Займётесь проведением с персоналом гаража разъяснительной работы, добавьте им зарплату. А машинами пользуйтесь сами, чтобы не ходить пешком, как босота. Заодно проинформируйте всех сотрудников этих организаций под роспись об усилении режима охраны наших зданий. Предупредите, что при выявлении кражи имущества, пусть даже стула из кабинета, все сотрудники будут уволены, а здание опечатано. Новых юристов и ревизоров для этого я постараюсь найти. Пусть во всех организациях парни изымут все документы в бухгалтерии и кассе, стащат в кладовки и опечатают.

Вроде обо всём переговорил со своими подельниками (тут я не шучу, мы все трое повязаны кровью, пришлось как­-то раз выручать их из смертельной ситуации). Так вот, перед прощанием, вспомнил о своих проектах на девяносто второй год, которые в ближайшие дни начнут выполняться в полной мере. Понадобится помощь именно этой организации «Защита», чтобы отбиться от конкурентов, которые тоже захотят запустить свои жадные лапки в сладкое.

— Олег, попытайтесь решить вопрос о покупке нашей областной партийной больницы. Не удивляйся, подумай. С этого года партия не сможет финансировать огромный больничный комплекс, а зарплату выплачивать придётся. Также, как и остальным партийным больницам, поликлиникам и прочим закрытым организациям. Они пока держатся на плаву, в отличие от партбиблиотек и самих райкомов, которые мы сразу купили. Но с этого года всем больницам, санаториям и домам отдыха партийцы не смогут выделить денег не только на зарплату сотрудников, но и на счета за коммунальные услуги. Надо перехватить эти организации и купить хотя бы здания, там будет видно. Даже если эти здания находятся в дальнем районе Свердловской области. Пусть твои парни узнают, кто этим занимается из оставшихся в обкоме. А саму покупку я буду проводить сам.

— Так денег не хватит. — Скептично пожал плечами Лёха и добавил: — У меня есть знакомые парни в обкоме, смогу узнать или познакомить с ними.

— Отлично, лучше познакомь меня с ними в ближайшие дни. Если что, намекни, что я новый работодатель и, в отличие от разорившихся партийцев, денег не жалею. — Я порадовался таким неожиданным связям, и мы договорились созвониться на неделе вечером.

— Завтра я привезу сюда полмиллиона рублями, устроит такая сумма? Это на деятельность «Защиты» и доплату молодым семьям.

Такой доплатой мы договорились поддерживать тех парней, кто женился на судебных секретарях, помощниках судей, сотрудницах информационного центра УВД, государственных нотариусах и других «полезных» профессионалах. Все они жили на весьма небольшую зарплату, а пользы принесут при необходимости много. Даже частных нотариусов пока не было, только государственные, небогатые.

— А на покупку зданий и доплату охранникам? — Не упустил важный момент Олег, он больше занимался финансами в группировке.

— На эти цели принесу дополнительно пока двести тысяч. После изучения документов на приобретение недвижимости решу точнее. С охранниками составь отдельный список по именам, охраняемым объектам и зарплате, попытаемся создать отдельное официальное подразделение. Недавно узнал, это уже возможно, поговорю с юристами.

Я подозревал, что меня ждут большие проблемы в городе, но оказалось, что не проблемы, а хлопоты. Все вопросы по отдельности вполне разрешимы, зато требуют времени и постоянного контроля. Хоть разбивайся на десять маленьких медвежат, примерно так выражался Балу в старом мультике. На первое время я собирался заниматься всем сам, с поиском нормальных людей себе в помощь. Отлично помню массу случаев среди моих знакомых в девяностые и двухтысячные годы, когда два или три друга начинали делать общий бизнес, чтобы через три-четыре года расстаться, разругавшись насмерть. Да не просто разбежаться, а со скандалами, судами и подозрениями в обоюдных подставах.

