Уже два часа ночи. Мы слишком устали, чтобы даже пошевелиться, не говоря уж о том, чтобы выйти на улицу и вызвать такси. Мой глаз заплыл, все тело болит. Предлагаю переночевать на фабрике и уехать утром. Кай соглашается.
Провожу его наверх, на пустующий третий этаж. Он скромно обставлен, но здесь тепло и уютно. Кай устраивается в одной комнате, а я – в другой.
Лежу на узкой кровати, и мое тело неподвижно, но ум не находит покоя. Вечерние происшествия всплывают в памяти, мигая, словно огоньки: девушка, драка, Кай, слова Чаня о том, что Кай, согласно традициям, должен жениться на подходящей ему по статусу девушке. Когда-то я была с этим согласна, но сейчас слова Чаня противоречат воспоминаниям о губах Кая.
Последние несколько месяцев Кай был мне хорошим другом. Я испытываю к нему какие-то чувства – но любовь ли это? Когда я была младше, то представляла себе примерно то же самое, что произошло с моими родителями: случайно встретились, влюбились и поженились – «пока смерть не разлучит нас». И они сдержали эту клятву.
Любовь. Та самая страшная штука, которая не поддается математике. Статистика показывает, что межнациональные браки сопровождаются бо́льшим стрессом, чем браки внутри одной культуры. Таким образом, вероятность успеха крайне низкая. Добавим сюда отсутствие у меня опыта. Недостаток доверия. Отрицание любви. Я не знаю, как мне теперь себя вести и насколько серьезно настроен Кай… но в то же время… Ред призывал меня допустить мысль о том, что любовь может быть настоящей.
Глаза защипало. Я слишком устала, чтобы продолжать вычисления. Слишком устала бояться. Если я чему-то научилась, так это тому, что в некоторых случаях нужно просто рискнуть.
И любовь как раз такой случай.
Вздрагиваю и просыпаюсь. Кай сидит на моей кровати и смотрит на меня. Одно веко не поднимается. Другим я моргаю и наконец могу разглядеть знакомую улыбку. Я так крепко спала, что не заметила, как он пришел. Уже одиннадцатый час.
Внезапно я чувствую прилив сил и сажусь в кровати. Кай обнимает меня сильными руками. На мгновение мне хочется снова уснуть в его объятиях. От Кая все так же пахнет горами, лесами и дождем, и этот аромат уносит меня на природу. Как может городской мальчишка так пахнуть?
– Ты давно проснулся? – спрашиваю я.
Он взбудоражен, а я знаю, что кофе здесь нет.
– Давным-давно.
– Правда? – зеваю я. – Ничего себе!
– Как мне теперь тебя называть, когда я знаю твое настоящее имя? – шепчет Кай.
– Ну…
Так далеко я пока не заглядывала. Даже не знаю, что сказать. Если Кай назовет меня Джо, то последствия выявления моей личности полностью уничтожат мой план. Ответ написан у меня на лице.
– Сохраню твои тайны, Феникс, – говорит он мне на ухо.
Меня снова будто пронзает электрическим разрядом, как вчера вечером. Нет нужды произносить это вслух, я знаю, что Кай не назовет меня Джо, пока не придет подходящее время. Он держит меня в объятиях. На 3 секунды становится не важно, встану ли я сегодня вообще с кровати.
– Три недели, верно?
Резко открываю глаза:
– Нам нужно в офис! У нас дел полно.
Чуть не сбиваю Кая с ног, вскакивая с постели.
– Займемся делами позже, – говорит он. – Сначала оденься. Увидимся внизу через десять минут. У меня есть для тебя сюрприз.
Умываюсь, чувствуя каждый синяк на левой стороне лица. Левый глаз опухший и багровый, но уже не совсем заплывший. Макияж тут не спасет.
На втором этаже есть шкаф с запасной одеждой. Я спускаюсь туда в поисках чего-то удобного. Выбираю длинную свободную блузку и черные легинсы.
В комнату входит Хуа Мэй.
– Цзе![79] – вскрикивает она на своем шанхайском диалекте. – Что с твоим лицом?
