Едва я вышла от Норы, позвонил Гектор, сказал, что у него есть новости и он хочет сообщить их мне лично, поэтому просит меня зайти к нему в офис сегодня же. Я не стала говорить ему, что знаю о закрытии дела. Гектор не одобрил бы моего времяпрепровождения с Норой. К тому же это мог быть мой последний шанс увидеться с ним.

Гектор вовсе не выглядел таким довольным, как я ожидала, учитывая положительный исход нашего дела. Я почти надеялась, что мы отпразднуем это. Я представляла, как Гектор покупает мне торт с надписью «Ты свободна» и картинкой, на которой Марта Стюарт[24] выходит из тюрьмы. Но никакого торта не было, и никаких признаков праздника тоже. Гектор предложил мне сесть и налил воды – жест, которого он не повторял с нашей первой встречи. Когда я села, он, тяжело вздохнув, сообщил мне то, что я уже знала от Норы. Он сказал, что не до конца уверен, что именно этот человек убил Генри, но полиция и семья Генри сочли совпадения достаточными, чтобы закрыть дело. У меня возникло ощущение, что Гектор разочарован, как будто он все-таки хотел, чтобы оно дошло до суда. Я гадала, связано ли это с тем, что он хотел чаще видеться со мной, или же такой результат поколебал веру моего адвоката в судебную систему в целом. Я решила, что, вероятно, имело место и то и другое.

– Нам нужно сделать что-то еще? – спросила я.

Гектор ответил, что нам осталось только обсудить финансовые дела. Он расписал все расходы, которые должна понести Джейми. Получился трехстраничный документ с перечислением всех оплачиваемых отрезков времени и краткими пояснениями к каждому пункту перечня. Оплачивались также транспортные расходы, связанные с визитами Гектора в полицейский участок. Общая стоимость услуг составила четыре тысячи восемьсот семьдесят три доллара и сорок четыре цента. Покажутся ли эти деньги Джейми большой суммой? Для меня это, несомненно, была большая сумма, но я не имела ни малейшего понятия, сколько Джейми зарабатывает. Я напомнила Гектору, что гонорар ему следует списать с карты Джейми, он нахмурился, но заверил меня, что так и поступит.

Гектор сказал, что семья Генри скоро сделает официальное заявление. Я изо всех сил старалась изобразить сочувствие этой идее, хотя мне казалось поспешным во всеуслышание заявлять что-либо о преступлении, когда его связь с убийством Генри еще даже не доказана. Может, они устали добиваться настоящей справедливости и просто хотят жить дальше? Сестра Генри по-прежнему постила только про убийство брата, но я заметила, что ей это начинает надоедать. Ее активность в социальных сетях постепенно снижалась. Держу пари, она скучала по возможности запостить фотографии прочитанных книг и отфильтрованные селфи.

– Лиллиан, теперь, когда все закончилось, можно спросить вас кое о чем?

Неужели Гектор наконец-то пригласит меня на свидание? Я не сомневалась, что он счастлив в браке, но все равно согласилась бы. Конечно, Гектор подрастерял для меня привлекательность с тех пор, как мы начали работать вместе, но я могла бы пересмотреть свое мнение. Может, мы даже поженимся, и я помогу ему переделать этот убогий офис. Моя мама была бы в восторге, если бы я вышла замуж за адвоката. Она бы сказала, что в кои-то веки спокойна за меня, что обо мне позаботятся; что мы как будто вернулись в пятидесятые, когда женщина могла не работать, потому что ее обеспечивал муж. Я ждала, когда Гектор сделает свой ход.

– Это были вы? Это вы убили Генри?

Я вытаращила глаза. Он что, серьезно?

– Вы имеете в виду, тем, что наслала на него проклятие? – спросила я.

– Нет… э-э… на самом деле? – Гектор сделал паузу. – По-настоящему убили.

Я поняла, что он задает этот вопрос не из любопытства. Он хочет подтверждения тому, во что уже верит: Гектор думает, что это я убила Генри.