Поэтому в ближайшее время собирался убрать лишнюю нагрузку с Олега и Лёхи по моим предприятиям. Для этого мне необходима была юридическая помощь, нужны были грамотные опытные юристы, которые будут заниматься регистрацией новых кооперативов, оформлением на них недвижимости, и для работы с коллективами. Чтобы меня не затаскали по судам и прокуратуре за нарушение трудового законодательства. Советские времена ещё действовали по инерции, как и советские законы, потому что российских законов не приняли. По опыту скажу, что почти все девяностые годы будут действовать одновременно советские и российские законы, порой противоречившие друг другу. На такой мутной водичке наварятся многие умельцы, имеющие связи в прокуратуре и судах.

После обстоятельного разговора с моими подельниками, я поехал на Уралмаш. Несмотря на выходной день — субботу, охрана на проходной работала. На моей проходной, и мои охранники. Меня за три месяца не успели забыть, благо доплата к зарплате хорошо стимулирует память. Поэтому пропустили в дежурку, где я поговорил с парнями, затем осмотрел свои цеха. Вернее помещения новых цехов, заполненные отходами цветных металлов. Заглянул в тепловой узел, отапливавший ещё восемь цехов, хотя формально принадлежал мне. Без особого удивления узнал, что зарплату за последние два месяца им задержали, под тем предлогом, что котельная уже не является собственностью Уралмаша. Сделал отметку в своих планах, позвонить в понедельник юристу, специализировавшемуся на всех сделках по огромному заводу.

А с работягами расплатился прямо на месте, достал деньги из кармана и выдал под роспись. Видели бы Вы их удивление и неожиданную радость. Подождите, это лишь начало девяностых. Скоро такая радость при виде зарплаты, хоть и небольшой, будет у половины рабочих и служащих России. После Уралмаша пришлось собираться домой, забежал по пути в пустые магазины с целью поиска мягкого хлебушка, да заехал на центральный рынок. Там меня никто особо не узнавал, большинство моих рыночных знакомых давно уж в могилах, порой безымянных. Пока закупался свежими продуктами, поговорил с осведомителями, порадовал их новогодними премиями. Сам узнал новости, которые оказались ожидаемыми, но всё равно интересными.

Уголовника Камиля утвердили единым смотрящим за Екатеринбургом, но свой официальный офис он оставил на рынке. Он продолжал строго придерживаться вынужденного правила — на рынке торговали за прилавками только русские. Особенно после распада России татарин стал активным патриотом страны. Хотя поставляли фрукты, естественно, кавказцы. Ещё кое-какие мелкие подробности уголовной жизни мне пригодятся, а пока я рынка я направился домой. Передумал забирать машину с платной стоянки. Надо сначала договориться по шипованной резине, да и тёплого гаража нет, что-то придётся придумать. Пока приготовил поздний обед, пока поел, за окном уж стемнело. Самое время звонить Зое Ивановне, моей секретарше.

— Добрые вечер, Зоя Ивановна, поздравляю вас с наступившим Новым Годом, желаю всего наилучшего, здоровья и большой зарплаты. — Позвонил я на телефон её соседки, мигом позвавшей к аппарату Зою Ивановну. Помнила меня соседка, как я избавил её от болей в спине, такое не забывается.

— Ой, Феденька, вернулся? — непосредственно вскликнула женщина, и сразу поинтересовалась: — Надолго приехал?

— Надеюсь надолго, если не насовсем. Надо к работе возвращаться, с понедельника начнём работать, обзванивайте клиентов. Возможно, переедем в другое здание, ближе к центру, там условия аренды лучше. Но не сразу, сначала договорюсь о ремонте, на это месяц уйдёт. Так и ориентируйте клиентов. В понедельник сходите в больницу, проверьте, может, там и двери выбили давно? — Проговаривал я ближайшие действия по возобновлению услуг массажа. С моими деньгами можно и завязать с такими услугами, на фоне полумиллиона долларов и большого количества недвижимости в Екатеринбурге, сто долларов за сеанс мне картины не сделают.

