ГЛАВА 38.Тесса

— Тогда уничтожь меня, маленькая буря.

Она смотрела на него, и его слова эхом отдавались в ее сознании. Уничтожить его. Именно это она и должна была сделать. Ее предназначение. Ее билет прочь из этого мира на все оставшиеся годы бессмертия. Она не была фейри или Наследием. Она не принадлежала этому месту. Но она не была и богиней или божеством.

Она была… одна.

Даже если Лука был похож на нее, у него здесь было свое место. У нее — по-прежнему нет. Она не принадлежала ничему.

А потом Рордан выкинул этот трюк с Лиамом. Боги. Она подозревала, что он будет настаивать на этом после того, как он второй раз устроил им совместный обед, но объявить об этом сегодня? Перед всеми? Перед Теоном? Это не должно было ее волновать. Это и не волновало. Но что действительно имело значение, так это то, что ее использовали как демонстрацию силы перед всеми мирами.

Все хотели от нее только власти.

Забрать у нее.

Использовать ее.

Теон молча стоял, загораживая альков от посторонних глаз. Его изумрудные глаза изучали ее, ожидая ее следующего шага.

— Чего ты от меня хочешь? — прохрипела она, потому что сейчас она, честно говоря, не знала. Больше не знала.

— Всего, что ты мне дашь, Тесса.

— Ничего, — выплюнула она. — Я хочу только брать. Точно так же, как это королевство, миры и звезды хотят только забирать у меня.

— Идеально, маленькая буря, потому что я отдам тебе все, что ты пожелаешь.

Как это всегда бывало между ними, она не знала, кто первый сделал движение. Она знала лишь, что притягивает его губы к своим, пока он прижимает ее к стене. Прохладный камень здания Пантеона коснулся ее спины. Идеальный контраст с ее разгоряченной кожей и жадными губами Теона. Поцелуй с Лукой был добровольным даром частички себя. Поцелуй с Теоном был добровольным позволением обладать ею, и именно это он и сделал.

Его язык настойчиво коснулся ее губ, требуя входа, и она впустила его, нуждаясь в том, чтобы забыться после этого вечера. Он знал, что ей нужно, и Лука явно знал, что сегодня ей необходимо отдать контроль кому-то другому. Знал, что сегодня она не хочет ни о чем просить. Ей просто нужно было.

Словно зная обо всем, что происходит в этой нише, голос Луки прозвучал в связи:

— Я слежу за входом в зал.

Даже с этим заверением она почувствовала, как темная магия Теона окутывает их. Тени, в которых она пряталась, сгустились, а Теон углубил поцелуй. Языки сплелись в борьбе за доминирование, но она не понимала, зачем вообще пытается сражаться. Связь ликовала. Ее магия ликовала. Все ее существо ликовало. Потому что она нуждалась в них обоих, и боги, как бы ей хотелось понять почему. Но, как сказал Разик, она не должна была существовать. Все изменилось из-за ее смешанной крови. Не логично ли, что и это «нечто» между ними будет отличаться от всего остального в мирах?

Его язык стал настойчивым и грубым, а поцелуй — резким и быстрым. В нем было только желание и требования, и какая-то малая часть ее кричала от того, что она отдает ему это. После всего, что он сделал, ей не следовало позволять ему забирать хоть каплю себя, но в том-то и дело. Он не требовал и не принуждал. Он ждал ее, и она позволила себе упасть в него, зная, какое наслаждение он ей подарит. Зная, что он позаботится о ней. Зная, что ей не нужно беспокоиться об этой простой вещи. В этой нише было можно просто существовать.

Рука Теона скользнула к ее затылку, хватка была крепкой и собственнической, и она прикусила его нижнюю губу, чувствуя его стон всем телом.

— Я скучал по тебе, маленькая буря, — выдохнул он ей в рот, заставляя ее проглотить эти слова.

— Я все еще должна уничтожить тебя, — прохрипела она, откидывая голову.

Ее затылок коснулся стены, но его рука уже скользнула выше, создавая преграду между ней и камнем. Его пальцы вплелись в ее волосы, разрушая изысканную прическу, над которой сегодня так долго трудились, но она была слишком во власти эмоций, чтобы заметить это.

Легким рывком он еще сильнее наклонил ее голову в сторону, освобождая место для поцелуев на шее, впиваясь зубами в нежную кожу. Здесь обязательно останется след. Он это знал. Она это знала. И ее прошиб трепет от мысли о том, чтобы открыто бросить вызов всему, за что стоял Деврам. Послать нахер все их традиции. Засунуть их политические игры им в задницы. Она просто никогда не думала, что будет делать все это с Теоном.

