С тех пор как они оказались в Москве, Кирино поведение становилось все более странным. Она не считала нужным что-либо объяснять Гоге: куда ходит, с кем встречается. Какое-то глубокое и скрытое чувство недовольства исходило от нее, создавая напряженную атмосферу в доме. Он с изумлением узнал, что еще на теплоходе, когда они познакомились с Игорем и Таней, Кира уже тогда жаловалась на него.

— Вы не знаете, какой он. Это внешне милый такой. А на самом деле…

Игорь и Таня тогда сильно удивились, но промолчали. Похожая «песня» звучала и сейчас. То Гога не умеет забить гвоздь, то что-то покрасить. А зарабатывать деньги и писать?! Так это каждый дурак, оказывается, может!

У них с Кирой было двое детей, но это их не сблизило. Даже после рождения Зиночки мало что изменилось. «Ну, подумаешь, еще один ребенок! Это же не повод для знакомства», — как будто веяло от «мадам Киры». Ее беспокойной душе все время чего-то не хватало. Гога чувствовал неладное, но старался отгонять нехорошие мысли. «Ведь не девчонка же! Все у нее есть! И с деньгами все хорошо. Не будет ведь женщина в ее возрасте и положении творить глупости? Тем более, сама говорила, что давно мечтала о детях. Ну, вот они! Получай! Он, может быть, и не самый лучший, но уж точно не худший муж на свете! Да, возможно, секса стало меньше. Но ведь жизнь не ограничивается только сексом… Они вместе. У них дети. И это самое важное! А то, что живут каждый в своем мире… Ну и что?! Они же взрослые люди! У каждого за плечами разный жизненный опыт. Поэтому и интересы могут быть разными. В жизни необязательно все должно быть идеально!» — сидя на диване, успокаивал себя Гога. И тут произошло событие, сразившее его наповал.

Марианна когда-то работала у него на сьемках переводчицей с английского. Он и в дальнейшем не забывал о ней. Поэтому она всегда относилась к нему с большим уважением, а главное, по ее словам, с искренней любовью.

— Какая у вас удивительная семья! — не уставала повторять Марианна. — А какие дети! Вы замечательный муж и отец! Я вами просто восхищаюсь! Кира — счастливая женщина!

Марианночка была слегка странной. Ей было за тридцать. Совсем низенького роста, пухленькая, она напоминала колобок. У нее было приятное лицо и умные глаза, но назвать ее красивой язык не поворачивался. Когда она надевала свою шубу из енота, вообще становилась похожей на панду. Помешанная на романтике, она организовала у себя в квартире «Клуб влюбленных», куда по субботам (а уж на День святого Валентина и подавно) собиралось множество известных и богатых людей. Марианночка, можно сказать, жила любовью!

Гога и Кира часто проводили время на даче. Он на третьем этаже, она предпочитала первый. Там кухня, печь, спальня для детей с няней. А также закуток для отдыха — с креслом у большого окна. На втором этаже была их общая спальня, где они встречались по вечерам. Может быть, не самый правильный распорядок, но так уж сложилось. Гога писал целый день и решил сделать паузу. Автоматически нажал на пульт, чтобы включить телевизор. На экране появился синий фон. «Не на то нажал», — подумал он и нажал еще какую-то кнопку. Но картинка не появилась. Вместо нее раздался женский голос, показавшийся Гоге знакомым. Сначала он не понял, кто говорит, но, прислушавшись, обалдел! Это был голос Киры! «Наверное, показывают какой-нибудь из ее старых фильмов», — удивившись, подумал Гога. Но был ошарашен, услышав голос Марианны! Он вдруг понял, что телевизор каким-то образом настроился на телефонную волну. Теперь Гога невольно присутствовал при их разговоре. Он уже хотел было крикнуть, чтобы они там поосторожнее… Но его вдруг остановило услышанное!

Вот здесь стоп!

Жизнь в определенные моменты подает нам сигналы. Как бы бросает соломинку. Проблема в том, что мы этого не видим или отказываемся видеть. Мог ли Ангел-хранитель сделать больше? Сотворить чудо и превратить Гогу в муху на стене?

— Тебе надо расслабиться… — вкрадчивым, почти медовым голосом нашептывала Марианна.

— Да, да, Марианночка… — скорбно отвечала Кира.

— А знаешь, что расслабляет женщину лучше всего? — продолжала соблазнять Марианна.

