да, он не создал ничего с нуля, не построил всемирно известных компаний, но и не претендует на роль созидателя. Он – человек, который идет к максимальному результату путем наименьшего сопротивления. И ему достаточно того, что с нуля он создал себя самого.

Роман Аркадьевич родился в Саратове, на втором году жизни стал полным сиротой. Успел побывать в детдоме, вырос в семье своего дяди в городе Ухта республики Коми, потом перебрался к родственникам в Москву. В школе учился так себе, но обладал организационными способностями. Участвовал в создании первых кооперативов, в мутном омуте ранних 90-х сколотил стартовый капитал. Всегда умел дружить с властью, благодаря чему из активов бывшей нефтяной советской промышленности собрал компанию «Сибнефть», которая стала главным источником финансирования ельцинской предвыборной компании 1996 года.

Не то чтобы он очень сильно вкладывался в ее развитие – скорее, использовал этот бизнес в эксплуатационном режиме. Зато охотно оказывал государству мелкие услуги. Стал, например, губернатором Чукотки и наладил жизнь в этом депрессивном регионе, в том числе и за свой счет. Благо, вышло не очень дорого, жителей на тот момент там было чуть более 50 тысяч человек. Вовремя ушел в кэш, приняв «предложение, от которого нельзя отказаться», и очень выгодно (за 13,1 млрд долларов) продал свой главный актив «Газпрому». Сегодня на базе «Сибнефти» создана компания «Газпромнефть», одна из самых передовых в России. А сам Роман Аркадьевич решил выйти на международный уровень и относительно недорого купил английский футбольный клуб «Челси», который переживал не лучшие времена.

За без малого 20 лет владения этой командой Абрамович вывел ее в лидеры европейского футбола и поднял стоимость клуба в 25 раз. Все свои инвестиции в него он предусмотрительно оформлял как займы. В результате «Челси» оказался должен ему 1,6 млрд фунтов. В 2022 году под давлением санкций клуб пришлось продать. По информации газеты Wall Street Journal, сумма сделки составила 5,2 млрд долларов. Впрочем, хитрожопое Британской правительство, в отличие от российского, не платит олигархам за уход со сцены, а наоборот – берет с них плату за то, что отпускает с миром. От продажи «Челси» Абрамовичу не досталось ничего. Но, как не трудно догадаться, радикально он от этого не обеднел. И я уверен, что рано или поздно Роман Аркадьевич найдет способ компенсировать потери на каком-нибудь другом фронте.

В общем, это человек, который умеет приобретать, терять, мудро молчать, смело налаживать связи, а главное – умеет от всего этого кайфовать. Как будто оттуда, с «Самого Верха», ему отвели особую миссию: тусоваться на яхте, смотреть, как играет собственный футбольный клуб, и наслаждаться жизнью. Это же тоже искусство. Это надо уметь. И не буду скрывать, я стремлюсь к такому. А еще не буду скрывать, что пока у меня так получается лишь с переменным успехом.

В йоге есть классное упражнение – шавасана. Переводится как «поза трупа». Ты просто лежишь на спине и ничего не делаешь. Секрет в том, чтобы перед тем как улечься на коврик, выполнить комплекс не самых простых упражнений. Как следует проработать все нужные мышцы. Короче, помучиться. А потом лечь и кааак отдохнуть! Шавасана – цель всего занятия. Вершина, на которую нужно взобраться.

Так вот, яхта в моем понимании – она как шавасана. Чтобы как следует, с чистой совестью, почилить на ней, нужно это заслужить. Где-нибудь как-нибудь от души задолбаться. Сделать что-нибудь полезное. В этом смысле я, наверное, ближе к моему другу Жадному, нежели к моему другу Халявщику. Не могу разрешить себе кайфовать просто так. В общем, у меня есть яхта, но, чтобы ПО-НАСТОЯЩЕМУ насладиться ей, предстоит проделать большой путь.

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ УМЕЕТ ПРИОБРЕТАТЬ, ТЕРЯТЬ, МУДРО МОЛЧАТЬ, СМЕЛО НАЛАЖИВАТЬ СВЯЗИ, А ГЛАВНОЕ – УМЕЕТ ОТ ВСЕГО ЭТОГО КАЙФОВАТЬ.

