Длительное время латиноамериканский континент не играл значимой роли в международных отношениях. К началу XX в. относительным влиянием в международных делах пользовались Бразилия, Аргентина и Мексика. Помимо удаленности Западного полушария от остальной части мира, политической разобщенности, экономической и военной слабости стран региона в силу колониального прошлого, это стало следствием курса на укрепление панамериканской системы. Истоки такого подхода лежат в принятии Вашингтоном доктрины Монро в 1823 г., которая стала основой политики невмешательства европейских стран в дела государств Латинской Америки, а для последних служила препятствием установления особых политических отношений с Европой.
Доктрина Монро 1823 г. представляет собой одностороннюю декларацию внешнеполитических принципов США, которые были озвучены президентом Дж. Монро в ежегодном послании Конгрессу США:
«Граждане Соединенных Штатов питают самые дружеские чувства к своим собратьям по ту сторону Атлантического океана, к их свободе и счастью… Политическая система союзных держав существенно отличается… от политической системы Америки… Поэтому в интересах сохранения искренних и дружеских отношений, существующих между Соединенными Штатами и этими державами, мы обязаны объявить, что будем рассматривать попытку с их стороны распространить свою систему на любую часть этого полушария как представляющую опасность нашему миру и безопасности. Мы не вмешивались и не будем вмешиваться в дела уже существующих колоний или зависимых территорий какой-либо европейской державы. Но что касается правительств стран, провозгласивших и сохраняющих свою независимость, и тех, чью независимость после тщательного изучения и на основе принципов справедливости мы признали, мы не можем рассматривать любое вмешательство европейской державы с целью угнетения этих стран или установления какого-либо контроля над ними иначе, как недружественное проявление по отношению к Соединенным Штатам».
Доктрина Монро фактически закрепляла континент Латинской Америки как приоритетную сферу влияния США, несмотря на то что в некоторых странах все еще продолжался процесс деколонизации от Испании. Постепенно происходила институционализация панамериканской системы: по итогам конференций в Вашингтоне (1889 г.) и Мехико (1901–1902 гг.) было создано Международное бюро американских республик со штаб-квартирой в Вашингтоне.
Идейная основа распространения влияния Соединенных Штатов на юг имела внутреннее и внешнее измерение. В рамках первого центральным элементом выступала концепция «предначертания судьбы». Ее суть сводилась к тому, чтобы убедить жителей стран Латинской Америки и Карибского бассейна: их государства – естественное продолжение США. Во втором случае фундамент представляла идеология панамериканизма – декларировалось «единство демократических целей и принципов США», радикальном отличии интересов стран Западного полушария от интересов государств Европейского региона.
Связи с южными соседями выстраивались неравномерно: степень интенсивности контактов была обусловлена геополитическими мотивами. Так, приоритетное внимание уделялось Центральной Америке и Карибскому бассейну – непосредственным соседям Соединенных Штатов. В качестве ключевого торгового партнера выступала Куба. Более того, в ряде других стран Латинской Америки сохранялись тесные торгово-экономические связи с Европой. В частности, влияние Великобритании было наиболее ощутимым в экономике Аргентины (причем к началу XX в. на ее долю приходилось более трети внешнеторгового оборота всего континента), Бразилии и Уругвая, достаточно сильные позиции это государство занимало в Чили.
В то же время после смены политического режима в Бразилии в 1889 г. (установление республики) началось стремительное развитие торговых отношений с США. Этот процесс сопровождался инвестициями США в Бразилию, что наряду с активизацией европейской политики передела колоний создавало предпосылки для налаживания связей между Соединенными Штатами и странами Южного конуса (Аргентиной, Чили, Уругваем и Парагваем).
Политические позиции США укрепились после победы в испано-американской войне в 1889 г., итогом которой стало установление протектората над Кубой и принятие т. н. поправки Платта (права США на вмешательство во внутреннюю и внешнюю политику Кубы, включая оккупацию ее территории), приобретение колоний (Филиппины, Гуам и остров Пуэрто-Рико).
После того, как Соединенные Штаты поддержали отделение Панамы от Колумбии в 1903 г., был заключен договор Хея-Бюно-Варильи, по которому Панама предоставляла США «на вечные времена» часть территории для сооружения канала. Геостратегическое положение США в Западном полушарии существенно укрепилось в результате строительства Панамского канала (1920 г.), соединившего Атлантический и Тихий океан.
