Кира сидела за столом вся разодетая. Видимо, наряд был заготовлен заранее и спрятан в машине, так как из дома она вышла в повседневной одежде. Зина и Женя с визгами бросились к ней.

— Мааама!

Кира сделала радостное лицо, распахнула глаза и руки и вышла из-за стола.

— Ааааа! — воскликнула она, обняла и расцеловала детей.

Затем с испугом, даже с ужасом, бросила взгляд на Гогу. Напротив нее сидел «ковбой». Крупный мужчина лет семидесяти с внушительным животом, одетый в джинсовый костюм и клетчатую рубашку. На его голове красовалась ковбойская шляпа. Увидев его, Гога остолбенел: «Это еще что за чучело!» Он уже не знал, что думать. Ведь Гога представлял себе крутого, накачанного, молодого бизнесмена. А здесь дед какой-то! Гога уставился на ковбоя, все еще не в силах поверить своим глазам. Ковбой ерзал на месте и не знал, что делать. Опомнившись, Гога двинулся к столу, широко распахнул руки и с добродушной улыбкой воскликнул на чистейшем английском:

— Hallo, my friend! (Привет, друг мой!)

Ранчеро явно растерялся. Привстал, снял шляпу, слегка поклонился и с глупой улыбкой протянул свою внушительного размера руку.

— Greg Parker. Very nice to meet you. (Грег Паркер. Очень приятно познакомиться).

— For me too! (Мне тоже!) — как можно простодушнее ответил Гога, — Приятно познакомиться с человеком, который нам так бескорыстно помогает! Вы, детки, пойдите вон туда, за тот столик! А ты, Наташ, закажи им что-нибудь сладкое, пока я тут с господином Паркером побеседую, — улыбнувшись, сказал Гога и сел рядом с дедом, уставившись тому прямо в глаза. Старик смутился еще больше. Скривив улыбку, он явно не знал, что сказать. Тут Кира принялась демонстрировать свои «недюжинные знания» английского. Еле сдерживая слезы, как будто читая текст плохо написанной мелодрамы, она обратилась к Гоге.

— Что тебе надо? — трагически прошептала она. — Что ты нас всех мучаешь? Мы не живем вместе… (все на английском). (С переходом на русский) И вообще, у нас уже давно одиночество вдвоем. И ты это хорошо знаешь, Жора… — сделав скорбное лицо, добавила Кира и посмотрела в окно, как бы вглядываясь в закат далекого южного моря. Гога смотрел на это представление с искренним изумлением. Его поражала Кирина способность притворяться, разыгрывать из себя жертву, откровенно, беспардонно врать, глядя прямо в глаза.

— Мы не живем вместе? — приподняв брови, спросил Гога на английском и продолжил на русском. — А не подскажешь мне, Кирочка, с каких это пор? Вроде бы еще сегодня утром мы жили вместе. В одной квартире. Вот и детки тому подтверждение. И Наташа. Ты не перепутала что-то? А?

Ковбой бросал растерянный взгляд то на Гогу, то на Киру. Мучительно старался понять, что здесь происходит, мотая головой с нахлобученной шляпой то в одну, то в другую сторону. Выдавить слезы Кире все же не удалось. Или она не захотела. Еще раньше Гога приметил за ней странную особенность. Иногда, когда ей хотелось плакать, она замирала, выпрямляла спину, стиснув зубы и кулаки, проглатывала подкатившийся к горлу комок и загоняла слезы обратно, так и не дав им ходу.

Кирино лицо становилось все злее. Взгляд наполнялся такой ненавистью, что Гоге даже стало не по себе. Большие голубые глаза застыли, как будто покрылись коркой льда. Ковбой между тем уже отчаялся понять, что происходит в этой загадочной и непонятной ему русской драме. По его раскрасневшимся, периодически подергивающимся щекам текли капли пота. Было видно, что у него теперь только одно желание: как можно быстрее дезертировать. Или еще лучше: просто испариться.