Как известно, мы живем во вселенной Виктора Пелевина. И о нашей теме он тоже, конечно же, писал. В книге «Тайные виды на гору Фудзи» миллиардеры, которые сходят с ума от того, что им нечего больше хотеть, собрались на яхте. Вызвали к себе не проституток – потому что проститутки им уже надоели, – а тибетских монахов, чтобы те открыли им новые уровни просветления. Чем закончилось, не скажу, спойлерить не буду – вдруг вы не читали. Но если кратко: хорошего для клиентов было мало.

Богатых людей можно поделить на две категории. Первые, как герои пелевинской книжки, пресытились сибаритством и теперь ищут чего-то большего. А вторые будто сразу решили не быть «рабами похоти», как это называл апостол Павел (не Дуров), и перешли ко второй стадии. Я, как вы уже поняли, из первых.

Мой друг, миллиардер Тимур Турлов, – очевидно, из вторых. В юности он очень впечатлился фильмом «Один дома». Нет, не садизмом по отношению к туповатым грабителям. А огромным особняком, в котором жила семья «белых республиканских англо-саксонских протестантов». И в этой семье была целая толпа детей. Захотел так же. Захотел и сделал. Очень рано женился – в 20 лет.

Сегодня, на момент написания этой книги, у него шесть детей. Самый младший родился весной 2023-го. Пока я отрывался, изредка выныривая из алкотрипов, и делал такое, в чем признаться не могу даже сейчас, поскольку книгу прочтет моя жена, Тимур с супругой рожали и воспитывали детей. А в свободное от семейных дел время мой товарищ развивался профессионально.

Сегодня денег у него на порядок больше, чем у меня. Во многом потому, что он раньше начал их зарабатывать.

Но повторюсь: я не жалею о «бесцельно» прожитых годах. Ведь мне есть, о чем вспомнить. И эти воспоминания я бы не променял на миллиард баксов.

Однако это не значит, что я считаю свой образ жизни более правильным, чем у него. Во-первых, на вкус и цвет, как известно, все фломастеры разные. Во-вторых, некоторые люди умеют смотреть куда-то за горизонт и поступать исходя из того, что они там, за горизонтом, видят. В то время как другие живут здесь и сейчас. И вторые не могут судить первых.

В-третьих, если ты чего-то не понимаешь – не значит, что это неправильно. Я уже тебе хвастался своей способностью проявлять эмпатию к людям. Попробую и сейчас. Поскольку шести детей у меня никогда не будет – хватает и одной дочки (пока что), – я просто выскажу предположение. Потому что не знаю – и никогда не узнаю, – как все устроено на самом деле.

Итак, может быть, шестеро детей – это в шесть раз больше любви? Представь, каково это: тебя любят без всяких условий, просто так, той самой любовью, которая «долготерпит, не завидует, не мыслит зла».

А главное – ты сам любишь еще шестерых. Тоже просто так и без условий. Без «ты мне – я тебе». Просто потому, что они есть.

Быть любимым – круто. Но любить – еще круче. Примерно в шесть раз.

Стоит ли ЭТО тягот и невзгод, которые наверняка сопровождают жизнь в такой большой семье? Тимур считает – стоит. Он всегда знает, что делает. И приходит к успеху, даже если больше никто в него не верит и не понимает его задумки.

Этим я хочу сказать, что, отказавшись «танцевать, пока молодой», Тимур не жертвовал. Просто у него такой кайф. Возможно, самого высокого уровня.

Не жертвуй и ты. Лучше кайфуй. Своим собственным кайфом. Так, как нравится только тебе. Как говорил Павел (не апостол, а Дуров): «Если Вы ощущаете, что этот путь правильный – игнорируйте Ваше окружение».

На самом деле, и Дуров, и Маск, и Турлов, при всей их разности, иногда доходящей до противоположности, похожи в одном. Главный кайф для них – это их дело. Их способ творить, созидать, развивать. Любые наркотики, разрешенные и запрещенные, – меркнут перед возможностью делать крутые штуки. И не просто крутые, а крутейшие в мире.

Но если бы они занимались этим делом не потому что им в кайф, а потому что «так надо» – ничего бы у них не получилось. Они стали бы рабами Системы.

НЕ ЖЕРТВУЙ И ТЫ. ЛУЧШЕ КАЙФУЙ. СВОИМ СОБСТВЕННЫМ КАЙФОМ. ТАК, КАК НРАВИТСЯ ТОЛЬКО ТЕБЕ.