Его язык прошелся по саднящему месту, которое он оставил, и из ее рта вырвался стон.

— Тс-с, — успокоил он. — Я всегда знаю, что тебе нужно, моя буря.

Затем его губы снова накрыли ее, и все оставшиеся мысли исчезли, когда рука, сжимавшая ее бедро, скользнула вверх. Он накрыл ладонью ее грудь сквозь платье, и она внезапно возненавидела то, что между их кожей есть хоть какая-то преграда. Она знала, на что способны эти руки, поэтому ее дыхание сперло, когда он опустил ладонь ниже. Его пальцы проследили изящный узор корсажа, оставляя за собой клеймо жара и нужды, и когда он начал собирать юбку ее платья, она не смогла сдержать довольный стон.

Она почувствовала, как он улыбается ей в губы, прерывая поцелуй и перемещаясь к ее уху.

— Я знаю, что Лука следит за дверями, а моя магия создает барьер, но тебе все равно нужно быть потише, Тесса.

Но когда его пальцы наконец скользнули под платье и нашли обнаженную кожу бедра, его собственное дыхание сбилось. А когда эти пальцы двинулись ниже и встретились с влажным жаром, стонать пришлось уже ему.

— Без белья, маленькая буря?

— Это платье не предназначено для белья. Линии будут проступать, — выдохнула она.

— Ты и эти гребанные платья станете моей погибелью, — пробормотал он.

Тесса затаила дыхание, ожидая его следующего действия. Напряжение между ними было таким густым, что его можно было почувствовать на вкус. Не сводя с нее глаз, он снова провел большим пальцем по входу, собирая ее влагу, прежде чем подняться выше и начать кружить по клитору. Ее всхлип был почти болезненным.

— Ты знаешь, что я хочу услышать, Тесса, — сказал он, и его голос темным рокотом завибрировал внутри нее.

Она покачала головой в отказе.

Мягкая, темная улыбка тронула его губы.

— Однажды ты это скажешь.

— Как ты все еще можешь в это верить? — выдохнула она, когда он снова нажал пальцем.

— Потому что это больше, чем связь.

Затем она вскрикнула, когда он погрузил в нее два пальца, но крик был быстро заглушен его ладонью, накрывшей ее рот.

— Я люблю слушать тебя, красавица, но нам нужно вести себя тихо.

Она попыталась бросить на него яростный взгляд, но не смогла, так как он снова начал двигать пальцами внутри нее. Ее глаза закатились, наслаждение пульсировало в жилах, и она подалась навстречу ему, ища большего. Ее магия билась, пытаясь дотянуться до него, связь усиливала каждое ощущение.

— Мне никогда не надоест смотреть, как ты забираешь у меня то, что хочешь, — прошептал он, и в его глазах блеснуло нечто похожее на благоговение.

— Очередные красивые слова, — выдохнула она.

— Когда же ты поймешь, что я никогда тебе не лгу? — он добавил третий палец, и это лишило ее возможности ответить, а его ладонь заглушила новый вскрик. — Я пришел забрать то, что принадлежит мне. Отдай мне это, Тесса.

Она рассыпалась в его руках, отдавая ему именно то, что он потребовал. Никаких мыслей. Никаких планов. Никаких секретов. Только чистое наслаждение. Только чистое существование.

Когда экстаз начал спадать, ее лоб покоился на его груди, и он приподнял ее подбородок, чтобы снова завладеть ее губами. Он вел себя так, будто боялся, что ему больше никогда не представится такая возможность.

Возможно, он был прав.

— Ты — мой Источник, — выдохнула она ему в губы.

— Неужели ты наконец признаешь меня своим, красавица? — спросил он между короткими поцелуями, которыми осыпал ее челюсть.

Она покачала головой.

— Ты — мой Источник всего, что я ненавижу.

Он замер и отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Тесса, я…

Но он замолчал, когда она прижала палец к его губам, призывая к тишине.

— Ты — мой Источник всего, что я ненавижу в этом мире, но ты также Источник того, чего я жажду. Ты — Источник того, что сломало меня, но также Источник того, что спасло. Ты — Источник моей ярости, но также Источник каждого темного желания. Ты — Источник того, кем я стала, но ты также единственный Источник полного принятия того, кто я есть. Ты — Источник моего самопознания. И насколько же это все извращенно, Теон? — потребовала она ответа, пока его изумрудные глаза смотрели на нее со смесью шока и нежности. — Насколько это неправильно, что ты — Источник всего, что случилось за последние недели, месяцы — что я ненавижу тебя всей душой. И все же я здесь? — ее сила вспыхнула, освещая нишу, где вокруг них кружилась его тьма. Он резко вдохнул, когда их магии сплелись. — Насколько это неправильно, что я — свет, и все же я жажду тьмы?