Но общение с женами и любовницами власть имущих, да и самими богатыми буратинами мне необходимо для заведения нужных связей, которые помогут мне в будущих моих планах. А планы у меня довольно примитивные, скорее всего провинциальные, но чисто человеческие. Максимально избежать разорения, гибели тысяч людей в девяностые годы. Если получится создать такую систему сохранения человеческого образа жизни для жителей Ёбурга, попытаюсь расширить такой опыт на другие ближайшие города: Челябинск, Пермь, Ижевск, с окружающими эти областные центры городами. Деревни и так жили сыто. Понимаю, что это мечты глупого деревенского слесаря. Однако, кто мешает попробовать?

Договорившись с Зоей Ивановной о действиях на ближайшие дни, я обзвонил ещё нескольких знакомых, обозначил своё возвращение в город окончательно. Затем прогулялся до ближайшего отделения связи с переговорным пунктом междугородных телефонов. Там дозвонился до своего хорошего знакомого в Перми Николая Сергеевича, с ним разговор затянулся.

— Николай Сергеевич, ты телевизор смотришь? — После приветствия завёл разговор о моей цели сразу.

— Смотрю и газеты читаю. — Невозмутимо ответил мужчина, бывший следователь, ныне юрист в онкологической клинике.

— Отгадай, что будет с нашими рублями, когда независимые хохлы, туркмены и казахи начнут печатать независимые деньги? — Начал я издалека.

— Ну, все рубли они повезут в Россию, чтобы покупать всё подряд. Товары исчезнут наверно? — После некоторого молчания ответил мой знакомый.

— А ещё начнётся дикая инфляция, нам зарплату через пять лет миллионами выдавать станут. Как думаешь, вовремя ли бюджетникам станут повышать оклады или нет? — Вопрос был чисто символический.

— Ежу понятно, что бюджетники в нищету впадут. — Голос моего собеседника значительно погрустнел.

— У меня в Екатеринбурге официальный кооператив, в том числе по приобретению зданий. Для таких сделок нужны опытные юристы по гражданским делам и договорам. Ещё сняты на ближайшие полгода две квартиры, двухкомнатная и однокомнатная. Мне нужны срочно порядочные и грамотные юристы, хоть пять человек, сам увидишь, когда документы прочитаешь. Зарплату обещаю нормальную, ты меня знаешь. Бери отпуск, приезжай на разведку. Или сразу с грамотными юристами, поселиться есть где. Шли телеграмму или звони, встречу на вокзале. Записывай телефон……… Всё, жду твой положительный ответ хоть завтра. Пока. — Я положил трубку.

После чего приступил к пошаговому планированию своих действий на ближайший месяц. Но не в блокноте или записной книжке, а привычным мне форматом, в купленном на Горбушке ноутбуке. Пока стандартный Word и Майкрософт не созданы, буквы на текстовом формате выглядят непривычно. Хоть и живу в новом мире девятый год, но старая закваска не кончилась. Поэтому просто создаю различные файлы, а сам ноутбук дважды запаролил. Сильно сомневаюсь, что при обыске моего дома кто-то будет искать информацию в ноуте.

Народ ещё не привык к таким новинкам. Тем более, сыщики и следователи довольно консервативный народ, в силу небогатого образа жизни редко сталкиваются с компьютерами, да и они пока дороги для обывателей. Так и развлекался, вспоминая необходимые действия, планируя ходы максимально, чтобы не выходить из графика. На ближайшие дни запланировал многоходовую комбинацию по укрыванию своей собственности и предприятий от ареста и конфискации, а также от наезда уголовников и простейшего захвата бизнеса. Мне кажется, я придумал неплохую комбинацию. Пользуясь возможностью изменять своё лицо и имея паспорта отошедших в иной мир украинских бандитов, пойду оформлять на них по два-три кооператива, с последующим написанием нотариально заверенных доверенностей на генеральную доверенность по управлению всех кооперативов лично мною.