– Не волнуйся за меня. – Я натягиваю блузку через голову. – Ты слышала про новую девушку?
Объясняю Хуа Мэй, что произошло. Она суетится вокруг меня, пока я не убеждаю ее, что все в порядке.
На это уходит 7 минут.
В коридоре доктор Лин стоит у двери комнаты новенькой девушки.
– Как она? – спрашиваю я.
– Состояние стабильное. Отлежится пару дней, и все будет хорошо.
Заглядываю внутрь. Девушка мирно спит в кровати, залитая утренним светом. Макияж с лица смыт, и синяки стали еще заметнее. Меня бросает в дрожь от одной мысли о том, что́ ей пришлось пережить.
Щупаю собственный синяк.
– За тебя я заплатила бы еще дороже, – шепчу я.
Мои 3 минуты закончились.
– Кай и остальные ждут тебя в комнате для совещаний, – говорит доктор Лин.
– Остальные? – Я поворачиваюсь так резко, что чуть не падаю, запнувшись за свои же туфли.
Кай только вчера поздно вечером узнал про это место, а сегодня уже привел сюда кого-то?
Мчусь вниз по лестнице, проклиная себя. Вот же дура была, когда решила, будто ему и правда можно доверять!
Распахиваю дверь с разбегу, и она бьется о стенку.
– Что здесь происходит?
Вокруг стола в комнате для совещаний собралась группа людей. Я не сразу распознаю знакомые лица: обычная одежда сбивает меня с толку, но, мысленно заменив ее на длинные белые штаны и черный пояс, я вижу братьев Сан. Они коротко кивают мне. Рядом с ними, задорно ухмыляясь, сидит Юй Тай.
За столом также присутствуют трое незнакомцев. Белый парень и чернокожая девушка – оба в очках. Парень по возрасту похож на студента, причем явного ботаника, но девушка примерно наша с Каем ровесница, и это меня нервирует. Третий незнакомец – широкоплечий китаец с таким суровым лицом, что я опасаюсь, не собирается ли он меня арестовать.
Направляюсь к Каю – мимо сложенных в углу коробок с лекарствами и запасами еды.
– Твой глаз выглядит лучше, когда ты улыбаешься, – замечает Кай, пододвигает мне свободный стул, и я сажусь.
Все здороваются со мной.
– Спасибо, – ворчу я, подозрительно оглядываясь. – А что здесь делают братья Сан? – Я киваю в их сторону. – И кто эти трое?
– Терпение! – говорит Кай и обращается к присутствующим: – Спасибо всем за то, что пришли сюда. Давайте начинать. – Он говорит обычным для деловых совещаний тоном. – Феникс, за три недели ты спасла одну девушку.
– Трех девушек, – поправляю я.
– Доктор Лин нашла тех двух чисто случайно.
– Ты знаешь, я не верю в случайности, – резко возражаю я.
– Пожалуйста, позволь мне закончить, – спокойно продолжает Кай. – Твой план неплох, но я думаю, ты способна на большее…
– Просто делаю все, что в моих силах! – перебиваю я, слегка расстроенная. Кай единственный, кто знает, что мне приходится заниматься многими делами одновременно: облигации, Король, Мадам, девушки. Это несправедливо, но их я не упоминаю. – Не вижу никого другого, кто хотя бы попытался.
– Феникс, позволь мне закончить.
Ред говорил, что глупо отвечать, не выслушав вначале собеседника. Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди.
– Ладно, я слушаю.
– По твоим сведениям, есть семь главных руководителей преступной группировки, связанных с Мадам. Ты хочешь их разоблачить и вернуть себе то, что они забрали у тебя. Еще важнее то, что ты хочешь спасти девушек. Ты не можешь сделать это в одиночку. Вчерашние травмы тому доказательство.
Легко касаюсь заплывшего глаза. Он болит, но еще больнее слова Кая: вчера вечером он сказал, что я правильно поступила, а теперь передумал? Я собираюсь возразить, но он смотрит на меня, словно напоминая о моем обещании выслушать, и я прикусываю язык.