— Потому что ты и есть свет и тьма, Тесса, — сказал он, и в каждом слове звучала решимость. — Тебе нужны оба, чтобы обрести баланс.

— Я не понимаю, как можно так сильно ненавидеть кого-то и все равно хотеть его, — продолжала она. — Ты — Источник каждой путаной мысли и каждого изнуряющего желания.

— Связь делает это…

— Это больше, чем связь, — прервала она его, чувствуя, как нарастает раздражение от этих слов, зная, что они ее погубят. Следующие слова она произнесла шепотом. — Это всегда было больше, чем связь.

Тесса услышала его резкий вдох за секунду до того, как он подхватил ее под бедра и поднял. Она обхватила его талию ногами, прижимаясь к нему всем телом. Его возбуждение давило на ее центр сквозь ткань брюк, и она застонала ему в шею.

— Я не понимаю, — сказала она, и ее слова были полны боли и муки. — Я ничего из этого не понимаю.

— Я знаю, Тесса, — прошептал он. — Я пытаюсь найти ответы для тебя.

— Ты имеешь в виду — для себя, — выдохнула она, когда он снова качнулся к ней.

— Нет, маленькая буря. Я имею в виду именно то, что сказал. Для тебя.

— Почему?

— Потому что я знаю, что ты хочешь их. Нуждаешься в них. И я всегда дам тебе то, что тебе нужно, — ответил он, легко удерживая ее одной рукой, а другой убирая прядь волос с ее лица.

Это не имело значения. Тесса снова подалась вперед, на этот раз сама забирая его губы. Он застонал в ее рот, пока ее руки скользили по его рукам, груди, торсу. Везде, где она могла дотянуться. Ее пальцы коснулись холодного металла пряжки его ремня, и она попыталась расстегнуть его. Через пару секунд она издала разочарованное рычание, и от нее посыпались крошечные искры энергии.

— Спокойнее, красавица, — прошептал он. — Давай не будем баловаться силой так близко к чувствительным местам.

Она не смогла сдержать смешок. Но когда он опустил ее на пол, этот смешок превратился в недовольный скулеж, за который ей должно было быть неловко.

Теон быстро расправился с ремнем, расстегнул пуговицу и молнию на брюках, а затем снова задрал юбку ее платья. Через мгновение он снова поднял ее, и она едва не вскрикнула от облегчения, когда он прижался к ее обнаженной плоти.

Ей хотелось касаться его кожи, когда ее рука снова скользнула вниз, залезла под белье и обхватила его член. Она высвободила его, слегка царапнув ногтями, и насладилась его приглушенным ругательством. Ее происхождение делало ее одним из самых могущественных существ в Девраме, но это?

Держать источник всего… абсолютно всего в своей власти? Обладать контролем над ним одним лишь касанием руки? Малейшим движением губ?

Это заставляло ее чувствовать себя сильнее чего бы то ни было. Забирать силу обратно у того, кто так много у нее отнял. Часть ее понимала, что это извращенно и неправильно, и это делало ее такой же ужасной, как и он. Большей же части было плевать. Потому что она стала его злодейкой а он все равно возвращался за ней. Снова, и снова, и снова.

Как он и обещал.

— Пожалуйста, Теон, — прошептала она, точно зная, что принесет ей эта мольба.

Он снова застонал, провел головкой по ее влажности, а затем вошел в нее одним плавным движением. Ее голова откинулась назад, и только тогда она поняла, что его магия смягчает ее прикосновение к каменной стене.

Нет.

Не только магия.

Его теневые крылья раскрылись и обернулись вокруг них. Крылья из кружащейся тьмы не давали стене впиваться в ее спину, пока она цеплялась за его плечи. В прошлый раз она сама взяла у него удовольствие; в этот раз она позволила ему дать его ей.

И он дал.

Каждый толчок возносил ее все выше. Мысль о том, что он теряет контроль с ней, ради нее и только ради нее, заставил ее уткнуться лбом в его плечо, чтобы заглушить крики. Она позволила ему получить это, получить ее. Она знала, что он гадает, когда она еще раз позволит ему так обладать собой, но правда была в том, что она не знала, случится ли это снова. Ведь у него была Фелисити, а у нее должен был быть Лиам.