Кира, видимо, догадалась и непроизвольно хихикнула:

— Хы!

— Новый мужчина. Ничто так не расслабляет. Поверь мне…

Кира на секунду замешкалась, видимо, испугалась собственных мыслей и нервно засмеялась.

— Ха-ха-ха-ха…

— Вновь почувствуешь себя женщиной! Будет легче разобраться, чего тебе в жизни не хватает. Ты готова к этому?! — не отступала Марианна.

Выдержав паузу, Кира вдруг зашептала:

— Да, да! Готова!

— Тогда слушай! Придешь ко мне в субботу. Здесь будет много интересных людей. Я выберу тебе лучшую кандидатуру.

Кира вновь залилась тихим нервным смехом и испуганно проговорила:

— А что я скажу Жоре?! Он же такой подозрительный!

— Не беспокойся. Что-нибудь придумаем. Еще пару дней есть.

И тут Киру прорвало.

— Если бы ты только знала, как мне все надоело! — чуть ли не в слезах прошептала Кира. — Ты даже не представляешь! Чувствую себя, как старуха! Вроде бы все есть… Но почему мне так плохо?! Скажи, Марианночка!

— Повторяю… Лю-бов-ник. Ничто так не омолаживает. Вот увидишь! Итак, в субботу! — радостно закончила Марианна.

Чем дольше Гога слушал, тем больше цепенел. Чувство омерзения и отвращения все сильнее наполняло душу.

— Вот это да! — прошептал он и прикусил губу.

«Боже! Да ты даже не представляешь, с кем живешь! С кем построил семью… От кого имеешь детей! Вообще не знаешь, что с этим человеком происходит. Что у нее в голове… Что в сердце… И эта — одуванчик! Шлюха гнилая! «Кира — счастливая женщина! Такой муж, дети…» Вот сволота!» И тут Гога вспомнил, как его ошарашил однажды Кирин ответ. В разгаре ссоры он задал ей вопрос:

— Чего тебе не хватает в этой жизни?!

Она тогда злобно заорала:

— А что у меня есть?! Что особенного?! Все женщины живут так!

— Все женщины в России живут как ты?! — изумленно переспросил Гога. — Имеют две квартиры в центре Москвы? Дачу в ближайшем Подмосковье? Две машины? Нянек? А главное — двух маленьких, здоровых и удивительных деток? Да еще и мужа, который зарабатывает хуеву тучу денег? Ты это серьезно?!

Но Кира его не слышала и продолжала свою гневную тираду:

— Ты посмотри, как живет Ирка в Австралии! Когда они были здесь, Алик купил ей бриллиантовое ожерелье за девятнадцать тысяч долларов! Это я ее познакомила с ним! А то бы так и осталась деревенщиной! Даже одеваться не умела!

Ира, конечно, деревенщиной никогда не была. Она была дочерью заместителя министра. Но это правда — Кира познакомила ее с нынешним мужем, богатым эмигрантом из Союза. Когда Кира со своим знаменитым супругом приехала на отдых в Австралию, в аэропорту их увидел тот самый эмигрант. Встретив живую легенду, он тут же настоял на том, чтобы взять все расходы по пребыванию здесь гостей на себя. Даже поселил их в своем шикарном доме. В то время этот человек был женат на австралийке. Кирочка быстро оценила хозяйку и пришла к заключению, что та ему не пара. Когда богатенький эмигрант приехал по делам в Москву, Кира сделала все, чтобы познакомить его со своей подружкой Ириной. План удался. Эмигрант бросил жену-австралийку и женился на Ирине. Так Кирочка отблагодарила за гостеприимство.

Возможно, у Киры были причины злиться на жизнь. Неудачная семья, бедность, несчастное детство без отца. С ранних лет приходилось приспосабливаться, врать и притворяться. Драить до блеска полы, лишь бы не получить по голове от сильно пьющей мамаши. Вытаскивать ее из компаний алкашей и одновременно сгорать от стыда. Наверное, уже тогда пришлось удалять по кусочкам сердце, чтобы не чувствовать боль.