В таких условиях рейдерский захват подобных организаций станет практически невозможным. Даже в случае подделки аналогичной доверенности, я буду на сто процентов уверен в преступной деятельности участников всей махинации. Совесть не помешает мне разделаться с такими умельцами уголовными методами. А на будущее я поставил себе в план не выбрасывать документы убитых мной шпионов. Уж их наследники точно не поедут наследовать фирмы в Ёбурге. Другой вопрос, где я нашем регионе шпионов найду? Хотя, уголовники часто используются в целях шпионажа, а в уголовниках рядом со мной нехватки не бывает.

Так и работал до ужина, по которому соскучился на казённых харчах в Москве и Киеве. Вроде всё хорошо и вкусно, но не хватает домашней нотки. Того же крепкого чая или порезанного копченого сала вместе с чёрным хлебом, да просто полежать потом на диване, вместо того, чтобы идти домой из Белого дома. Так провалялся до вечера, чтобы спокойно выспаться впервые за последние три с лишним месяца. Никто меня не ищет, на работу идти не надо, ни от кого скрываться не нужно. Я в родной стране, в любимом городе, за годы ставшим почти родным, в собственной квартире, и никто не помешает мне спать, сколько хочу. Под такие мысли я и уснул, зато проснулся я не просто отдохнувшим, но и в великолепном настроении.

Вспомнился мой пенсионный период прошлой жизни, когда я чувствовал себя так каждое утро — спал, сколько хотел, никто меня не искал и не будил, просыпался исключительно в хорошем настроении. Вот так, я проснулся, позавтракал, побрился станком с обычной бритвой «Нева», даже она не могла порезать мне кожу, только срезала щетину. Щетине стать крепкой и прочной я приказа не давал. После завтрака я собрался, сверил свои планы на ноутбуке и вышел из дома, взяв с собой миллион рублей, чувствуя себя Пончиком, героем сериала о Незнайке. Вроде миллион рублей четвертными купюрами — всего-то сорок пачек. Но в четырёх карманах пиджака разместились всего два десятка пачек. Остальное пришлось уложить в спортивную сумку, заменив часть пачек с двадцатипятирублёвыми бумажками красными десятками.

Если нести деньги в сумке, чего же не избавиться от десяток? Первым делом я посетил качалку, где избавился от большей части денег, получив от Олега неплохую пачку документов. В карман пиджака она не влезла, в сумку втолкал. Совершив такой обоюдовыгодный обмен, отправился на прогулку по Екатеринбургу. Только не по улицам или магазинам, а по адресам, где проживали нужные мне люди, как информаторы, так и многочисленные приятели и хорошие знакомые. Я заранее составил маршрут, чтобы не особо кружить по городу, а двигаться более-менее рационально. Иногда вызывал знакомого на улицу из квартиры, где всё ещё отмечали Новый год.

Чаще знакомые выходили для разговора, чтобы нас никто не подслушивал. В этом времени семьи ещё большие, в двухкомнатных квартирах могли проживать два-три поколения, где уединиться родители могли только в ванных комнатах. Даже отдельной спальни у супругов не было, спали с детьми, порой уже подросшими. В эти времена, как помню, мы с женой спали в одной комнате с двумя детьми. Комната была относительно большая, даже платяной шкаф помещался, но стул уже не входил. Так вот, крайне редко меня пускали в квартиру, а то и в комнату коммунальной квартиры. Собственно, никакой тайны в моих разговорах почти не было, я просто сплетничал на тему политических изменений в стране.

Откровенно запугивал моих приятелей будущей инфляцией и ростом преступности, невыплатой зарплаты за полгода и больше, наркоманией и безработицей. Закончил свою прогулку я уже затемно, вернувшись домой к шести часам вечера. Учитывая, что нигде не обедал, проголодался изрядно. Поэтому первым делом поужинал, после чего уселся с кружкой крепкого чая за столом, бессмысленно глядя на политические игрища в телевизоре. Только потом сделал отметки на своём компе о проделанной работе, невыполненные планы перекинул на следующую неделю. Ближе к восьми часам, как договорились, позвонил Николай Сергеевич с приятными новостями. Он рискнул и завтра отправится ко мне на утреннем поезде, прибытие на станцию Свердловск-пассажирская в двенадцать часов по местному времени.