— Будь со мной, Тесса, — прохрипел он ей в ухо.

Он снова глубоко вошел в нее, меняя захват, чтобы задеть ту самую точку, от которой у нее перехватило дыхание.

— Вот так, — подгонял он. — Ты знаешь, что я всегда дам тебе то, что нужно. Хотя бы в этом одном ты мне доверяешь.

Она знала, что он не хотел говорить это вслух, но он был прав. Она знала, что когда ей нужно забыться в наслаждении и ни о чем не думать, она может прийти к нему. Она знала, что он пойдет за ней. Знала, что он найдет ее. Потому что он всегда находил ее.

И когда его тьма потянулась к ней и ласкала ее, скользя по горлу, груди, бедрам, она тоже выпустила свою магию. Почувствовала, как свет цепляется за тьму. Почувствовала, как все вокруг содрогается. Или, может быть, это содрогалось его тело. Она снова откинула голову, и он был рядом. Его губы накрыли ее, проглатывая крик в момент ее оргазма. Он последовал за ней в бездну удовольствия. Если и были какие-то сомнения в том, куда они сбежали, то теперь их не осталось. Их ароматы переплелись. Их магия. Каждая часть их существа.

Он уронил голову ей на плечо, все еще удерживая ее на весу и пытаясь выровнять дыхание. Через минуту или две он медленно опустил ее на землю, поставив на дрожащие ноги.

— Ты в порядке? — спросил он, с тревогой глядя на нее.

Тесса кивнула, убирая руки с его плеч. Она завела их за спину, опираясь на стену, пока он приводил себя в порядок, а затем поднял ее туфли. Он опустился перед ней на одно колено, осторожно взял ее ногу и вложил в туфельку, застегивая ремешок на щиколотке.

— Вам двоим пора закругляться. Фелисити постоянно поглядывает в сторону коридора, а Рордан сейчас очень не в духе, — пришло предупреждение от Луки.

— Все еще не мой, — прошептала Тесса, пропуская пальцы сквозь волосы Теона, пока он тянулся за второй туфлей.

Он замер, глядя на нее снизу вверх.

— Я твой, Тесса. Каждая моя частичка.

Ее улыбка была мрачной. — Нет, Теон. Ты — ее.

— Я никогда не буду ее, — отрезал он, и она увидела, как все его тело напряглось. Он застегнул вторую туфлю и поднялся в полный рост.

— Даже злодеи и монстры склоняются перед Судьбами, — сказала она.

Он взял ее лицо в ладони.

— Если я чему и научился за последние месяцы у своей крови Ариуса, так это тому, что нам плевать на Судьбы, маленькая буря. — Она наклонился и коснулся своими губами ее губ, прежде чем добавить: — И в тебе столько же смерти, сколько и жизни. Отрицание этого только вредит тебе, красавица. — Еще один легкий поцелуй в висок. — Я уйду первым. Возвращайся, когда будешь готова.

Она не вернулась.

Она отправилась на тот же балкон, где Лука нашел ее в ночь церемонии Открытия Выбора, и оставалась там, пока кто-то наконец не пришел, чтобы забрать ее обратно в Фавен.

Она провела руками по волосам, которые теперь были полностью распущены. Ее пальцы запутались в кончиках, она потянула их, чувствуя жжение в коже головы. Она даже не заметила, как в ее комнате появился Лука, пока он не заговорил.

— Тесса?

Она резко обернулась, свет с золотыми и серебряными искрами закружился вокруг нее.

— Что?

Он оглядел ее с ног до головы, на его лице застыла тревога.

— Ты вернулась почти час назад, но так и не переоделась. Ты все еще в туфлях.

Она посмотрела на платье, приподняла юбку и увидела, что она действительно все еще в туфлях на каблуках.

Неужели она пробыла в Фавене целый час?

Лука уже переоделся из смокинга в свободные брюки и футболку с коротким рукавом, которая облегала каждый его мускул. Точно такие же мускулы, которые она прослеживала сквозь ткань всего несколько часов назад.

Нет!

Нет, нет, нет.

Она снова потянула себя за волосы и отвернулась от него, меряя комнату шагами.

Прошло еще несколько секунд, прежде чем он рыкнул:

— Тесса, хватит!