Вот что бы ты выбрал: построить самую успешную космическую компанию в истории или поспать до обеда? Разработать мессенджер, который меняет культуру потребления и производства информации или баночку пива? Создать самую крутую инвестиционную компанию в стране, а может, в целой части света или тусоваться до утра?

К сожалению, себя с ними в один ряд я поставить пока не могу. Моя настоящая Вечеринка-На-Которой-Я-Буду-Отплясывать-На-Танцполе только начинается. Книга, которую ты держишь в руках – это результат долгого поиска своего Предназначения, от которого я мог бы теперь, в свои 35+ лет, по-настоящему кайфовать. Своей миссии.

У всех наших вышеназванных героев такая миссия есть. Тимур Турлов создает инвестиционный рынок Казахстана. Маск хочет колонизировать Марс. Дуров желает, чтобы ему поклонялись, создает средство передачи информации, типа свободное от цензуры и государственного контроля. Абрамович был призван в этот мир, чтобы кайфовать. Правда, в 2022-м что-то пошло не так.

Для чего родился я?

Мне не стыдно ни за один из бизнесов, которыми владею. Это все хорошие, перспективные компании. Однако я трачу на них совсем небольшой процент своего времени. Как уже писал ранее, когда все процессы настроены, моего участия в управлении фирмой почти не требуется. Поэтому я – тот самый миллионер, который почти всегда свободен.

Но когда эти бизнесы превратились в одну сплошную зону комфорта, я стал чувствовать себя как ронин – самурай без господина. Мне нужно было не дело, а Дело – с большой буквы. Или даже так – ДЕЛО, капслоком. Делище! На которое можно тратить всю свою энергию.

Хорошо, когда ты Маск, Дуров, Турлов и сразу знаешь, что тебе нужно. Но далеко не всем так везет.

Я рассматривал разные варианты приложения сил. Первое, что приходило на ум – благотворительность. Но проблема в том, что я не верю в нее. Благотворительность, во всяком случае, в том виде, в котором она существует сегодня, лечит симптомы, а не решает проблемы. Система остается прежней. И продолжает калечить судьбы людей.

Бескорыстная помощь плоха тем, что неэффективна. А то и вредна. Почему, например, голодают те же дети в Африке? Потому что тамошним странам дают невозвратные деньги – пожертвования, вместо того чтобы дать стимулы к самостоятельному развитию. Причем дают чаще всего не рядовым гражданам, а политическому руководству, развращая тем самым элиты. Есть мнение, что при помощи мелких подачек неоколониальная система продолжает контролировать ресурсы стран третьего мира в своих интересах. Ладно, на самом деле все чуточку сложнее, и тема не для этой книги. Но даже если бы «золотой миллиард» действительно хотел облагодетельствовать жителей Африки и Азии, благотворительность – наихудший из инструментов.

У меня есть друг, который всю жизнь беден, потому что его финансовое положение – прямое следствие его ментальных установок. Но он никогда себе в этом не признается. Друг рассказывает мне о своих невзгодах, а я сижу и слушаю. Чувствую: ждет, что предложу помощь. И злится, потому что не предлагаю.

Разумеется, если бы речь шла о жизни или здоровье, за мной бы, конечно, не заржавело. Но это далеко не тот случай.

И не предлагаю я из принципа. Со всеми его текущими неурядицами я мог бы расправиться легко, и меня это не сделало бы сильно беднее. Но, во-первых, если так поступлю, поставлю себя выше друга. Дружба предполагает равноправие. Как только один из друзей перешел в разряд убогоньких, которых надо опекать, – дружбе конец. А во-вторых, уверен, что пока он не поменяет свое мышление – из бедности не выберется. Я решу одни его проблемы – он тут же наживет другие. А если он свое мышление все-таки сумеет поменять, то сможет решить свои проблемы и без моей помощи.

Разновидность благотворительности – венчурные инвестиции. Нет, разумеется, это уже не помощь беспомощным, а настоящие деловые отношения. Заведомо рискованные вложения в какой-нибудь стартап в надежде, что его основатель окажется новым Маском, Дуровым, Турловым. И я был бы совсем не против заседать в совете какого-нибудь венчурного фонда и выискивать алмазы в куче многочисленных заявок. Даже сейчас молодые люди с просторов СНГ нередко приносят мне свои идеи. Но пока ни один из них не внушил мне доверия.