— Она хорошая девочка. Только очень обидчивая, — посмотрев испуганным и каким-то безумным взглядом, заметила Кирина мать, когда Гога впервые с ней познакомился. «Не то слово!» — подумал он тогда. Было и упоминание, что отец по возвращении из тюрьмы как-то лежа на диване, перепутал Киру со своей супругой (так он это объяснил) и принялся ее ласкать… «Но ведь ничего же не случилось! И потом же она выкарабкалась! Закончила Мхатовское училище! Вышла замуж за легендарного актера. Ну да, он вскоре умер. Но он же был почти на сорок лет старше! Но сейчас! Когда уже дети! Разве этого мало для нормальной женщины?!» Все эти мысли, как молнии, проносились у него в голове.

Прошло уже несколько минут, как Кира повесила трубку. Гога все никак не мог прийти в себя. Его трясло мелкой дрожью. Он только что стал свидетелем измены, которая имела какой-то специфический запах. Запах падали. И тут его прорвало! Он стал безудержно смеяться! Почему смеется, сам понятия не имел. Возможно, от нелепости ситуации. А возможно, от того, что был неспособен в такое поверить.

— Ну, блять, просто Мольер! — продолжая хохотать, воскликнул Гога.

С таким настроением он направился вниз. Кира сидела у окна с журналом и делала вид, что читает. Бросив на него равнодушный взгляд, она еще больше вжилась в роль. Гога молча наблюдал за ней. Ему показалось, что он видит этого человека впервые. Такого незнакомого и чужого.

— Че уставился?! — с тенью испуга спросила Кира, посмотрев на него своими лживыми голубыми глазами и скривив улыбку. Затем опустила голову и вновь впилась в журнал.

— Значит, в эту субботу у тебя важная встреча? — как можно спокойнее спросил Гога.

Кира медленно подняла голову и пристально посмотрела на него. Было видно, что она еще не сообразила… Но ее компьютер уже работал тысячу оборотов в секунду.

— Ты что, подслушиваешь мои разговоры? — ледяным тоном, почти угрожающе спросила Кира.

В роли змеи Гога видел ее и раньше. Но в роли королевской кобры — впервые. Ему даже показалось, она сейчас набросится на него и ужалит.

— Нет, Кирочка… не подслушиваю, — и Гога рассказал ей о случившемся.

Тут его веселое настроение испарилось!

— Вот сука! — в ярости, трясущимся голосом закричал Гога. — Я этой бляди работу даю, а она мне семью рушить! И ты!..

— Что ты несешь?! — заорала во весь голос Кира.

— Что я несу?! Сейчас мы посмотрим, что я несу! — воскликнул Гога, схватил трубку телефона и дрожащими пальцами стал набирать номер Марианны.

— Да прекрати ты! — воскликнула Кира и ринулась вырывать у него трубку. Но Гога оттолкнул ее.

Марианна явно не ожидала услышать его голос.

— Гога, ты?! — растерявшись, пробормотала она.

— Здравствуй, Марианночка! — язвительным тоном начал Гога. — Скажи мне, пожалуйста, что я такого плохого тебе сделал? Скажи мне! Я очень хочу знать! — задыхаясь, спросил Гога.

— Что ты такое говоришь?! Когда это я говорила, что ты мне сделал плохое? Кроме хорошего, я от тебя ничего не видела… — испуганным, мышиным голосом пискнула Марианна.

— Да?! Но если это так, — все еще захлебываясь от волнения, продолжал Гога, — то скажи мне, пожалуйста, почему ты решила разрушить мою семью?!

И он повторил Марианне услышанный разговор… Кира, излучая лютую ненависть, поднялась на второй этаж и, хлопнув дверью, прокричала:

— Больной! Тебе лечиться надо!

Марианна, конечно, старалась все объяснить. Мол, просто бабская болтовня… И совсем не это имелось в виду… Просто хотела успокоить подругу… Но Гога ее уже не слышал.

— Падаль! — воскликнул он и со всей силы бросил трубку.

Изнеможенный, Гога рухнул в кресло, где только что сидела Кира. Он чувствовал себя безумно одиноким и опустошенным. Как тогда, очень давно, когда он впервые оказался в Америке, в той опустевшей гостинице. «Странно, — подумал он, — такое же чувство. Только сейчас в собственном доме».

— Бедные детки, — с тяжелым сердцем прошептал Гога.

Да, прошло много лет, и он оказался чужим в своей стране. Здесь многое изменилось. И люди изменились. И нравы. Ему придется привыкать ко всему заново.

«Опять эмигрант», — с горькой усмешкой подумал Гога.