Последующее продвижение США на юг связано с политикой «большой дубинки» Т. Рузвельта, инициированной в 1904 г. Началась эпоха американских интервенций в карибские и центральноамериканские страны: в Мексику (1914, 1917 гг.), на Кубу (1906, 1912, 1922 гг.), в Никарагуа (1909, 1912 гг.), Доминиканскую Республику (1916 г.). С 1900 по 1913 гг. 16 раз американские пехотинцы отправлялись в Гаити. Затем под предлогом взимания долгов, обеспечения экономических интересов США и защиты прав американских граждан была направлена американская эскадрилья в воды Южной Америки. При этом в ходе революции в Мексике (1910–1917 гг.) удалось достичь соглашения об отказе США от вмешательства во внутренние дела страны. К 1939 г. единственной страной, куда ни разу не вторгались США, оставалась лишь Коста-Рика.
Параллельно активизировалась «дипломатия доллара» – предоставление займов и кредитов латиноамериканским странам при наличии благоприятного климата для деятельности американских компаний в соответствующих государствах.
В то же время доминирование Вашингтона не препятствовало развитию многостороннего сотрудничества на континенте. В 1910 г. Коммерческое бюро панамериканского союза было трансформировано в Панамериканский союз. Однако в рамках структуры по-прежнему ключевую роль играли США. В 1915 г. был подписан «Договор АБЧ» (Аргентина, Бразилия, Чили), создававший арбитражную систему по разрешению споров между участниками. Этот блок рассматривался как противовес американскому доминированию в Западном полушарии. На практике он проявил себя при урегулировании ряда межгосударственных конфликтов в Южной Америке в 1930-х гг., а также в ходе центральноамериканского кризиса 1980-х гг.
Новый этап развития межамериканской системы был открыт политикой «доброго соседа» Ф. Рузвельта, которая базировалась на принципах невторжения и невмешательства во внутреннюю политику стран Латинской Америки.
В 1933 г. в Пакте Сааведра Ламаса (министр иностранных дел Аргентины), принятом на конференции американских государств в Монтевидео, было зафиксировано обязательство США уважать суверенитет союзных американских республик. Фактически принятие этого пакта означало переход от политики «большой дубинки» к политике «доброго соседа».
В инаугурационной речи Ф. Рузвельт заявил, что отношения с латиноамериканскими странами должны были строиться на принципах «добрососедства», т. е. уважении прав других государств, обязательств и святости сделок. Главная цель, поставленная Ф. Рузвельтом, – развивать взаимовыгодные отношения с латиноамериканскими странами с целью создания новых экономических возможностей и укрепления влияния США в регионе. Добивался этого Вашингтон с помощью развития экономического и культурного взаимодействия, предоставления латиноамериканским государствам займов, поддержки влиятельных лидеров стран региона, обучения представителей национальных гвардий.
Первые свидетельства проявления политики «доброго соседа» – отзыв американской пехоты из Гаити и Никарагуа (1934 г.). В этом же году была отменена поправка Платта, которая закрепляла зависимость Кубы от США (право США на интервенцию и на организацию морских баз на Кубе, запрет Кубе сдавать территорию иностранному государству). В 1936 г. была пересмотрена Конституция Кубы (навязанная США), согласно положениям которой Куба не имела права заключать международные договоры без одобрения Госдепартамента США.
Во время Второй мировой войны для США Латинская Америка превратилась в возможный источник угрозы: фашистская Германия рассматривала страны региона в качестве плацдарма для возможного нападения на США; в регионе действовали 14 немецко-фашистских военных миссий и лишь одна американская, а ряд вооруженных групп латиноамериканских стран симпатизировали Германии. В этих условиях первостепенная задача США в Латинской Америке заключалась в умиротворении горячих точек.
Так, например, в 1932–1935 гг. между Парагваем и Боливией разразилась т. н. Чакская война за обладание месторождениями нефти. С 1940 г. велась перуано-эквадорская война за контроль над верховьями Амазонии. В 1942 г. США, Бразилия, Аргентина и Чили выступили за урегулирование конфликта. В результате был подписан Протокол Рио де Жанейро, который, тем не менее, лишь на время погасил конфликт, а эскалации происходили вплоть до 1990-х гг.
Второй отличительной чертой межамериканского взаимодействия во время Второй мировой войны стало постепенное складывание межамериканского военного союза. В 1940 г. на совещании в Гаване было принято решение окружить Западное полушарие 300-мильной зоной безопасности. Через два года создается первый межамериканский орган – Межамериканский совет обороны со штаб-квартирой в Вашингтоне. Однако этот шаг не означал формирования эффективной системы межамериканского военного сотрудничества: по сути, Совет не принял ни одного стратегического решения из-за бюрократических межведомственных противоречий. К тому же Пентагон скептически относился к созданию подобной структуры, утверждая, что США не должны советоваться по стратегически важным вопросам с латиноамериканскими странами.
Латиноамериканские страны констатировали «выравнивание асимметрии» в отношениях с США после окончания войны («Мы равные среди равных»). В феврале 1945 г. семеро президентов государств Латинской Америки направили Рузвельту письмо с просьбой узаконить межамериканский союз, но положительного ответа не получили.