Типичный elevator pitch – презентация проекта длиной в одну поездку на лифте – на нашем венчурном рынке выглядит примерно так. В «Смартолет» приходит ученик одного известного бизнес-коуча. У кандидата задумка на миллион. Сейчас уже даже не важно, какая именно. Я не отметаю ее с порога. Говорю: «Отлично! Мы даем тебе зарплату 20 тысяч рублей и 5 % с дохода, который принесет твоя идея».

Заметьте – не один, не два и не три процента, а целых пять! Что сделал бы человек, который действительно верит в свою концепцию? Он с радостью согласился бы. Это возможность заработать по-настоящему большую сумму, если, конечно, твоя блестящая идея сработает так, как задумано. Но наш соискатель не таков: вместо процентов с дохода попросил сразу зарплату в 300 тысяч. По сути, эти деньги я должен был ему пожертвовать. Говорю: «Послушай, разве я предлагаю тебе не то же самое, чему вас учит ваш коуч?» Хитрый ученик своего учителя признал неуместность собственного предложения и с позором ретировался.

РАЗНОВИДНОСТЬ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ – ВЕНЧУРНЫЕ ИНВЕСТИЦИИ.

Интересно, а если бы на его месте был какой-нибудь юный Маск? Согласился бы на 5 % он? Тоже вряд ли. Попросил бы, минимум, 50. И вообще никакой зарплаты.

В общем, бескорыстно помогать – не мое. Может быть, поскольку я, как мы уже выяснили в самом начале, «плохой человек», благотворительность для меня противоестественна.

На топовые позиции в свои компании я стараюсь набирать людей, для которых работа была бы не жертвой, а разновидностью кайфа. Поэтому из двух соискателей, один из которых компетентен в своем вопросе, но при этом как бы «снисходит» до нашей позиции с высоты своего профессионализма, а второй – ничего не умеет, но горит желанием всему научиться и работать у нас, я возьму второго.

Ну ок, первого тоже возьму. Но потом уволю. Когда второй у него всему научится.

Кстати, именно так у нас появился нынешний директор лизинговой компании. Он был простым продажником и ничего не умел, но очень сильно старался, чтобы заполучить должность. Демонстрировал готовность работать днем и ночью. Взяли его заместителем первого директора. Тот был классным специалистом, но не очень «включенным». Скорее всего, подрабатывал где-то еще. Пришлось с ним расстаться. А бывший продажник перенял его опыт. Теперь сам возглавляет команду. В результате сейчас у нас очень крутая лизинговая компания, которая развивается едва ли не быстрее всех в Казахстане. Под руководством этого старательного энтузиаста сформирована отличная команда. И мне не приходится тратить на нее большое количество энергии, потому что ребята компетентны и болеют за свое дело.

Что до меня самого, то за время поисков я пришел к выводу: чтобы наслаждаться своей яхтой, своим богатством, мне нужно посвятить себя служению. Если бы предложил произнести эту фразу самому себе еще лет пять назад, тот я из прошлого расхохотался бы в лицо мне из настоящего гомерическим смехом. Но теперь я это говорю. Чувствую, что могу и должен помогать людям. В какой-то степени менять мир в лучшую сторону.

Вот только это служение должно быть не жертвой, а кайфом высшей пробы. Кайфом, ради которого не жалко будет отказаться от любых удовольствий – ибо они померкнут.

Эту книгу я пишу, потому что она стала для меня круче любой яхты. А стала она таковой потому, что с ее помощью я надеюсь помочь своему читателю. И себе самому. Помочь нам прожить жизнь по-настоящему кайфово. И если у тебя получится – я буду гораздо счастливее, чем когда заработал первый миллион баксов.

Александр Розенбаум говорил, что у каждого артиста должна быть своя публика. Он различал два слова: жить и проживать. «Проживать» – чистая физиология. Земные наслаждения в это понятие тоже входят. А «жить» – значит, своим «проживанием» нести пользу людям – «своей публике».

От себя добавлю: то же самое верно для всех, не только для артистов. Каждому из нас нужна своя аудитория.

Теперь, с появлением этой книги, у меня она есть. Это вы. И я вас всех очень ценю. Со всеми вашими недостатками. От которых, кстати, необязательно избавляться. И даже наоборот. Почему – объясню в следующей главе.