– Элиза сказала мне, что вы взяли у нее таблетку амбиена той ночью… Она не уверена, что вы не выходили из дома. Она сказала, что входная дверь была не заперта, когда она проснулась на следующее утро, а дверь обычно забываете запереть вы, когда возвращаетесь выпивши, – добавил Гектор.

Вот же сука! А почему Гектор вообще разговаривал с Элизой? С какой стати он взял на себя дальнейшее расследование этого преступления? Полиция не связалась с Элизой повторно, удовлетворившись одной беседой, так зачем Гектору понадобилось расспрашивать ее? Меня предали. Он сделал это за моей спиной. Я пробежалась глазами по документу, ища в нем графу с пометкой «предательство», но увидела только «опросы свидетелей».

– Я хотел убедиться, что у меня есть вся информация, поэтому поговорил с ней несколько дней назад, – объяснил Гектор.

– Гектор, я не убивала Генри, – твердо сказала я.

И при чем тут амбиен, интересно? Да, я могла под амбиеном переодеться и не запомнить этого или отправить пару сообщений в соцсетях и забыть об этом. Но я не могла проехать через весь город и убить своего парня под воздействием таблетки. Возможно, я хотела, чтобы Генри умер той ночью, возможно, пожелала ему смерти изо всех сил, но я не совершала убийства. Даже жаль, что полиция не занялась мной более серьезно. Если бы они выполнили свою работу добросовестно, Гектору не пришлось бы играть в Нэнси Дрю. Нет, после такого я точно не смогу пойти с ним на свидание. Я посмотрела на фотографии семьи Гектора, стоявшие на его столе. Держу пари, придя домой, он каждый день рассказывал обо мне своей жене. Говорил ей, что защищает неадекватную двадцатидевятилетнюю белую девицу, но подозревает, что она-то и убила. И они смеялись надо мной, а его жена радовалась, что их дети не такие ущербные, как я. Гектор нарушал адвокатскую тайну, уплетая за ужином тунца и перемывая мне косточки. Я не знала, за что ненавижу Гектора больше: за то, что он считал меня виновной, или за ту жизнь, которую он вел, когда не общался со мной.

– Я просто должен был спросить, – сказал Гектор, словно речь шла о моем знаке зодиака, а не о совершении тяжкого преступления.

Он смущенно откашлялся и добавил, что вышлет копию счета как по почте, так и по имейлу и что я могу написать или позвонить ему, если возникнут вопросы по оплате. Он заверил, что не ожидает никаких осложнений, но, если что-то случится, у полицейских остался его номер. Гектор посоветовал мне держаться подальше от неприятностей и выразил надежду, что я скоро смогу вернуться к работе. После короткого прощального слова он вручил мне свою визитную карточку и сказал, что будет признателен, если я поставлю его фирме пять звезд в базе отзывов «Елп».

Наше официальное общение было завершено, Гектор встал и протянул мне руку. Я руку проигнорировала и притянула его к себе, хотя в тот момент ненавидела его. Придется ему обнять меня. После того, как он только что обвинил меня в убийстве. Гектор напрягся и застыл, как восковая фигура, но не остановил меня и не отстранился. Я прижалась к нему своими маленькими сиськами и прошептала ему на ухо, что мне было приятно с ним работать. Через секунду он кашлянул и отступил назад. Я тянула с уходом сколько могла, и в конце концов Гектор наклонился над клавиатурой компьютера и сказал, что у него скоро встреча со следующим клиентом.

Я вышла от Гектора и поняла, что не знаю, куда себя деть. День простирался передо мной, словно океан, который мне предстояло пересечь без лодки. Был еще только полдень, и я не представляла себе, что буду делать, пока не придет время спать. Неужели это и есть депрессия? Твоя жизнь перестает подталкивать тебя вперед. Ты лишь ждешь, когда что-то наступит – сон или смерть, – в общем, то, что случится первым.