Тем не менее определенных успехов в укреплении межамериканского сотрудничества Ф. Рузвельту добиться удалось. В феврале-марте 1945 г. прошла Межамериканская конференция по вопросам войны и мира, по итогам которой США добились принятия Чапультепекской декларации. Этот документ лег в основу формирования военно-политического блока американских государств. Согласно его положениям, отношения стран и после войны должны были строиться на принципах взаимопомощи и солидарности, совместной обороны в случае нападения или угрозы агрессии против любой из американских стран (в 1947 г. именно это положение было закреплено в действующем до сих пор Межамериканском договоре о взаимной помощи).
Было принято решение раз в четыре года проводить встречи на уровне глав государств, при этом продолжая поддерживать регулярные контакты на уровне министров иностранных дел (консультативные совещания). Эти саммиты должны были отвечать за выработку общей межамериканской политики, а также определять структуру и функции межамериканских организаций, как действующих, так и тех, которые будут созданы в будущем.
Организация американских государств (ОАГ)
На 9-й Межамериканской конференции в Боготе было принято решение о создании в 1948 г. на базе Панамериканского союза Организации американских государств (ОАГ) со штаб-квартирой в Вашингтоне. Декларируемая цель заключалась в «поддержании мира и справедливости», укреплении солидарности, сотрудничества, защите территориальной целостности, суверенитета и независимости государств региона. При этом Соединенные Штаты преследовали собственные интересы в ОАГ: Вашингтон через Организацию стремился контролировать весь континент.
ОАГ объединяла все государства Западного полушария (35 членов). В 1962 г. из нее была исключена Куба, которая в 2009 г. была восстановлена в членстве, но отказалась его возобновлять, а в 2021 г. о выходе заявила Никарагуа, обвинив ОАГ во вмешательстве во внутренние дела. В 2017 г. президент Венесуэлы Н. Маудро направил письмо Генеральному секретарю ОАГ о выходе страны из Организации – в 2019 г. решение было реализовано, но затем отменено Национальной Ассамблеей Венесуэлы.
Приоритетная сфера деятельности ОАГ – укрепление демократии и обеспечение уважения прав человека. Резолюция Генеральной Ассамблеи ОАГ 1080 от 1991 г. регламентирует порядок действий в ответ на нарушение конституционного строя в одном из государств-членов. В рамках «коллективной защиты демократии» были проведены операции в Гаити (1991–1994 г.), Перу (1992 г.), Гватемале (1993 г.), Парагвае (1996 и 2000 гг.), Эквадоре (2000 г.), Венесуэле (1992 и 2002 гг.), Гондурасе (2007–2009 гг.). Несколько раз Организация отмечала, что выборы были сфальсифицированы (Доминиканская Республика – 1994 г., Перу – 2000 г., Гаити – 2001 г.). В 1978 г. ОАГ инициировало расследование нарушений прав человека в Никарагуа режимом А. Самосы, а в 1980 г. приняла резолюцию с осуждением никарагуанского режима.
В 1992 г. принимается Вашингтонский протокол к Уставу ОАГ, который ввел так называемую «демократическую поправку» – возможность приостановки членства государства в ОАГ, если его демократически избранное правительство свергнуто силой. Такой механизм создает возможность коллективного вмешательства во внутренние дела суверенного государства. В 2001 г. в Лиме в Межамериканской демократической хартии был закреплен порядок применения «демократической статьи». Механизм предусматривал отправку наблюдателей, которые бы обеспечивали контроль за реализацией мирных соглашений и проведением выборов. Особое внимание в этой связи приковано к Гаити и Венесуэле.
Постепенно происходит снижение роли ОАГ как центральной площадки развития многостороннего сотрудничества. На этот процесс повлияли две тенденции эпохи холодной войны. Во-первых, в 1960–70-е гг., особенно во время президентства Дж. Картера, ставка делалась на укрепление двусторонних связей. Одновременно Соединенные Штаты сократили финансирование ОАГ. Во-вторых, в это время происходит становление более узких по формату интеграционных группировок с участием латиноамериканских стран без США. Новые площадки не подразумевали упразднение ОАГ, а скорее представляли механизм разноскоростной интеграции континента.
Эффективность ОАГ оказалась низкой и в деле разрешения конфликтов. На сплоченность Организации повлиял Фолклендский кризис: ряд латиноамериканских государств встал на сторону Аргентины, в то время как большинство карибских стран и сами США поддержали Великобританию. В ходе центральноамериканского конфликта снова США и государства Латинской Америки оказались «по разные стороны баррикад». В 1983 г. собственный план урегулирования предложила Контадорская группа в составе Мексики, Венесуэлы, Колумбии и Панамы.