– Тебе нужны люди. Нужны улики, шпионы, сила. Может быть, нужна команда? – предлагает Кай.
Я выпрямляюсь на стуле. Я не ослышалась? Здоровым глазом я пристально разглядываю всех присутствующих.
– После того как ты упомянула про Юй Тая, я спросил о нем у отца. И выяснилось кое-что интересное. Юй Тай, не хочешь поделиться?
Юй Тай кивает Каю и встает со своего места, обращаясь ко мне:
– Ты интересовалась, чем я занимался до того, как начал работать на Чаня. Я изучал бизнес, как и мой отец, – до того, как Король забрал у моей семьи все, включая нашего отца.
Мне близок Юй Тай, как никто другой.
– Что еще он забрал у тебя? – спрашиваю я.
– Прэтт. Мой отец был его законным владельцем. И право собственности перешло мне по наследству, когда отца убили. А я сбежал.
В тот день на пляже Кай говорил, что настоящий владелец Прэтта исчез. Теперь я знаю почему.
– И я не один такой. Жители Сун-Вэлли сильно пострадали от рук Короля, но никому не хватает смелости его остановить. Они слишком боятся. А я уже не боюсь. Я готов на что угодно, лишь бы прекратить тот ужас, который творит Король, и вернуть то, что он украл.
От решимости в голосе Юй Тая по телу пробегает холодок. Король наконец-то получит то, что заслужил.
Юй Тай садится на место.
– Мастер Сан, – говорит Кай, – прошу вас.
– Феникс-мэймэй, – кланяется мастер Сан, закрывая ладонью кулак.
– Мастер Сан, – возвращаю я поклон, наклоняя голову.
Мастер сидит на стуле неподвижно и устойчиво, словно камень, несокрушимый духом и телом.
– Ты знаешь, зачем мы здесь.
Мастер Сан встает. Он невысок, но в его присутствии я съеживаюсь.
Ему не нужно ничего говорить: я помню нашу беседу в Сун-Вэлли. Цель. Его слова попали мне в самое сердце. Я знаю, каково это – не иметь ни цели, ни перспективы. Вечно мучиться вопросами «Кто я?» и «Зачем я здесь?».
– Кай сказал все, что нам нужно услышать. Мы в твоем распоряжении. Мы и наши братья.
Я ошарашена его предложением.
Мастер Сан садится, и Кай представляет троих незнакомцев:
– Эти двое – гении с моего факультета, Джессика и Филлип из Оксфорда. Они здесь ненадолго, занимаются исследованиями в Шанхае, и так получилось, что они проходят стажировку в Азиатском банке. И хотят помочь тебе с облигациями.
– Интересно.
– А этот громила – мой двоюродный брат, агент Бай.
– Полицейский? – нервно спрашиваю я.
– Лучше чем полицейский! – улыбается Кай. – Он работает в самом большом в мире частном детективном агентстве. Имеет доступ к любым охранным и правоохранительным организациям, и мы можем его нанять. Он сделает все, что мы попросим, – в пределах разрешенного законом. Его возможности превосходят наше воображение.
Прокручиваю самые разные варианты. До выставки и прибытия груза остается 21 день. Числа связывают все в единое целое, и у меня складывается отчетливая картинка. Мы могли бы забрать Прэтт, обыскать гостиницы, схватить с поличным таможенников, получить деньги Короля и Мадам для облигаций. Чего у меня никогда не было, так это помощников. А с такой командой возможно все.
Вглядываюсь в каждое лицо: сильное, твердое, тихое, мудрое. Эти люди идеально подходят для того, что нужно сделать.
Раньше я не позволяла себе думать, что другие смогут – или захотят – мне помочь. А теперь, словно подарок, они поддерживают меня. Воплощают в жизнь надежды Реда.
Постукиваю себя по колену, как делаю обычно, когда формируется новое уравнение. Кай откашливается. Улыбается мне в ожидании моего одобрения.
У меня невольно вырывается тихий смешок:
– Ну что ж, придумаем секретное рукопожатие или еще что?