Ритмичный стук доносится со стороны двери, и Эмилия ахает, отрывая взгляд от компьютера.
Она на цыпочках идет к закрытым шторам, подсматривает в щель, пытаясь разглядеть входную дверь. Она не провела дома и часа, как приехали СМИ. Они собрались на дорожке перед ее воротами и пялятся на дом в ожидании ее выхода. Эмилия позвонила специалисту по взаимодействию с жертвами, но та сказала, что они ничего не могут с этим сделать. И посоветовала просто игнорировать их.
– Эми, это я, – раздается голос.
Она делает медленный вдох, встряхивает дрожащие руки. Нечего бояться.
Это Киран.
Она стремительно идет к двери, чувства уже грозятся переполнить ее. Она думала, что никогда его не увидит.
Эмилия едва приоткрывает дверь, и журналисты с фотографами несутся вперед, пытаясь завладеть ее вниманием. Но Киран проскальзывает в щель и тут же закрывает за собой дверь. Как только он оказывается внутри, их взгляды тут же встречаются. Его лицо искажено эмоциями.
Он бросается к ней, обнимает и гладит по голове. Она обхватывает его руками, сжимая пальцами мягкий джемпер, слезы впитываются в шерстяную ткань.
Она замирает: его плечи вздергиваются и опускаются, как в спазме.
– Киран… Киран. Я в порядке.
– В порядке? – шепчет он, его дыхание обжигает ее шею. – Как ты можешь быть в порядке? Они схватили тебя, Эми. Они схватили тебя, и я…
– Знаю… Но я обещаю. Все будет в порядке. Я здесь. Я не пострадала. Они…
Эмилия с силой прикусывает щеку изнутри, внутренне ограждая себя от слов, которые вот-вот произнесет.
– Они меня отпустили.
– Я был так напуган. Думал, что уже никогда не смогу сказать тебе…
Его голос затихает, он сглатывает слезы.
– Сказать мне что? – шепчет она, отстраняясь от его груди, чтобы заглянуть в глаза. Он поднимает голову, чтобы встретить ее взгляд.
– Я-я, блин, люблю тебя.
Они смотрят друг на друга, пространство между ними погружается в полнейшую тишину.
– Ты что?
– Я все еще люблю тебя, Эми. Никогда не переставал… И я уверен, что никогда не перестану.
Комнату снова наполняет молчание, в воздухе между ними повисает ожидание.
Они молчат и смотрят друг на друга, в их глазах полно вопросов. Киран с отчаянием целует ее, и она вдыхает его запах, все тело трепещет от чувств. Пятясь назад, она вытягивает руку, чтобы нащупать стену, их губы не расстаются ни на секунду. Затаив дыхание, Эмилия отрывается от Кирана, и они взбегают по лестнице, чтобы упасть в ее кровать.
На секунду они останавливаются, любуясь друг другом. Он проводит пальцем по ее губам, и Эмилию пронзает неотвратимость этого момента. Это всегда должно было произойти. Она всегда хотела вернуться к нему.
– Я люблю тебя, Эми, – шепчет он.
– Я тоже люблю тебя.
Он снова целует ее, и это секундное затишье рассеивается. Они стягивают одежду друг с друга, делят одни вдохи на двоих. Она царапает ногтями его спину, а он накрывает ее своим телом. Она жмурится, дистанцируясь от всего мира, от чувства вины и ужаса собственного поступка, от всего, что происходило и когда-либо произойдет. Прямо сейчас есть только он, его прерывистое дыхание, его губы на шее, которые шепчут ее имя.
Прямо сейчас никого больше не существует.
Они смотрят друг на друга, лежа в постели, их лица всего лишь на расстоянии вдоха в темноте.
– Не оставляй меня снова, – шепчет Киран. – Я так скучал по тебе.
Грудь Эмилии сжимается, ее сердце наполнено и разбито одновременно. Так много всего, что она хотела бы поведать ему. И так много того, что она вынуждена держать в тайне.
– Ты сегодня на службе? – шепчет она.
– Нет… Я только что отработал четырнадцать часов. Следующие трое суток я могу быть свободен, если только не опубликуют новое признание – вот тогда мне придется выйти.
Она тянется вперед, впиваясь пальцами ему в спину в попытке быть настолько близко к нему, насколько это только возможно. Будто стараясь раствориться в нем. Они погружаются в уютную тишину, его грудь поднимается и опускается в одном ритме с ее.
Он поднимает голову с ее плеча, ладонями обнимает лицо Эмилии, длинные пальцы накрывают щеки от подбородка до самых волос.
– Ты хочешь поговорить о том, что произошло?
Она нервно вздыхает.
– Киран, я… Я уже рассказала полиции все, что помню. Мне хотелось бы поговорить с тобой об этом, но не сейчас.
– Конечно… Я просто… Когда они отпустили тебя… Этот путь назад до полицейского участка – что ты помнишь?
Ее выражение лица меняется, и Эмилия чувствует, как кожа холодеет даже под теплотой его прикосновений. Он говорил с Уайлд и Брэннаном? Они сказали ему, что она упрямилась в беседе с ними и разговоре обо всем, что происходило с ней после того, как они вывели ее из Комнаты Исповеди?
– Я ничего не помню.