В XXI в. происходит диверсификация направлений военно-политического взаимодействия ОАГ с учетом новых трендов в сфере безопасности.
В начале 1990-х гг. эпицентром нестабильности в Южной Америке стала Колумбия. В этой стране резко усилилась деятельность наркомафии, поставившей под контроль целые регионы страны. В 1998 г. США предоставили ей режим наибольшего благоприятствования в экономике. В 1999 г. Белый дом принял «План Колумбия», в рамках которого в страну были направлены военные и гражданские советники, правительству предоставлялась многомиллиардная помощь. Однако президент соседней Венесуэлы Уго Чавес открыто поддержал леворадикальную группировку ФАРК, которую правительство Колумбии обвиняло в террористической деятельности. В ноябре 2008 г. между Колумбией и Эквадором разразился пограничный кризис, вызванный проведением спецоперации колумбийских войск на эквадорской территории. Венесуэла перебросила к колумбийской границе танки и дополнительные сухопутные части. Кризис был разрешен при посредничестве «Группы Рио».
Особое внимание уделяется противодействию терроризму: в 2002 г. была подписана Межамериканская конвенция против терроризма, события 11 сентября 2001 г. придали импульс сотрудничеству в рамках Межамериканского комитета по борьбе с терроризмом. В 2003 г. на Специальной межконтинентальной конференции безопасности была принята Декларация о безопасности в Америке, в основе которой лежит принцип учета как традиционных, так и новых вызовов безопасности (англ. multidimensional security). Наблюдается смещение акцентов с отражения внешней угрозы на противодействие новым вызовам – терроризму, незаконному обороту оружия, коррупции и т. д. В рамках ОАГ функционирует Межамериканская комиссия по контролю за злоупотреблением наркотиков.
Сообщество стран Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК)
Организация СЕЛАК – пример латиноамериканоцентричной интеграции, отражающей подход «единство в многообразии». Сообщество было учреждено в 2010 г. на Саммите единства Латинской Америки и Карибского бассейна со штаб-квартирой в Венесуэле, а два года спустя были приняты учредительные документы – Каракасская декларация и Процедурный устав. Помимо цели развития интеграции латиноамериканских государств, ставилась задача укрепления связей с внерегиональными игроками, что позволило бы повысить роль Западного полушария в международных делах. Новое объединение включило все страны Южной Америки, но без участия США, поэтому, а также с учетом целей и задач СЕЛАК его противопоставляют американоцентричной ОАГ.
В 2020 г. выход из СЕЛАК инициировало правое правительство Бразилии Жаира Болсонару. Президент страны неоднократно заявлял, что основанием для такого шага послужила низкая результативность СЕЛАК. Сообщество, по его словам, «подготовило почву для недемократических режимов» в Венесуэле, Никарагуа и на Кубе. Такое резкое изменение позиций демонстрирует зависимость латиноамериканской интеграции от «правого» и «левого» поворота отдельных государств. Новое же правительство Лулы да Силвы, напротив, в 2023 г. заявило о восстановлении членства страны во всех структурах Организации.
Основные формы работы СЕЛАК – встречи министров иностранных дел (два раза в год), форумы и саммиты. Руководящий орган объединения – саммит глав государств и правительств в стране-председателе. Дважды в год проводятся заседания национальных координаторов, периодически проходят тематические заседания. Для обеспечения преемственности деятельности интеграционного объединения в СЕЛАК существует «триумвират» (по аналогии с тройкой председателей в Совете ЕС), который включает предшествующего, действующего и предстоящего председателя.
Государства-члены СЕЛАК стремятся использовать эту площадку для противодействия американскому вмешательству во внутренние дела. В частности, на саммитах в 2015–2017 гг. они настаивали на прекращении вмешательства Соединенных Штатов в дела Венесуэлы, отказе от финансово-экономической блокады Кубы. Страны СЕЛАК поддерживают требования Аргентины в отношении Фолклендских (Мальвинских) островов.
Сегодня приоритет СЕЛАК – поиск неконфронтационной модели интеграции за счет расширения объединительной повестки. Важное значение отводится укреплению экономической самостоятельности, в т. ч. посредством создания независимых расчетных механизмов и формирования региональной зоны свободной торговли в долгосрочной перспективе. Особое внимание уделяется вопросам здравоохранения, взаимодействия в научно-технологической и природоохранной сферах, региональной безопасности. Отдельные треки сотрудничества охватывают стратегические коммуникации, правосудие и миграцию, реагирование на чрезвычайные ситуации (это направление стало особенно востребованным в условиях пандемии COVID-19).