Я хотела было написать Джейми, но передумала. Мы только что сняли с ее карты почти пять тысяч долларов. Наверное, лучше дать ей переварить это, прежде чем пытаться наладить отношения. Я перешла в профиль Норы: она вывесила фото полотенца Генри на двери ванной с подписью:

Полиция сообщила, что закрывает дело. Я предоставляю родным Генри рассказать подробности, когда они сочтут нужным. Скажу только, что его трагическая смерть, по всей видимости, была случайным актом насилия. Теперь, когда дело закрыто, я задаюсь вопросом, как же мне наконец обрести душевное спокойствие. Я просто живу с этим, день за днем, и ваша любовь и поддержка помогают мне. Возможно, я еще не готова выбросить полотенце, но с каждым днем благодаря вам я становлюсь ближе к этому.

Мне захотелось написать комментарий от goblingirlxo и объяснить Норе, что она неверно толкует метафору «выбросить полотенце»: она означает вовсе не «двигаться дальше», а «сдаться». Вряд ли Нора в ближайшем будущем откажется от образа скорбящей возлюбленной. Было совершенно очевидно, что она и дальше собирается качаться на волнах этого несчастья. Пока Генри был жив, ее личный бренд строился на их сплоченности как пары. Теперь, когда его не стало, она сделает акцент на его отсутствии. Она пойдет на подкаст Кейлор, будет там плакать, пока блондинка-ведущая не даст ей салфетку, которой Нора аккуратно промокнет под глазами, не испортив макияж. Наверняка что-нибудь скажет и обо мне. Какой бы белый флаг мы с ней ни подняли сегодня утром, он скоро пожелтеет.

Я отправила ей ссылку на ее же пост и написала:

От полотенца воняет. Ты бы постирала его.

Я зашла в свою почту в надежде найти задание от Кэндис и отвлечь себя хоть на пару часов. Среди входящих было одно новое сообщение с темой: «Относительно вашей работы в нашей фирме». Письмо было от Кэндис, в копии значился отдел кадров. Я открыла его:

Дорогая Лиллиан!

Мне стало известно, что на прошлой неделе Вы вступили в контакт с Бекой (Ведьмой Велнесс) и, по ее словам, вели себя с ней «неподобающим образом». Хотя я старалась проявлять понимание, Ваше поведение в течение последнего месяца вызывает серьезную озабоченность. Данный инцидент является прямым нарушением кодекса поведения сотрудников «Физзл» (прилагается к настоящему письму для ознакомления), который Вы подписали при приеме на работу. В кодексе четко указано, что сотрудники не должны ставить под угрозу репутацию компании поведением, которое можно расценить как непрофессиональное. Исходя из вышесказанного, руководство «Физзл» квалифицирует Ваше поведение как непрофессиональное и считает, что нам лучше немедленно расстаться с Вами. Сандра (в копии) из отдела кадров ознакомит Вас с дальнейшими шагами по увольнению, а также даст инструкции по сдаче корпоративного оборудования. Ваш ноутбук был заблокирован удаленно, а рабочая почта будет деактивирована после того, как Вы прочтете данное сообщение. Для дальнейшей связи отправлена копия на Ваш личный адрес.

С наилучшими пожеланиями,

Кэндис

У меня затряслись руки. Бека меня сдала. Я должна была это предвидеть. Кэндис даже не дала мне шанса объясниться. Я была просто в ярости! Надо было написать ей первой – опередить Беку, пока та не успела состряпать свою чрезмерно драматичную версию произошедшего. В конце концов, я не сделала ничего предосудительного. Я всего-то посетила мероприятие, устроенное клиенткой, а потом поинтересовалась ее методами. Можно было бы похвалить меня за проявленную инициативу. Я начала набрасывать ответное письмо Кэндис с изложением своей позиции, как вдруг заметила, что сзади к моему телефону прилипла визитная карточка. Это была визитка одного из психиатров, рекомендованных Гектором. Я повертела ее в руках. А вдруг это знак свыше, спасательный круг в море неудач? Может, этот психиатр напишет мне справку, что я совершенно вменяема и могу вернуться к работе. Или поставит мне диагноз СДВГ или аутизм, и тогда я смогу подать в суд на Кэндис за незаконное увольнение. Если Нора вооружилась врачебным жаргоном и заявляет, что «делится своей правдой», то почему бы и мне не поступить так же? К тому же будет нелишним поговорить со специалистом обо всем, что мне пришлось пережить.

Я набрала номер.