Но остановиться было невозможно. Потому что до сегодняшней ночи она не была в таком замешательстве. Ну, во всяком случае, не в таком сильном. Она жестко контролировала эти проклятые узы. Запихивала все их ненужное бремя так глубоко, что оно превращалось в фоновый шум. Она была экспертом в подавлении чувств, и именно это ей нужно было делать, чтобы сосредоточиться на цели. Делай то, что должно, и не проявляй раскаяния. Вот как поступают злодеи. Вот как…

— Тесса, остановись.

На этот раз слова были мягче, и они сопровождались такими же нежными словами по связи.

— Дыши, маленькая буря.

Она прерывисто вздохнула, но все напряжение, начавшее уходить, мгновенно вернулось, когда дверь распахнулась. В комнату вошла Орэлия, ее лицо выражало недовольство и раздражение.

— Что он здесь делает, Тесса? — спросила она, уперев руки в бока и свирепо глядя на Луку.

— Где Декс? — спросила вместо ответа Тесса.

— Лорд Ахаза захотел кое-что обсудить с ним после твоего сегодняшнего выступления на балу, — ответила она с многозначительным взглядом. — Так что меня прислали побыть с тобой сегодня.

— Вон!

Орэлия раздраженно цокнула языком:

— Ты сама виновата, Тесса. В очередной раз Декс пытается все исправить…

Но она замолчала, когда рука Тессы сомкнулась на ее горле. Между пальцев Тессы вспыхнуло сияние ее силы, и Орэлия захрипела. Женщина вцепилась руками в запястье Тессы, пытаясь оторвать ее руку, но Тесса лишь улыбнулась.

— Декстеру не нужно ничего исправлять, и мне больше не нужны надзиратели! Именно это ты можешь передать Рордану, — сказала Тесса, и на нее снизошло ледяное спокойствие.

Она ослабила хватку ровно настолько, чтобы Орэлия смогла прохрипеть:

— Лорд Ахаза хочет, чтобы кто-то был с тобой постоянно.

— Можешь передать ему, что после того, что он устроил сегодня… если он хочет контролировать меня, пусть только попробует. Но пока он не явится сюда сам, никто не будет следить за каждым моим шагом, — ответила Тесса. — Пошла! Вон!

Энергия сорвалась с ее кончиков пальцев в тот самый миг, когда она позволила своей магии проникнуть в Орэлию, забирая и поглощая ее силы. Представительница фейри так и не смогла вызвать свою магию воды, и Тесса ждала, надеясь, что украденная сила проявит себя. Спустя несколько секунд тишины Тесса оттолкнула ее.

— Это твоя судьба, — прошипела Орэлия, прижимая ладонь к горлу.

— А ты сейчас изменишь свою, если не уберешься нахрен из моих комнат, — ответила Тесса, и одна из лент на ее запястье сползла к пальцам, превращаясь в хлыст.

Орэлия выскочила из комнаты, дверь за ней захлопнулась, и Тесса рухнула на пол. Она дотянулась до туфель, расстегнула их и отшвырнула в другой конец комнаты. Затем она повалилась на спину, сложив руки на животе.

Она вздрогнула, когда над ней склонились сапфировые глаза. Она совсем забыла, что Лука все еще здесь.

— Собираешься переодеваться? Или будешь спать в этом платье?

— Мне нужна минута, — ответила она, внезапно почувствовав полное истощение от событий и эмоций последних часов.

Лука кивнул и исчез из поля зрения, а она закрыла глаза.

Прошло, казалось, всего несколько секунд, когда Лука заговорил снова.

— Прошло десять минут, малышка. Давай-ка переодевайся.

Она открыла глаза и увидела его. Он сидел рядом на корточках с футболкой в руках. Он помог ей встать, передал одежду и расстегнул молнию на боку платья. Она пошла в ванную, переоделась, смыла макияж и почистила зубы. Затем она забралась в постель, где он уже ждал ее.

— Хочешь поговорить о сегодняшнем вечере? — спросил он, пропуская ее волосы сквозь пальцы.

— Мы с Теоном трахались в нише.

— Я в курсе.

— Я…

— Что «ты»? — спросил Лука, когда она замолчала.

— Я не знаю, что мне чувствовать. По поводу всего этого. Ничего из этого… Я не… — она снова замолкла.

— Рано или поздно тебе придется взглянуть правде в глаза, Тесса.

— Я не знаю, что делать со всем этим.

— С чем именно?