Специфика СЕЛАК заключается также в развитии внерегионального сотрудничества, что подтверждает окончательный отказ стран от политики изоляции Западного полушария. С 2013 г. проходят саммиты с Европейским союзом. Сотрудничество с европейским регионом развивается в областях высшего образования и гражданской обороны. В 2014 г. был утвержден форум Китай – СЕЛАК с целью содействия укреплению связей латиноамериканских стран и КНР в сфере инвестиций, торговли, науки и образования, культуры, а также реализации китайских инфраструктурных проектов в регионе. С 2015 г. действует постоянный механизм политического диалога и сотрудничества между СЕЛАК и Россией по вопросам безопасности, торговли, научно-технологического взаимодействия.
Определяющим элементом в развитии внешней политики государств Латинской Америки и Карибского бассейна является политическая ориентация руководства стран.
«Правые» предпочтение отдают укреплению связей с США – ключевым источником зарубежных инвестиций в регион. Правые правительства стремятся получить финансово-экономическую помощь США, в т. ч. через контролируемые ими Международный валютный фонд и группу Всемирного банка. В 1989 г. для стран Латинской Америки был разработан свод правил, так называемый Вашингтонский консенсус. Главная цель документа заключалась в обеспечении либерализации экономик этих стран (укреплении роли рынка при снижении влияния государства) как основного условия возможности получения займов и кредитов западных (американоцентричных) валютно-финансовых институтов. Согласно Вашингтонскому консенсусу, преобразования включали 10 мер:
1) сокращение дефицита государственного бюджета (фискальная дисциплина);
2) изменение приоритетных направлений государственных расходов в пользу развития здравоохранения, образования и инфраструктуры;
3) проведение налоговой реформы (расширение налоговой базы при снижении минимальных ставок налога);
4) либерализация процентной ставки;
5) обеспечение свободной конвертации валюты;
6) проведение торговой либерализации;
7) расширение доступа прямых иностранных инвестиций;
8) осуществление приватизации;
9) дерегулирование экономики;
10) расширение прав собственности.
В начале 1990-х гг. происходила массовая приватизация и открытие рынков стран Латинской Америки в ходе неолиберальных реформ. Однако в конце 1990-х гг. страны столкнулись с последствиями азиатского финансового кризиса. К 2002 г. 44 % населения государств региона проживало за чертой бедности. Возрастало недовольство широких слоев населения. В этих условиях наметился «левый поворот».
На рубеже XX–XXI вв. «левая» волна прокатилась по ряду латиноамериканских стран: к власти пришли Уго Чавес в Венесуэле (1998 г.), Лула да Силва в Бразилии (2002 г.), Нестор Киршнер в Аргентине (2003 г.), Табаре Васкес в Уругвае (2006 г.), Эво Моралес в Боливии (2005 г.), Мишель Бачилет в Чили (2006 г.), Алан Гарсиа в Перу (2006 г.), Даниэль Ортега в Никарагуа (2006 г.), Мануэль Селайя в Гондурасе (2006 г.), Фернандо Луго в Парагвае (2008 г.).
Одна из ключевых причин «левого поворота» на рубеже веков связана с несостоятельностью неолиберальной модели развития на фоне роста национального самосознания в латиноамериканских странах, а также снижения интереса США к региону по мере диверсификации американской внешней политики (развитие связей в рамках трансатлантического партнерства по линии НАТО, с 1990-х гг. – акцент на демократизации постсоветского пространства, позже – проект создания «Большого Ближнего Востока»).
«Левые» правительства во главу угла ставят задачу обеспечения социальной справедливости. Их ключевая задача заключается в поиске внутренних решений проблем региона и отдельных государств, ослаблении зависимости от Соединенных Штатов. На практике это приводит к активизации попыток консолидации региона без участия США. Традиционными «левыми» государствами остаются Куба, Никарагуа и Венесуэла.
Приход к власти левых позволил наладить сотрудничество между странами региона. Об этом свидетельствует реализация таких проектов, как совместное строительство Бразилией и Венесуэлой нефтеперерабатывающего комплекса в Бразилии, списание со стороны Аргентины задолженностей Кубы и части долга Венесуэлы, начало развития регионального газопровода пятью странами континента: Бразилией. Венесуэлой, Чили, Аргентиной и Боливией.
После финансово-экономического кризиса 2008–2009 гг. левые силы проиграли на выборах в Панаме (2009 г.), Чили (2010 г.), был свергнут президент Мануэль Селайя в Гондурасе (2009 г.) и предпринята попытка свержения президента Рафаэля Корреа в Эквадоре (2010 г.) Однако затем к власти в Чили вернулась Мишель Бачилет. В Аргентине до 2015 г. руководство сохраняла Кристина Киршнер (супруга Нестора Киршнера), после чего на смену пришел президент Маурисио Макри – сторонник неолиберальной политики. М. Макри предпринимал попытки по нормализации отношений с США и с Великобританией (путем «демальвинизации» двусторонних отношений).