— Не волнуйся, Сергеевич, даже если не смогу приехать, мой адрес ты знаешь. Домой-то я всяко разно приду, если не арестуют. Но пока до ареста дело не дошло, надеюсь, что ты меня вытащишь, как в прошлый раз? — пошутил я перед окончанием разговора.

В ответ услышал кучу нецензурных выражений. И только тут я вспомнил, что именно тогда мой приятель заработал первый инфаркт. За прошедшие месяцы, заполненные убийствами и пытками, я совершенно успел забыть о таком нюансе здоровья Николая Сергеевича. Сразу поспешил исправиться и даже сказал по телефону:

— Не забудь свою больничную карту прихватить, Николай Сергеевич, может, что-нибудь придумаем, ладно?

— Не забуду, — буркнул мрачным голосом юрист и бросил трубку.

Я как чувствовал, что Сергеевич давно ждёт моего приглашения. Он же следователь и первым сложил дважды два. Если я лечил смертельно больных раком людей, могу и его сердце подлечить, чтобы не довлел над ним пережитый на пятом десятке лет инфаркт. Небось, думал, что я обиделся на него. Потому и не стал его приглашать, когда за машиной приезжал. Точно, так и подумал, видимо, забыл сам, что внутренние заболевания я никогда не пытался лечить, только онкологию некоторых органов, затем переломы и поверхностные раны. За остальные болезни боялся браться, о чём всем рассказывал, не скрывая своих небольших возможностей. Сам Сергеевич много раз слышал эти рассказы, но забыл, скорее всего, когда его коснулось. Все мы помним только то, что нам выгодно и касается лично нас.

Ничего, приедет Николай Сергеевич с парой грамотных юристов, да начнут подходить сегодняшние приглашённые, и завертится, закрутится работа. Осталось дождаться начала рабочей недели, благо завтра Зоя Ивановна сделает уборку в массажном кабинете да обзвонит привычных клиентов. Вот ведь незадача, беру за массаж страшно дорого по нынешним ценам, а клиенты, особенно клиентки, считают необходимым проводить курс массажа не раз в год, как большинство людей, а каждые полгода, словно это добавляет им здоровья и бодрости. Возможно, так и есть, я непроизвольно за пять сеансов накачиваю их бодростью на полгода? Особо чувствительные натуры это ощущают и направляются на повторение курса?

Надо расспросить про ощущения поподробнее, женщины с удовольствием делятся такими интимными вещами с молодым массажистом. Тут я могу состязаться с церковными исповедниками. Воскресным вечером уже я сам сделал несколько телефонных звонков, приготовился к первому рабочему понедельнику на следующей неделе. Постарался лечь пораньше, почему-то было ощущение, что это нужно сделать именно сегодня. И моё предчувствие не обмануло, меня разбудили чужие шаги в прихожей. С испуга я усыпил всех, кто находился в моей квартире и на лестничной площадке. Шарахнул так сильно, что сам поморщился, как бы ни убить с перепуга. Поспешно натянул штаны трико и вышел в прихожую. Там лежал лицом вниз мужчина в пальто, я затащил его в большую комнату.

В подъезде обнаружился ещё один незваный гость, крепко сжимавший отмычки в руках, сразу видно уголовника. Вверх и вниз по лестничным маршам никого не обнаружил. Пришлось и уголовника перенести в квартиру, после чего закрыть входную дверь. Вновь совершенно привычно я обыскал обоих мужчин, изъял у вора отмычки, небольшую монтажку, классическую финку в чехле и мелочь на автобус. Второй мужчина почему-то держал в обоих карманах зимнего пальто матерчатые сумки большого объёма, словно в магазин пришёл. Денег у него почти не было. Зато в кармане оказался паспорт на имя Петра Никоненко с пропиской в Киеве. И в потайном карманчике брюк удостоверение украинской службы безопасности — целый майор.