— Со всем, — прошептала она. — Кто я такая. Моя цель. Что мне делать. Как мне это делать. Деврам. Моя родословная. Эта сила, о которой я никогда не просила. Декс. Орэлия. Брекен. Тристин. Аксель и Кэт. Лэнг и Корбин. Рордан. Вальтер. Эвиана. Я. Я не знаю, как смотреть на саму себя, — призналась она наконец. — Я дикая и необузданная. Я неуправляемая. Я — сплошной Хаос.

Пока она говорила, его рука не переставала гладить ее по волосам, но когда она умолкла, Лука сказал:

— Помогает, когда проговариваешь все это с тем, кому доверяешь, но ты сама сказала: ты не доверяешь никому. Решай проблемы по одной. Ты не можешь просто игнорировать их и искать отвлечения. Больше нет. Хаос или нет, но ты все еще хозяйка своего пути.

— Спасение или разрушение, — пробормотала она, чувствуя, как веки тяжелеют.

— А, что касательно нас с Теоном? Мы подождем.

— Вы оба?

— Да.

— И тебя это устраивает?

— Да.

— А что, если это «оба», а не только ты?

Она почувствовала его улыбку, когда он прижался губами к ее макушке.

— Мы подождем, пока ты во всем разберешься.

Ее волосы хлестали по лицу, пока она вцеплялась в лошадиную гриву, крепко сжимая бока коня бедрами. Найла и Роан бежали рядом, каким-то образом не отставая. Она понятия не имела, как ездить верхом. Она сидела на лошади всего раз, с Теоном, но этот конь появился, когда она была в отчаянии. Один из лучших жеребцов Теона. Без седла и уздечки. Он сам опустился перед ней, чтобы она могла забраться. Затем он сорвался с места и помчался, и ей оставалось только цепляться за гриву, но конь, казалось, понимал, что она не умеет ездить.

— В этот раз никто не придет спасать тебя, Тессалин, — темный голос эхом раздался вокруг. — Ты убила их всех, как мне и было нужно.

Голос, который она знала.

Ахаз.

Он был здесь.

— Быстрее, Эяль! — подгоняла она, и конь, словно понимая ее, несся вперед по каменистой местности.

Ее волки рычали и огрызались на Рыцарей, которые спускались к ним, больше не подчиняясь ей. Ее магия вспыхнула, нанося удары, но она была далеко не такой сильной, как должна быть.

Когда смерть забирала в последний раз?

Она закричала, когда Эяль резко затормозил, высекая копытами камни, которые посыпались с края обрыва, к которому они прискакали. Он развернулся, глядя назад. Найла и Роан встали перед ними, пока Рыцари образовывали полукруг, загоняя их в ловушку. Затем они опустились на колено за мгновение до того, как вспыхнул золотой свет: настолько яркий, что Тессе пришлось отвернуться. Она несколько раз моргнула, пока свет угасал, и увидела своего деда, стоящего перед ней.

Его улыбка была слишком широкой и хитрой.

— Ты хорошо справилась, внучка.

— Ты обещал сказать мне, кто моя мать, когда все закончится. Где она? — спросила Тесса, вскинув подбородок.

— Обещал, — согласился он. — Акира в моем родном мире, там, где ей и место.

— Ты обещал взять меня к ней.

— Нет, дитя! — сказал он, медленно качая головой. — Я обещал забрать тебя из этого мира. Я никогда не говорил, куда именно и как.

Эяль попятился от этих слов, и камни из-под его копыт снова посыпались в пропасть.

— Ты использовал меня! — сказала Тесса, и ее душа снова разбилась вдребезги. Всегда только вещь, которую используют.

— Ты исполнила свое предназначение, Тесса, — спокойно сказал Ахаз. — Осталось только восстановить баланс.

— Восстановить баланс? — повторила она, впиваясь пальцами в гриву Эяля.

— Ты не можешь продолжать существовать.

— Я твоя внучка! — вскрикнула она.

— Ты также и их внучка.

Найла и Роан зарычали, щелкая массивными челюстями, и Ахаз бросил на них гневный взгляд.

— Эти шавки твоего отца не спасут тебя здесь.

Ее отец.

Наполовину свет. Наполовину тьма.

— От судьбы не убежишь, — поучал Ахаз с притворным сочувствием, и сила вокруг него вспыхнула ярче солнца.

Она оглянулась через плечо, глядя в темную бездну каньона, а затем снова повернулась к Ахазу.

— Возможно, и нет, — согласилась она. — Но я могу ее изменить.

Эяль развернулся быстрее, чем способна любая лошадь, и прыгнул в пустоту.

Найла и Роан последовали за ним.

И они упали во тьму.