До 2019 г. левые силы правили в Бразилии: 2002–2015 гг. – Лула де Силва, 2015–2019 гг. – Дилма Руссеф. В 2019–2023 гг. в бразильском государстве наметился «правый поворот», что повлекло активизацию прозападного курса нового президента Жаира Болсонару (в т. ч. был инициирован выход из СЕЛАК). Однако с 2023 г. пост главы государства вновь занял Лула да Силва.
2019 г. ознаменовался не только «правым поворотом» в Бразилии, но и кризисом в стране с сильными позициями левых сил – в Венесуэле. В этом году прозападный политик Хуан Гуайдо, проигравший на выборах, объявил о масштабных фальсификациях, провозгласил себя главой государства и потребовал отставки Н. Мадуро. В стране сложилось двоевластие. Была образована Группа Лимы, которая добивалась согласования ухода Н. Мадуро в отставку. В противовес этому, был инициирован процесс «Осло», основная цель которого заключалась в содействии развитию национального диалога между властями и оппозицией. Россия, Китай, Турция, Иран и некоторые другие государства поддержали этот процесс и выступила за продолжение работы с официальными властями. Х. Гуайдо бежал в Колумбию, а западные страны также начали восстанавливать связи с правительством Мадуро, которое продолжает контролировать положение в стране.
Готовность снижать зависимость от США определяется тем, какие силы находятся у власти в государствах – правые или левые. Однако «левый поворот» не приводит к формированию единой позиции стран региона. Выделяются два течения: радикально-националистические страны с ярко выраженной антиамериканской позицией (Куба, Венесуэла, Боливия) и более умеренная группа государств (Бразилия, Аргентина, Чили и Уругвай, внутри каждой из которых также свои противоречия). Среди причин разногласий – многолетняя история соперничества и конфликтов, включая территориальные споры (в частности нерешенная проблема обеспечения выхода Боливии к морю), существенные различия в экономическом положении стран (особенно выделяются Бразилия и Аргентина).
Сегодня особую опасность представляет конфликт между Венесуэлой и Гайаной относительно принадлежности региона Эссекибо (две трети международно признанной территории Гайаны). Территориальный спор уходит корнями в начало XIX в.: после провозглашения независимости Венесуэлы от Испании Эссекибо был признан одним из штатов страны. Однако впоследствии в 1899 г., согласно постановлению Международного арбитражного суда в Париже, было принято решение о передаче этой территории Гайане.
Регион Эссекибо снова попал в центр международного внимания в 2015 г., когда на его территории были обнаружены крупные нефтяные месторождения. Их разработка обеспечила Гайане стремительный экономический рост, который продолжается до сих пор. Венесуэла снова выдвинула претензии на эти земли.
В ответ Гайана, используя дипломатические методы решения территориальный споров, направила запрос в Международный суд ООН, с тем чтобы он подтвердил решение Арбитража 1899 г. Накануне вынесения вердикта судом в декабре 2023 г. в Венесуэле прошел референдум о признании Эссекибо новым штатом в составе федерации, а также относительно отсутствия у Международного суда ООН юрисдикции рассматривать данный вопрос. На референдуме 95 % проголосовавших высказались в поддержку действий правительств (несмотря на то, что явка составила всего 10 % населения страны). В то же время Н. Мадуро заявил об отсутствии планов военного вторжения в регион, а сам референдум, по его словам, носил консультативный характер. Гайана, в свою очередь, пытается заручиться поддержкой региональных тяжеловесов, а именно Бразилии.
Бразилия, будучи участником БРИКС и «Группы двадцати», занимает особое положение на континенте. Государство стремится не только к укреплению своей роли как регионального игрока, но и статуса на международной арене. Бразилия активно выступает за получение статуса постоянного члена ООН от латиноамериканского континента. Однако такая стратегия государства с официальным португальским языком может вызвать несогласие испаноязычных стран, которые составляют большинство региона (подробнее см. главу 5).
Сегодня палитра интеграционных объединений в Латинской Америке и Карибском бассейне разнообразна. Резкая активизация интеграционных процессов приходится на 1960–70-хх гг., когда страны регионы взяли курс на снижение зависимости от Соединенных Штатов.
Соглашение о свободной торговле между США, Мексикой и Канадой (USMCA)
Помимо ОАГ, единственная организация, где особую роль играют США – это USMCA (Соглашение между США, Мексикой и Канадой о свободной торговле, которое заменило Североамериканское соглашение о свободной торговле НАФТА в 2020 г.).