— Давайте, Грег, отойдем к другому столику, — предложил Гога. — Я думаю, нам будет полезно поговорить.

Кира бросила на Гогу колючий взгляд. Сев за другой столик, Гога понимающе посмотрел на ковбоя.

— Вы, наверное, в недоумении?

Тот застенчиво кивнул.

— Слегка…

Глядя на поникшего «сорвиголову», Гоге даже стало жалко его.

— Вы знаете, кто я? — поинтересовался Гога.

— Нуууу… теперь догадываюсь.

— Грег, вы же не верите всему, что пишут в газетах?

Грег хихикнул.

— Нет, конечно.

— Так вот… мой дорогой друг, Грег. Мой вам совет. Не верьте и тому, что вам наговорила моя дорогая супруга. Она у нас большая фантазерка. Актриса! Понимаете? Актрисы иногда видят вещи не так, как они есть на самом деле, а так, как им хочется видеть. (В их «больной», — подумал про себя Гога, — голове.)

Ковбой слушал, опустив голову, как большой ребенок, чувствующий себя виноватым.

— Что она вам рассказала? Что потеряла первого мужа? Со вторым разошлась или он ее бросил? И уже два года не живет с ним? Бросил с двумя маленькими детьми? Ай-яй-яй… Нехороший муж.

— Я тоже потерял жену два года тому назад, — как бы извиняясь, вставил Грег. — Но она умерла. Вот мне и показалось… Даже стало жалко вашу супругу.

— Мммм… Даа…

«Молодец, Кирочка, — подумал Гога. — Все, как из учебника психологии».

— Грег, посмотрите вон туда, — и Гога указал в сторону стола, где сидели дети, Наташа и теперь уже и Кира. — Это наши дети. Зина и Женя. А это их няня Наташа. А это Кира. Там не хватает только меня. Как вам эта картина? Похоже на то, что мы не живем вместе?

— Да, что-то не похоже.

— Грег, мы живем вместе и никогда не расставались. Вот что будет сейчас, я не знаю. Советую вам быть поосторожнее. Особенно с русскими женщинами. Нет, женщины, конечно, везде одинаковые, — поправил себя Гога и рассмеялся, — но Москва — это особый, опасный город. Я вижу, вы человек честный. Наверное, доверчивый. И воспитаны совсем по-другому. Я же знаю Америку. Я там прожил двадцать три года. Скажу вам по секрету. Моя первая жена тоже была из Техаса, и я ее тоже потерял («Слава богу», — подумал Гога).

Грег вытаращил глаза.

Тшшш… Не будем о грустном. Здесь, в России, сегодня происходит мало понятного для такого человека, как вы. Да и для меня тоже. Женщины совсем забыли, кто они и для чего их Господь Бог создал. Надеюсь, вы меня понимаете…

Грег оживился. Видимо, почувствовал, что Гога его ни в чем не винит. Он с волнением стал объяснять.

— Вы только не подумайте!.. — прошептал он, — Между нами ничего не было. Мы совсем недавно познакомились. Это первый раз, как я пригласил вашу… ээ…

— Супругу, — вставил Гога.

— Да, супругу… в ресторан. Да, я ей присылал немного денег. Хочу открыть здесь офис. И Ира, жена моего партнера, порекомендовала вашу… ээ… супругу. Мол, может помочь. Очень активная и деловая женщина. Сказала, что очень способная…

— Да. Я вас понимаю… Это правда. Моя супруга действительно очень способная. Даже более способная, чем я мог представить. Послушайте, Грег… Мы сейчас пойдем… Вы тут оставайтесь… Мне было очень приятно познакомиться. И не забывайте наш разговор! Хорошо?

Грег вскочил и сердечно пожал Гоге руку. Было видно, что у него отлегло от сердца.

— Детки! Наташа! Нам надо идти! Мама скоро придет! А мы домой!