– Должны же быть какие-то детали…
– Киран, я только что сказала тебе, что не хочу говорить ни о чем таком прямо сейчас.
Она дотрагивается до его руки на своем лице, накрыв пальцы Кирана своими.
– Я просто нуждаюсь в том, чтобы ты был здесь со мной.
Он делает паузу, изучая ее лицо.
– Конечно. Я здесь.
Он подтягивает Эмилию к себе, обнимая рукой сзади за шею под волосами, и прижимается своей головой к ее.
Она закрывает глаза, прислушиваясь к звуку его медленного дыхания. Сердцебиение успокаивается, входя в один ритм с ним.
– Ты правда ничего не можешь вспомнить?
Она замирает, хрупкое ощущение спокойствия тут же разбивается, сменяясь волной тревоги и паники.
– Киран, мне нужно, чтобы ты прекратил.
– Эми, пожалуйста…
– Нет!
Она отталкивает Кирана, выскальзывая из-под его рук.
– Все, что мне было нужно от тебя прямо сейчас, в этот самый момент, это твоя дружба. Твоя любовь. Твоя поддержка. Почему ты не можешь дать мне это? Ты знаешь, через что я прошла!
– Да, – говорит он, приподнимаясь на кровати, чтобы посмотреть на нее. – Да, я действительно знаю, через что ты прошла. Я так отчаянно старался поймать этих людей прежде, ты же видела. А теперь? Теперь они украли тебя и заставили пройти через все это. И это после того, как ты уже была вынуждена выживать? Да я схвачу кого угодно, кто бы за этим ни стоял, даже если это последняя вещь, которую я сделаю на этом свете. И уж прости, что мне нужно расспрашивать тебя, мне приходится делать это!
– И я ответила тебе, что не помню!
– Эми, ты лучший детектив из всех, кого я знаю. И я видел тебя под давлением. Видел тебя в опасных ситуациях. Ты не столбенеешь, ты не рассыпаешься… Ты включаешься, твои чувства обостряются. Твоя сообразительность, твое внимание. Когда подводит память, используй логику, вот что мы всегда говорили. Ты вспомнишь что-нибудь! И ты сможешь собрать картинку по кусочкам воедино! Ты всегда была так хороша в этом. Да что там, ты была лучшей!
– Но я не помню. И не могу.
Эмилия смотрит на Кирана снизу вверх, ее сердце колотится, когда он ошеломленно глядит на нее.
– Прости. Я бы хотела рассказать тебе больше… Но мне нечего добавить.
Он наклоняется, его колени щелкают, когда он опускается. Теперь его лицо ниже ее. Он протягивает руку, проводит большим пальцем по нижней губе Эмилии.
– Эми, о чем ты мне не рассказываешь?
Ее кожа леденеет. Он знает. Он понял: что-то не так.
– Ничего, – мямлит она. – Ты не мог бы… Не мог бы принести мне воды, пожалуйста?
Он встает, фыркает, морщит нос так, как ей всегда нравилось. Она все рассказывала Кирану. Так было всегда. Но это? Она не может поведать ему это.
Он встает, отступает назад, не оборачиваясь, останавливается в дверях, чтобы поднять руку: показывает на свой глаз, ведет вниз к своему сердцу и указывает прямо на нее. Их старый код: «Я люблю тебя». Он кивает и отворачивается. Его громкие шаги раздаются вниз по лестнице.
Эмилия выдыхает. Слезы, которые она подавляла в себе, текут по лицу горячими гневными ручьями. Но она не сердится на Кирана за то, что он давит на нее, когда она умоляет этого не делать. Она не винит его. Она бы сделала то же самое, если бы они поменялись местами. И она не винит полицию. Даже Уайлд с ее упрямыми расспросами. Она винит себя. За все то, что не говорит. За каждый кусочек информации и свидетельства, которые не предоставляет им.
Киран снова появляется в дверях, с беспокойством хмурит брови, когда видит ее заплаканное лицо.
– Ты в порядке? Прости меня, я…
– Я просто устала.
– Тогда ложись спать, – говорит он, ставя воду рядом с ней и забираясь в постель, рукой обхватывая ее за талию. – Я люблю тебя.
Она кивает и закрывает глаза, слушая его дыхание, сливающееся с ее собственным, пытаясь сосредоточиться на ощущении его рук, просто лежащих на ее коже, – ощущении, по которому она так долго скучала.
Но Эмилия не может уснуть. Только не когда пальцы Кирана нежно рисуют узоры на ее спине. Даже не тогда, когда его дыхание замедляется, ресницы вздрагивают и он проваливается в свои сны.
Она дотягивается до своего телефона, ее мысли крутятся лишь вокруг одного: форума.
Это не должно занять много времени. Новое признание наверняка последует после того, как ее и Райана нашли. И все это знают. Тысячи тысяч людей залогинились на форуме. Наблюдая. Выжидая.
И Эмилия ждет с ними в темноте. Ужас переворачивает ее внутренности снова и снова, пока она готовится услышать звук. Если бы она сказала что-либо, если бы сообщила правду, смогли бы их найти? Могла ли она остановить это? Могла ли спасти двух людей от того, что неизбежно произойдет?
Рука Эмилии подлетает ко рту, ее желудок скручивает, когда наконец то, чего они все ждали, происходит.
Звук хлопнувшей двери.
И два новых имени.