Приоритет деятельности объединения заключается в устранении торговых барьеров. Новшества по сравнению с НАФТА охватывают сферы электронной коммерции, малые и средние предприятия, безопасность окружающей среды (соблюдение экологических норм), условия труда, защита интеллектуальной собственности. Данное соглашение инициировали США, с тем чтобы обеспечить сокращение торгового дефицита в торговле с Канадой и Мексикой, а также стимулировать создание дополнительных рабочих мест для американского среднего класса.
Особое значение США придавали защите автомобильной промышленности. По Соглашению USMCA 75 % автокомпонентов должно производиться в Соединенных Штатах (на 12,5 % больше, чем в НАФТА). От 40 до 45 % автомобильного контента производились рабочими, зарабатывающими не менее 16 долларов в час. Соглашение направлено на укрепление торговли сельскохозяйственной продукцией (Канада и Мексика – первый и третий по величине рынки для экспорта сельскохозяйственной продукции США). Американские фермеры получили доступ к молочному рынку Канады. При этом Оттава добилась сохранения механизма разрешения торговых споров.
Латиноамериканская ассоциация интеграции (ЛАИ)
Драйвером экономической интеграции на континенте выступает ЛАИ со штаб-квартирой в Монтевидео (Уругвай), которая заменила существовавшую ранее Латиноамериканскую ассоциацию свободной торговли (ЛАСТ). Объединение включает 13 государств Латинской Америки, которые условно разделяются на три группы по уровню экономического развития: развитые (Аргентина, Бразилия, Мексика), среднеразвитые (Венесуэла, Колумбия, Перу, Уругвай, Чили) и менее развитые (Боливия, Парагвай, Эквадор). Ключевая цель ЛАИ заключается в формировании зоны свободной торговли, которая позволила бы расширить рынки сбыта и диверсифицировать внешнеэкономические связи государств-членов.
Отличие ЛАИ от ЛАСТ состоит в более гибком подходе к сотрудничеству между странами: существует возможность заключения соглашений между двумя-тремя партнерами, заинтересованными в укреплении контактов на конкретном направлении. Кроме того, площадка ЛАИ использовалась для подписания двусторонних соглашений, включающих списки товаров, которые подлежат тарифным преференциям (вплоть до 100 %). Однако даже такие механизмы не позволили решить проблему гетерогенности состава участников – зона свободной торговли в рамках континента так и не была создана, а интеграционные процессы начали развиваться в более узких группах стран.
Центральноамериканский общий рынок (ЦАОР)
В 1960 г. был инициирован проект по развитию экономической интеграции между пятью государствами Центральной Америки: Гватемалой, Гондурасом, Коста-Рикой, Никарагуа, Сальвадором. Несмотря на декларируемую цель – создание таможенного союза как первого этапа на пути формирования общего рынка, – странам удалось создать только зону преференциальной торговли: были снижены (но не ликвидированы) пошлины. Однако затем произошла стагнация в развитии взаимной торговли, и вплоть до 1990-х гг. сотрудничество в экономической сфере между странами практически не развивалось.
Попытки возродить группировку были предприняты в 1993 г. (подписано новое соглашение). К 2000 г. был введен единый таможенный тариф, а пошлины снижены до 0–15 %. Несмотря на название организации, до сих пор не сформирован общий рынок в регионе. Сохраняется высокая зависимость стран от Соединенных Штатов.
Получило развитие внешнее измерение деятельности ЦАОР – курс на развитие отношений с США (формирование зоны свободной торговли КАФТА) и Доминиканской республикой (CAFTA-DR). В 2000 г. было подписано соглашение между Мексикой и странами «Северного треугольника» (Гватемала, Гондурас, Сальвадор). Кроме того, были заключены двусторонние соглашения о ЗСТ (1994 г. – Коста-Рика и Мексика, 1997 г. – Никарагуа и Мексика).
Тем не менее экономическое развитие и укрепление политической стабильности в субрегионе Центральной Америки сталкивается с рядом вызовов и угроз, обусловленных географическим положением этих государств. Центральноамериканские страны выступают транзитным коридором для потоков вынужденных мигрантов из континентальной части Латинской Америки в Соединенные Штаты, а также ключевыми перевалочными пунктами наркотрафика (кокаина) из стран-производителей (Колумбии, Перу и Боливии) и транзитеров (Венесуэлы и Эквадора). Значительная доля оборота наркотических средств приходится на Панаму, Коста-Рику и Мексику. Это приводит к тому, что регион превращается в эпицентр организованной преступности Западного полушария.
Андское сообщество
В 1969 г. четыре страны – Боливия, Колумбия, Эквадор, Перу – создали собственный формат экономической интеграции – Андскую группу. С 1973 по 2006 гг. членом была также Венесуэла, с 1969 по 1973 г. – Чили (с 2006 г. – ассоциированный член). Помимо Чили ассоциированными членами выступают Аргентина, Бразилия, Уругвай.
Цель Андского сообщества – создание политического и экономического союза, а также развитие общего научного, образовательного и культурного пространства. Препятствиями на пути интеграции в рамках данного объединения выступают низкий уровень экономического развития стран, сохранение протекционистских тенденций и внутренних противоречий (в т. ч. по территориальным вопросам).
С 1996 г. организация была преобразована в Андскую систему интеграции (АСИ) / Андское сообщество. Удалось достичь определенных успехов по углублению внутрирегиональной интеграции: в 1999 г. были отменены пошлины на около 2 тыс. разновидностей товаров, по остальным категориям пошлины снизились на 20–40 %. В долгосрочной перспективе страны ставят задачу по формированию общего рынка. В 2001 г. был введен единый образец «андского паспорта», а с 2005 г. между странами действует безвизовый режим.
Развиваются связи между Андским сообществом и внешними партнерами. В 2004 г. принято Соглашение о политическом диалоге и сотрудничестве между АС и ЦАИС. Среди внерегиональных партнеров большую роль играют ЕС, Канада, Китай и США.
Общий рынок стран южного конуса (МЕРКОСУР)
В 1991 г. был подписан Асунсьонский договор о создании Общего рынка стран южного конуса (МЕРКОСУР). В объединение входят Аргентина, Бразилия, Парагвай (с 2012 по 2013 гг. членство было приостановлено) и Уругвай, на правах ассоциированных членов (не участвуют в решении вопросов экономической интеграции) – Чили, Колумбия, Перу, Эквадор, Гайана и Суринам; наблюдателей – Мексика и Новая Зеландия. Членство Венесуэлы было приостановлено в 2017 г. Боливия находится на стадии присоединения к организации в качестве полноправного члена (требуется одобрение Бразилии).
Стратегическая цель МЕРКОСУР – формирование общего рынка. Сегодня в рамках объединения функционирует зона свободной торговли с элементами общего рынка: введен единый внешний таможенный тариф на импорт большей части товарных позиций номенклатуры МЕРКОСУР. Подписан ряд соглашений по гармонизации норм и правил и укреплению сотрудничества по вопросам обменного курса, инвестиций, налогообложения, образовательных обменов. Отдельное внимание уделяется политическому взаимодействию в формате «политической десятки» МЕРКОСУР по таким направлениям, как защита демократии, обеспечение безопасности и борьба с терроризмом.
Бразилия инициировала процесс формирования единого экономического пространства в Южной Америке. Практическим воплощением стало рамочное соглашение от 2004 г. между МЕРКОСУР и Андским сообществом о формировании зоны свободной торговли. Среди внерегиональных партнеров наращиваются связи с ЕС (в т. ч. ведутся переговоры о создании ЗСТ), Россией, Австралией, Новой Зеландией, Китаем, Японией. Соглашения о либерализации торговли заключены с Индией, ЮАР, Советом экономического развития стран Персидского залива.
Карибское сообщество (КАРИКОМ)
В 1973 г. было создано Карибское сообщество (КАРИКОМ). Экономический союз объединяет 15 государств-членов, статус ассоциированного члена получили 5 государств, а наблюдателя – 8. Ключевым достижением организации стало создание к 1993 г. таможенного союза, а в 2008 г. – единого рынка. Затем был запущен процесс по созданию полноформатного экономического союза с введением общей валюты.
Как и другие интеграционные объединения Латинской Америки и Карибского бассейна, КАРИКОМ наращивает связи с внешними партнерами. В 2013 г. было подписано особое партнерское соглашение КАРИКОМ (а также Доминиканской Республики) и ЕС с целью активизации сотрудничества в сфере торговли и инвестиций.
Боливарианский альянс для Америк (АЛБА)
Одним из итогов «левого поворота» стала инициатива У. Чавеса (Венесуэла) и Ф. Кастро (Куба) по продвижению «Боливарианской инициативы для Латинской Америки», на основании которого в 2004 г. было создано субрегиональное объединение – Боливарианский альянс для Америк (АЛБА). В состав организации вошли 10 государств, из них в статусе учредителя – Венесуэла и Куба. На правах приглашенных членов с АЛБА развивают сотрудничество Гаити, Суринам, а также Иран, Сирия, на правах гостя – Россия. В 2010 г. объединение покинул Гондурас, а в 2018 г. – Эквадор.
Важное направление деятельности АЛБА заключается в развитии валютной интеграции. В 2009 г. между странами-участницами была достигнута договоренность о введении условной единицы для взаиморасчетов – сукре (изначально как виртуальной валюты). Такой механизм направлен на снижение зависимости от американского доллара. Первое практическое использование единицы приходится на 2013 г. (Никарагуа с партнерами по АЛБА).